Не забудь, не отпусти

— Лань Ань. Это в честь великого основателя клана, известного монаха. Лань Ли. Благовоспитанная молодая госпожа, всю свою жизнь она посвятила совершенствованию, отринула всё мирское и вознеслась. Лань Лао. Великий воин клана, он защищал территорию Гусу до последнего вздоха. Лань Юн. Мастер слова, стоило ему заговорить, все споры смолкали, каждому его слову внимали. Лань… — Нет, нет, нет и нет. — зевая, отмахнулся Вэй Усянь. Библиотека — это последнее место, где он хотел бы находиться, когда всё тело обессилено, а глаза слипаются. Лань Цижэнь смерил его раздраженным взглядом. — Мы сидим здесь уже целый час. Неужели это правда стоило того, чтобы вставать в такую рань? Моему ребенку ничего из этого не подходит. Я бы придумал что-то более подходящее за минуту. — Первый наследник клана должен получить подходящее имя. — отчитал его глава Лань. — Какая ещё минута? Неужели Ванцзы не рассказывал тебе, как важны значение имени, гороскоп, как это влияет на судьбу, как важно подгадать символы? — Хм. — Вэй Ин задумался на мгновение. Он разрывался между тем, чтобы довести Лань Цижэня, и тем, чтобы промолчать и попытаться успокоить разволновавшегося малыша. — В последний раз, когда мы обсуждали это, Лань Чжань был занят тем, что раздевал меня, и ограничился тем, что сказал, что я так терзаю свое тело и столько сил посвящаю тому, чтобы выносить его ребенка, что заслуживаю первенство права на выбор. — произнес он, с легкой улыбкой поглаживая живот. — Муж полюбит любое имя, которое я выберу. И вообще, кто сказал, что ребенок будет носить фамилию Лань? Глаза Лань Цижэня расширились сначала от пошлого комментария, а затем и от заявления о фамилии. Его лицо побагровело от ярости, а пальцы сжали свиток. — Вэй Усянь! Ах ты бесстыдник! — Дядя. — тут же вмешался Лань Сичэнь, появляясь из-за книжных стеллажей. К счастью, и Вэй Усянь и Лань Цижэнь понимали, что им опасно оставаться наедине, так что этим утром их сопровождал Цзэу-цзюнь. — Он просто шутит. Прошу, будь милостив, беременность нелегко дается господину Вэю. — поспешно добавил он, видя, что тот с трудом сдерживается. — Ему нельзя волноваться, это опасно для родителя и ребенка. — Сичэнь, объясни ему, я больше его не выдержу! — выпалил Лань Цижэнь. — Каким отцом ты будешь, если не хочешь даже задуматься о судьбе своего ребенка? Ты хоть понимаешь, какой это будет скандал, если ты дашь наследнику клана Лань другую фамилию? Знаешь, какие слухи пойдут! — Дядя, да ведь он просто пошутил. — успокаивающим тоном повторил Лань Сичэнь. Затем он выразительно посмотрел на мужа своего младшего брата. — Правда ведь, господин Вэй? — Ну конечно же, я шучу. Ребеночек обязательно станет новым поколением Лань. Лань Чжань официально признает его и всё такое. Благодарю, Цзэу-цзюнь. — стараясь скрыть ухмылку от своей выходки, кивнул ему Вэй Ин. Он бы поклонился для большего эффекта, но понимал, что если попытается, то поясница будет болеть до конца дня. — Прошу, не нужно столько формальностей, мы ведь обсуждали. — Тогда я попрошу и вас о том же. Вэй Усянь и Лань Сичэнь вежливо друг другу кивнули. Это продолжалось уже на протяжении полугода. Каждый из них настаивал на меньших формальностях, но не торопился делать первый шаг. Будто бы, несмотря на хорошие отношения, не хватало чего-то, что поставило бы эту точку. Лань Цижэнь нахмурился и медленно сел обратно за стол. — Следи за словами, Вэй