«Парадокс Этажей»

      Спокойная летняя ночь в столице. В окнах соседних домов уже давно не горит свет. Линия горизонта постепенно начинает заливаться фиолетовым оттенком, знаменуя, что время уже перевалило за полночь и вот-вот наступит рассвет. Однако житель одной из квартир многоэтажного дома совершенно не планировал тратить своё время на сон. – «За целый день нормально и не поел, но ещё чуть-чуть, и я добью уровень», – он провёл руками по взлохмаченным рыжим волосам, когда увидел на телефоне, что курьер уже на подходе. Ноа жил в доме с огороженной территорией, и попасть за забор было затруднительно, поэтому в ночное время ему приходилось спускаться и забирать заказ. Взглянув напоследок перед выходом в зеркало на свою бледную физиономию с огромными синяками под глазами, Ноа даже решил, что свежий воздух пойдёт ему на пользу. – «Может, десерт был лишним?» – озадаченно подумал он, вспоминая сумму заказа. Ноа бессильно нажал кнопку вызова лифта и достал из кармана телефон. « 03:23 Новое сообщение от сообщества «FILE*» Он ткнул по уведомлению и прочитал новости в официальном сообществе игры. В комментариях под постом шло активное обсуждение нововведений в игре, стартующих через пару часов, а также критика сложных, по мнению комментаторов, ивентов. Ноа пролистал в самый низ, но, не найдя ничего интересного, нажал стрелочку назад. Сегодня он не планировал ложиться спать, чтобы одним из первых испытать на себе обновление, но была и другая причина: получение нового редкого оружия, которое можно было добыть только с временного босса с невероятно маленьким шансом, приравниваемым к удаче. Коллекционирование редких артефактов было смыслом его пребывания в этой игре. Их наличие делало персонажа практически неуязвимым, что упрощало закрытие всего контента, где требовались навыки боя. «Новое сообщение в чате: «Кто в рейд на дракона? Через 20 минут, а то я только зашёл.» Ноа без интереса перешёл в чат. К его удивлению, из 40 участников, собранных общим интересом к игре FILE*, большинство было онлайн. – «Ходил я с вами в рейд, – от воспоминаний его лицо исказилось от злости. – Всё время зачистки простояли АФК». Ноа хотел написать злое сообщение и высказать всё, что думает, но на экране высветился звонок, который переключил его внимание: Надоеда. – Что надо?... – не контролируя своё недовольство поинтересовался он, приняв звонок. – Ноа, ты ответил! – облегчённо вздохнул голос по ту сторону звонка. – Извини, если разбудил, не заметил, что уже настолько поздно, – виновато протараторил однокурсник и осторожно продолжил. – Завтра… То есть сегодня свободен? Помнишь, я говорил, что меня заставили участвовать с первокурсниками в конкурсе, чтобы не отчислили? Вылететь с четвёртого курса – полный бред!.. Так вот, о чём это я... Я совершенно не понимаю, что мне делать! А ты лучший на потоке… Поэтому, может, окажешь небольшую услугу и поможешь с чертежом? Я скину тебе условия конкурса. – Нет, – сказал он слишком быстро, почти перебивая. – Есть важные дела. Сам того не желая, в университете он создал образ усердного студента, который делает всё возможное, чтобы быть лучшим на потоке. Именно из-за этого однокурсники либо набивались в друзья, либо тихо шептались за спиной. Для Ноа учёба была некой игрой с рейтингом, поэтому азарт стать топером поглотил его в первый год учёбы, а после приходилось лишь поддерживать хорошие отношения с преподавателями, чтобы получать высшие баллы. Где-то в начале второго курса в его жизни и появился FILE*, который затянул его в виртуальный мир. Он не мог прямо сказать о старте долгожданного ивента в игре, который никак не мог пропустить из-за такой мелочи. Желания объясняться перед узколобым однокурсником у него не было, да и надобности в сплетнях, что он задрот и гик, тоже. Это лишь привлекло бы к нему внимание, которого он не искал. – Жаль, – расстроенно ответил он, но сразу же добавил с надеждой в голосе: – Но, если освободишься пораньше … – «Это вряд ли», – цыкнул Ноа, завершив звонок и с раздражением сунув телефон в карман куртки, ощущая тяжесть гаджета в нём. Спустя время железные двери светлого лифта со скрипом распахнулись, и он шагнул внутрь. Не глядя, нажав кнопку первого этажа, Ноа устало облокотился на поручень спиной, сонно наблюдая, как сменяются цифры на идентификаторе этажей.  