Мироходец в команде Соломенной шляпы

Первые дни в открытом море Лолошкой провёл в тихом наблюдении. Он сидел на баке, поджав ноги, и смотрел, как команда Соломенной Шляпы живёт своей жизнью. Это было похоже на театр, где каждый играл свою роль, но при этом никто не притворялся. Усопп и Луффи ловили рыбу с борта, скандаля из-за того, кто первый заметил поклёвку. Нами раскладывала карты в кают-компании, время от времени поглядывая на небо с профессиональным прищуром. Санджи гремел посудой на камбузе, и оттуда тянуло чем-то невероятно аппетитным. А Зоро… Зоро спал, прислонившись к мачте, и, казалось, мог так просидеть вечность. — Ты всегда такой молчаливый? — спросил Усопп, присаживаясь рядом. Он уже закончил рыбалку, потому что Луффи утащил всю их добычу на камбуз, приговаривая: «Санджи, сделай из этого мясо!» — Привычка, — ответил Лололошка. — А где ты научился магии? Это сложно? У нас в деревне был один фокусник, но он только карты из рукава доставал. А ты прям как настоящий волшебник. Лололошка посмотрел на свои руки. Магия Пустоты всегда была с ним — с тех пор, как он впервые открыл для себя её существование. Но как это объяснить человеку, который не знает о мирах за пределами своего? — Это долгая история, — сказал он. — И не очень весёлая. — О, — Усопп смутился. — Извини. Я не хотел лезть в душу. — Ничего. На самом деле Лололошка не помнил многого из того, что привело его к магии Пустоты. Обрывки — лица, места, слова. Кто-то учил его, или он научился сам? Иногда ночью, когда корабль качало на волнах, ему казалось, что ответы где-то рядом, но стоило протянуть руку — они исчезали. — Лололошка! — Луффи вылетел из камбуза с огромным куском мяса в зубах. — Санджи сказал, что обед через десять минут! Ты идёшь? — Иду. Он поднялся, отряхивая плащ. В команде его приняли без лишних подозрений, но Лололошка чувствовал, что за ним всё ещё наблюдают. Нами — с практическим интересом: что он умеет и не станет ли обузой. Зоро — с молчаливой оценкой: стоит ли уважать его как бойца. Санджи — с вежливым любопытством, приправленным привычной галантностью. И только Луффи смотрел так, будто Лололошка уже сто лет был частью их семьи, и не было никаких сомнений. Это немного сбивало с толку. За обедом (Санджи накрыл стол с размахом, которого Лолошка не ожидал на маленьком корабле) Нами развернула карту. — Мы идём к Перевалу, — сказала она. — Это единственный путь из Ист Блю в Гранд Лайн. Гора Реверс — перевал через горный хребет, который окружает Гранд Лайн. Течения там бешеные, и если ошибиться, разобьёмся о скалы. — Звучит весело, — заметил Санджи, выпуская дым. — Это ещё не всё. На входе обычно дежурят морпехи, но, если повезёт, мы проскочим. — А если не повезёт? — спросил Усопп, побледнев. — Тогда будем прорываться, — просто сказал Зоро, не открывая глаз. Лололошка слушал, намазывая хлеб чем-то, что Санджи назвал «секретным джемом». Вкус был непривычно сладким — в большинстве миров, где он бывал, еду ценили скорее за питательность, чем за вкус. — А ты как думаешь? — Нами повернулась к нему. — У тебя же магия. Сможешь помочь, если что? — Зависит от того, что именно пойдёт не так, — ответил Лолошка. — Я могу создать щит, но не бесконечный. Если корабль накроет волной, лучше положиться на мастерство рулевого. — Слышал, Санджи? — Луффи набил рот так, что едва мог говорить. — Мы на тебя рассчитываем! — Я и так не подведу, — хмыкнул блондин. Нами вздохнула и свернула карту. Было видно, что она нервничает, хотя старается этого не показывать. Гранд Лайн — место, где сбываются мечты и гибнут надежды. Даже для того, кто никогда не был там, это было понятно. После обеда Лололошка поднялся на бак, чтобы побыть одному. Солнце клонилось к закату, окрашивая море в золотисто-красные тона. Где-то вдалеке показалась полоска земли — наверное, последний