пожалуйста, будь моим.

чувствуя, как крепкий травяной напиток прокладывает горячую дорожку по пищеводу, оседая тяжелым теплом в животе. передав бутылку Догдею, Кэтнеп сел рядом, чувствуя, как кровать слегка прогибается под их весом. воздух в комнате словно сгустился, став электрическим. первые глотки пошли легко, почти как вода, но уже через десять минут, когда дно второй бутылки стало предательски приближаться, реальность начала терять свою четкость. стены комнаты словно слегка покачивались в такт далеким залпам салютов, а лица стали казаться размытыми пятнами, лишенными привычных очертаний. Кэтнеп чувствовал, как его мысли путаются, рассыпаясь, словно бусины с порванной нити, и каждая новая эмоция вспыхивала в сознании яркой вспышкой, чтобы тут же угаснуть. — знаешь, — пробормотал Догдей, его голова слегка склонилась к плечу Кэтнепа, — почему мы всегда такие... правильные? даже сейчас, когда мы пьем эту дрянь, я чувствую, будто мы совершаем преступление века. Кэтнеп рассмеялся, но звук вышел хриплым и странным. он протянул руку и неловко, почти неуклюже, потянулся к лицу Догдея, чтобы убрать с его лба прилипшую прядь волос. его пальцы дрожали, и это прикосновение отозвалось в нем странным, болезненным электричеством. алкоголь ударил в голову, снимая все барьеры, которые Кэтнеп выстраивал годами, превращая его внутренний мир в хаос необузданных желаний. — преступление, — повторил Кэтнеп, глядя прямо в глаза Догдею. — пусть будет преступление. мне надоело быть хорошим, Догдей. мне надоело быть тем, кем они хотят меня видеть. я просто хочу... он замолчал, не в силах сформулировать мысль. слова казались тяжелыми, неповоротливыми, словно они весили тонну каждое. Догдей, казалось, понимал его без слов. он тоже был пьян, его движения стали размашистыми, неточными, а взгляд — затуманенным и тяжелым. он потянулся за бутылкой, но промахнулся, и его рука легла на колено Кэтнепа. это прикосновение было как удар тока, пронзивший тишину комнаты. в этот момент время словно остановилось. грохот салютов снаружи превратился в приглушенный гул, будто мир за окном перестал существовать, оставив их двоих в вакууме. Кэтнеп смотрел на руку Догдея, которая не спешила убираться, и чувствовал, как внутри закипает что-то темное, тягучее, похожее на расплавленную смолу. алкоголь развязал узлы в его сознании, позволяя вещам, которые он прятал глубоко внутри, выйти наружу. — ты всегда был... — начал Догдей, его голос срывался на шепот, — таким загадочным. я никогда не понимал, что у тебя на уме. и сейчас... сейчас я понимаю еще меньше. Кэтнеп не ответил. вместо этого он сделал еще один глоток, и терпкий вкус егермейстера смешался с дыханием Догдея, когда тот подался вперед. их лица оказались слишком близко, так близко, что Кэтнеп чувствовал жар, исходящий от кожи друга. это было безумие, чистое, неразбавленное безумие, которое случается только в такие ночи, когда логика отступает перед натиском инстинктов. — я не загадочный, — прохрипел Кэтнеп, чувствуя, как его собственные слова звучат странно и чуждо. — я просто... боюсь. — чего? — Догдей смотрел на него, и в его глазах, подернутых пеленой алкоголя, читалась почти детская доверчивость, смешанная с пугающей серьезностью. — что если я покажу, кто я на самом деле, — Кэтнеп запнулся, и его рука, до этого безвольно лежавшая на одеяле, нашла ладонь Догдея, сжимая ее. — ты убежишь. ты всегда бежишь к свету, а я... я живу в тени. Догдей коротко усмехнулся, и этот звук показался Кэтнепу самым печальным, что он когда-либо слышал. он подался еще ближе, их лбы соприкоснулись. алкоголь превратил все их чувства в острую смесь желания и отчаяния. — а если я не хочу бежать? — спросил Догдей, и в его голосе прозвучало вызов. — что если я хочу остаться здесь, в этой темноте, с тобой? ответ Кэтнепа был невербальным. он резко, почти порывисто притянул Догдея к себе, их губы встретились в неуклюжем, пьяном поцелуе, который больше напоминал столкновение двух планет. это не было романтично или нежно — это было отчаянно, больно и необходимо, как вдох после долгого погружения под воду. Кэтнеп чувствовал привкус трав, запах пота и тепла, и это было лучшее, что он чувствовал в своей жизни. комната вокруг них кружилась. алкоголь окончательно лишил их контроля, превращая каждое движение в борьбу с собственной координацией. они свалились на кровать, сбивая подушки, и это падение только усилило их безумие. Кэтнеп чувствовал под собой тяжесть тела Догдея, чувствовал его дыхание на своей шее, и это было ошеломляюще. — я так долго этого хотел, — прошептал Догдей куда-то в воротник свитера Кэтнепа, его голос звучал глухо и сдавленно. — заткнись, — выдохнул