Лолошка — Злодейская тень

Он не ушёл далеко. Лолошка знал, что Всемогущий отправится к базе Все За Одного. И он знал, что это будет последняя битва. Он нашёл место на крыше небоскрёба, откуда открывался вид на промышленный район, где скрывался главный злодей. Ждать пришлось недолго. Внизу развернулось сражение, которое Лолошка никогда не забудет. Все За Одного оказался монстром. Десятки причуд, древняя сила, ненависть, копившаяся десятилетиями. Всемогущий сражался из последних сил, его тело разрушалось, но он не отступал. Лолошка видел, как герой теряет кровь, как ломаются его кости, как гаснет свет в глазах. Но он всё равно шёл вперёд. — Почему? — прошептал Лолошка. — Потому что он герой, — раздался голос за спиной. Лолошка обернулся. На крыше стоял Шигараки. Его костюм был порван, лицо скрывала рука-маска, но глаза горели. — Ты предал нас, — сказал он. — Я спас вас, — ответил Лолошка. — Если бы вы остались, Все За Одного использовал бы вас как щит. — Ты отдал его героям. — Я дал им шанс. — Лолошка повернулся к битве. — Смотри. Внизу Всемогущий нанёс последний удар. Все За Одного рухнул, а вместе с ним рухнула и эра, которую он создавал. Шигараки смотрел, как его учитель падает. Его пальцы впились в шею, оставляя кровавые следы. — Нет, — прошептал он. — Да, — сказал Лолошка. — Всё кончено. Шигараки развернулся и бросился на него. Лолошка не увернулся. Пять пальцев коснулись его плеча, и он почувствовал, как причуда распада начинает свою работу. Но он успел шепнуть одно слово. Портал открылся прямо под Шигараки, и тот исчез в фиолетовой воронке. Курогири, стоявший на другой крыше, выполнил последний приказ. Лолошка остался один. Распад продолжался — его плечо, рука, грудь. Он упал на колени, чувствуя, как тело рассыпается. — Не сейчас, — прошептал он. Пустота внутри него взорвалась. Чёрная энергия вырвалась наружу, пожирая причуду распада, останавливая разрушение. Лолошка упал на спину, глядя в небо. Над ним пролетел Всемогущий, унося тело Все За Одного. Герои внизу аплодировали. Битва была окончена. А Лолошка лежал на крыше, чувствуя, как медленно заживают раны, и думал о том, что сделал. Он предал Лигу. Он предал героев. Он предал всех. Но он выбрал выжить.