ахроматопсия

7:26 начало записи. …не знаю, как мне начать и с чего. сегодня я внезапно решил, что буду вести аудио-дневник. я посчитал для себя это неплохой идеей, потому что… *пауза*.в общем, захотелось поговорить в пустоту. куда-то поместить свои мысли, а писать влом. *пауза*. недавно я опять думал о том, как бы мне хотелось увидеть все существующие цвета в их нормальном проявлении, а не как у меня. всё такое тусклое, практически чёрно-белое. я как бы, конечно, уже свыкся с тем, что этого никогда не произойдёт, но временами накатывает. не знаю почему. хотя, э… наверное, это не так уж и странно. всё же такое отклонение достаточно серьёзное. что я вообще несу?… у меня сейчас нет чётко структурированной мысли о том, что мне говорить. просто я устал молчать. хочется поговорить ни о чём.сегодня я собираюсь пропустить пары. понятия не имею, чем буду заниматься. хочу порисовать и повтыкать в компьютер, хотя сегодня хорошая погода. мне бы стоило пройтись и подышать свежим воздухом. об этом я ещё подумаю. конец записи. чангюн хмурит брови, смотря на кнопку «стоп». он беспричинно чувствует себя неловко, словно делает что-то неразумное. парень поднимается с кровати, почувствовав противную сухость во рту, и направляется на кухню. когда приятно прохладная вода стекает по горлу ему становится легче. ещё какое-то время гюн стоит возле окна, наблюдая за утренней зарей. с видом на улицу ему повезло: он жил на окраине города в недорогом спальном районе, а напротив его дома виднелся небольшой лесопарк. чангюн частенько там прогуливался, особенно по вечерам, когда было тихо и спокойно. бесцветный мир в таких местах должен был его пугать, однако получалось наоборот. через пару минут он отправляется обратно в комнату и садится за стол. далее включает компьютер, недолго листает ленту твиттера, а затем открывает любимый шутер. пару часов чангюн бездумно играет, дабы хоть чем-то себя увлечь. когда на улице становится уже совсем светло, его стало клонить в сон, и он уже собирался закрывать игру, как вдруг видит сообщение от сокомандника с предыдущего матча:  — ты неплохо играешь. не хочешь сгонять на пару каток вместе? чангюн поднимает брови от удивления и быстро отвечает:  — давай может потом? я уже выхожу просто.  — окей. ему тут же прилетает запрос в друзья, который он принимает и сразу выходит, чтобы впервые за последние сутки завалиться спать. чангюн просыпается ближе к ночи и ещё немного лежит перед тем как присесть, прижавшись к стене, и взять скетчбук с карандашом. он неплохо рисовал, так как учился в художке по велению родителей, за что он, кстати, им благодарен. несмотря на свой зрительный недуг, парень всегда покупал цветные карандаши, рефлекторно щурясь, пытаясь разглядеть в них какие-то оттенки, однако это вовсе не помогало. никакое и слегка размытое. он понимал, что возможно его рисунки для нормального зрения выглядят нелепо и не сочетаются, но чангюна это не волновало, так как этого никто никогда не увидит. он мог сидеть так часами, сгорбившись и ощущая ноющую боль в спине. ещё через пару часов, уже после кое-как проглоченного позднего ужина, гюн снова заходит в игру, где скоро получает сообщение от новоиспечённого знакомого. чангюн о нём уже позабыл.  — ну что, сходим?  — да, давай. по правде говоря, парню было некомфортно, из-за того, что играл он всегда в одиночку. после нескольких матчей ему предложили перейти в дискорд. обычно гюн попытался бы слиться, но на этот раз почему-то решил согласиться. — привет! — из наушников донёсся слегка усталый и приятный голос. — привет.  — мы друг другу так и не представились. я кихён.  — …приятно познакомиться, я чангюн. они не слишком много разговаривали, лишь перекидываясь словами по поводу матча.

