Новая жизнь — это хорошо или плохо

Путь обратно до дома Сонхуна казался бесконечным и одновременно слишком коротким. Ночной Сеул проносился мимо смазанными огнями, но на этот раз Сонхун не закрывал глаза. Он чувствовал спину Хисына, чувствовал, как его собственное сердце всё еще бьется в рваном ритме после того поцелуя на пирсе. Губы все еще покалывало, а в голове стоял гул, который не имел отношения к мотору байка. Хисын затормозил прямо у ворот современного жилого комплекса, где жил Сонхун. Контраст был разительным: дорогой, стерильный район и черный, забрызганный дорожной пылью зверь-мотоцикл с двумя парнями, которые явно не вписывались в эту тишину. Сонхун медленно слез, стараясь не смотреть Хисыну в глаза. Он чувствовал себя обнаженным, будто Хисын сорвал с него не просто шлем, а защитный слой кожи. — Приехали, — негромко сказал Хисын, не глуша мотор. Он вальяжно откинулся назад, опираясь руками на руль, и смерил Сонхуна долгим, тягучим взглядом. — Твой замок, Принцесса. Сонхун наконец поднял голову, поправляя воротник куртки. — Спасибо, что довез. И… за вечер. — Только за вечер? — Хисын прищурился, и в уголке его губ заиграла та самая опасная ухмылка. — Ты забывчивый, Сонхун-и. Или надеешься, что если мы об этом не скажем вслух, то ничего не было? — Я не знаю, что это было, — честно признался Сонхун, чувствуя, как краснеют кончики ушей. — Ты просто ворвался и… всё перепутал. Хисын неожиданно вытянул руку и поймал прядь волос Сонхуна, слегка потянув на себя, заставляя того сделать шаг ближе к байку. — Я ничего не путал. Я расставил всё по местам. Завтра я приеду за тобой в полдень. Будь готов. — Я не давал согласия, — попытался возразить Сонхун, хотя внутри всё предательски сжалось от предвкушения. — А я и не спрашивал. Иди домой, пока я не передумал и не увез тебя обратно на пирс. У тебя слишком искусанные губы, Сонхун. Твой друг сразу всё поймет. Сонхун резко отшатнулся, прижимая ладонь к губам, а Хисын, издав короткий смешок, резко развернул байк и скрылся в ночи, оставив после себя только запах дорогого парфюма и жженой резины. *** В квартире было тепло и пахло крепким чаем. Джейк сидел на диване в гостиной, нервно перебирая каналы на телевизоре. Как только дверь щелкнула, он подскочил на месте. — Сонхун! Ну слава богу! Ты хоть представляешь, как я перепугался? Этот Ли Хисын — он же ненормальный! Ты живой? Он тебя не обидел? Сонхун молча прошел в гостиную, скидывая пальто. Он чувствовал себя так, будто побывал в другом измерении. — Всё нормально, Джейк. Мы просто… прокатились. Джейк подошел ближе, подозрительно оглядывая друга. Его взгляд замер на лице Сонхуна. — Прокатились? У тебя вид такой, будто ты под грузовик попал. Или… — Джейк осекся, его глаза округлились. — Подожди. Твои губы. Сонхун, ты что, целовался с ним?! С этим психопатом на байке? Сонхун отвернулся к окну, глядя на панораму города. — Он не психопат. Он просто… другой. Он видит то, что другие не замечают. — Он видит в тебе легкую добычу! — всплеснул руками Джейк. — Хуна, он опасен. За ним тянется шлейф из разбитых сердец и проблем с полицией. Пожалуйста, скажи, что это был просто минутный порыв. — Я не знаю, Джейк, — тихо ответил Сонхун, прислоняясь лбом к холодному стеклу. — Но впервые за год мне не хочется просто спать весь день. Мне хочется узнать, куда он поедет завтра. *** В это же время в другом районе Сеула, в старом гараже, переделанном под жилую студию, было шумно. Пахло маслом, металлом и громко играл хип-хоп. Хисын вошел внутрь, небрежно бросая ключи на верстак. На старом кожаном диване, закинув ноги на кофейный столик, сидел Ники — парень с лисьим взглядом и обесцвеченными волосами, который был для Хисына ближе, чем родной брат. — О-о, явился король дорог, — Ники лениво приоткрыл один глаз. — Ну и где ты пропадал? Народ на треке до последнего ждал, что ты вернешься за выигрышем. А ты укатил в закат с тем фарфоровым мальчиком. Хисын прошел к холодильнику, достал банку ледяной воды и одним махом осушил половину. — Его зовут Сонхун, Ники. И он не фарфоровый. Он ледяной. Но лед, как известно, отлично плавится. Ники заинтересованно сел, выключая музыку. — Ого. Ты говоришь о нем без своей обычной насмешки. Неужели наша Тень, наконец-то нашла себе свет? Хисын-хён, ты же знаешь, такие мальчики, как он, не выживают в нашем мире. Ты его либо сломаешь, либо сам разобьешься. Хисын подошел к окну и посмотрел на свои руки. Он всё еще чувствовал, как податливо Сонхун прижимался к нему во время поцелуя. — Он не сломается, Ники. Он крепче, чем кажется. Он сегодня сказал, что ему не жаль было бы разбиться со мной. Представляешь? Ники присвистнул. — Сумасшедший. Точно твой вариант. И что дальше? Хисын хищно улыбнулся, глядя на свое отражение в темном стекле. — Дальше я научу его не бояться скорости. А потом я научу его принадлежать мне. Полностью. — Ты наступаешь слишком быстро, хён, — заметил Ники, качая головой. — Смотри, чтобы он не сбежал от твоего напора. — Куда он сбежит? — Хисын усмехнулся, сжимая в руке пустую банку. — От себя не убежишь. А я теперь — часть его самого. Он еще этого не понял, но завтра поймет.