Пэйринг и персонажи
Метки
Описание
Николай, опытный хирург с холодным рассудком, втайне от «звёздных» братьев зачитывался новеллами о перерождении и смотрел дунхуа. Это создаёт крутой внутренний конфликт: он знает все штампы жанра, но реальность «Ходячих» оказывается куда грязнее, вонючее и страшнее, чем любая картинка. Никакой «системы» с бонусами, только тупой скальпель и гниющие трупы.
Примечания
Это мой первый фанфик, поэтому некоторые метки могут быть неточными.
Буду благодарна за любые советы и помощь в оформлении.
Часть 2. Неправильная реинкарнация
30 марта 2026, 06:13
Темнота не была вечной. Она была вязкой, как не застывший силикон, и пахла сырой землей.
Николай открыл глаза и тут же зажмурился от резкой, пульсирующей боли в затылке. Первой мыслью было: «Жив. Черт возьми, я выжил». Он попытался вдохнуть, но легкие словно забило сухой пылью.
Второй мыслью, промелькнувшей на краю сознания, была слабая надежда. Те самые китайские новеллы, которые он читал по ночам, обещали систему, золотой палец или хотя бы голос в голове, объявляющий о начале новой жизни.
— Статус? — прохрипел он, едва шевеля сухими губами.
Тишина. Никаких полупрозрачных окон. Никаких божественных даров. Только монотонный, сводящий с ума звук капающей воды где-то в коридоре.
Николай заставил себя открыть глаза снова. Потолок. Грязный, в желтых подтеках, с облупившейся краской. Это не были чертоги бессмертных. Это была больничная палата, но такая, какую он не видел даже в самых захудалых районных пунктах. Пахло хлоркой, старой кровью и чем-то сладковато-гнилостным — запахом, который хирург не спутает ни с чем. Гангрена. Смерть.
Он попытался сесть. Тело ощущалось чужим, неповоротливым, но, к его удивлению, таз, раздробленный в аварии, не взорвался болью. Он был цел. Николай быстро пробежался пальцами по ребрам, животу — шрамов не было. Одежда — помятая больничная пижама.
Он повернул голову вправо.
На соседней койке, отделенной наполовину задернутой пыльной шторой, лежал мужчина. Он был бледен, как полотно, с ввалившимися щеками и густой щетиной. Аппараты жизнеобеспечения рядом с ним молчали. Мониторы были черными, капельница пуста. Николай, подчиняясь профессиональному инстинкту, присмотрелся к ритму дыхания соседа. Едва заметное, поверхностное. Жив. Но на грани.
Взгляд Николая упал на тумбочку между кроватями. Среди засохших цветов в вазе лежала помятая открытка и жетон.
«Р. Греймс».
Сердце Николая пропустило удар. Имя показалось странно знакомым, будто выплывшим из старого западного сериала, который он смотрел еще на первом курсе.
— Греймс… — прошептал он, и звук собственного голоса показался ему слишком громким в этой мертвой тишине. — Рик Греймс?
Он медленно опустил ноги на холодный линолеум. Голова кружилась, но это была не магическая истощенность, а обычное истощение организма. Николай встал, держась за спинку кровати, и подошел к окну.
То, что он увидел за стеклом, окончательно похоронило надежды на «прекрасный новый мир». На стоянке больницы громоздились сотни белых мешков. Ряды трупов. Военные грузовики, брошенные в беспорядке. И тишина. Абсолютная, неестественная тишина, которую не встретишь в живом городе.
— Это не исекай, — выдохнул он, чувствуя, как внутри всё леденеет. — Это ад.
В этот момент за дверью палаты раздался странный звук. Скрежет. Словно кто-то волочил ногу по полу, сопровождая это хриплым, булькающим вздохом. Николай замер. Его взгляд упал на поднос для инструментов у соседней койки. Там лежал старый, покрытый пятнами зажиматель.
Это было его первое оружие в мире, где клятву Гиппократа больше некому было приносить.
Что еще можно почитать
Пока нет отзывов.