Кэтнеп, его руки хаотично блуждали по плечам и спине Догдея, пытаясь осознать, что это происходит на самом деле, что это не сон, навеянный крепким алкоголем. — просто молчи. но тишина не наступала. они оба были полны слов, эмоций, которые несколько месяцев  копились внутри и теперь требовали выхода. пьяный хаос в их головах превращал все их диалоги в обрывки фраз, бессвязные признания и нелепые клятвы, которые они забудут, как только протрезвеют, но которые сейчас казались истиной в последней инстанции. Кэтнеп чувствовал себя на грани — на грани реальности и безумия, на грани сна и бодрствования. каждое движение отдавалось в его теле странной, вибрирующей энергией. он не знал, как они дошли до этого, не знал, что будет утром, и, честно говоря, ему было все равно. сейчас существовал только этот момент, этот запах спиртного, этот полумрак комнаты и Догдей, который был так близко, что казался частью его самого. кот снова притянулся к Догдею, их губы опять встретились. этот поцелуй был уже более осознанным, но все еще лихорадочным, полным отчаяния. Кэтнеп чувствовал, как его сознание постепенно уплывает в серую дымку, и это было приятно. ему хотелось забыться, раствориться в этом моменте, стереть из памяти всё, что было до, и всё, что будет после. далее все пошло по базе. свитер Кэтнепа полетела вниз с кровати, костюм Догдея тоже. оставшись в одних штанах, Кэтнеп продолжил свое дело. его метки в виде красных засосов оставались на шее и ключице его «лучшего друга», который в свою очередь прикрыл рот, что бы ни дай бог его стоны кто-нибудь услышал. но кота это мало останавливало, он спускался поцелуями все ниже и ниже , и прежде чем дошел до паха пса, он аккуратно погладил его по голове. Догдей в свою очередь лежал на кровати, чувствуя как ему не хватало этого, поэтому полностью расслабившись он отдал инициативу Кэтнепу. лишь кивнул, указывая, что кот может начинать. кот вообще не сомневался в себе, он был настолько пьяным, что не отдавал контроль своим действия. он аккуратно приспустил боксеры, затем аккуратно взял член рукой и без каких либо сомнений начал дрочить своему уже не совсем другу. Догдея кидало в жар, он прогибался в спине, крепко сжимав одеяло на кровати.  – расслабься, пожалуйста, – попросил кот, на что пес лишь послушно кивнул, стараясь расслабиться. рука кота ускорила темп, а стоны парня снизу продолжали заводить Кэтнепа еще сильнее. они наверняка ничего не вспомнят утром, так что пока есть возможность, нужно хвататься за нее руками и ногами. наконец кончив в руку, Догдей выдохнул и пытался наладить свое сердцебиение. пока тот лежал на кровати , приходя в себя, Кэтнеп снял джинсы. – готов? – не соображая промямлил кот, на что получил одобрительный кивок. Кэтнеп подошел ближе к Догдею , снимая с себя шорты, которые он носил в качестве боксеров. подобрав ноги пса, он аккуратно поцеловал того в губы, и не желая отпускать сумел войти в парня. первый заход всегда больной, особенно если это первый раз, второй заход был уже получше, но все равно все шло туговато. вырвавшись из поцелуя , Догдей отвернул голову зажмурив глаза, пока кот делал проход чуть шире. наконец когда Кэтнеп смог полностью войти в парня, он взял его за лицо и повернул так, что бы Догдей мог смотреть ему прямо в глаза. кот слегка ускорил темп, но старался делать так, что бы не навредить своему уже не другу. – будет больно - говори, – установил некое правило Кэтнеп, что бы знать как дальше двигаться. Догдей лишь молча кивал придерживая рот рукой что бы его стоны было не слишком сильно слышно. Кэтнеп взял руку парня, которой он прикрывал рот и отодвинул ее, – мне нравятся твои стоны, не умолкай, – кот подмигнул ему и аккуратно убрал  волосы парня снизу, что бы они ему не мешали. Кэтнеп продолжал, делая темп чуть быстрее. наконец добравшись до простаты, он улыбнулся, это была его победа. он сделал так, что бы под тобой прогнулся твой якобы лучший друг. хотя он и был пьяным, он слегка осознавал свои действия и ему это нравилось, его это заводило. Кэтнеп смог кончить спустя минут 12. скорострел получается? для первого раза простительно.  они завались на кровать, пытаясь отдышаться. комната закрыта на замок, вещи разбросаны, а сами они лежали глядя в глаза друг другу. Догдей не смог удержать свое желание, поэтому он снова затащил кота в поцелуй. сходив в душ и прибрав всю одежду, ребята спустились на первый этаж. Кэтнеп довольный сел за стол, надеясь, что никто из вернувшихся гостей не слышал, чем они занимались. а вот Догдей вышел весь красный, его ноги слегка тряслись. он сел рядом с котом и положил голову ему на плечо. этот новый год они никогда не забудут.