Имя на его устах

      Итак, Кирилл Чудомирович считал себя действительно хорошим человеком. Ладно, альвом. Он послушно следовал правилам, помогал обычным людям, дрался с Дикой Охотой, никогда не грубил, говорил со всеми вежливо. Казалось бы, идеал? Только вот почему-то один птенчик считал иначе.       — Знаешь, мои новые друзья считают, что я хорошо говорю комплименты. Только вам, молодой господин, отчего-то не по нраву мои слова, сказанные исключительно из глубокого уважения и почтения к вам, — говорил Кирилл, глядя сверху вниз на Иллуги - командира раздветывательного отряда и, к огромнейшему счастью Флинса, своего возлюбленного. Почему именно ему в этой жизни так сильно повезло Чудомирович не знал. В общем-то и не до таких размышлений было.       — Они просто ещё не так хорошо тебя знают. На самом деле тебе нравится накачивать людей комплиментами и наблюдать, как они надуваются как воздушные шарики, а ты после смеёшься над ними, — Флинс усмехнулся на такую подробную характеристику и слегка покачал головой. Иллуги резко нахмурился. Изменение в лице парня не показалось Кириллу странным. Он молча глянул прямо в глаза Соловью и мягко улыбнулся, как бы заверяя того, что всё будет в порядке. Пусть Флинс и не был в этом уверен, пусть даже на самом деле его могут убить силы пострашнее Грешника, но у него не было ни малейшего желания беспокоить Иллуги. Кирилл знал, что у парня и без этого было множество проблем: начиная полчищем Дикой Охоты, заканчивая тренировками бойцов и бумажной волокитой.       Липкая, неприятная тишина образовалась между ними. Флинс понимал, что неприятного разговора не избежать. Что Кирилл, идя на опасную миссию, возможно даже смертельную для каждого из них, оставляет Иллуги здесь, на земле, там, где Соловей не сможет до него добраться. И ему наверняка страшно. Кирилл видит это по поджатым губам, по слезящимся глазам и дрожащим рукам, впившимся в ткань пальто.       — Сэр Флинс, — умоляющим взглядом глядя на мужчину, Соловей сжал руки в кулаках. — Нагнись, пожалуйста.       Флинс послушно нагнулся, заправив выбившуюся прядь за ухо, ожидая чего угодно, только не мягких губ, накрывших его собственные. Поцелуй получился нежным, немного солёным от слёз, скатившихся по щекам Иллуги, но до боли приятным и столь нужным в этот момент. Соловей обхватил руками щёки мужчины, а Флинс сжал талию парня, приподнимая его так, чтоб юноша встал на носочки.       — Обещай, — сказал Иллуги, оторвавшись от любимых губ. — обещай, что выживешь. Любой ценой.       Кирилл усмехнулся и, потрепав парня по голове, развернулся в сторону Куратория тайн. Иллуги смотрел ему вслед, пока статная фигура не скрылась за стеной ближайшего здания. Соловей знал, что он выживет. Не мог не выжить. Солнце скрывалось за горизонтом, предоставляя место лживой луне.

