Месть сыновей Игторна

Кевин

Резко очнувшись, Кевин обнаружил, что находится в тёмной комнате, в которую еле пробивался солнечный свет. Попытавшись привстать, он почувствовал боль по всему телу. Состояние было ужасным, голова гудела, словно по ней ударили молотом, хотелось блевать. — Что, очухался, данвинский подонок? — Раздался резкий режущий голос откуда-то справа. От неожиданности тело Кевина непроизвольно передёрнулось, и дало возможность боли проникнуть ещё глубже, заставляя капитана королевской гвардии закусывать губу от боли. — Пойду доложу лорду Эрику, — продолжил тот же голос и раздался скрип закрываемых дверей. Преодолевая боль, рыцарь сел на солому, которая, очевидно, была его постелью. Оглядев комнату, Кевин понял, что находится на вершине башни, где, очевидно, содержались узники высокого ранга. На небольшом окошке были решётки, везде было полно паутины. Дверь, очевидно, не запиралась, потому бывший паж привстал, вспоминая свои прошлые побеги из Дрекмора. Сделав несколько шагов, капитан королевской гвардии почувствовал головокружение, и, не имея ничего, за что можно было ухватиться, рухнул на пол, осознавая, что опять теряет сознание.

Джон

Поднимаясь после тяжёлого дня в свои покои, Джон размышлял о событиях этого дня. Наконец прибыли все элдормены, кроме Зигмунда и был проведен витенагемот, где было решено начать созыв фирда, правда, далеко не все поддержали это решение, так как вскоре должна была начаться посевная, и людей для неё будет катастрофически не хватать. Но не только посевная беспокоила короля, отряд Кевина вернулся без своего капитана и совершено без вестей. Прошло уже две недели, а он всё не возвращался, и Джон уже беспокоился, не случилось ли чего с его верным капитаном. Обычно тот, даже если уезжал далеко в делах короля, всегда возвращался через несколько дней. Теперь же, казалось, что его исчезновение связано с цепочкой последних событий. Посылать новые отряды ещё и на поиски Кевина в такое время было опасно и бессмысленно. Людей не хватало, нужно было укрепить ворота и стены Данвина, подготовить запасы на случай осады. Зайдя в покои, Джон уже хотел лечь спать, как заметил на окне странного вида листок. Он был жёлтым, с обгоревшими краями, на нём было написано послание неизвестными для Джона рунами. Ему удалось лишь прочесть подпись, которая была написана на латыни и гласила: Опасайся теней своих друзей. Совершенно озадаченный, Джон пошёл в библиотеку, где хранились свитки ещё со времён Великого Исхода Гамми. Велев позвать старого библиотекаря, король принялся искать что-либо похожее на загадочные руны. — Вы меня звали, ваше величество? — Обратился к Джону седой мужчина с глубокими морщинами на лбу. — Скажи, ты видел, что-то похожее на эти руны? — Воскликнул король. Внимательно оглядев пергамент, старик кинулся к одной из дальних полок и стал там рыться. Через некоторое время, когда большая часть книг и свитков была перерыта, лицо библиотекаря помрачнело. — Похоже, что единственная книга которая могла помочь раскрыть это послание пропала, — сказал он удручённо. — Как давно ты её видел? — Спросил Джон. Старый библиотекарь наморщил лоб и спустя несколько минут пробормотал: — Неделю назад я переставлял книги на той полке, тогда книга ещё была. Две недели назад, подумал Джон. Две недели назад, перед самым убийством Икторна. Две недели назад, когда началась вся череда необъяснимых событий. — Про что было написано в той книге? — Задал очередной вопрос Джон. — Я её особо не читал, но, кажется, там говорилось про древний язык, которым когда-то говорили предки нынешних орков и гоблинов. Там же были и изображения таких самых рун как и в этом свитке. Поблагодарив старика, Джон снова отправился в свои покои, но уснул только под утро, всё время думая, что случилось с ещё неделю назад спокойным королевством.