***

16:12 начало записи. какой же это был нудный день. меня загрузили проектом, который даже к специальности моей не относится, типа, успеваемость у меня хуже стала. пиздец… я хотел зайти поиграть, как домой приду, но придётся заниматься этой сранью… кстати, неделю назад я познакомился с кихёном. хороший парень, но мне с ним немного неловко.*пауза* интересно, как он выглядит? у него милый голос. тьфу, ну и мысли у меня. из коридора слышится стук по входной двери.   и кого ко мне притащило… конец записи. чангюн нехотя поднимается с места и идёт открывать.  — чангю-юн, — в квартиру бесцеремонно заходит минхёк. — ты мне вообще не отвечаешь. — и поэтому ты решил ко мне прийти, - парень вздыхает и проходит в зал. — чего тебе? что-то срочное? — ммм… — тот плетётся за ним, разглядывая помещение, будто бы впервые его видит. — да так, соскучился. — «соскучился» — это поссорился с чжухоном? — не дури, — хёк кривится и плюхается на диван. — мы с тобой реально мало общаться стали, и в университете ты реже появляешься. далее минхёк начинает активно расспрашивать чангюна о его жизни за последний месяц, на что получал не такие уж и содержательные ответы. в конце концов, болтал только старший, а гюн только выслушивал и лишь коротко отвечал.  — а давай я тебя по учёбе подтяну? — выдаёт минхёк, резко соскочив с какой-то незамысловатой речи про остросоциальную тему, из-за которой, как оказалось, он действительно повздорил с чжухоном.  — что? не надо.  — тебе же там проект по социологии дали, а ты в ней вообще не разбираешься… — усмехается хёк. — и правда, зачем на тебя это повесили… чангюну приходится согласиться, иначе от него бы попросту не отстали. в глубине души он благодарен другу за то, что тот с ним вообще общается, не говоря уже о том, что они находятся в близких отношениях уже несколько лет. гюна это действительно удивляло.

***

кихён: пойдёшь сегодня? чангюн: скорее всего нет, надо для уника задание сделать. а чангюну хотелось поговорить с кихёном настолько, что было сложно сосредоточиться на работе.

***

21:47 начало записи. что-то я давно ничего не записывал. удивительно, но у меня нет времени на это. а почему я стал считать это обязаловкой какой-то, если я это делаю исключительно для себя? ладно. короче, проект сделан. не зря я согласился на помощь минхёка, без него было бы труднее, хоть и после его общества я себя как выжатый лимон чувствую. и как ему сил хватает столько говорить? *пауза*. я… впервые искренне хочу проводить с кем-то побольше времени. ну как «с кем-то», я и сам понимаю с кем. просто признавать этого не хочется. если раньше практически всегда я играл один, и меня это полностью устраивало, то сейчас я постоянно проверяю онлайн и… блять? я расстраиваюсь, если он не в сети? *пауза*. мы общаемся месяц, наверное, только вот общением это назвать сложно… вне игры мы не списываемся. я бы сам ему писал, но не хочу навязываться. ну… конец записи. чангюн смотрит на экран потухшего разряженного телефона. парень вздыхает, откладывая его в сторону, и протирает глаза. гюн ложится, сгибает ноги в коленях и складывает ладони на груди. почти засыпает. из включённого компьютера доносится звук уведомления дискорда, отчего чангюн просыпается. он смотрит в сторону рабочего стола и вскоре подходит к нему. кихён: ты тут? он улыбается. чангюн: да кихён: может неожиданно прозвучит, но ты не хочешь вместе посидеть? от волнения руки гюна начинают подрагивать. он решает позвонить первым, ничего не ответив на сообщение.

