Цена сладкого шёпота

Вечер в офисе уже почти вымер. Длинный коридор был освещён только редкими лампами под потолком. Большая часть сотрудников давно разошлась, и здание наполнилось той тихой, гулкой тишиной.  Родрик шёл по коридору с папкой в руках и тихо ворчал себе под нос. – Прекрасно. Гарвардский диплом, отличная карьера… чтобы в итоге искать информацию про какого-то кудрявого радиоведущего для ебанутого директора. Дверь кабинета Винсента была приоткрыта. Изнутри лился тёплый свет настольной лампы. Родрик лениво поднял руку и постучал – Сэр. Изнутри донеслось короткое: – Да. Ассистент открыл дверь и заглянул внутрь. Винсент сидел за столом, расстегнув верхнюю пуговицу рубашки. Перед ним лежали какие-то бумаги, но он явно их не читал, взгляд был направлен куда-то в сторону окон, за которыми уже давно опустилась нью-йоркская ночь. Родрик зашёл внутрь и закрыл дверь. – Я нашёл информацию— – Мне неинтересно. В кабинете повисла пауза. «Боже…» Он медленно вдохнул. – Аластор. Информацию про Аластора, — спокойно добавил он,  – как вы и просили. Винсент наконец перевёл на него взгляд, затем, он чуть откинулся в кресле. – Ну так говори. Родрик раздраженно закатил глаза и открыл папку. – Итак, Аластор Хартфелт радиоведущий, родом из Нового Орлеана. Сейчас временно находится в Нью-Йорке. – Это я уже знаю, — лениво сказал Винсент. – Да, но вы не знали почему. — Родрик перевернул страницу. – Его пригласили участвовать в серии радиопередач. Несколько эфиров, интервью, пара публичных выступлений… что-то вроде гастролей. Винсент слушал, сцепив пальцы. – Он пробудет здесь ещё около недели, а остановился он в Отеле Хадсон — Сказав это, он закрыл папку.  – Вот и всё, что удалось найти быстро.  Уиттман слегка улыбнулся и кивнул. – Молодец. — с лёгкой улыбкой произнёс директор. Родрик на секунду замер. Он даже не сразу поверил своим ушам.  Три года работы с Уиттманом научили его многому, терпению, самоконтролю, умению молча проглатывать оскорбления… но похвалу в этот список точно не входило. На мгновение Родрик даже почувствовал странное, почти детское удовлетворение. Будто всё-таки сделал что-то правильно. Он подозрительно прищурился. Это было слишком… непривычно. – Правда? — осторожно спросил он. Винсент усмехнулся. И сразу улыбка исчезла, словно её стёрли ластиком. Лицо снова стало привычно раздражённым. – Конечно блять нет. Что это за хуйня? Нормально ничего сам сделать не можешь? Ещё ищи. Пауза. Родрик медленно выдохнул через нос. «А, вот теперь всё нормально.» Вселенная вернулась в своё естественное состояние. Он кивнул, закрывая папку. – Господи, а я уже испугался, что вы начали уважать сотрудников. Думал, скорую вызвать. Хорошо, что всё в порядке. — Игриво процедил Родрик Салливан.  Уиттман снова перевел на него взгляд.  – Шутим? — риторично спросил он.  – Молчу, сэр. — быстро промолвил ассистент.   Родрик уже собирался развернуться к двери, когда вдруг вспомнил. – Кстати. — Сказал он, но Винсент уже на него не смотрел, тот уткнулся в бумаги.  – Мистер Валкер… пропал. Директор не изменился в лице и даже не поднял взгляд. – Мм. Родрик подождал. Ничего. Он медленно прищурился. – Его не видели со вчерашнего вечера. – Бывает. Салливан моргнул. – …Сэр, — осторожно сказал он,  – он же был вашим приятелем? Винсент спокойно посмотрел на него. – Родрик. – Да? –  Если ты начнёшь сейчас читать мне лекцию о человеческих отношениях, вылетишь отсюда прежде чем успеешь произнести слово «зарплата».  Родрик медленно кивнул, но по тому, как дёрнулась его бровь, было ясно что внутри он уже составил длинную речь Винсенту о том, куда именно тот может засунуть свои приказы. Парень уже сделал шаг к двери… и вдруг остановился. Он снова посмотрел на Винсента, тот в этот момент встал из кресла и начал надевать пиджак. Салливан остановился.  – Сэр… – Что опять? – Вы куда-то собираетесь? – Да. – Сейчас? – Да. – Но у вас встреча с инвесторами! — Родрик нахмурился. – Перенеси. – А ещё презентация проекта— – Перенеси. – И совет директоров— – Родрик. Тот замолчал. Винсент поправил манжеты, а Родрик в свою очередь вздохнул набираясь терпением. – Сэр… — осторожно начал он.  – Вы не можете просто так— – Могу. – Но— Мужчина медленно повернулся к нему и посмотрел тем самым взглядом, который обычно означал лучше остановиться прямо сейчас. Родрик прищурился смотря на то, как Уиттман надевает галстук.  – И куда же вы идёте? Винсент взял часы со стола и застегнул ремешок на запястье. – На встречу. – С кем? Винсент на секунду посмотрел на него. Этого взгляда было достаточно. Салливан медленно прикрыл глаза. – О боже. — Он провёл рукой по лицу. «Господи, дай мне сил, боже, прошу-у-у» — Помолился у себя в мыслях Родрик. Парень верующим не был, но с Мистером Уиттманом иногда начинал понимать, почему люди обращаются к высшим силам и тоже начинал прибегать к молитвам.  Просто… на всякий случай. Мало ли. Иногда Родрик даже ловил себя на странной мысли. Люди обычно молятся по ночам о здоровье, удаче или благополучии. Он же, лежа в темноте, глядя в потолок, мысленно обращался к высшим силам с куда более скромной просьбой: «Господи… если ты всё-таки существуешь… сделай так, чтобы мистер Уиттман как-нибудь тихо и безболезненно сдох» Пауза.  «…И желательно до понедельника.» – Вы серьёзно? Винсент ничего не ответил, только поправил воротник рубашки. Ассистент медленно покачал головой. – Вы не на деловую встречу собираетесь, — Он окинул Винсента подозрительным взглядом, задержавшись на идеально поправленном галстуке.  – А на свидание. — по какой-то оставшейся наивности, всё ещё надеялся что директор из вежливости к команде, начнёт хотя бы отрицать.  – И что если так. — опроверг ожидания Винсент.  – А, понятно, — усмехнулся парень.  – Значит, компания временно ставится на паузу… потому что у мистера Уиттмана романтические планы. – Родрик. – Да? – Если ты скажешь ещё хоть слово— – Да понял я, понял. — Он поднял руки в знак капитуляции но, открывая дверь, всё-таки пробормотал себе под нос: – Боже… взрослый мужчина. Директор компании. — Он покосился на Винсента, который в этот момент в третий раз поправлял галстук и фыркнул – …а ведёт себя как влюблённый школьник. – Вычтем это из твоей зарпла— – Уже ухожу! Родрик громко захлопнул дверь и уже шёл по коридору, собираясь зайти в свой кабинет, быстро собрать вещи и наконец-то уйти домой. День и так выдался достаточно длинным. Но, к его несчастью, в голове Винсента в этот момент родилась идея. Причём, по выражению его лица, именно из тех идей, после которых жизнь окружающих становится значительно сложнее. Этот вечер должен был стать не просто приятной встречей, нет. Это будет свидание. Свиданием с приятным сюрпризом для Аластора.  Винсент резко поднялся из-за стола и быстрым шагом подошёл к двери. Она распахнулась так внезапно, что гул разнёсся по коридору. – Родрик! Ассистент вздрогнул так, что едва не выронил папку из рук. Он резко обернулся, уже чувствуя, что спокойный вечер снова отменяется. «Нет… нет-нет-нет…» – Да, сэр? — осторожно ответил он. Винсент выглянул в коридор. – У меня есть для тебя работёнка на сегодняшний вечер. Родрик замер, на секунду его лицо стало совершенно пустым, будто мозг просто отказался обрабатывать услышанное, потом он медленно прикрыл глаза. «Конечно. Разумеется. Почему я вообще решил, что смогу уйти домой.» Он глубоко вдохнул, пытаясь подавить подступающее раздражение. – В каком там отеле остановился Аластор ? — Улыбка медленно растянулась на лице Винсента. Та самая улыбка, которая за три года научила Родрика одной простой вещи: ничего хорошего она никогда не предвещает. И именно в этот момент Родрик окончательно понял, что его вечер официально испорчен.