Усянь. — наконец, отчеканил он. — Всё, что ты говоришь, влияет не только на тебя, но и на ребенка. Я знаю, что тебе нравится дурачиться и сводить с ума других, но неужели ты хочешь, чтобы и дитя росло легкомысленным и не думающим о последствиях? Я защищал Ванцзы от последствий его поступков, наказывал, не позволял другим причинить ему вред, даже когда он первым нанес удар. Я не позволял другим осуждать решение Сичэня об уединении и распускать слухи о том, как он был связан с бывшим главой Цзинь, каждый день навещал его и пытался восстановить его душевное равновесие, игнорируя обязанности и собственные потребности. Это отражалось на моей репутации, на репутации клана, но за их воспитание и характер целиком и полностью ответственен я, это моя обязанность до конца жизни. Ну, а тебе предстоит защищать своего ребенка и брать ответственность за его поступки. Подумай об этом. — Я… Я… — Вэй Усянь обхватил живот ладонями. Улыбка спала с его лица. Слова подействовали на него не так, как он думал, а общая усталость только всё ухудшила. Разве он не справится? Он бы защищал своего малыша от всего в мире, даже если бы тот стал самым невыносимым и злобным созданием. Но этого никогда не случится. Их с Лань Чжанем ребенок будет жить в любви и заботе, и будет также добр к другим. Он будет расти в тепле и будет давать такое же тепло в ответ. Станет храбрым, сильным, умным, отзывчивым. Ведь именно таким и вырос А-Юань. — Я сумею защитить его. Ничего плохого никогда не случится с моим ребенком, пока я рядом. — Я не спорю. Никто не говорит, что у тебя не получится. Лишь говорю тебе, что воспитание — это не игра. А ты ведешь себя совершенно несерьезно. — Дядя, волноваться на таком большом сроке опасно… — вновь мягко вмешался Лань Сичэнь, заметив недовольство на лице. Было видно, что слова заставили задуматься и его. — Послушайте, господин Вэй, вы станете замечательным отцом, это бесспорно. Но, вам не кажется, что некоторым вещам все-таки стоило бы посвятить немного больше времени? Я буду сидеть с вами в этот раз, чтобы помогать в выборе. Вы могли бы сказать мне о своих предпочтениях в значении имени, и я бы подыскал что-то подходящее, пока вы отдыхаете. Так вам будет комфортнее? Вэй Ин постарался улыбнуться. — Спасибо, Цзэу-цзюнь. Я лишь хотел бы, чтобы имя было… Близко моему сердцу. — голос Лань Сичэня и его убежденность успокаивали. Вэй Ин подвинулся, чтобы он мог сесть рядом. На какое-то время библиотека погрузилась в тишину, и он смог потратить время на дыхательные практики и легкую дремоту. К сожалению, ему это быстро наскучило. — Как думаете, какого пола будет ребенок? На этот счет в клане тоже есть приметы? — Девочка. Главное, чтобы не демонического происхождения. — не задумываясь, ответил Лань Цижэнь. Он даже не поднял головы от свитка, но голос был абсолютно уверенным. Вэй Ин фыркнул. — Исходя из того, как ты выглядишь и питаешься. — В самом деле? А вы как думаете, Цзэу-цзюнь? — Я могу судить лишь по тем небольшим приметам, что знаю. Я бы предположил, что это мальчик. — оглядев Вэй Ина, предположил Лань Сичэнь. — Трудно сказать наверняка. А как чувствует молодой господин Вэй? Мальчик или девочка? Когда Вэй Ин думал о девочке, то представлял сильную духом малышку, нежную, добрую, красивую и грациозную, с чистым сердцем. Может, её бы и недооценивали при первой встрече, но узнав, восхищались бы и шептались в волнении. Когда он думал о мальчике, то образ несколько