Как захватить мир за тринадцать лет

Что может быть лучше научного эксперимента? Ответом на сей вопрос будет много меньше вещей, чем хотелось бы, так уж устроен мир. И особенность в том, что это не банальный тык «а чо буит?», но именно проверка теории — мысленной модели. Хорошие теории явления не объясняют, они их предсказывают. Несмотря на фактор случайности и «свободную волю», большинство вещей не особенно сложно предвидеть, порой приходится предслышать, порой — просто предчувствовать, хотя и не без успеха. Мир всего лишь механизм, чьи части от мельчайших до неисчислимо огромных настроены вечно воевать, не склоняясь к единым целям. К счастью, сложности сотен собранных систем не обязательно накладывать уровень за уровнем, ибо метод условного черного ящика не дает существенных сбоев даже с психикой людей, если наблюдения были достаточно долгими и разносторонними. Потому порой я вполне обоснованно сомневаюсь, что полноценное сознание есть не только у меня — кожа под логической бритвой подозрительно напоминает философских зомби. В чем же тогда такое таинственное отличие кражи и убийства? Вероятно, всего-то, в веселье второго. Ну и, разумеется, некоторые мелкие бонусы… Пожалуй, я бы больше сожалел, уничтожая полезный предмет, поскольку предать вещь не способна. Людей — миллиарды. Маховиков времени? И близко не столько. Близко — весьма относительное понятие, но даже так человечишки в нем путаются. Кто может быть мне более близок, чем, например, мои собственные клетки? Но крупные организмы не замечают, что умирают по крупицам. Равно как есть монстры, живущие иногда веками, чьи кусочки обычно не проживают и сотни лет. Исполины полностью аналогично не беспокоятся о смертях составляющих — граждан. Разведка — их глаза, пустые костюмы на сценах — их нервы, Гестапо — иммунная система. Где же мозг? Всё как у людей. Рабыня увязла в ровно той ловушке, в какую была заманена. Бренди допит. Пока допит. Сигара улетела в огонь, дабы смениться следующей. Сокровища спрятаны — смерть смешна теперь. Теперь только я — великий разрушитель миров. Не один — меня отныне больше. Говорят, что хорошего человека должно быть много, однако, по принципу Анны Карениной, плохих не может быть меньше или даже столько же. На скольких планетах зародилась жизнь? На скольких — не зародилась? Кстати, о зарождении: моя дорогая Нимфадора отныне подозревает тетку в сумасшествии. По мыслям всё видно, даже если стыдливо пытаться их скрыть. -Кузен, скажи честно, как ты до сих пор не оставил эту ебанутую в больнице или в лесу? Учти, в твою доброту и заботливость я заранее не верю. -Дора, будь ты чуточку повнимательнее… -То она бы не стала мне лизать как бешеная, что я еле выговаривала твои сообщения с кучей незнакомых мне слов? Не пыталась бы мне кожу ногтями расцарапать? Не нажралась бы живых тараканов? Не убежала бы к херам собачьим из комнаты безо всякого объяснения и содрогаясь от молчаливого смеха после испытания? -Это всё как раз в её стиле. Теперь ты понимаешь, почему же мы с тобой сидим здесь? -Фуфлыжно сидим. Она же поехавшая! Не ты, не Белла даже, а она! Извращенка… -Вот именно потому за ней желательно присматривать чаще, чем только на каникулах. Да и есть в её состоянии рассудка свои плюсы… -И ты тоже явно не в себе! -Скорее, не только в себе, но это так, вопрос терминологии. -Именно это в тебе и странно. Вечно какие-то слова замудреные у тебя, могу поспорить, половину ты сам придумываешь. Вот что такое «морзянка»? -Не бери в голову. В этом доме, как видишь, есть кому брать.