Любить того, кто убивает

(От лица главной героини) Я просыпаюсь утром, всё ещё чувствуя усталость, но в груди пульсирует чувство собственной силы. Плохо спала после вчерашнего, да ещё и чужая, грубая постель. Тревога не покидает с тех пор, как меня силой привезли на базу Спасителей. Но в этом бардаке есть и хорошее. Если я справилась с одним… значит, могу справиться и с остальным. Слышу стук в дверь. С чего бы это? В прошлый раз Дуайт не утруждал себя таким вежливым жестом. Слегка повысив голос, говорю, чтобы заходил. Дверь распахивается (на удивление, сегодня меня не заперли), и входит подручный. Не то чтобы я питала надежды на побег, учитывая тот факт, что на ключ меня не закрыли, ведь повсюду рыскает шайка Нигана. Не думаю, что оставили бы без присмотра чужачку, поэтому благоразумно просидела всю ночь в комнате. — Ну что ж, хотел напомнить, что без дела у нас тут никто не сидит. То, что вчера ты показала отличный результат — ничего не значит для Нигана. Это была развлекательная программа для нашего босса. Он мог бы запросто закинуть тебя к рабочим, выполнять грязную работу, но даёт тебе шанс. Ты должна использовать его с умом. И не вздумай натворить дел, любой проступок — и получаешь наказание. Дуайт неосознанно провёл рукой по щеке, той самой, где красовался шрам от большого ожога. — Что ты сделал? — не удержалась от вопроса, поглядывая на его лицо. Непонимающе посмотрев, он уловил мой взгляд, направленный в то место, что было изуродовано. — А это тебя не касается! Помалкивай и делай, что говорят. Мужчина вспыхнул. Задела за больное? Прикрыв глаза на мгновение и тут же распахнув, продолжил: — Ниган хочет проверить тебя ещё раз. Но на этот раз не силой, а умом и психикой. — Умом и психикой? — переспросила я, прищурившись. — То есть что, опять очередной «эксперимент»? — Можно и так сказать, — хмыкнул Дуайт. — Тебе предстоит разнести припасы по базе и проконтролировать один из участков. Нужно показать, что ты способна быстро, аккуратно и без ошибок выполнять приказы. — А если я что-то не так сделаю? — спрашиваю осторожно. Дуайт посмотрел на меня, как будто оценивал, насколько готова к серьезной игре. — Ниган любит, когда люди не просто делают работу, а делают с вниманием и стилем… Иначе он найдёт способ заставить тебя пожалеть. Я почувствовала, как сердце снова учащенно забилось. Мне не нравилось ощущение, что за каждым моим движением будут наблюдать, что это всё проверка. Но на этот раз настороженность смешивается с чем-то другим — азартом, жгучим желанием доказать, что способна на большее. — Хорошо, — выпалила, не показывая слабость. Я могла бы сопротивляться, упорствовать и отказываться подчиняться. Но что бы мне это дало? Лишь тёмную, сырую темницу и никаких шансов выбраться на волю. Пока что сыграю в послушную пленницу. — Приступаешь через пару часов. Сейчас тебе будет полезно изучить окрестности, может, пообщаться с кем-то. Узнаешь местные правила, и не будешь делать глупости. — Мне разве можно выходить из комнаты и гулять тут? — Самой, естественно, пока нет. Но я привёл тебе компанию. Тут же в мою комнату, словно птички, впорхнули три девушки. Они были так элегантно одеты, что я даже на мгновение потеряла дар речи. Воздушные, цветные платья, тонкие ткани, подчёркивающие фигуры, туфли на шпильках — всё это выглядело неуместно роскошно для мира, давно погрязшего в грязи и крови. Я даже поймала себя на зависти. Не к ним — к тому, что они всё ещё могли выглядеть так, будто апокалипсис их не коснулся. Я уже и не помнила, когда в последний раз носила что-то подобное. Последние