Killer, lover and a star

Hen_666hetta: я знаю, у кого золотой карп Chulll: он жив?  В этом чате нельзя разговаривать о жизни и смерти. Но у Сана от волнения за Сонхва так сжимаются челюсти, что он чувствует, как кровит десна. Ему плевать на правила чатов сейчас. Челюсти сжались ещё когда он очухался от убийства Уёна и бегал вокруг здания, искал Сонхва. Hen_666hetta: скорей всего, да Chulll: что мне делать? Hen_666hetta: жди курьера. и у меня есть личная просьба Chulll: ? Hen_666hetta: передача приглашения без цветов на две персоны. оплата как с цветами Захват без ликвидации? Сразу двоих? Chulll: сейчас? Hen_666hetta: это они рыбачили. зайди по ссылке, которую я отправлю и жди курьера Почему Сонхва с двумя заказанными объектами? Сан не понимает совсем ничего. Но ничего не важно, кроме Сонхва. Пока Сан ждёт, залезает в твиттер и вбивает имя Сонхва в надежде, что он успел хоть немного наследить. Пак Сонхва не подводит. Наследил - это не то слово. Фандом полощет предположения о том, что за проект у Сонхва.  Автограф сингапурской фанатки, у которой парень полицейский. Небольшой подготовленный отряд, который выволок Сонхва на глазах у людей буквально пару часов назад. Слухи о зомби-апокалипсисе. Помимо всего Сан успевает с нежностью подумать, какая же Сонхва всё-таки ходячая катастрофа. Настоящий фейерверк, который взрывается не как положено в небе, а прямо на складе. Сан панически ждёт курьера от Хетты. У него крутит живот, и хочется пойти пристрелить Уёна ещё раз. Он избавлялся от его трупа целую вечность. В основном, потому что сбрасывать в воду труп любимого человека очень тяжело морально. Сан искал место не просто отвечающее требованиям безопасной ликвидации улик, но и живописное. Уёну бы понравилось то, что он выбрал. В какой-то другой вселенной они сидели бы обнявшись на берегу канала и много курили. А потом он плакал и долго смывал следы из угнанной машины. Что поделаешь, Сан всегда был такой чувствительный. Он плакал по мёртвым близким, плакал и в этот раз. Ронял слёзы, стирал их средствами и снова ронял. Похуй, думал Сан. Если его загребут за убийство Уёна, значит, так ему и надо. И снова пшикал средством. Курьер привозит коробочку с новым сотовым. Сан понимает, что всё сложно, когда находит там же серьёзного вида радиогарнитуру. Он сразу вдевает наушник и включает мобилу. – Я ведь просто отвернулся на потрахаться, что у вас случилось? – Чон Уён случился, – Сан пытается привыкнуть к мысли, что Хетта мужчина. – Ты избавился от него? Сан утвердительно мычит. На глаза опять наворачиваются слёзы. Хетта молчит немного. – Мне очень жаль, приятель. Сан закрывает глаза, которые беспощадно щипает. Потом встряхивается: – Где Сонхва? Сан слышит шуршание клавиатуры на другом конце звонка. Несколько раз кликает мышка. – Твой любовник настоящая звезда. Фанаты тут в истерике. – Я видел. – Его вычислили по айпишнику, пока я был... занят. Сану кажется, что Хетта о чём-то умалчивает. Но он его единственная надежда. И если совсем честно, он единственный друг сейчас. – Я тут зашёл в его облако. Хочешь посмотреть его последнее видео с полицейскими, пока я кое-что проверяю? Сан получает файл и смотрит. Всё, что он понимает за всем бредом на видео, Сонхва пытался поскорее увести патрульных. Ну, невозможно не восхищаться им. Сердце знакомо сжимается от щемящей нежности. – Что-то есть? – У меня есть странное предположение. В любом случае, отправляйся в аэропорт. Ты зарегистрирован на рейс в Сеул через пару часов. Я думаю, с ним всё в порядке. В сообщении будет адрес камеры хранения с кое-какой экипировкой. И Сан? – Да? – Лови. Для поднятия настроения тебе. На телефон приходит фото. Недовольный Сан и светящийся от восторга Сонхва в отражении зеркальной дверцы Жемчужного Зала аэропорта Хошимина. * Сонхва не собирается облегчать жизнь никому. Его скручивают трое, чтобы вколоть что-то. Он так кричит, что кто-то из похитителей затыкает уши. Да, сучки. Пак Сонхва не просто так звезда потому что крутит романы с крутыми мужиками. Он вообще-то и голосом отлично владеет. Он думает, что это конец и очень удивляется, когда возносится после смерти и в раю встречает Сана. Рай похож на сон. Яркий и цветной, как под весёленькими веществами. Он во сне всё бежит к нему навстречу и пытается