***

Нью-Йорк когда наступала темнота менялся. Город загорался огнями, витрины отражали свет фар, а в воздухе появлялось что-то густое, осязаемое, смесь роскоши, шума и чужих историй. Ресторан был утоплен в мягком, тёплом свете. Низкие лампы отражались в стекле бокалов, столы стояли на достаточном расстоянии друг от друга, оставляя ощущение уединённости среди общего шума приглушённых голосов. Где-то в глубине зала тихо играла музыка, едва различимая, но задающая ритм всему происходящему. Тяжёлые шторы скрывали вечерний город, и казалось, будто время здесь текло медленнее. Всё выглядело аккуратно, как место, где каждая деталь создана для того, чтобы произвести впечатление. Среди этого выверенного спокойствия сидел Винсент. Его нога ритмично постукивала по полу, выдавая напряжение, которое он даже не пытался полностью скрыть. Взгляд то и дело соскальзывал на часы каждые несколько секунд, как будто от этого время могло пойти быстрее. Винсент не опаздывал. Никогда. Он предпочитал приходить раньше, занимать пространство, чувствовать контроль с самого начала. А сейчас дело касалось Аластора, значит тем более. Этот вечер был просчитан. До мелочей. Но Аластора всё не было. И не было. С самого начала всё пошло не так. Аластор отказался от машины. Конечно, не хотел, чтобы Винсент знал, где он остановился. Наивно. Затем, номер. Винсенту он его так и не дал. Ни под каким предлогом. Пришлось буквально выжимать из него согласие хотя бы взять контакт самого Винсента. И Аластор взял его, как одолжение, не более.  И Винсент ждал. Всю ночь, Весь следующий день. Каждый раз, когда звонили, он брал трубку сразу,  слишком быстро для человека его уровня. И каждый раз это был не он. Ни одного звонка. Ни одного. И теперь, опоздание. Секунда за секундой начинала тянуться неприятная мысль: «Он просто не придёт.» Просто обманет. Оставит его здесь, как какого-то мальчишку, которого можно заставить ждать. Он думает, что может вот так отмахнуться? Уголок губ Винсента дёрнулся. «Пусть попробует». Он достанет его где угодно, хоть из-под земли. Винсент сделал глоток вина, уже третьего за это ожидание и медленно поставил бокал на стол, а нога продолжала отбивать ритм. Аластор тоже никогда не опаздывал. Сегодня он задержался сознательно. С тем самым холодным расчётом, с каким он делал всё остальное. Он прекрасно представлял, что сейчас происходит в ресторане. Как Винсент сидит за столом, проверяет время, раздражается всё сильнее с каждой минутой. Как постепенно из его привычного контроля ускользает ситуация. Именно этого он и добивался. Чтобы Винсент ждал, начинал сомневаться, чтобы хотя бы на короткое мгновение почувствовал, что он не управляет этим вечером.  Аластор хотел увидеть это. Винсент в этот момент уже не пытался скрывать раздражение. – Я, кажется, достаточно ясно сказал, что жду человека, — холодно, но с заметным напряжением в голосе произнёс он, глядя на официанта. – Мне не нужно, чтобы вы подходили ко мне каждые пять минут с одним и тем же вопросом. Официант неловко замялся, явно не зная, что ответить. – Сэр, я лишь хотел уточнить, не желаете ли вы— – Нет. — резко перебил Винсент.  – Я желаю, чтобы меня оставили в покое. Он уже собирался продолжить, но в этот момент его взгляд зацепился за движение у входа, и всё.  Раздражение оборвалось. Словно его просто… выключили. Винсент замер на полуслове, взгляд мгновенно нашёл его. Аластор. Спокойный и собранный. С той самой лёгкой улыбкой, будто он пришёл ровно вовремя и не заставил никого ждать. Несколько секунд и Винсент резко отвёл взгляд от него обратно к официанту. –  Свободны. — коротко бросил он, уже без прежней резкости, но с явным приказом. Тот не стал переспрашивать и быстро отошёл. Аластор тем временем медленно, не спеша приближался. Словно давая Винсенту достаточно времени, чтобы осознать, что он всё это время был в его игре. Он остановился у стола, чуть склонив голову. – Надеюсь, я не слишком задержался? — Лёгкая улыбка коснулась его губ. Этот кретин прекрасно знал ответ, и не скрывал.   