Ноа лишь закрыл глаза на секунду, как кабину резко тряхнуло, и свет быстро потух, погружая маленькое пространство во мглу. Ноа ещё не успел осознать, что сейчас произошло, когда на маленьком экране замерцали беспорядочные цветные пиксели и плывущие строчки неизвестных символов, не предвещающие ничего хорошего. Резко из маленького экрана панели вырвалась ослепительная вспышка с противным пиком, отсканировав пространство лифта сверху вниз. – Это что за хуйня? – выругался Ноа и крепко схватился руками за перила. Прищурившись, он пытался разобрать символы на экранчике, где один за другим высвечивались неизвестные ему сигналы. Первое, что пришло в голову: дотянуться рукой до кнопок и попытаться дозвониться до диспетчера. Однако воспользоваться ими так и не смог. Кабина с металлическим рыком рванула вниз, и Ноа, ощутив на несколько мгновений себя вне гравитации, ударился о пол. Ничего, кроме острой, пульсирующей боли, разливающейся по телу. Пошевелиться или открыть глаза он не мог, эти действия казались ему просто невозможными. Вскоре ощущения стали притупляться, и он окончательно отключился. Неизвестно, насколько долго он пробыл без сознания, но очнуться его заставил надоедливый звук, напоминающий уведомление о новом сообщении. Он заставил себя сесть, хотя в ушах звенело, а в висках стучала тупая, горячая боль. – Ч-что… – язык заплетался, во рту было сухо и противно. Он попытался вдохнуть полной грудью, и его тут же скрутил спазм – тело помнило тот удар о пол. Перед глазами, сквозь пелену слёз от боли, плавал зелёный призрак, на котором горели символы. Это был неизвестный язык. «Загрузка языкового модуля…» – проговорил бездушный электронный голос. – Нет, – выдохнул Ноа. Это был не протест, а отрицание. Он зажмурился, резко тряхнул головой. Галлюцинация, а может, результат сотрясения. Надо прийти в себя. Это не реально. Но когда он снова открыл глаза, голограмма всё ещё висела в воздухе, теперь с новой строкой, которую он смог разобрать. Символы складывались в слова, и уже не было трудностей прочитать написанное на зелёном экране.  «Загрузка данных участника в систему…» Внутри что-то оборвалось. Холодная волна страха, острая и тошнотворная, подкатила от самого живота к горлу. – Остановись! – его голос прозвучал хрипло и неестественно громко в металлической коробке. Он махнул рукой, пытаясь смахнуть голограмму, как назойливую муху. Пальцы прошли сквозь свечение, вызвав лишь рябь. – Выключись! Паника, стремительная и слепая, заставила его двигаться. Он оттолкнулся от пола, пошатываясь, схватился за холодные перила. Двери. Нужно открыть двери. Кнопки. Он метнулся к панели и нажал на все кнопки множество раз, пока не заболели пальцы. Ничего. Только тихое жужжание. – Откройте эти ебучие двери! Диспетчер! – он закричал, припав к решётке динамика, зажав кнопку вызова. В ответ – лишь мерный электронный голос: «Загрузка данных прошла успешно. Добро пожаловать в Инцидент «Созерцание», участник девятого поколения 9989» «Удачных игр!» От этого бесстрастного тона стало ещё страшнее. Он отшатнулся от панели, прижимаясь спиной к стене. Сердце колотилось где-то в горле, пульсация в висках сливалась с гулом в ушах. Я в лифте. Я упал. Мне надо в больницу. Это нереально. Это кошмар. Загрузочное окно быстро растворилось в воздухе, но вместо него появилось следующее: «Чтобы увидеть характеристику участника, пожалуйста, наденьте устройство коммуникации Арктур» – Может, скажете, что вообще происходит? Я попал в какую-то игру? – с ноткой агрессии прохрипел он и машинально нажал на крестик зелёного полотна в воздухе. Он резко замер, с удивлением от своего