Забавный факт

      — Блять!       Мэттью выкрикивает ругательство прежде, чем успевает подумать, и сжимает укушенную ладонь, ощущая влажную кровь под пальцами. Кевин стоит перед ним и довольно скалится, словно кот, объевшийся сметаны. По правде говоря, он выглядит так практически всегда в моменты насилия, но особенно Барнсу нравится мучить именно его, и как бы Мэттью ни старался, найти подход к неуправляемому мальчишке было практически невозможно. Практически. Видимо, Мэттью всё ещё не до конца сдался. Воспитатель реагирует практически мгновенно и с криком оттаскивает Кевина в сторону, другой так же моментально включается в общую суматоху и ведёт Мэттью в медпункт, что на самом деле немного лишнее, укус болезненный, но не сильный, у Хэлларда бывало и хуже, однако спорить с мужчиной бесполезно, и подросток послушно шагает следом.       Кевина отправляют в карцер, именно так между собой сироты называют класс для наказанных, на огромном экране прокручивают ролики о социальном взаимодействии и необходимости дружеских взаимоотношений с коллективом, Кевин пропускает пустую болтовню мимо ушей, он уже давно выучил все ролики наизусть. В конце его и ещё двоих наказанных просят написать на листке причины своего плохого поведения и как можно исправить это в будущем, вместо этого Кевин выводит на изрядно помятой бумаге линии, постепенно принимающие очертания портрета, получалось даже красиво, с другой стороны, он рисовал Мэттью, а он не мог выйти некрасивым. Высокий, смуглый, с мягкой улыбкой и правильными чертами лица, на фоне остальных сирот он казался моделью, но вслух этого Кевин не говорил, скорее наоборот, называл Мэттью жирным, громко, чётко, особенно он любил делать это в столовой, когда были все шансы, что слова дойдут до адресата. На самом деле это было неправдой, ну, отчасти, Мэттью действительно можно назвать пухлым, но в этом было что-то безусловно располагающее, даже привлекательное. Но Мэттью этого не понимал, поэтому прятал своё тело, и Кевин был одной из причин его ненависти к себе. Конечно, не он первый и не он последний говорил про чужой лишний вес, но почему-то именно здесь, в окружении маленьких сирот и безучастных воспитателей, подобные комментарии ощущались куда острее, чем в прежней школе. Может быть, знай он, что Кевин действительно думает о нём и его теле, мнение Мэттью о себе поменялось, но Барнс не собирался делать ему такое одолжение, хотя иногда хотелось.       Когда время наказания подходит к концу, Кевин демонстративно сминает листок и делает вид, что выкидывает, но на самом деле прячет в карман. Он ни с кем не делился своим умением рисовать, даже с Джозефом, это казалось неправильным, словно Кевин тем самым выдаст какой-то очень личный секрет, хотя личных секретов здесь и так было у всех навалом. Взять хотя бы Мэттью, навязчивым жуком засевшим в его голове, многие в приюте задаются вопросом, куда он то и дело пропадает, и только Кевин с двумя охранниками и васовщиком знают, что очаровательное солнышко Мэтти регулярно бегает курить на склады с продовольствием, помимо него туда ходят и другие, у кого Мэттью регулярно занимает сигареты, зачастую не представляя, как будет отдавать долг в будущем, но его это мало волнует. Он хранит свои скудные запасы за тумбочкой, где, оказывается, была отломана одна из досок, там же Кевин обнаруживает и порножурнал, в котором, вот ирония, не было ни одной женщины, Барнсу даже стало интересно, где Мэттью сумел его откопать, на секунду он захотел вырвать себе несколько страниц, но в последний момент решил, что так его незаконное в какой-то мере присутствие в комнате старших станет слишком очевидно, поэтому вернул всё обратно и постарался как можно тише выбраться из пустующей комнаты, повезло, что в тот день подростков задержали на игровой станции.       К сожалению или к счастью, но его мозг не забыл увиденные картинки, так что следующее утро встретило Кевина не самым приятным сюрпризом, и дело было даже не в ощущении чего-то липкого ниже пояса, а в том, кто вызвал такую реакцию, во сне Кевин видел Мэттью таким, каким он не был никогда: красный, растрёпанный, с мутным взглядом, на лице больше не было привычной улыбки, а по щекам текли слёзы, во сне он стонал и кричал, что вовсе не помогало Кевину расслабиться, наоборот, ему вдруг отчаянно захотелось узнать, какой будет реакция Мэттью в реальной жизни. Будет ли он также громко рыдать? Будет ли таким же мягким и податливым?       Вообще, забавный факт, но наше представление о любви напрямую связано с влиянием общества, семьи и друзей. У Кевина была отвратительная семья, не водилось друзей, а общество клеймило его больным и с отвращением выпинывало на задворки человеческих отношений, так что любовь он проявлял по-своему: пинками, оскорблениями и укусами. Только так можно было получить реакцию Мэттью, не вызывая подозрений, хотя Кевина, безусловно, бесило то, с какой простотой некоторые дети обнимали старшего, а он в ответ только улыбался. Кевин хотел так же, но по-другому, по-особенному, как в дурацких фильмах, которые крутили по телеку и которые он смотрел, обходя запреты отца. Хотя он всё ещё считал слюнявые лобызания и пения серенад под окном противными и глупыми, ему всё равно хотелось стать ближе к Мэттью, может быть, утешить его в какой-нибудь тяжёлый момент и увидеть в чужих глазах что-то особенное, о чём пишут в тупых любовных романах.       Но пока его хватало лишь на то, чтобы спрятать портрет Хэлларда подальше от чужих глаз. Скоро обед, а значит, Мэттью наверняка будет там, и Кевин сделает всё, чтобы он думал только о нём, даже если это значит заставить его ненавидеть себя, даже если придётся опозорить его перед остальными, даже если сам Кевин хочет по-другому, он всё равно не умеет иначе.