Итак, русалочка

Это было.. странно. Вот вообще неожиданно - вполне, непонятно - конечно, да даже боли не было! Но больше всего ощущалось странно: ты распадаешься на маленькие части, хорошо хоть, что части - именно воды. Я. Стал. Водой. До этого я ей управлял, а теперь ею стал. Смешно, аж плакать хочется. - А вода может плакать? Это же получится, что вода создаст воду? - попробовав озвучить фразу, как обычно, я понял, что говорить не могу. Ещё и сознание начинает потихоньку уплывать, (каламбур) как это - его отголоски расходятся всё дальше. Я так реально просто водой стану! И тут меня что-то дёрнуло. Было похоже на то, как если бы тебя будили хорошей такой встряской. В голове всё прояснилось и я понял, что нахожусь не где нибудь, а... в тронном зале отца?! Ладно.... и не такое бывало. Щас я хотя бы в сознании. О, а вот и отец. Только что-то он как-то нервно выглядит. Но его переживания продлились недоло. Стоило мне ему рассказать, как я в это всё влип, как он заржал. Ну смейся, смейся. Хорошо смеётся тот, кто смеётся последним. Мне так однажды сказала Аннабет на захвате флага. Нет, ну ладно. Некая дурость ситуации дошла и до меня и я тоже засмеялся. А может это стресс? Но не это важно. Как оказалось, он вполне может вернуть меня в моё прежнее состояние, с парой незначиткльных мелочей, но это не страшно. Чёртово "правило невмешатеььства"! Сколько можно?! Нет, даже я понимаю, что рациональное зерно в нём есть и вполне обоснованное, но! Оно как-то слишком однобоко. Слишком. От этих нерадостных дум меня оторвала отец, он поманил меня жестом поближе и , наклонившись и сам, рассказал мне одну идею. Потрясающую идею, от которой наш смех ещё долго эхом разносился по дворцу. *** - Перси! Крик Чейз вырвал меня из оцепенения и привёл в чувства. Перси... живой. Словами не передать какая огромная гора свалилась с меня. Как буд-то ... да я даже описать это не могу. Он жив! Живой, не целый и невредимый, конечно, но живой! А то, что он жив я чувствую прекрасно. Сын Аида я или кто, в конце концов? Вот только.. смущает его состояние. Он буквально стал водой. Я понимаю, что особо моей вины в этом нет, но ... Всё равно не по себе. Если бы я не поцеловал его, не отверг так просто...Если бы, да ка бы... Вот же!... О том, что у детей Царя морей есть такая особенность я узнал буквальноминут 10-15 назад. Кто же знал, что от неразделённой любви, а иногда и от разрыва сердца они обращаются в пену? А точнее, возвращаются к первоисточнику- становятся водой. Но это уже не важно и смысла не имеет. Дело сделанно - я ему признался, отверг. Последствия - наступили. Главное сейчас - это узнать, как вернуть его назад? На этой мысле я встретился с Перси взглядом. Что самое интересное, его глаза не потеряли цвета - они по прежнему словно затягивают тебя в бездонный сине-зелёный омут и затягивают с головой, так, что выбраться уже не возможно. Так бы мы и стояли, как два истукана, если бы из транса меня не вывел смешок, стара ельно сдерживаемый богом. Сдержаться у него не вышло и он басовито засмеялся. Даже море как-то разгладилось. Правда, Перси его вскоре одёрнул, и смех затих. Бог окончательно сошёл с волны, опустившись на землю, но так и не выйдя из воды и держа Перси рядом. - Можно? - голос дрогнул, не смотря на всё старания держать его ровным. Перси перевёл взгляд на отца, тот ему кивнул и я сорвался с места, налетая на этого несносного, но такого любимого полубога. То, что меня сжали в объятиях в ответ я почувствовал скорее по тому, как промокла моя кофта. - Нико, я... ты мне нра- .. - я оборвал его на полуслове, накрыв его губы своими. То, что тело в объятиях стало плотнее, а губы осязаемие я понял уже потом.