Винсент медленно поднялся из-за стола, отставляя бокал в сторону. Он медленно подошёл к Аластору почти вплотную. Несколько секунд он просто стоял рядом, молча, не отрывая от него взгляда. – Я уже собирался начать организовывать поиски, — тихо произнёс он. Его взгляд скользнул по лицу Аластора.   – Представляешь, сколько бы я людей поднял ради тебя? — Он наклонился чуть ближе. – Не заставляй меня проверять это на практике. — Голос стал тише.  Винсент позволил этому моменту продлится ещё несколько секунд и затем Винсент так же спокойно обошёл его сбоку, положил ладонь на спинку стула и плавно отодвинул его. – Садись, — добавил он уже ровнее.  Аластор внимательно осмотрел Винсента и только после этого сел.   – Как заботливо, с твоей Стороны, Винсент. — с усмешкой сказал Ал.  Уиттман остановился за спиной юношы не спеша уходить. Потом он наклонился. Так, что его дыхание коснулось кожи у самого уха, а губы едва задели Ала, когда он тихо произнёс: – Если ты ещё раз заставишь меня ждать… я не остановлюсь на разговоре. Аластор на мгновение замер, и это было почти незаметно, настолько коротко, что любой другой бы не уловил, но не Винсент. Пальцы, державшие бокал, чуть крепче сжались, а в глазах на долю секунды мелькнуло что-то другое, не похожее на привычную насмешку. Не страх, скорее раздражённое осознание того, что дистанция внезапно сократилась сильнее, чем он рассчитывал. Он медленно повернул голову, совсем немного, проверяя, насколько близко тот стоит, и улыбнулся, но теперь эта улыбка была тоньше и острее, словно он уже восстанавливал контроль, который только что слегка пошатнулся. Винсент это заметил сразу. И именно эта крошечная, почти неуловимая реакция отозвалась внутри тихим, тяжёлым удовлетворением. Он не отстранился мгновенно, задержался на секунду дольше, чем следовало, позволяя себе почувствовать это напряжение между ними, прежде чем выпрямиться, будто ничего особенного не произошло. Но в глубине его взгляда уже была уверенность: Он знал, что задел.  Официант появился почти сразу, стоило Винсенту сесть. – Добрый вечер. Готовы сделать заказ? Винсент даже не взглянул в меню. – Да. Аластор, напротив, неторопливо раскрыл его, скользя взглядом по строчкам, будто действительно выбирал.  Он тихо усмехнулся и поднял взгляд на Уиттмана.  – Чтож, я бы хотел чтобы Мистер Уиттман выбрал за меня.  Винсент посмотрел прямо на него, внимательно, оценивающе, сейчас перед ним была не просто прихоть, а очередной ход в игре. – Лёгкое, но не простое, — произнёс он наконец.  – Что-то, что выглядит безобидно… пока не попробуешь. Аластор чуть наклонил голову. – Ему оленину с ягодным соусом и бокал красного вина.  – Как изысканно. — Аластор чуть приподнял бровь и закрыл меню.  – Я бы даже сказал, довольно символично. — спокойно отозвался Винсент.  Юноша наклонил голову, внимательно рассматривая его. – Себе, стейк, — добавил брюнет.  – И виски. Официант кивнул и удалился. – Признаю, ожидание пошло тебе на пользу. Ты стал… интереснее.  – А ты предсказуемее. Улыбка Аластора стала острее. – Вот как? – Ты специально опоздал, — спокойно продолжил Винсент.  – Хотел посмотреть, насколько меня это заденет. – И? – Задело. И от этого ответа,почему-то напряжение между ними стало только сильнее. Аластор чуть прищурился, внимательно изучая его лицо, словно пытаясь понять, где именно здесь подвох. – Как откровенно, — тихо сказал он.  – Я начинаю думать, что ты не такой уж и скучный.  