***

они начинают переписываться, перейдя в мессенджер. чангюн не выпускал телефон из рук, из-за чего получал много замечаний от преподавателей.  — с кем ты постоянно общаешься? — возникает чжухон, вертя в руках пустую бутылку воды.  — а, да… со знакомым.  — знакомым? что за знакомый? — минхёк вынимает наушник из уха и смотрит на друга.  — мы с ним… познакомились в овервотче.  — не думал, что ты там с кем-то дружбу заводишь. — чжухон по-доброму усмехается. чангюн размышляет про себя: «да я так-то тоже».

***

кихён оказался на пару лет старше, учился на последнем курсе в соседнем городе. в отличие от младшего, он преуспевал в учёбе и каким-то образом мог совмещать это с подработкой, правда, была она из дома. чангюна это удивляло и восхищало. возможно, он даже завидовал отчасти. кихён: блин, я дипломом сегодня занят… кихён: но вечером, если спать не будешь, можем созвониться кихён: а то ты в последнее время засыпаешь в 9 смотрит на последнее сообщение минуту, улыбаясь. его умилила такая внимательность. чангюн: тебе бы отдохнуть кихён: я и так достаточно отдыхаю гюн так, конечно же, не считал. он не до конца понимал, почему его это волнует.

***

18:04 начало записи. я вернулся пораньше, потому что простыл. ненавижу болеть, но что-то в этом всё равно есть. можно обоснованно ничего не делать. мне надо что-то делать со своей леностью… перед кихёном стыдно. он так много делает, ещё и со мной время проводит. почему? я его об этом не спрашиваю. тупой вопрос. *пауза*. как же хочу его увидеть, я никогда так много ни с кем не общался в интернете, меня это малость напрягает, потому что я привязываюсь к тому, с кем лично не знаком и элементарно не знаю, как он выглядит. я бы попросил фотку, но не хочу его смущать.кстати, недавно со мной произошла странная вещь… вчера я проснулся и на пару секунд моя комната стала цветной. я толком не успел сообразить, думаю, мне померещилось, но, с другой стороны, как такое может показаться? хм… конец записи.

***

кихён: я перекрасился! :) чангюн: ого, с чего вдруг? кихён: надоели тёмные волосы кихён: могу показать… у чангюна внутри всё словно сжалось. на фотографии видны только глаза и покрашенную в клубничный блонд голову. парень разглядывал, а на секунду фото приобрело цвет, из-за чего гюн часто проморгал и выронил телефон. тот с грохотом упал на пол, а на экране образовалась трещина. «и что это было?».  

***

23:48 начало записи. мне кажется, я сошел с ума. я будто бы сплю. снова и снова я открываю фото, которое мне скинул кихён, в попытке увидеть цвета, но ничего. совсем. ничего… *пауза*. мои руки немного замёрзли, но дома жарко. из-за стресса, наверное. *пауза*. сегодня мы мало общались, у него много дел появилось в последнее время, а я от скуки стал учиться, даже долги все закрыл. я… тоскую. хочу написать, но не пишу. он занят. *пауза*. я сейчас параллельно рисую, давно этим не занимался. меня это успокаивает. *пауза*. ничего не понимаю, блин… с его приходом в мою жизнь во мне что-то поменялось, кто бы мог подумать… я правда не знаю, что конкретно изменилось, но ребята говорят, что я выгляжу лучше, да и настроение у меня стабильно хорошее. нормально это или нет, я тоже не знаю. *пауза*. порой мне кажется, что я к нему привязался. а почему кажется? так ведь и есть… конец записи.

***

кихён: я всё не решался тебя спросить кихён: хочешь, ну… кихён: по видео созвониться? фильм вместе посмотреть?

***

 — давай ты первый включа-а-ай, – чангюн повышает тон голоса и проговаривает фразу быстро, наведя курсор на включение камеры. ему по-настоящему страшно показываться. до жути неловко.  — нет, ты, – кихён посмеивается, испытывая те же чувства.  — тогда одновременно.  — давай. раз…  — два.  — три.