остров перед Перевалом. — Не спится? Лололошка обернулся. Зоро стоял за его спиной, скрестив руки на груди. В его глазах не было враждебности, только спокойная уверенность человека, привыкшего оценивать других. — Я мало сплю, — сказал Лололошка. — Понятно. — Зоро присел рядом, положив мечи на колени. — Слушай, я не люблю ходить вокруг да около. Ты кто такой на самом деле? — Я же говорил. — Маг из далёких стран, знаю. Но я вижу, что ты не обычный бродяга. Твои глаза — они слишком… внимательные. Как у того, кто многое видел. И ты двигаешься не так, как обычный человек. Лололошка задумался. Скрывать правду не имело смысла — рано или поздно это выплывет наружу. — Я мироходец, — сказал он. — Путешествую между мирами. Не по своей воле, скорее… по необходимости. Моя судьба — переходить из одного мира в другой, не задерживаясь подолгу. — Между мирами? — Зоро приподнял бровь. — Ты хочешь сказать, что есть другие миры? — Множество. Я был в некоторых из них. — И как туда попасть? — Обычно я не выбираю. Портал открывается сам, или я чувствую, что пришло время уходить. Я не знаю точно, как это работает. И, судя по всему, не контролирую. Зоро надолго замолчал. Потом усмехнулся. — Значит, ты даже более странный тип, чем я думал. Но Луффи тебя принял, и для меня этого достаточно. Только имей в виду: если ты сделаешь что-то против команды, я тебя порублю. Магия или нет — не важно. — Справедливо, — кивнул Лололошка. Зоро поднялся, но на полпути остановился. — А это… твои переходы. Ты теряешь память? Вопрос застал врасплох. Лололошка опустил взгляд на свои руки. — Бывает. Раньше — почти всегда. Последнее время я научился сохранять воспоминания, но… этот переход был странным. Некоторые вещи я помню хорошо, другие — как в тумане. Возможно, что-то потерял. — Значит, ты не знаешь, откуда пришёл? — Я знаю, кто я. Остальное… придёт. Зоро кивнул, будто услышал всё, что хотел, и вернулся на своё место у мачты. Через минуту его дыхание выровнялось — он снова спал. Лололошка остался один. Ветер усилился, паруса наполнились, и корабль пошёл быстрее. Где-то впереди ждал Перевал. А вместе с ним — вход в Гранд Лайн, о котором он слышал обрывками из разговоров команды. Он закрыл глаза, прислушиваясь к себе. В груди, где-то глубоко, пульсировала магия Пустоты — верный спутник, не оставлявший его ни в одном из миров. Она была тиха и спокойна, но Лололошка знал: стоит позвать, и она ответит. Вдруг что-то шевельнулось на периферии сознания. Образ — огромные ворота, свет, фигуры в белых одеждах. Голос, говоривший: «Ты должен запомнить, Ло. Это важно». Лолошка открыл глаза. Сердце билось чаще обычного, но образ уже растаял. «Что это было?» — подумал он. — Лололошка! — голос Луффи разнёсся по палубе. — Иди смотреть! Мы почти у цели! Он встал, отгоняя остатки видения. Может быть, это просто усталость. Или последствия перехода. Не сейчас, не здесь. На носу корабля уже собрались все, кроме Нами, которая стояла у штурвала рядом с Санджи. Впереди, в сгущающихся сумерках, вырисовывалась гряда скал, рассечённая узким проходом. Вода вокруг бурлила, и даже на расстоянии было слышно, как она ревёт, разбиваясь о камни. — Это и есть Перевал? — спросил Усопп дрожащим голосом. — Гора Реверс, — поправила Нами. — Мы пойдём по каналу вверх, через гору, а потом вниз в Гранд Лайн. Если течение будет сильным, мы проскочим. Если нет… — Не дрейфь, — Зоро положил руку на эфес меча. — Справимся. Лолошка вглядывался в бурлящую воду. В ней чувствовалась сила — не просто течение, а нечто большее, словно сама природа здесь была живой и непредсказуемой. Магия Пустоты внутри отозвалась лёгкой вибрацией, предупреждая об опасности. — Нами, — позвал он. — Когда будем входить, держись левее. — Откуда ты знаешь? — удивилась она. — Чувствую. Там течение слабее. Она посмотрела на него, сомневаясь, но