действия взглянув на руку. «Невозможно определить геолокацию. Наденьте устройство коммуникации Арктур», – всё так же отвечал электронный голос из динамиков лифта. Ноа с отвращением косился на экранчик, затем потянулся за телефоном, но вместо него обнаружил странное устройство, напоминающее сенсорные часы. Небольшой квадратный экран с треугольными зубцами на одной стороне, что делало его силуэт похожим на голову кота, на чёрном плотном ремешке с застёжкой. – Это и есть устройство Арктур? – с истеричной усмешкой спросил Ноа, разглядывая со всех сторон новый гаджет. Стратегий было две: тут же разломать на части это устройство или надеть. Ноа медлил. Отчаяние било тревогу, крича бороться до конца в попытках вытащить себя отсюда, но логика подсказывала не делать необдуманных действий. Ноа зажмурился и застегнул ремешок. Щелчок прозвучал как замок от наручников, заковывающих его руки. Пути назад больше нет. Экран устройства в ту же секунду активировался, создавая в воздухе проекцией зелёное полотно с выскочившим уведомлением, которое мешало внимательно изучить данные аккаунта: «Ваша геолокация: Зона прибывших, Башня Ястреба» – Ноа быстро нажал на крестик всплывшего уведомления. «Профиль аккаунта: Данные участника 9989 Имя участника: Ноа Мария Леманн Особые таланты: не выявлено Особые предметы: не выявлено Место в рейтинге: отсутствует Пройдено этажей: –» Резко выскочило ещё одно окно с мигающей красной точкой. «Наблюдение: активное Оценка: ожидается» – «За мной наблюдают через профиль? – его губы тронула едва заметная усмешка. Невнимательный игрок, конечно, мог пропустить из виду эту деталь, спрятанную в тонне описаний, но не он. Ведь системные сообщения намного болтливее, чем кажется на первый взгляд, и Ноа очень часто этим пользовался.  – Это можно будет использовать.» Ноа скользил по строкам показателей, а затем закрыл вкладку. Не успев опомниться, как сразу высветилось следующее сообщение с отметкой на карте: «Необходимо добраться до "Перевала новичков" Время на выполнение: 30 минут» – На карте точка есть, – ткнув на мигающую иконку со своей аватаркой, обратился он к системным сообщениям, будто это были сами «разработчики». – Маршрут проложить западало? – со злостью произнёс Ноа в пустоту, скрывая очередное уведомление, и тут же высветилось ещё одно зелёное информационное окно, информируя, как пользоваться картой. Парень страдальчески закатил глаза. Двери лифта медленно начали движение в разные стороны, но на полпути их со скрежетом заклинило. Они то и дело дёргались в разные стороны, не переставая попытки открыться до конца. Ноа повернул голову с недовольным выражением лица на полуоткрытые двери железного ящика, через которые просачивался дневной свет. Электронный голос, совсем недавно звучавший из панели лифта, хранил молчание. Протиснувшись, Ноа выбрался на свободу. Голубое небо над головой, высокая зелёная трава, достающая до пояса – всë это казалось вполне нормальным, но если обернуться назад и увидеть металлический ящик с оборванными стальными тросами посреди цветущего луга, то появляются вопросы о реальности происходящего. Наихудший, но самый логичный исход, который может быть – смерть, но Ноа даже мысли о ней не желал допускать. Ему легче было принять то, что он перенёсся в игровой мир, чем то, что сейчас лежит, истекая кровью, в груде металла. Время было ограничено, поэтому Ноа решил не тратить его на осмотр местности, а сразу направиться в сторону перевала. Ориентируясь по карте, это должно было занять не больше пятнадцати минут. Так Ноа преодолел луг, приминая всеми способами высокую траву, однако та всё же смогла несколько раз ударить его по лицу. Вскоре и роща берёз осталась позади. Всё это время его не покидало чувство, будто за ним пристально наблюдают. Пронизывающий тело нечеловеческий взгляд ощущался на коже, вызывая зябкое ощущение холода. Он резко обернулся, но никого позади не оказалось, лишь ветер пронёсся, шелестя травой. – Чёрт, у меня