всë же, я могу тебе доверять

— Сучоныш, иди сюда! — кричит отец, когда Саигику хлопает входной дверью. Он кидает взгляд на часы, которые висят на стене. Мать должна придти к девяти. Еще полтора часа. Отец матерится, зовя его, пока Дзëно готов лезть на стену, лишь бы не идти к нему. Хуй знает, что решит учудить отец. Заходя в гостиную, отец сразу переводит на него взгляд. — Что? — скрестив руки на груди, блондин опускает взгляд на пол. Небольшая бутылочка водки и, по виду, самый дешманский апельсиновый сок. Пиво его теперь не берёт, перешёл на водку. Похвально, папаша. — Ты, — начинает Акира, взяв в руки солёный огурец, который солила его мать – бабушка Дзëно. — Ты где был, выеблядок? — опустившив быстро рюмку и сразу закусив, зажмурившись, покачивающимися движениями, Саигику старший наливает себе еще стопку. — Небось ты педик какой-нибудь и был у своего ненаблядного. Почти в яблочко отец. Угадал с тем, что он педик, но ночевал он у Тачихары. Вздохнув, он не отвечает и уходит в прихожую. — Я, блять, что? Со стенкой разговариваю, а? — Да, пап, именно с ней. Потрезвей и поговорим. — надевая ботинки и, не успев взять куртку, как отец перехватывает его кисть своей хваткой. — Молоко ещё на губах не обсохло, сынок, чтобы со мной так разговаривать, ясно? —от отца несёт перегаром, потом и ещё какой-то хуйней, Саигику так и не понял. Он кивает, пытаясь освободить руку из хватки, но у отца, не смотря на алкогольное опьянение, она крепкая. — У Тачихары я был, — отвечает он, смотря в глаза Акире. Отец освобождает его руку и мажет по скуле сыну. — Ты на меня так не смотри, сучоныш, ясно? — схватив того за макушку и подняв голову к себе, Саигику старший вглядывается в глаза сына. — Не пизди мне тут, а. У Тачихары он был, а сам, небось, у какого-то мужика был. Серёжку эту нацепил наухо, будто пидорасина эта. Я таких в твоём возрасте пиздил, а ты че? Размазня, ебанная. Замок поворачивается два раза и входная дверь открывается. Саигику кидает взгляд на часы. Мама пораньше пришла. Акацуки застывает на пару секунд, шумно вдохнув. — Акира, отпусти его! — закрывая за собой дверь, женщина подходит к сыну и мужу. Акира не хуйло, он свою жену любит так-то и отпускает сына. Взглянув на себя в зеркало, блондин замечает струйку крови. — Иди сюда, — говорит Акацуки, достав носовой платок из кармана и протягивает его сыну. — Сейчас я помою руки и ты всë объяснишь, хорошо? — Дзëно кивает, приложив платок матери к носу. Мама у него вроде любящая, но с ебанцой. Дзëно всё равно её любит. Надо бы снять ботинки. Мама же уже пришла.

クククク

Вы

ну пришёл я домой и че. с батей посрался

рыжі долбаеб Пиздец а мама че не пришла еще?

Вы

пришла пораньше, ща ужин готовит

а батя спит вроде, хуй знает

я завтр если че ко второмв я просплю опять

рыжі долбаеб тя класснуха уебет скоро за пропуски, долбаеб

Вы

похуй мне

Дзëно реально похуй. Рыжий давно должен был запомнить, что слова этой шмары для него лишь пустой звук. Ну не было его на двух уроках, проебал он их или проспал, че взять. Он с восьмого класса посещает уроки как хочет.

クククク

В машине душно, мама снова включила на низкой громкости аудиоглаву «Евгения Онегина». Тэтте, кажется, наизусть его знает, слушая его с детства на равне со сказками. Мама любит творчество Пушкина, а Суэхиро от него тошнит. Обсасывают всячески будто он идол. Скоро каникулы и мать снова сплавит его к отцу. Масами — новая жена отца — скажет ему играть с её сынишкой. Дура ебанная, её ребёнок, а не его. Макото — сводный брат — так-то не маленький, ему 10 исполнится в ноябре. Ладно, Тэтте с ним в пабг или роблокс поиграет. Очнувшись от своих мыслей, он замечает знакомые дома. Значит они скоро приедут к школе. Мама останавливается и говорит сыну: «Удачи в школе, вечером увидимся» и уезжает на работу. Суэхиро вдыхает и видит две макушки. Снова без шапки Дзëно и рыжая в шапке Тачихары. Саигику хмурится, пока рассказывает о чём-то, а Мичидзо кивает изредко отвечая. Все его эмоции читаются по его лицу. Дзëно затягивается и убирает подик в карман рюкзака, выдыхая клубок дыма. — Привет, — махнув рукой, Тачихара жмёт Тэтте руку, а Саигику кивает. Оба парня не собираются идти и брюнет спрашивает: — Кого ждём? — Ненаглядую долбаеба — отвечает блондин, шмыгнув носом. — Гин? — Я не долбаеб — возмущается Тачихара и после кивает на вопрос Суэхиро. — Я хотя бы не пидорас. — Ах, как больно, ты разбил моё сердце — театрально прижав к груди ладони, Дзено оборачивается, щурясь, замечает девушку с братом. — Идет твоя с братом. Пошли Тэтте. У них тут любовь-марковь будет. На уроках Тэтте всегда рисует на полях, чаще всего, выходя за них. Саигику изредка кидает взгляд на его рисунки, но не задерживает на них не более трёх секунд. Тачихара тоже рисовал на полях от скуки, но Тэтте делает это всегда. Скучно ему или нет, хуй поймёшь. Кинув взгляд ещё раз в тетрадь соседа, Дзëно замечает среди цветов свои черты лица. Признаться, Суэхиро хорошо рисует, если он самоучка. Но почему он рисует именно его? Дзëно интересно вроде, но в то же время похуй. Спросит потом, когда выпадет случай, а сейчас он будет решать сранное ОВР.