Колдун Гамми

«Какой чудесный день», подумал Колдун, стоя у окна и попивая чай, попутно осматривая утреннюю Урсалию. Столица Гамми только начинала просыпаться от ночного сна и была прекрасна. Теперь, после прибытия Великих, город было не узнать и прежняя Урсалия казалась захолустной деревней по сравнению с теперешней. Была построена еще одна стена, которая увеличила площадь столицы почти в два раза. Были разбиты великолепные сады, построены высоченные башни, открыты обсерватории. Восстановлены арки и дворцы, улицы и транспорт были отремонтированы. Великая Библиотека была открыта теперь для всех, и была увеличена в несколько раз, так как часть книг из Долины Гамми перевезли в столицу, а из-за моря было привезено множество книг написанных Гамми во время изгнания. Также Гамми хорошо подготовились к визиту незваных гостей, подробностями обороны он не очень интересовался, но знал что до Урсалии сможет дойти едва ли половина вражеской армии. Наблюдения старого Гамми прервал Фредди, молодой начинающий маг которого определили в помощники и ученики Колдуну: — Вас вызывают на заседание Великого Совета, мой учитель! — Прокричал Фредди. — Хорошо, сейчас иду, — немного раздражённо ответил Колдун недовольный, что его созерцания утренней Урсалии были прерваны. Великий Совет был и почетной привилегией и бременем для пожилого медведя. Он был выбран мишками Долины Гамми их представителем, как лучший и по сути единственный кандидат. Нужно было выбрать кого-то из семёрки героев, но никто кроме Колдуна не подошел. Солнышко и Малыш, который уже перестал быть малышом, не подходили как самые молодые. Густо и Толстун были несерьёзными. Бабушка и Ворчун были незаменимы для долинцев, потому после долгих споров на роль представителя Долины был выбран Колдун. Закончив свои созерцания, Колдун покинул свои покои и вместе с Фредди прошёл к вагонетке в форме лебедя. Прибыв в дворец, он оставил Фредди болтать с другими помощниками волшебников, а сам направился в зал заседаний Великого Совета. Несмотря на поспешность он опоздал, и заседание уже началось. — Уважаемый посланник, повторите свои вести для нашего многоуважаемого Колдуна, — немного насмешливо обратился к посланнику председатель Великого Совета Дейллвуд, который происходил из Великих, и ставил себя выше других Гамми, которые были не такого высокого происхождения. — Герцог Игторн мертв, вероятней всего убит, и теперь нам грозит новая война с его преемниками, — послушно повторил посланник из Долины. — Благодарим за вести, уважаемый посланник. Можете располагаться в Урсалии, отдыхайте и набирайтесь сил пока мы с коллегами будем принимать решения, — сказал Дейллвуд, — а теперь я хочу услышать Вас, господин Колдун, как представителя Долины и непосредственного участника многих войн с Икторном. Колдун, стал собираться с мыслями, пытаясь осмыслить сказанное посланником. — Насколько можно доверять этим вестям, — наконец сказал старый волшебник. — Посланника прислал ваш друг Ворчун и, к тому же, мы проверили сказанное через волшебный шар, связавшись с королем Джоном. — Если в нелюди не будет толкового предводителя, то нам-м-м ничего не угрожает, — чуть заикаясь, сказал Колдун всё ещё пытаясь составить в единую картину всё услышанное. — Да, но они наверняка одержимы местью, и, соответственно, найдут хотя бы временного вожака, — сказал Дейллвуд, — главный вопрос не в этом, а в том, будем ли мы оказывать помощь людям, так как гнев нелюдей будет направлен в первую очередь на короля Нортумбрии Джона. — Если Нортумбрия падёт, то мы обречены, — заявил Колдун. — Разве? — Ехидно ухмыльнулся Дейллвуд. — А ваши друзья, считают иначе. Они закрыли почти все входы и прекратили общение с людьми. Колдун переставая понимать что либо, похилил голову пытаясь собраться. Такое прекрасное утро было испорчено ужасными новостями. — Если у многоуважаемого Колдуна закончились аргументы и никто не возражает, предлагаю начать голосование. Кто за помощь людям? — Спросил Дейллвуд. Из сорока присутствующих взметнулось одиннадцать лап, включая Колдуна, хотя тот сомневался и собирался лично поговорить с посланником, и узнать новости из Долины подробней. — А кто против? — С торжествующей улыбкой спросил председатель. Взметнулось двадцать пять лап, включая председателя. — Итого, за — одиннадцать, против — двадцать пять, воздержались четверо. Решение принято, мишки Гамми не будут помогать людям, — заключил председатель. Колдун только растерянно мотал головой, как бы он хотел чтоб всё происходящее было сном, просто плохим сном. Морально разбитый, он вышел из зала, где его уже поджидал Фредди, и, опершись на его плечо пошкандыбал на вагонетку, что б скорей добраться домой.