паранойя, – Ноа потёр уставшее лицо руками и побрёл дальше, решив не заострять внимание. Только строчка «Наблюдение: активное» всё ещё крутилась в голове, сея семена сомнений. Вскоре его взору открылся вид на высокие стены, обгораживающие кабину металлического лифта. Неподалёку толпились обеспокоенные люди. – Ещё один, – безрадостно подозвала к себе розововолосая девушка в чёрной тканевой маске, скрывающей половину лица. – Выглядишь как-то расслабленно, в отличие от них, – она кивнула на группу людей, скопившихся поодаль. – О тебе могу сказать то же самое, – съязвил Ноа, неуверенно приближаясь к ней. Он облокотился на стену, упираясь локтями в шершавые швы кирпичей. Глядя на других людей, которые, в отличие от него, метались из стороны в сторону в истерике, Ноа чувствовал себя опустошённым. Всё, чего он хотел - это узнать, почему он здесь. Девушка, находившаяся по руку от него, собрала свои светлые розовые волосы в хвост, завязав резинкой, взятой из кармана чёрных джинсов. Она неловко покашляла, привлекая внимание и попыталась завести разговор: – Меня, кстати, Анника зовут. А тебя, рыжий? – Ноа, – немногословно ответил он, осматриваясь по сторонам. – Знаешь, что это за место? Анника отрицательно покачала головой. – Пока добиралась до этого места, – она указала рукой на лифт, – встретила пару здешних. От них я смогла узнать, что это место зовётся Инцидентом «Созерцание» … И, если честно, я не запомнила больше ничего, что они пытались мне сказать. Ноа разочарованно поджал губы и задумчиво покосился на устройство Арктур, постучав пальцами по его корпусу. Сложно было поверить, что в это превратился его телефон, но интерес брал своё. – Ладно, игра началась, – почти беззвучно прошептал он. Вместо страха по спине пробежал знакомый, почти наркотический озноб – тот самый, что он испытывал, когда искал в играх слабое место: будь то хитбокс или комбинация клавиш для почти читерского приёма на поле боя. Его взгляд, ещё минуту назад мутный от усталости, стал острым и цепким. Он изучал не просто устройство – он искал трещину в системе. Первую. Всегда найдётся одна, от которой пойдёт паутина. – Не знаете, для чего нас всех здесь собрали? – спросил парень в гавайской рубашке, подойдя к Ноа и Аннике. Он испуганно озирался по сторонам и нервно покачивался взад-вперёд. – Может, это ловушка? – Вряд ли, – начала Анника, запрокинув голову. Её голос был расслабленным, почти сонным. – Одна девушка, которую я тут встретила, сказала ни в коем случае не уходить отсюда. – И ты ей веришь? Она могла обмануть. – Тогда иди, – резко ответил Ноа, даже не взглянув в его сторону. Его раздражали отвлекающие звуки, мешающие сосредоточиться. – Не ищи здесь себе соратников. Парень в гавайской рубашке опешил от такого ответа. – Т-ты! Вы все тут умрёте, – круговым движением он обвёл всех присутствующих рукой. – Все вы! Он направился по вымощенной дороге прочь от кабины лифта. – Ушёл…– прокомментировала Анника, смотря ему вслед. Она повернулась к Ноа, но тот гневно ругался на высветившиеся окна с ошибками и не думал вступать с ней в диалог. – Как думаешь… Щелчок, и резкий пронзительный крик парня заставил обратить на себя внимание. Он катался по земле, истошно крича. – Что с ним? – Посмотри на его руки… – ответила побледневшая Анника, отворачиваясь от этой картины. Она отошла вглубь укрытия, ближе к кабине, и присела на корточки, зажимая руками уши. Руки и ноги парня были вывернуты в неестественном положении и из кожи выпирали белые кости. Все пальцы были переломаны и торчали в разные стороны. Ноа, сощурившись, наблюдал за происходящим. Он искал причину случившегося, но тошнотворное зрелище заставило его отвести взгляд. Прозвучал ещё один щелчок, и тело парня упало на землю, подёргиваясь от судорог. Голова была повёрнута в неестественное положение. Когда всё закончилось, и тишину перебивали только рвотные позывы того, чей организм не выдержал наблюдать такое убийство, раздался звонкий голос откуда-то сверху, и