Луффи уже заорал: — Давай! Вперёд! Корабль рванулся в проход. Вода подхватила его, закрутила, и Лолошка вцепился в поручни, чувствуя, как магия Пустоты пульсирует в такт с ревущим потоком. Вокруг летели брызги, скалы проносились мимо так близко, что, казалось, до них можно дотянуться рукой. — Левее! — крикнул Лолошка, и Нами послушно повернула штурвал. Огромная волна, готовая разбить судно о выступ скалы, прошла в метре от борта. Усопп завопил, Луффи засмеялся, а Санджи выругался сквозь зубы, удерживая курс. Канал пошёл вверх, и корабль, словно летя, нёсся по водяной горе. Лолошка чувствовал, как напряжение нарастает, и магия внутри него отвечает на зов — готовая выплеснуться наружу, если потребуется. — Ещё немного! — закричала Нами. Всплеск, рёв, и корабль перевалил через гребень, чтобы рухнуть вниз, в бурлящий водоворот. Лолошка уже собрался активировать щит, когда течение вдруг выровнялось, и они вылетели на спокойную воду. Позади остались скалы и бешеные потоки. Впереди расстилался океан — бескрайний, сияющий в лунном свете. — Гранд Лайн, — тихо сказала Нами. — Мы прошли! — заорал Усопп, пускаясь в пляс. — Мы прошли! — Конечно, прошли! — Луффи забрался на нос корабля и вытянул руку вперёд. — Гранд Лайн, мы здесь! Я стану Королём пиратов! Лолошка перевёл дыхание. Магия Пустоты успокоилась, свернувшись внутри привычным клубком. Всё обошлось. В этот раз. Он поднял глаза на небо — звёзды здесь казались ярче, а созвездия были другими. Не те, что он видел в Логтауне. И не те, что помнил из своих миров. — Красиво, да? — Санджи подошёл к нему, протягивая кружку с чем-то горячим. — Чай. Согреет после этого безумия. — Спасибо. — Лолошка принял кружку, грея ладони. — Ты хорошо сориентировался там, на входе. Откуда узнал про течение? — Чутьё, — ответил Лолошка. — Хм. — Санджи закурил новую сигарету. — Ты вообще странный парень. Но это не страшно. У нас тут каждый второй странный. Главное — что ты свой. — Свой? — переспросил Лолошка. — Ну да. Луффи тебя принял, значит, ты свой. Так у нас заведено. — Санджи улыбнулся уголком рта. — Добро пожаловать в команду, мироходец. Лолошка не говорил Зоро, что рассказал о своём происхождении. Значит, тот промолчал. Или Санджи просто догадался. В любом случае, тайна перестала быть тайной. — Спасибо, — повторил он. — Не за что. — Санджи похлопал его по плечу и ушёл на камбуз, напевая что-то себе под нос. Корабль шёл вперёд по гладкой воде. Команда постепенно расходилась: Усопп утащил Луффи проверять запасы, Нами села сверять курс по звёздам, Зоро даже не проснулся от всего шума. Лолошка остался у борта, допивая чай. Воспоминание, мелькнувшее перед входом в Перевал, снова попыталось пробиться на поверхность. На этот раз он не стал его отгонять. Закрыл глаза, позволяя образу проявиться. Ворота. Белые одежды. И голос: «Ты должен запомнить, Ло. Это важно. Когда ты попадёшь в мир, где океан разделяет всё, помни о договоре». — Какой договор? — спросил Лолошка вслух, но образ рассыпался, оставив лишь смутное чувство тревоги. Он открыл глаза. Гранд Лайн мерно покачивал корабль, звёзды смотрели с высоты, и ничто не напоминало о том, что несколько секунд назад он почти коснулся чего-то важного. — В следующий раз, — пообещал он себе. Где-то в трюме Луффи затеял очередную шумную возню, Усопп верещал, что капитан всё разнесёт, а Нами кричала, что убьёт их обоих, если они не угомонятся. Лолошка прислушивался к этому хаосу, и на душе становилось удивительно спокойно. Он не знал, надолго ли задержится в этом мире. Не знал, вернутся ли воспоминания. Не знал, что ждёт впереди на бескрайних просторах Гранд Лайн. Но сейчас, на палубе корабля под чужими звёздами, с кружкой остывшего чая в руках, он чувствовал — возможно, это и есть то самое место, где можно на время остановиться. И, может быть, вспомнить.