Их взгляды снова встретились, и в этот раз никто не спешил отводить глаза. Хартфелт медленно улыбнулся. –  Посмотрим, Аластор. У нас впереди ещё весь вечер. – Нью-Йорк… — протянул он, пробуя слово на вкус.  – Забавный город. Все куда-то спешат, и при этом постоянно смотрят по сторонам, будто боятся что-то упустить. Но ты, всё же чем-то отличаешься.  Винсент усмехнулся, чуть покачав бокал. – Потому что я не смотрю по сторонам. – Конечно, — тихо рассмеялся Аластор.  – Ты просто заставляешь остальных смотреть на тебя. Винсент наклонился чуть ближе. – А ты нет? – Я предпочитаю, чтобы люди сами подходили. – Я подошёл.   – Ты не подошёл, Винсент, — мягко поправил он.  – Ты ворвался. Уголок губ Уиттмана дёрнулся. И именно в этот момент Аластор сокращает дистанцию, не резко, а плавно. Его пальцы легко касаются руки Винсента на столе.  Указательный палец едва заметно скользит по коже. – Знаешь, — тихо произносит он, не отводя взгляда,  – ты сейчас выглядишь так, будто пытаешься держаться. Винсент чувствует это мгновенно, контакт, тепло и давление. И то, как это бьёт куда-то глубоко.  Пальцы на бокале сильно сжимаются. Он не отдёргивает руку сразу, наоборот, остаётся на месте, будто проверяя, насколько далеко тот зайдёт. Он медленно переводит взгляд на их руки, затем снова на лицо Аластора. – Пытаюсь? — тихо повторяет он. Голос стал ниже.  Винсент через секунду накрывает его руку своей. Он наклонился ближе, так что расстояние между ними снова сокращается. – Ты даже не представляешь, — тихо говорит он, глядя прямо в глаза,  – насколько. Аластор на секунду замирает. Во взгляде мелькает что-то острое, хищное, но глубже, крошечная трещина контроля, которую он сразу же прячет за привычной улыбкой. – Осторожнее, Винсент… — тихо говорит он. Аластор действует точно так, как и должен. Прикосновения лёгкие и выверенные, как будто случайные. Взгляд мягкий, голос ниже, движения чуть ближе, чем позволяют обычные рамки. Он возвращает контроль привычным способом, через флирт, через ощущение, что именно он ведёт эту игру. Он делает это красиво. Слишком красиво, чтобы это было искренне. И Винсент это прекрасно видит. Каждое касание, каждая улыбка, каждый взгляд просчитаны. Проверка. Давление. Попытка снова поставить его туда, где он был, в позицию того, кто реагирует, а не действует. Это бы сработало. Но не сегодня. И от этого внутри Винсента поднимается тёплое удовлетворение. Ему нравится это. Нравится, что Аластор наклоняется ближе. Что касается его руки. Что играет с ним, как будто всё ещё держит нити в своих пальцах. Но ещё больше ему нравится другое. То, что Аластор не знает. Не знает, что сегодня всё уже решено. Не знает, что он сам шаг за шагом заходит туда, откуда не выйдет так легко. Не знает, что все эти прикосновения, взгляды и тихий флирт сейчас… просто бесполезны. Не знает, о приятном сюрпризе что подготовил Винсент.  Винсент позволяет себе отвечать, позволяет себе касаться в ответ, позволяет этой игре продолжаться. Потому что это приятно. Потому что это заводит. И потому что это… сегодня уже ничего не поменяет. Где-то глубже, под всем этим, мелькает насмешливая мысль: «пусть старается.» Он всё равно уже в его руках. Сменялись бокалы, музыка становилась чуть громче, и разговор между ними успел несколько раз сменить тон. От лёгких подколов до опасной близости, когда слова звучали тише, чем должны. Время растянулось незаметно. Официант наконец вернулся, он двигался всё так же аккуратно, но теперь в его жестах появилась едва уловимая спешка. Тарелки опустились на стол. Аромат мяса и тёплого соуса сразу заполнил пространство между ними. – Ваша оленина, сэр. Он поставил блюдо перед Аластором, затем развернулся к Винсенту. – И ваш— Официант на секунду запнулся. Винсент поднял взгляд. – …мой что? — тихо спросил он. Парень явно сбился, глянув на тарелку, потом на блокнот, потом снова на стол. – Простите, сэр, я сейчас— – Ты сейчас что? — голос Винсента стал ниже, холоднее.  – Перепутал мой заказ? Несколько людей за соседними столами невольно обернулись. – Сэр, я просто— – Просто что? — Взгляд стал тяжелее.  – Это твоя работа, запоминать. Официант заметно побледнел. – Я сейчас всё исправлю— – Ты уже всё испортил, — перебил Винсент, и в его голосе мелькнуло раздражение, которое он даже не пытался скрыть.  – Ты вообще понимаешь, куда устроился? Или тебе нужно объяснить, как— – Винсент. Голос Аластора прозвучал мягко, он даже не повысил его. Но это заставило Винсента замолчать. Аластор спокойно перевёл взгляд на официанта, и его улыбка была… совершенно другой, тёплой. – Не переживайте, — мягко сказал он.  – Такое бывает. Просто принеси то, что он заказал. Без спешки. Официант моргнул, явно не ожидая такого тона, и быстро кивнул. – Да, сэр. Спасибо, сэр. Он сразу исчез. Уиттман недовольно посмотрел на Аластора. «Никчёмный официант достоин такой улыбки, а я нет?» – И что это сейчас было? Шатен спокойно взял приборы, будто ничего особенного и не произошло. – Ты начал кричать на человека, который просто ошибся. – Он работает здесь и— – И? Это повод? — Аластор чуть приподнял бровь.  – Не постесняюсь заметить, что это второй раз за наше знакомство.  Винсент сжал челюсть. – Я не люблю, когда всё идёт не так. – А я не люблю грубых людей, — спокойно ответил Аластор, аккуратно разрезая мясо. Он поднял взгляд. Винсент ничего не сказал сразу, просто смотрел. Потом выдохнул через нос и откинулся назад, собирая себя в руки обратно. – Ты слишком добрый для человека, который кидает трупы в реку. — пробормотал он.  Аластор тихо усмехнулся. – А ты слишком раздражительный для человека, который пригласил меня на свидание. – Я не говорил, что это будет приятное свидание для тебя. – О, поверь, мне пока всё нравится.   Через несколько минут официант вернулся, на этот раз без ошибок. И разговор между ними продолжился. Винсент сначала пытался не смотреть. Потом перестал пытаться. Его взгляд задерживался на пальцах, на том, как Аластор держит вилку, как подносит кусок к губам. Слишком медленно. Слишком… изящно. Аластор, конечно, это заметил, но сделал вид, что нет. Отправил кусок в рот, пережевал, и только потом слегка улыбнулся. – Мм… — тихо протянул он, словно пробуя не только еду, но и реакцию.  – Ты был прав. Интересный вкус. — Он слегка наклонил голову, посмотрев на Уиттмана. – Сначала кажется мягким…. Он провёл кончиком языка по нижней губе, будто убирая вкус соуса. – А потом раскрывается. Тишина между ними стала плотнее. Винсент не отводил взгляда. Он смотрел прямо на него, уже даже не скрывая этого, а пальцы на бокале чуть сильнее сжимались. – Рад, что тебе нравится, — тихо ответил он.  Несколько минут разговор тек почти непринуждённо. Аластор продолжал играть интонацией, лениво водил пальцами по бокалу, время от времени бросая на Винсента внимательные взгляды, будто проверяя, не сорвётся ли тот снова. Но Винсент изменился. Он стал тише, и в этом спокойствии было что-то куда более настораживающее. Аластор уловил это не сразу, но достаточно быстро, чтобы слегка прищуриться. – Ты вдруг притих, — заметил он с лёгкой усмешкой.  – Я начинаю скучать. Винсент медленно поднял на него взгляд, уголок губ чуть дрогнул. – Я просто думаю, — спокойно ответил Винсент. – О чём же? Уиттман не торопился с ответом, сделал глоток виски, поставил бокал и только потом произнёс, глядя прямо в глаза – О том, что ты слишком осторожный. Улыбка Аластора едва заметно изменилась. Винсент чуть наклонил голову, не отводя взгляда. – Ни слова о том, где ты остановился. Ни слова о том, сколько пробудешь в городе. Думал, я не узнаю? Аластор выдержал его взгляд и медленно улыбнулся шире.  – Нет, просто не хотел упрощать тебе задачу, — он слегка подался вперёд, не скрывая интереса. Винсент тихо усмехнулся. – На меня работают лучшие, так что для меня узнать о тебе информацию не составило никаких проблем. В его голосе появилось что-то холодное и уверенное, и это уже не было частью игры. Аластор это почувствовал, и на долю секунды внутри что-то неприятно кольнуло, хотя внешне он лишь лениво повёл плечом. – Впечатляет. И что же ты узнал? Винсент не ответил сразу, позволяя паузе растянуться.  – Например, что ты остановился в Отеле Хадсон, и собираешься там задержаться около недели. Взгляд Хартфелта стал внимательнее. – И? – И меня это не устроило. – Не устроило? — Лёгкая усмешка тронула губы шатена. – Нет, — Винсент чуть подался вперёд, голос стал ниже.  – Я не могу позволить, чтобы ты жил где попало. Поживёшь у меня.    Улыбка Аластора дрогнула, на этот раз заметнее. – Как мило, но, боюсь, ты— – Я выкупил все номера в твоём отеле. Фраза прозвучала спокойно, но ударила куда сильнее. Аластор замер, не сразу отреагировав, словно на секунду не уловил смысл сказанного. – Что? – Полностью, — так же ровно продолжил Винсент.  – На всю неделю. Тишина между ними стала плотной. В глазах Аластора мелькнуло что-то настоящее, короткое, неуловимое, без всякой этой наигранности.  Но шатен тихо усмехнувшись, быстро попытался вернуть себе привычную маску. – Думаешь, это меня остановит? Я найду другое место. – Нет, — спокойно ответил Винсент, и в этом «нет» не было ни сомнения, ни колебания.  – Я уже позаботился об этом. Ты не найдёшь ничего, что тебя устроит. Не в этом городе. Не сейчас. Юноша резко поставил бокал на стол, в движении появилась раздражённость. – Ты переходишь границы, Винсент. – Называй это как хочешь, Аластор, — так же спокойно ответил он. – Я не собираюсь жить у тебя. – Почему? – Потому что я не твоя вещь. На губах Винсента появилась тихая усмешка. – Я и не говорил, что ты вещь. Но я не позволю, чтобы ты был где-то, где я не могу до тебя добраться… или чтобы кто-то ещё мог. Он смотрел прямо в глаза, и в этом взгляде уже читалось нечто более тёмное. Аластор на секунду замолчал, и этой короткой паузы оказалось достаточно, чтобы Винсент подался ближе, почти касаясь голосом. – Ал… ты же хотел, чтобы я тебя заслужил. Его голос стал тише, но от этого только опаснее. – Так дай мне заслужить. И в этот момент стало ясно, игра сейчас не идёт по правилам Аластора.  До него медленно доходило, с неприятной ясностью, от которой внутри становилось тесно. Всё это время Винсент не велся, он позволял. Позволял касаться, позволял играть, позволял думать, что контроль остаётся за Алом. Каждый взгляд Аластора, каждое прикосновение, каждый намёк, всё это оказалось не ходом, а подачкой. Флирт, в который Ал вкладывал расчёт, обернулся чем-то унизительно бесполезным, всего лишь способом развлечь Винсента, удовлетворить его слишком очевидное желание. И хуже всего было то, что Аластор сам этого не заметил. Недооценил и повёлся. С самого начала это было не свидание, в котором он ведёт. И даже не игра, где у них равные шансы. Это было свидание, в котором его аккуратно, незаметно, загнали в угол. Свидание… с неприятным сюрпризом. Взгляд Винсента напротив стал мягче, довольным. Он с удовольствием наблюдал за тем, как Аластор наконец собирает картину воедино. – Так что, — негромко произнёс он, чуть наклоняясь вперёд,  – продолжим делать вид, что у тебя есть варианты? Аластор перевёл взгляд на Винсента, чуть прищурившись, и уголок губ всё же дёрнулся вверх но без прежней уверенности.  – Ладно, — тихо произнёс он, склонив голову набок.  – Допустим, я приму твоё гостеприимство.