поцеловать. Но рай охуительно длинный. Как коридор. И он всё никак не может достать Сана. А потом Сонхва удивляется, когда просыпается. Обнаружить себя не мёртвым в хорошеньком доме прямиком из каких-то глянцевых сериалов переодетым в шёлковую пижаму - одно дело. Найти на кухне этого дома своего бывшего любовника готовящим гору мяса - совсем другое. – А, ты уже проснулся, – радостно оборачивается мужчина в длинном халате, поправляя забрызганные мясным жиром и соусом очки. Сонхва только что проснулся и уже утомился от этой жизни. Он упирает руки в бока и очень устало спрашивает: – Ким Хонджун, что здесь происходит? Хонджун снимает с огня последние кусочки мяса. Как заморочился. – Я приготовил ужин. Будешь со мной есть? Сонхва чувствует, как болит голова. Как покалывает от долгого лежания бок. Как под пижамой неприятно пахнет немытое тело. Запах еды вызывает спазмы в животе. Он голоден, грязен и зол. И хочется курить. И его всё заебало. – Ты обколол меня, похитил, приволок к себе домой, переодел, как какую-то куклу и теперь хочешь поужинать вместе?! – Я спас тебя, а не похитил, – пробует Хонджун. – Ты  о б к о л о л  меня! Хонджун грустнеет. Немного молчит и добавляет смущённо: – Я просто хотел помириться с тобой. Сонхва садится за стол: – Нормальные люди звонят и зовут на обед. – Прости. Но ты в международном розыске. И ищет тебя не полиция. И номера твоего у меня нет. Всё, что было - смутное знание, что ты в Сингапуре, примерная локация бизнес-центра и мой человек, который срочно вычислил тебя по айпи. Сонхва кивает. Ну, хорошо. Тут не поспоришь. Он тянет с подошедшего Хонджуна очки, берёт бумагу со стола и протирает раздражающие пятнышки на стёклах. – Как ты, вообще, меня нашёл? – Обнаружил пару месяцев назад заказ на твоего бойфренда. Забеспокоился, когда обнаружил потом и на тебя. И ещё больше потом, когда на тебя открыли полноценную охоту. Хонджун надевает очки обратно, накрывает на стол, подталкивает к Сонхва рис и принимается рассказывать, что после того, как его карьера рухнула, он распродал всем желающим всю информацию, какая у него была на своих врагов. Желающих было море. Сонхва вспомнил серию увольнений и отставок с высоких постов, и увеличившуюся смертность среди преступников. Журналисты окрестили это "корейской мафиозной войной". А ещё вспомнил, как Хонджун перестал звонить и писать моментально незадолго до выписки из больницы. Вот они успокаивали друг друга, переписывались. А потом вдруг, раз, и Хонджун пропал. – С меня тогда будто упали оковы. Как будто у меня всё время были связаны руки, и я смог наконец дотянуться до всех гнилых ублюдков их же способами. Я продолжил разрушать их, – говорит Хонджун про преступников, которым объявил личную войну. – Только стало меньше времени и больше денег. Очень многие досье и файлы, которые гуляют в даркнете, начались с моих расследований. Сонхва усмехается. Ещё один его роман оказался с налётом криминала. – Я исчез из твоей жизни, когда ты был в уязвимом положении, – продолжает Хонджун виновато. – И мне очень совестно за это. Я хочу помириться с тобой. Сонхва жуёт жареное мясо, отправляет в рот овощи. Ни одной помидорки. Маленькая приятная деталь, которую помнит бывший прокурор: Сонхва не любит помидоры. Ладно. Он добреет и проговаривает с набитым ртом: – Ну, мы и не ссорились технически. Ты просто испарился. Извинения приняты, еда всё исправит. Сердится ли он на Хонджуна? Наверное, нет. Слишком много времени прошло. Сейчас бы вина. Какого-нибудь сухого. – Кто меня переодел? Хонджун прячет глаза: – Я. Сонхва снова кивает. Он думает, что Хонджун видел все раны и синяки на теле. Ищет в его глазах жалость. – Ты... – Хонджун нервно жуёт кусочек мяса. Вздыхает, – красивее, чем когда-либо. – Спасибо. – Сонхва усердно вгрызается в мясо, вкусно сказочно. – Я знаю. Есть у тебя винишко, может? Хонджун поспешно идёт искать вино. – Только белое, – с сожалением говорит он, вытаскивая золотистую бутылку. Шато д'Икем. Сонхва приподнимает брови. Сколько они зарабатывают в этом преступном мире? Может, ему самому устроиться куда-то туда? Бывают преступные певцы или актёры? – Тащи, – машет он. Когда Хонджун подходит к нему, бутылка в его руках разбивается вдребезги. Сонхва слышит выстрелы и с жалостью смотрит на золотистые