новоприбывшие быстро задрали головы: – Все оставайтесь на своих местах! – Держась за изогнутую ручку серого зонтика с рюшами по краям, к ним спустился невысокий человек в массивных ботинках, тяжесть которых чувствовалась только от одного взгляда на них. Хрупкий, изящный юноша в необычной одежде, состоящей из коротких шорт и кейпа, из-под которого виднелась чёрная рубашка, а из-за воротника выглядывало жабо с блестящим, ярко-оранжевым драгоценным камнем. Одним движением руки он сложил зонтик и оперся на него, как на трость, поправив рукой в длинных перчатках серую шляпу с заячьими ушами: – Всего на полчаса опоздал, а вы уже умудрились нарушить правила, – парень прошёл мимо безжизненного тела, перепрыгнув через бледную руку с выкрученными пальцами. Подойдя ближе, он одарил фальшивой улыбкой свою публику, наматывая локон длинных волос на палец и скучающе продолжил. – Что ж, приветствую вас, участники. Я Копителлер, путеводитель по этажам. – Почему этот парень умер?! Разве он сделал что-то плохое? Искривлённая улыбка Копителлера, придававшая ему очарование пушистого маленького кролика, спала. Он со скрипом сжал ручку зонта и, направив его в сторону, где только что убили одного из них, спросил, безжизненным ледяным тоном делая долгие паузы между словами: – Он. Нарушил. Правило. После услышанного толпа рядом с Ноа принялась обеспокоенно переглядываться и шептаться между собой. Кажется, никто не обратил на это внимания, но труп начал постепенно уменьшаться, будто таял под лучами солнца. Вскоре не осталось даже мокрого места.  Он бросил беглый взгляд в их сторону, но почти сразу перевёл его на путеводителя, пытаясь сообразить, как безопасно задать крутящиеся в голове вопросы. В нескольких шагах от него стоял Копителлер и нетерпеливо раскачивался из стороны в сторону, время от времени поглядывая на электронные часы с местным временем, висевшие на стене над головами прибывших. Минуты тянулись часами. Он хотел побыстрее избавиться от работы, которую на него повесили. – «Что он вообще за существо? – немигающим взглядом уставился Ноа на путеводителя. Его большие серые глаза с ярко-золотым зрачком сильно выделялись на фоне светлой кожи лица и притягивали внимание. – Не человек уж точно… Что важнее, на что он способен?» Мужчина с уродливым шрамом на щеке решительно протолкнулся через людей, останавливаясь перед Копителлером. – С ума сойти, – шепнула рядом Анника. – Что за хуйня тут происходит?! Объясни, почему тот парень умер? – практически кричал мужчина, но Копителлер лишь зевнул, будто эта ситуация была для него обыденной. – Ничего не меняется. Скукота, – прошептал он. Мужчина, стоя напротив Копителлера, сжимал и разжимал кулаки, на которых видны старые мозоли. Он мялся в сомнениях, не решаясь ударить первым. – Ты и твои подельники втянули меня в это, но я своё согласие не давал, так что живо вытаскивай меня из этого! Вы у меня присядете за похищение и убийство! – Это невозможно, – Копителлер одарил мужчину уставшим взглядом и продолжил будто по сценарию. – Сейчас вам сложно поверить в это, но вы находитесь внутри Инцидента «Созерцание», и он сам выбрал вас. Путеводитель указал рукой наверх, устремляясь пальцы к небу: – Чтобы выбраться назад, откуда вы пришли, вам нужно преодолеть 12 этажей. На каждом из них находится инстанс, который нужно выполнить. Хочу предупредить, что после шестого этажа задания значительно усложняются, а значит, шанс вашей смерти становится в разы выше, – он хитро усмехнулся, глядя, как бледнеют лица участников. Ноа скрестил руки на груди, нервно перебирая пальцами. Он лихорадочно выстраивал в голове хоть какой-то план, но недостаток информации об этом месте вгонял его в тупик. Хоть это и похоже на фантастическую игру, но если он умрёт, то второй попытки пройти уровень точно не появится, так что первым делом нужно раздобыть информацию. – Ты сказал, что тот участник умер из-за нарушенного правила. Что это значит? – осторожно поинтересовался