***

кихён и чангюн увидели лица друг друга через два месяца после начала общения. оба смущённо смеются по началу.  — а ты ничего такой, – ки закрывает рот ладонью, — ой, вырвалось.  — господи… — гюн закрывает лицо и опускает голову. — ну и зачем ты это сказал?!  — что не так? — его лицо подсвечивается из-за открытого браузера.  — ты тоже ничего, — младший говорит тише и чувствует, как горят щёки.

***

04:57 начало записи. какой пиздец, мы только разошлись. я наконец-то увидел его. ну, а он меня. я слегка перенервничал в моменте и меня не прекращало трясти, хотя в этом ничего такого нет! я просто закомплексованный. *пауза*. он… красивый. я замечал за собой, как откровенно таращусь на него и не совсем не слежу за фильмом. блять… что же со мной такое? нужно идти спать. конец записи.

***

с того дня парни практически всегда сидели с включёнными камерами. чангюну сложно расслабиться, и он не может перестать смотреть на кихёна. гюну снится красочный, но размытый сон, который не длится слишком долго, потому что чангюн подскакивает с кровати. он почти ничего не помнит оттуда, кроме того, что там не было ни единого звука – только лишь яркие оттенки.

***

06:23 начало записи. неоднозначно себя чувствую… я вижу… цвета? в первый раз за свои 20 лет? ну что за бред… не все, конечно, и я не успеваю понять, какие они. это происходит лишь на несколько секунд. *пауза*. спать как-то уже не хочется. скоро собираться. сегодня нужно купить новый скетчбук, а то в моём закончились чистые листы. минхёк как раз предлагал сегодня прогуляться после занятий. *пауза*. и всё же мне непонятно… *пауза*. может, мне стоит сходить к врачу? только к какому? конец записи.

***

— ещё общаешься с кихёном своим? — спрашивает минхёк. — совсем ничего не рассказываешь… — он говорит тише, слегка огорчённо. — почему с моим-то сразу? — чангюн отвечает недовольно, беря какой-то дешёвый скетчбук с полки. — да, общаюсь. — тебе разве не страшно? — а почему должно быть? — вы ни разу не виделись, а по тебе прям видно, что ты привязался. от телефона не отлипаешь вовсе… — минхёк выглядит расстроенным, потому что правда переживал за чангюна. хёк вспоминал, как его друг влюбился на первом курсе, и закончилось это достаточно печально. гюн об этом не любил говорить, мог огрызаться, днями не появляться в вузе. дошло до той степени, что его чуть не отчислили, приходилось подключать родителей, с которыми, на тот момент, чангюн был в плохих отношениях.  — ты там аккуратнее, всё-таки… — говорит минхёк уже тише.

***

19:37 начало записи. в последнее время я много рисую, у меня такого давно не было. я купил новые карандаши. с выбором мне помог минхёк. не знаю, чем я его заслужил… он постоянно мне помогает, мы ещё со школы дружим и решили поступить в один университет, там и чжухона повстречали… *пауза*. если честно, мне по началу казалось, что мы с ним не сдружимся. какой-то он весь… ну, грубоватый был что ли? но почему-то с нами он совсем другой. я пока не до конца понимаю, какой он человек. *пауза*. не думал, что кроме минхёка с кем-то общаться буду. *пауза*. с кихёном сегодня не созванивался, судя по всему, он сегодня занят, даже не списывались практически. *пауза*. я… скучаю. конец записи. чангюн выключает телефон и смотрит на пустой белоснежный лист перед собой. недолго думая, он берет идеально выточенный карандаш и начинает выводить линии. он рисует кихёна по памяти, пытаясь визуализировать все детали его лица.