менялся. Он представлял мальчика смешливым и неугомонным, тем, кто всегда вступался бы за слабых, не боялся никого и ничего, никогда бы не сдавался, сильным совершенствующимся, готовым привнести в мир что-то новое. Вэй Усянь вдруг подумал, что, должно быть, исходил из образов трех лучших друзей из Юньмэня. Цзян Яньли, Цзян Чэна и Вэй Усяня. Но, конечно, характер ребенка будет сбалансирован лучшими чертами Лань Чжаня. Вдумчивость, сосредоточенность, сила, честь, верность, преданность. Вэй Усянь с любовью посмотрел на свой живот. — Думаю, это будет невероятное дитя. — Если хорошо его воспитать. — Я уверен, дитя будет именно таким. Дядя имеет в виду, что вы и Ванцзы воспитаете своего ребенка должным образом. — Лань Сичэнь улыбнулся, надеясь, что Вэй Ин без дополнительных слов поймет, что не стоит воспринимать слава Лань Цижэня в негативном свете. — Я тут нашел пару интересных имен, может, хотите посмотреть? Вэй Ин сделал пару вздохов… А затем вдруг опустил взгляд, словно испытывал крайнее смущение от того, что собирается произнести. — Спасибо, что так помогаешь мне. Гэгэ. Есть одно имя, которое мне вдруг приглянулось… Мы можем проверить, подойдет ли оно? — Конечно, мы могли бы… Что? — Лань Сичэнь удивленно поднял брови, осознав обращение к себе. На мгновение он замешкался, часто моргая. Затем его взгляд смягчился. — Конечно, шиди Вэй. Если Лань Цижэнь и собирался что-то сказать, то в итоге лишь обреченно вздохнул, качая головой.

***

— Ооо, Лань Чжань, ты только посмотри, как это мило! — Достаточно мило. — А вот это? Ооо… А это? Ах, как же очаровательно выглядит! Лань Чжань, тебе нравится? — Нравится. — Лань Чжань, а ведь тебе нравится мысль о том, что я ношу твоего маленького наследника. — Гм.

— Лань-эр-гэгэ, как ты смущен. А ведь сдерживайся ты тогда получше, нам не пришлось бы так много тратить на детские вещи. — Трать, сколько потребуется. Не думай о деньгах. Супруги сидели на большом пушистом ковре и перебирали детские вещи, доставленные этим утром в Гусу. Придирчиво осматривая одежды крошечных размеров, они с особой заботой складывали их, чтобы затем убрать в шкаф. Мягкая ткань, вышитая вручную, с узорами, рисунками светлых тонов, должно быть, совсем не подходила для новорожденного и была совершенно непрактичной. Дети любили пачкаться и быстрые скачки роста заставали врасплох, половина гардероба так и осталась бы неношеной. Однако, Вэй Усяню и Лань Ванцзы это пока было неведомо. Они хотели подарить малышу лучшие вещи, но пока мало себе представляли, как растет младенец. Комната для будущего ребенка находилась прямо через стенку от их собственной спальни, так что они могли бы быстро реагировать на плач. Детская уже была обставлена мебелью и заполнялась последними мелочами. Деревянная колыбелька с изящной резьбой, над которой они подвесили несколько погремушек. Украшения из золота и серебра, картинки на стенах, две корзины с игрушками, кресло-качалка, талисманы от сглаза и злых духов, полочка с детскими книгами. Будущие родители хотели быть готовыми ко всему. Детская комната наполняла их сердца особым трепетом, — уже в следующем месяце они заведут новое знакомство. — Отлично, потому что я хотел попросить у мастера ещё пару погремушек-бабочек для малыша. — Вэй Ин широко улыбнулся. — И еще несколько барабанчиков. Как думаешь, мы не слишком много купили? Когда глава Лань увидел, сколько всего доставили, он заставил меня