осколки на полу. Хонджун налетает на него и валит на пол, закрывая собой. * – Не стреляй в моего парня, долбоёб!!! – срывается Генриетта в наушнике. – Он мне нужен живым, что тебе не понятно?! Сан мешкает. Он не обижается на "долбоёба" и не спрашивает, про кого говорит Хетта. Наверняка про серьёзного. – А здоровяк? Пауза на другом конце звонка немного неловкая. – Второй мне тоже нужен. – Оу. Сан прикидывает, как быть. Они столкнулись с ненормальными бойфрендами Гериетты на подъезде к небольшому уезду. Хетта ликовал. Все его домыслы подтвердились. Адрес Ким Хонджуна он вычислил своими какими-то волшебными способами. Сан не уточнял. Хетта только сказал, что место точно то, потому что "ковыряться в запросах Нейвера и покупках туалетной бумаги и высчитывать количество проживающих - это тебе не география, но я настолько хорош". Парочку заказанных Хеттой людей Сан заприметил, когда поменял транспорт в очередной раз. "Следуй за ними, так вернее. Они движутся к Ким Хонджуну и твоей звёздочке" Их сложно не узнать. Здоровенный мужик в неприметной одежде, у которого разве что на лбу не написано "убиваю за деньги" рядом с интеллигентного вида парнем в такой же серо-серой неприметной униформе наёмника. В мире, где каждый хоть немного пытается добавить в образ индивидуальности, преступники, одетые как второстепенные персонажи игры - очень выделяются. Здоровяк заметил его у самого дома, пока Сан подтверждал Генриетте догадку с адресом. Кажется, увалень запаниковал, потому что открыл пальбу. Прямо в мирном квартале. И теперь они вяло перестреливаются около неприметного домика с миленьким внутренним двориком в традиционном стиле. Сан проникает во двор, стреляет один раз, целясь в интеллигентного парня и перед тем, как услышать ругань Генриетты, всего секундочку видит Сонхва в разбитом его пулей окне. Блять. Как неосторожно. Тёмная фигура в халате валит Сонхва на пол. Если с ним что-то случится, Сан убьёт тут всех. Плевать, что скажет Хетта. Сан хмурится. До приезда полиции, скорей всего, несколько минут, надо что-то делать. – Я не вижу пока звонков в полицию, – сообщает Генриетта, будто читая его мысли. – Глухие там живут, что ли. Сан слышит ещё выстрелы. И голоса. Он падает за машину, припаркованную рядом. Простенькая машинка начинает противно выть сигнализацией. Сан проверяет машину. Заперто. Зато под капот залезть прямо снизу и выдрать провод орущей сигналки ничего не стоит. Как только машина перестаёт верещать, Сан слышит больше голосов где-то рядом. – Хетта? Тут охрана. – Ещё бы, – отвечает тот. – Два охранника у него. Срут как слоны. Бумаги не напасёшься. Я сначала думал, их больше. – А предупредить? – Погоди. Там должно кое-что сработать. Сан лежит. А что делать. Он доверяет Генриетте. То есть этому неизвестному мужчине, который большую часть времени совместной работы с ним прикидывался девушкой. Охранники затихают и осторожно крадутся. Сан слышит, как включаются разбрызгиватели во дворе. Так поздно? Охранники тихо матерятся. – Сан? – Тут. – Скажи, когда они будут отодвигать ворота. Сан смотрит под машиной. Ворота скрипят натужно, будто застрявшие. – Открыва... Он внезапно слышит треск. Охранники, вплотную стоящие друг к другу, наполовину приоткрывшие ограждение, напряжённо мычат и валятся на колени. – Поджарились? Два человека лежат с другой стороны от машины, мокрые и без сознания. Скорей всего без сознания. – Ты пустил в них ток от ворот? Хетта псих. И опасный. – Командами для умного дома, – гордо подтверждает тот. – Сначала застопорил ворота и намочил засранцев. Впечатляет? Всё, что у меня было - чеки и список услуг и покупок за несколько лет.  – Да, – честно говорит Сан. – Ты действительно хорош. Очень. Хетта довольно хмыкает. Сан знает, как он любит комплименты. Это годы совместной работы. Он за доброе слово постарается, чтобы любое дело прошло гладко. – Ищи мои цели теперь. Воспользуйся вырубатором. Хетта снабдил его шприцами с какой-то жёлтой дрянью. "Вырубатор3000", как он выразился. Вряд ли эти ребята дадут себя повалить и подождут вежливо несколько минут, пока дрянь сработает. Но хоть одного он выведет из строя. – Звонок в полицию, – сообщает Хетта. Счёт пошёл на минуты. Сан заранее вскрывает машину и тихо переступает через валяющихся перед воротами охранников. Плана нет. Найти в доме и забрать с собой Сонхва. А ещё как-то погрузить в машину двух мужчин, которых он ещё не захватил. Сан на всякий случай – вдруг случайно заденет одну из целей пулей, и Хетта рассердится на него – обходит мокрые струйки от опрыскивателей на дорожке перед домом. Здоровяк целится в него из темноты, и Сан замечает, резко отпрыгивая в сторону. Тот бросается к нему и наваливается сверху. Наушник выпадает из уха, и он больше не слышит Генриетту. Они катятся по газону и Сан боится раздавить шприцы. Вот весело будет, если иглы с "Вырубатором3000" вопьются Сану в ляжку. Парень вытягивает к голове Сана руку с пистолетом. Сан успевает ударить по ней. Он пинает здоровяка коленом в бок, отталкивает. Снова ствол, почти в самое лицо. У Сана хватает расстояния вывернуться и хорошенько пнуть у плеча руку противника. Пистолет отлетает куда-то в кусты. Сан тянется за первым шприцем. Тяжеленный удар, направленный в солнечное сплетение чудом приходится в плечо Сана, пока тот пытается увернуться от кулака. Блядски больно. Сан бьёт в ответ, сразу серией ударов. Здоровяк сдавленно охает, но не прекращает попыток попасть в болевые точки. Ну же, дотянуться до кармана. Сан наконец достаёт "Вырубатор" и вкалывает куда-то в бок противника. – Ай, – неожиданно обиженно вскрикивает здоровяк. – Что это? Сан отходит, пригибаясь к газону, осматриваясь вокруг. Парень на глазах теряет способность быстро двигаться. Действительно, вырубатор три тыщи. Сан всё равно не собирается стоять и ждать, когда средство подействует. Отбегает за огородную оградку, тянет за провод выпавший наушник. – ... Чхве Сан?!. – Один готов. – Живой? – Да живой, живой. На другом конце раздаётся облегчённый вздох. – Если твоя жёлтая дрянь не убьёт его. – О, он жёлтый всё-таки? – удивляется Хетта. – Где ты это достал? – с подозрением спрашивает Сан. К лежащему на земле увальню подбегает, озираясь, его напарник. – Минги? Увалень уже почти без сознания. Какая же быстрая штука. Парень растерянно теребит его. Он не такой опытный боец, как первый. Сан слишком легко обходит его со спины и втыкает отраву в шею. – Второй, – сообщает Сан. Серьёзный парень разворачивается, роняя пистолет, держится за шею, пытается что-то сказать. Звуки сирен отвлекают Сана. Гадство. – Вали. – А как же Сонхва? – Я клянусь, с ним всё в порядке. Он в безопасности. Забирай мой заказ и вали. Сан закусывает губу. Он подхватывает теряющего контроль над собственным телом парня под мышки и волочит к машине. Сирены всё ближе. Сан невероятным усилием поднимает с земли второго. Нет, он не хочет знать, зачем Генриетте такая туша. Самые поганые кошки скребут на душе, когда Сан соединяет провода для старта и отъезжает от домика Ким Хонджуна. Ему кажется, что стоит только заорать, и Сонхва сам спустится к нему. Но времени больше не остаётся. * Хонджун заставляет его ползти по полу с кухни, тащит в комнатку в центре дома. С виду обычный кабинет. – Тут бронированные стены. Сонхва устал. – Хонджун, почему по нам стреляют? – Люди ди Бруно вычислили нас. – Что? Нет, Хонджун. Марко умер. – Марко да. А вот его наследники нет. – Алессандро? Но он же ребёнок ещё. – Алессандро ди Бруно прежде всего. И он не ребёнок, мужику уже за двадцать. Он и его родственники не согласны с тем, что одна пятая состояния, накопленного покойным главой их семьи теперь принадлежит его любовнику. Это не говоря о том, что влияния у их семьи поубавилось, потому что власть внутри организации сместилась и теперь там всем заправляет другая семья, которая и заказала, кстати, Марко. Сонхва устал и у него кружится голова. Он очень хочет в туалет и принять ванну. – Если ты не доберёшься до нотариуса в Палермо в ближайшее время, – продолжает Хонджун, – Алессандро добьётся своего и прикончит тебя. Хонджун никогда не любил бумажки. Они мнутся и создают беспорядок. Всё, что у него имеется на семью ди Бруно, он показывает в электронном виде. Раскрывает папку на экране планшета и передаёт Сонхва. Марко оставил ему огромные деньги. Значит, он не врал ему, когда обещал красивую жизнь? Сонхва думает, что кроме ванной и туалета хочет ещё в отпуск от такой жизни. И что ему надо присесть. Рядом нет ничего подходящего и он садится на пол. На мягкий коврик из китайского шёлка на полу.