***

кихён: фух, я могу выдохнуть на неделю, всё сдал чангюн: урааа, молодец! всё хорошо? кихён: спасибо! да, всё супер кихён: слушай, это кихён: короче, я на праздники еду в сеул кихён: если хочешь… можно встретиться? или ты меня боишься? чангюн застыл, смотря в экран. в ушах резко зазвенело, а глаза ослепило от того, что окружение снова приобрело цвет. только длилось это дольше, чем обычно. гюн шокировано оглядывает комнату, откровенно испугавшись. он тут же поднимается и подходит к окну, раздвигает шторы и сразу же жмурится. звон не прекращался. как только чангюн открыл глаза, всё снова стало тусклым. кихён: эй, чего молчишь? кихён: извини, если сбил с толку… кихён: мне теперь неловко кихён: ну ответь что-нибудь чангюн: я тут чангюн: с интернетом что-то чангюн: я бы хотел встретиться

***

за неделю до их встречи в сеуле начался сезон дождей, по ночам они были интенсивнее: сверкали молнии, громко гремел гром, а возле дома чангюна даже повалило одно дерево. когда он обходил его по пути на учёбу, случайно наступил в глубокую лужу.  — вот же… — гюн оскалил зубы и цокнул, посмотрев на свой насквозь промокший кроссовок. он решил не возвращаться домой, так как уже опаздывал. кихён: я слышал, у вас с погодой всё плохо кихён: что делать будем, если ливень начнётся, когда я приеду? чангюн: мне всё равно, пойду по нему кихён: настолько хочешь увидеться? «да. сильно».

***

за день до чангюн не мог уснуть, ворочаясь и сминая простынь. от волнения его руки были холодные. он присел на угол кровати и взял телефон. 03:49 начало записи. что-то мне плохо. не понимаю, что чувствую. я вообще уже ничего не понимаю. меня трясёт. *пауза*. мы встретимся вечером в центре. он вроде как к тёте приехал погостить. видно, что они в хороших отношениях, не то, что я со своими родственниками. *пауза*. последний раз я говорил с мамой пару недель назад. она спросила что-то про учёбу и бросил ли я курить. её только это волнует. *пауза*. кихён… какой он в реальной жизни? как мне себя вести с ним? я… в последнее время думаю о всяких вещах, которые касаются его. касаются наших отношений и моих смешанных чувств к нему. он такой добрый и чуткий. у него красивая улыбка. *пауза*. так сложно… конец записи.

***

очевидно, чангюн не выспался. он медленно моргал, почти проваливаясь в дрём. ему пришлось подняться и наворачивать круги по своей маленькой комнатушке, добавив какую-то двигательную активность, чтобы не заснуть. когда нужно было выходить, из рук начали вываливаться вещи: ключи он ронял несколько раз, а выйдя на улицу, гюна вновь ослепило от разнообразия красок, и всё стало мыльным – с горечью он натянул нелюбимые очки. ноги предательски подкосились – он чуть было не упал в ту же лужу, на которую ранее наступил. «да блять, что со мной не так?», – парень взялся за голову и помотал ей. глубоко выдохнув, он направился в сторону остановки.

***

чангюн нервно переминался из стороны в сторону, оглядывая улицу. погода пасмурная и безоблачная, людей на удивление мало. через пару минут он увидел знакомое лицо. опять стало ярко. особенно он.  — привет! — воскликнул кихён, быстрым шагом подходя к чангюну, который уже еле стоял.  — п-привет, — он неуверенно протянул руки, чтобы обняться. от кихёна вкусно пахло и от него веяло теплом. гюн не хотел его отпускать, но отстраняется первым, ощущая дикое смущение.  — всё хорошо? — кихён заглядывает прямо в глаза, из-за чего чангюна опять затрясло. он опускает голову.  — да. пойдём? — говорит он тихо.

***

чангюну казалось, что он не сможет и слова вымолвить, но кихён, словно почувствовав это: много болтал, подкидывая темы для разговора, и ему удалось успокоить младшего. ки не заострял внимания на явную тревожность гюна, хотя видел это.  — а знаешь, мне казалось, ты выше, — смеётся кихён, поворачиваясь к нему.  — но всё равно повыше тебя. — тот улыбается ответно.  — ну не на много же, — парень ровно встает, прислоняет ладонь к своей макушке и ведет её к голове чангюна, – примерно, на сантиметров пять! — а я думаю, больше. — гюн проделывает те же действия. — ну уж нет, — кихён перехватывает его руку, опускает её и снова заливается смехом, отчего у чангюна пробегает колкий холодок по спине, а грудь сжимается изнутри.