годы весь мой гардероб — это старые джинсы, выцветшие футболки, заношенные куртки и ботинки, пропахшие пылью и потом. Одежда для выживания, а не для жизни. Они улыбались — слишком легко, слишком отрепетированно. В их взглядах скользило что-то настороженное, почти испуганное, но прикрытое вежливостью и привычкой подчиняться. Эти улыбки были их бронёй. Такой же, как мой нож. — Привет! — чересчур радостно поздоровалась со мной одна из них. — Я — Фрэнки. У неё были огненно-рыжие волосы и зелёные глаза — слишком яркие для этого серого, выжженного мира. — Здравствуй. — поздоровалась вторая девушка более сдержанно. Она же была шатенкой, с чёлкой и карими глазами, а выглядела старше двух остальных. Третья девушка, миловидная блондинка с голубыми глазами и кукольной внешностью, вовсе промолчала. Взгляд был грустным и пустым одновременно, как у человека, который слишком долго жил без надежды и перестал ждать лучшего. — Я Таня, а это — Эмбер. — приветливо улыбнулась девушка-шатенка и указала на ту, с печальными глазами. Перевела взгляд с одной девушки на другую, не скрывая удивления. Они выглядели так, будто случайно забрели сюда из другого мира — слишком ухоженные, слишком спокойные, слишком красивые для этого места. — Простите… — я запнулась, подбирая слова. — А вы кто? Между девушками пробежал короткий, почти незаметный обмен взглядами — тот самый, который говорит больше слов. Рыжеволосая усмехнулась краешком губ. — Мы просто… здесь живём, — сказала она с лёгкой гордостью, словно показывая, что этот мир может дать всё, что только пожелаешь. В глазах Тани мелькнула усталость — глубокая, выученная, такая, что не проходит даже после сна. — Не всё в этом месте такое, каким кажется, — тихо сказала она. — И не все здесь по своей воле. Эмбер поправила складку платья и посмотрела на меня внимательнее, словно предупреждая. — Тебе не стоит в это вникать, — сказала она мягко, но твёрдо. — Поверь. Чем меньше знаешь, тем легче дышать. Мне уже начали надоедать эти слова загадками и непонятные предостережения. Должна же я, в конце концов, узнать, в чём дело? — Кто вы? — спросила снова. — И почему вы здесь? Фрэнки вздохнула первой, будто решаясь. — Мы… женщины Нигана. Слова повисли в воздухе, тяжёлые, липкие. Я моргнула, не сразу осознавая смысл. — В каком смысле… женщины? — тихо уточнила. Таня посмотрела мне прямо в глаза. — В самом прямом. Мы живём здесь. Носим то, что он велит. Улыбаемся, когда нужно. И делаем вид, что нам хорошо. — То есть он... заставляет вас? — Ничего подобного, — тихо буркнула рыжая. — Наоборот. Я сама сделала выбор. И, честно говоря, не хотела бы жить по-другому. — Так, ладно! Мы и так наболтали лишнего. Это уже не имеет значения. Мы не можем тебя спасти. И не можем пойти против него. Но предупредить — можем. Иногда этого достаточно, чтобы человек сделал другой выбор. — Что вы имеете в виду...? — я вылупила глаза, не соображая, к чему она клонит. — Первый раз слышу об этом и вообще не собиралась... Стоп, чего!? Они подумали, что я... как они? Звучит, если честно, бредово. — Мы объясним, — тихо начала Фрэнки. — Здесь девушки просто так не живут. Они либо в составе Спасителей — это привилегированная группа. Живут на верхних этажах фабрики. Имеют отдельные комнаты, получают лучшее питание и материальные ценности. Но женщин там не много, честно говоря. Ещё есть рабочие, они заняты на производственных и сельскохозяйственных работах. — И есть третий вариант, — продолжила Таня, — жёны. — А я не вхожу ни в один из этих… вариантов, — сказала я, ощущая, как в груди что‑то сжалось. — Пока что.