Ноа. Копителлер вызывал ощущение липкого страха. Чувствовалось, что за такой миловидной внешностью скрывается нечто опасное, способное без затруднений убить всех присутствующих. – Что ж, пока кабина лифта не прибыла, могу немного рассказать о правилах этого места, – с лёгким удивлением от вопроса ответил Копителлер, включая на своём небольшом устройстве в виде карманных часов на металлической цепочке обратный отсчёт до прибытия кабины. – Участники, то есть вы, не можете отказаться от первого испытания, если не хотите кончить как он, – он выпрямился, чтобы ловко перекинуть зонт из одной руки в другую. – Кто карает за нарушение? Это ведь не ты убил его, – тут же спросил Ноа, сощурив глаза, будто подозревая в чём-то путеводителя. Анника, которая всё это время стояла рядом, поперхнулась воздухом, услышав вопрос, прозвучавший над ухом. Она посмотрела на Ноа, пытаясь понять, ударился ли он головой так сильно, что у него отбило способность здраво мыслить. Не сумев сдержать звонкого смеха, Копителлер снова облокотился на зонт, уперевшись лбом о внешнюю сторону руки. Его плечи быстро подрагивали, из-за этого казалось, что шляпа вот-вот свалится с его головы. – Я? Убить? Какие чудные участники в этот раз! – сквозь смех пролепетал он, хватая ртом воздух. Как только он смог успокоиться, то поднял голову и смахнул с глаз, обрамлённых длинными светлыми ресницами, слёзы. – Я лишь слуга, а вот за соблюдением правил устава этажей следит Судья. Нарушения же внутренних правил, как это, караются самим Инцидентом. Он самолично уничтожит нарушителя… Его никто не контролирует, нам лишь остаётся повиноваться и устанавливать свои правила для мирного существования. – Кто такой этот Судья? – нахмурилась Анника. – Правитель этого места, – путеводитель повесил на руку зонт и с интересом наклонил голову набок, сощурив и без того узкие глаза. – Больше рассказать я не могу – времени совсем не осталось! Да и какая вероятность, что мы увидимся после испытания? – задумчиво спросил он и подтолкнул спереди стоящих участников за плечи. Двери лифта за их спинами медленно открылись, но кабина так и источала зловещую ауру. Ноа лишь мельком взглянул на неё, но даже так всё внутри уже сжалось от страха. Прошлая поездка оставила значительный негативный отпечаток в его памяти. Он потёр поясницу, будто всё ещё ощущал боль от падения. – Если сможете выжить, то как-нибудь ещë поболтаем! Копителлер загнал всех участников в лифт, словно пастушья собака овец, активно помахал рукой на прощанье перед тем, как двери лифта плотно закрылись. Кабина двинулась вниз с противным скрежетом. В металлическом ящике царила тишина, а в воздухе витало напряжение. Слышалось, как кто-то нервно цыкнул, кто-то горько шмыгнул носом или сдерживал слезливый всхлип. Ноа стоял в углу, прислонившись к холодной стене затылком. Панический комок в горле рос, сердце колотилось так, что вот-вот выпрыгнет. Ноа считал, что это единственное, что заставляло его хоть немного переключиться. Пять… Шесть… Вдруг кабина замерла, он вжался в стену, ожидая, когда двери наконец распахнутся. И тут – щелчок. Не громкий, а едва уловимый, механический. Как звук переключающегося реле где-то за панелью. Это было не просто так. Ноа от удивления распахнул глаза. Неожиданно это стало спасительным кругом, и он схватился за него, выныривая из пучины надвигающегося страха перед неизвестностью. Вместо хаоса мыслей в голове проступила четкая, до чёртиков знакомая картина: задержка между остановкой лифта и открытием дверей слишком долгая, будто идёт загрузка при переключении сцен игры, а этот щелчок и был звуком переключателя. – «Это не настоящая реальность, я в виртуальном мире, игре, а значит… Двери не открываются так долго по причине плохого интернета, либо... запускается какая-то процедура. Скрипт приветствия? Загрузка инстанса?» Двери поехали в стороны, на электронной панели лифта отобразилась цифра «1». Ноа облегчённо выдохнул, сдерживая нервный смех. Он оказался прав.