***

      И Кирилл действительно сдержал обещание. Он выжил и даже не получил существенных травм от схватки с Доктором, лишь небольшая слабость в теле выдавала следы недавнего сражения. Вся их компания собралась выпить, так сказать, отпраздновать победу. Естественно Кирилл с превеликим удовольствием согласился на столь привлекательное предложение Варки опрокинуть одну-другую стопку огненной воды. Жидкость обжигала горло, но радость от окончания тяжёлого сражения отодвигала всё лишнее в сторону. Но, как оказалось, зря Кирилл так рано расслабился.       — Господин Флинс, — обратилась к нему Нефер, глядя на бокал со знаменитым мондштатским вином и слегка покачивая его в руке. — что вы собираетесь делать после сегодняшнего банкета?       — Уважаемая госпожа Нефер, подскажите мне, простому ратнику, почему вы интересуетесь данным вопросом? Неужто желаете меня подловить, дабы выведать мои оставшиеся секреты? Вы можете не переживать, от вас у меня нет никаких секретов.       — Разве? А как же ваш прелестный спутник, которого вы столь тщательно скрываете от нас? Неужели вы о нас настолько плохого мнения, что полагаете, будто бы мы начнём вас осуждать? Вам не стоит об этом беспокоиться, в конце-концов, не только у вас столь нетрадиционные интересы, — после этих слов Нефер глянула на Лауму, прильнувшую к плечу Варки. Женщина явно перепила, отчего вела себя вольготнее обычного. Флинс слегка призадумался, глядя куда-то в сторону выхода. Глава Куратория Тайн быстро заметила этот взгляд и дёрнула друга за ткань плаща. — Не покидайте нас так скоро, думаю, что ваш Соловей поймёт, если вы сегодня немного отдохнёте.       — А? — Варка настороженно посмотрел на них. — Неужели сэр Флинс желает нас покинуть? Ну уж нет! Флинс, подливай себе ещё! Сегодня кутим до утра, друзья!              Путешественник, сидящий рядом с Паймон, что с комфортом пристроилась по левую сторону от него и обгладывала последнюю ножку цыплёнка в меду, понимающе улыбнулся. Его ведь тоже в Ли Юэ ждёт один крайне серьёзный адепт.       — Мастер Шляпка, а что значит нетрадиционные интересы? — Странник разом выплюнул всё то пойло, что только залил в рот. Альбедо хмыкнул, оставив объяснение на совесть куклы. Дурин с ожиданием смотрел на парня, сжав в руках стакан с яблочным соком.       Сандроне расслабленно откинулась на спинку стула, слушая чужую весёлую болтовню. Она вспомнила о Колумбине, которая наверняка сейчас смеялась над ней с луны.       — Нетрадиционные интересы, — механически начала Инеффа, поглаживая уснувшую Айно по голове. — это интересы, противоречащие традиционным увлечениям. Анализирую контекст. Беря во внимания весь разговор, подвожу итог. В данном случае нетрадиционные интересы это влечение одного человека к человеку того же пола. Я смогла удовлетворить ваш запрос, господин Дурин?       Ягода поперхнулась коктейлем. Стол ненадолго погрузился в молчание, но Варка быстро его прервал своим заливистым смехом.       — Да, Инеффа всё верно сказала. Вот наш господин Флинс, к примеру, имеет связь с одним весьма милым ратником, — женщина лукаво глянула на улыбающегося мужчину.       — Вот оно как... Благодарю, госпожа Инеффа, за такой подробный ответ.       — О, точно! — Паймон с ехидством глянула на Путешественника. — В конце-концов мы давненько не видели Сяо, да? Это адепт из Ли Юэ!       — Флинс, — прервав компаньонку, обратился к мужчине Итэр. — а это правда? Ты действительно с Иллуги?       — Да уж, — Флинс слегка покачал головой. — мы с молодым господином действительно имеем весьма интересный вид отношений. Мы с ним....       Дверь Флагмана резко распахнулась, являя перед всей командой недавно упомянутого светоносца. Выглядел он весьма огорчённым, если не злым. Парень обвёл взглядом помещение и, найдя стол злополучной компании, со всей своей яростью направился к ним.       — Кирилл Чудомирович Флинс! — крик заставил ребят застыть. Айно даже проснулась и, потирая глазки, непонятливо глянула на Инеффу.       Первой отреагировала Нефер. Поставив бокал на стол, женщина похлопала товарища по плечу и отошла на безопасное расстояние. Варка, сказав Флинсу не очень жизнеутверждающее "удачи", последовал за ней, под локоть ведя за собой Лауму. Путешественник с Паймон быстренько ретировались, Ягода мигом убежала вслед за боссом, а Инеффа, взяв на руки Айно, также поспешила уйти. Что уж говорить об Альбедо, Страннике и Дурине, которые, только завидев Соловья, пусть и не сильно испугались чужого гнева, но всё равно забились в угол отеля для большей безопасности. Сандроне не сильно спешила, лёгкой походкой уходя прочь.       "Предатели" - подумал Флинс.       "Удачи" - молча пожелали ему остальные.       Впервые за 700 лет своей жизни Кириллу действительно стало страшно.       Впервые Кирилл начал молиться Богине Луны.       Лишь бы Колумбина услышала его мольбы.       Но сегодня был явно не его день.       Иллуги, весь красный от злости, подошёл едва ли не вплотную. Схватил Флинса за воротник, заставив нагнуться.       — Молодой господин, вы выглядите сегодня просто невероятно....       — Заткнись, придурок! — прокричал он чуть ли не на ухо мужчине. — Я, видите ли, переживаю, ни есть, ни спать не могу, а он даже весточку не послал! Ни словечка! Ни единого "я жив, здоров, не ранен, не умер"! Скотина! Идиот! Козлина!       Флинсу действительно хотелось зажать уши и забиться в какой-нибудь угол, но покрасневшие веки возлюбленного заставляли застыть на месте, как статуя Богини Луны на острове Хийси. Слёзы вновь, как в тот вечер, покатились по щекам молодого ратника. Сердце Кирилла заныло. Захотелось дать самому себе пощёчину за такое отношение к его дорогому Соловью.       — Прости.       Кирилл, приподняв подбородок парня, впился в его губы своими. В зале радостно закричали и, кажется, даже зааплодировали. Но им было неважно.       — Я прощён, молодой господин? — наконец оторвавшись от столь желанных губ, спросил Флинс.       — На сегодня - да, — с лукавой улыбкой ответил Иллуги.       Вечеринка продолжилась уже вместе с Иллуги. После этого вечера Кирилл зарубил себе на носу — обижать своего любимого Соловья он больше никогда не посмеет.       А ведь голос у командира действительно хорошо поставлен.