***

23:23 начал записи. всё. кажется, это пиздец. мне весь день приходилось держать лицо невозмутимым, но это плохо получалось, а я и не мог. мало того, что окружение буквально пестрило, я никогда такого не видел, так ещё и… чёрт… я ещё больше запутался. он… *пауза*. он просто невероятный. во всех смыслах. наверное, я никогда такого не испытывал, хоть это и звучит слащаво, но зато правдиво. не знаю, что это. кихён: давай завтра пораньше встретимся? у меня вечером планы просто, тётя созывает всю родню он написал… не верю, что снова смогу его увидеть. конец записи.

***

чангюн всё понял. понял, когда с глаз окончательно сорвали чёрно-белый фильтр. сначала мир мигал, а сейчас стал по-настоящему живым, таким, каким он задумывался природой. ночью гюн перебирал свои карандаши, по минуте осматривая каждый. черкал, сверял названия, записывал их рядом. «розовый, красный, фиолетовый. красивые», – бубнил он про себя, перечисляя. его это откровенно пугало, потому что боялся это потерять. и боялся потерять кихёна. потому что чангюн всё понял.

***

 — завтра уезжаешь уже, — гюн присаживается на скамейку, которая стояла в самом конце парка, где было, на счастье, нелюдимо.  — да… но приеду же потом ещё, — кихён присаживается рядом и смотрит на младшего, – и ты приезжай. — я бы хотел… они сидят в тишине, внимательно прислушавшись к ней. ки прикрывает глаза и прислоняется виском о плечо чангюна. — знаешь, я… рад, что мы познакомились. и что встретились. — начинает кихён — да… я тоже. — гюн осмеливается также облокотиться головой на его макушку. позже он чувствует прикосновение к своей в миг оледеневшей руки. — ты переживаешь. почему? — старший говорит медленно, мягко проведя пальцами по чужому запястью. чангюн не знает, что ответить, поэтому переворачивает ладонь и переплетает их пальцы: — я думаю, что… ты мне... — знаю. – кихён выпрямляется и смотрит на него. а затем аккуратно целует.

***

0:38 начало записи. я влип, жёстко. я бы сказал очень жёстко. как-то мне дурно. *пауза*. он меня поцеловал. я не сплю. точно не сплю. кто вообще в здравом уме будет это делать в последний день? господи… «знаю» говорит. всё он знает… я настолько читаемый? *пауза*. я ему не говорил о дальтонизме. ну, о его отсутствии теперь. это будет звучать по-дебильному и ванильно. типа, когда мы начали общаться я резко выздоровел? *пауза*. ещё у меня жутко болят глаза, чем я только ни капал их. наверное, это естественно. конец записи. чангюн засыпает.

***

кихён: ты такой бесстыжий кихён: зачем влюбил в себя? чангюн: себя видел? кихён: я-то что… это ты виноват кихён: совсем меня в неженку превратил чангюн: это же хорошо? кихён: понятия не имею кихён: но я счастлив «я тоже безумно счастлив».

***

чангюн приезжает к кихёну в следующем месяце, собрав все деньги, которые у него были накоплены. к тому времени он уже стал привыкать к цветам, но почему-то не хотел говорить об этом минхёку, хотя это событие по-настоящему грандиозное и необычное. «вдруг подумает, что я с ума сошёл?», – размышлял гюн.  — чего ты опять в облаках летаешь? — кихён шутливо тянет его за щёку.  — я тут, тут. чангюн решается поцеловать его и делает это ещё много раз, не догадываясь о том, что скоро реальность опять станет бесцветной.