Земля обетованная

      На семнадцатый день рождения Андрея Федя покупает пластинку Ланы Дель Рей. Он чувствует себя придурком на кассе, но девчонки с любопытством смотрят на него и невербально выражают респект.       — Что слушаем на этот раз? — спрашивает Андрей. На окнах Феди висит гирлянда, и она отбрасывает на лицо Андрея красный свет. В комнате пахнет мандаринами и дешевым вином.       Федя молчит, осторожно прилаживает иглу на пластинку. Он нервничает, потому что хочет сделать все-все правильно.       Андрей узнает композицию с первой ноты. В полутьме видно, как он удивляется и выпрямляется на кровати, глядя сквозь пространство на Федю. Музыка вязкая, как будто сладкий сироп. Она бархатом стелется между ними, и Андрей молчит. Федя упирается бедрами в стол позади себя, сжимает края стола беспокойными пальцами. Андрей сглатывает.       — Я купил ее для тебя, — смущенно говорит Федя.       — Я тебе прямо сейчас дам, — оглушительно серьезно отзывается Андрей и протягивает Феде руки. — Иди сюда. Хочу целоваться.       У Андрея сладкие губы, но Федя чувствует кислое дыхание дешевой бражки. Кровь Христа. Андрей гладит Федю по спине и лопаткам, и у Феди перехватывает дыхание от этой убивающей нежности. Мелодия сменяется мелодией, а Андрей оставляет у Феди засос под ключицей и вылизывает пульсирующую точку на шее. Это тепло и приятно. Вообще все это, что между ними.