поклясться, что мы не скрываем от него, что у нас будет тройня. А кого ты хотел бы больше, Лань Чжань, дочь или сына? — Ребенку захочется поиграть, игрушки понадобятся. — затем Лань Чжань покачал головой. — Пол ребенка неважен. Я уже люблю его. Надеюсь, он будет здоровым и сильным. И похож на Вэй Ина. Заведет много друзей, не боится идти против других, чтобы защитить слабых, талантливый и добрый. — Лань-эр-гэгэ, мое бедное сердце! — Вэй Усянь отвернулся и захихикал. — Лучше будет, если ребенок станет похож на тебя. Умный, собранный, первый ученик, авторитет в глазах других, ещё и хорош собой. — Мн. Вэй Ин красивый. — Лань Чжань! — этого Вэй Усянь уже не выдержал. Краснея лицом, он обвил руками шею мужа и пересел к нему на колени. Последовало сразу несколько глубоких и долгих поцелуев. — Лань Чжань, Лань Чжань, как ты можешь быть так жесток к своему бедному мужу? — наконец, спросил Вэй Усянь, пытаясь отдышаться. — Я сказал правду. — Ханьгуан-цзюнь! Как ты можешь быть таким бесстыдным! — Вэй Ин снова наклонился к его губам. Руки мужа обняли его за спину, и он вдруг почувствовал, как всё в груди пылает от любви и нежности. — А ты знаешь, что ученики делают ставки на то, кто у нас родится? — Это запрещено в Гусу. — Лань Чжань нахмурился. — Если у учеников остается время на подобные глупости, стоит дать им пару дополнительных заданий. Я займусь этим. Вэй Усянь рассмеялся. Он устроился в объятиях мужа, и уже не собирался покидать их. — А утром я говорил с вашей троюродной сестрой. Она рассказала мне много о кормлении. Здорово, что у неё родился сын, и она сможет давать молоко и нашему ребенку. — Да. Лань Минь очень добра. — А маленький Лань Ий станет молочным братом для нашего малыша. И малыш будет очень любить своего да-гэ А-Юаня. Хм… Здесь ещё столько вещей. Нам точно не управиться вдвоем. — Хочешь отдохнуть? Я могу закончить сам. — тут же предложил Лань Чжань, утыкаясь в шею мужа. — Тебе нужно больше отдыхать. Поспи, а затем я принесу ужин. — Нет-нет, я не устал. Только хотел… Позвать кое-кого на помощь. Если ты не возражаешь. — осторожно начал Вэй Усянь. Лань Чжань не ответил, и он неуверенно продолжил. — Я бы хотел позвать Юаня нам помочь. Провести время в кругу семьи… Что скажешь? Может, это пошло бы на пользу? Для того, чтобы привыкнуть… Он говорил, ему не хватает тебя. И нашей семьи. — Вэй Ин… — Лань Чжань ещё крепче прижал к себе. — Вэй Ин, я не уверен, что это хорошая идея. Ему лучше побыть с друзьями. Ещё рано для семейного времени. — Вы так отдалились… Что, если назад пути не будет? — Сейчас его эмоции нестабильны. Ему нужно справиться. — Это неправильно так относиться к нему. — Вэй Усянь немного отстранился, чтобы посмотреть в глаза мужу. — Он просто ребёнок и ему больно. Мы должны быть рядом. Лань Чжань медленно покачал головой. — Сычжуй уже не ребёнок, Вэй Ин. И у него разбито сердце. Ему нужно учиться жить дальше, идти своим путем и всё обдумать. Я причина этой боли и его чувств. Я не хочу делать хуже. Ещё слишком рано для восстановления. — Я понимаю… Но А-Юань всё ещё наш сын. Наша семья. — он положил голову на плечо Лань Чжаня. — Скоро родится малыш, Юань чувствует себя брошенным. Давай позовем его поужинать с нами сегодня. Он сказал мне, что ему не хватает того, как всё было раньше. Хотя бы раз. Я переживаю за него. — Ты уверен, что ему стоит? Ты не знаешь Сычжуя так, как знаю его я. — А ты не знаешь А-Юаня так, как знаю его я.