Нити памяти

В зале было почти пусто. Раннее утро не привлекало зрителей — только тех, кто действительно хотел работать. Лампы светили ровно, без лишней яркости, и звук шагов отдавался глухо, растворяясь в пространстве. Сароча пришла раньше. Как всегда. Разминка уже подходила к концу: лёгкий бег, растяжка, отработка дыхания. Всё чётко, по плану. Без отклонений. Без лишнего шума. …Почти. Она бросила короткий взгляд на часы. 6:57. — Глупо, — тихо сказала она, отворачиваясь. Конечно, она не придёт. Это было бы слишком… предсказуемо. И всё же — Дверь тихо скрипнула. Фрин замерла на долю секунды. А потом продолжила движение, будто ничего не произошло. — Я не опоздала? — раздался знакомый голос. Ребекка стояла у входа, слегка запыхавшаяся, с растрёпанными волосами и всё той же… улыбкой. — Нет, — коротко ответила Фрин, не оборачиваясь. — Ты слишком рано. — Лучше так, чем позже, — Бекки пожала плечами и осторожно прошла внутрь, оглядываясь. Зал выглядел совсем иначе без толпы. Без шума, без криков — только пространство, в котором всё казалось честнее. — Здесь… спокойно, — тихо сказала она. — Здесь работают, — поправила Фрин. Бекки кивнула. — Можно посмотреть? Фрин на секунду замолчала. — Ты уже здесь. — Логично, — улыбнулась Ребекка и прислонилась к стене, стараясь не мешать. Фрин выпрямилась. Секунда. И снова — режим. Она вернулась к тренировке. Удары стали быстрее. Жёстче. Точнее. Каждое движение — выверено, будто отточено годами до идеала. Но теперь… Она чувствовала взгляд. Постоянный. Не тяжёлый. Не оценивающий. А… внимательный. Это раздражало. Сбивало. — Ты можешь не смотреть так пристально? — резко бросила Фрин, не останавливаясь. — Как? — спокойно спросила Бекки. — Будто пытаешься что-то понять. Небольшая пауза. — А я и пытаюсь, — честно ответила Ребекка. Сароча остановилась. Медленно повернулась. — Что именно? Бекки чуть наклонила голову, словно подбирая слова. — Тебя. Тишина. Фрин смотрела на неё долго. Чуть дольше, чем следовало. — Это пустая трата времени. — Может быть, — согласилась Бекки. — Но мне всё равно хочется. Снова это упрямство. Мягкое. Но непробиваемое. Фрин сделала шаг вперёд. — Ты не знаешь, во что лезешь. — Тогда объясни, — спокойно. — Я не обязана. — Я и не говорила, что обязана. Пауза. И — лёгкая улыбка. — Но ты ведь всё равно это делаешь. По чуть-чуть. Это задело. Фрин сузила глаза. — Ты слишком много себе позволяешь. Бекки не отступила. — А ты слишком многое держишь в себе. Тишина. На этот раз — тяжелее. Фрин подошла ближе. Теперь они снова стояли почти вплотную. — Ты думаешь, что всё так просто? — тихо спросила она. — Нет, — покачала головой Ребекка. — Но это не значит, что нужно делать всё сложнее, чем есть. Фрин усмехнулась. Едва заметно. — Ты наивная. — Возможно, — Ребекка чуть пожала плечами. — Но это не мешает мне видеть очевидное. — И что же «очевидно»? Бекки посмотрела ей прямо в глаза. И на секунду… не улыбнулась. — Ты не такая безразличная, какой хочешь казаться. Слова повисли в воздухе. Чёткие. Точные. Опасные. Фрин замерла. И впервые за всё время… не нашла, чем ответить сразу. Это было неправильно. Непривычно. Некомфортно. Она отвела взгляд. Сделала шаг назад. — Достаточно, — холодно сказала она. — Ты пришла смотреть — смотри. Не анализируй. Бекки не стала спорить. Только кивнула. Но её взгляд не изменился. Он всё ещё был таким же… Тёплым. Фрин вернулась к тренировке. Но теперь удары уже не были такими ровными. Где-то внутри что-то мешало. Сбивало ритм. Слишком тихо. Слишком глубоко. --- Через час она остановилась. Дыхание было чуть тяжелее, чем обычно. — На сегодня всё, — бросила она, беря полотенце. — Ты всегда так тренируешься? — спросила Бекки, отлипая от стены. — Да. — Жёстко. — Эффективно. Ребекка кивнула. Подошла ближе. Снова. Слишком легко. Как будто это уже стало привычкой. — Можно вопрос? — спросила она. Сароча вздохнула. — Ты всё равно его задашь. — Верно, — улыбнулась Ребекка. — Почему ты позвала меня? Пауза. Фрин замерла. Полотенце в её руках остановилось. Она не сразу ответила. Потому что… Она сама не знала. И это злило. — Ошибка, — коротко сказала она наконец. Бекки смотрела на неё несколько секунд. А потом — — Тогда не повторяй её, — мягко сказала она. — Если не хочешь. Фрин нахмурилась. — Я не… — Но ты хочешь, — перебила Бекки тихо. И это не было вызовом. Это было… утверждение. Фрин резко посмотрела на неё. Но в глазах Ребекки не было ни насмешки, ни давления. Только спокойствие. И уверенность. Которая раздражала сильнее всего. Фрин отвернулась. — Завтра в это же время, — сказала она сухо. И тут же добавила, будто исправляясь: — Если тебе больше нечем заняться. Бекки улыбнулась. Шире, чем раньше. — Значит, увидимся завтра. Фрин ничего не ответила. Но, выходя из зала, она поймала себя на мысли— Что впервые за долгое время… Тишина больше не казалась ей такой необходимой.