Алый свиток

В ответ мне первым делом пришли удивление, омерзение и страх. — Что ты там делаешь??? — Наконец, обрушились на меня более понятные мысли. — Улетай! Держись подальше! Немедленно убирайся оттуда! — Накатывало волнами вместе с теми чувствами, что пришли секундой ранее. — Спасайся! Это гора Малефора! Это Колодец Душ! Я тут же вспомнил, что мне говорил про это место отец: «Гора Малефора стала главной крепостью Малефора после того, как он был изгнан Хранителями, когда он обратился ко злу. Вскоре он собрал армию обезьян и стал учить их обуздывать, с помощью кристаллов, Стихии драконов, дабы обезьянам было что противопоставить своим противникам. Будучи в совершенном уединении, он только сильнее злился, пока его злоба не стала настолько сильной, что Малефор расколол землю, создав яму отчаяния. Эта яма стала средоточием зла, куда со всего света начали стекаться непокорные души, нашедшие покой здесь, на горе Малефора, в Колодце Душ. Поговаривают, что и сам Малефор впоследствии стал узником этого места...» Я, не медля, повернул в сторону и начал сильнее махать крыльями, ещё и стараясь набирать высоту. Гора Малефора. Раз так — несомненно, где-то прячутся и его прислужники. Потому — стоит поступить, как мне советовали. — Как ты вообще туда добрался? И главное, — почувствовал я недовольное сообщение от отца, — зачем? — То же пришло секундами позже от матери и Астарты. Также в их сообщениях я слышал беспокойство и тревогу. — Кажется, я немного сбился с дороги, летя по карте, — ответил я всем троим, продолжая работать крыльями. В ответ мне наперебой стали советовать, как ориентироваться по солнцу (это я и так знал) с поправкой на время суток и время года. Увы, если день и месяц я знал, то часов у меня с собой определённо не было. Как и компаса, о полезности которого мне тоже успели сообщить. Похоже, последний надо где-то добыть, чтобы не повторять сегодняшней ошибки. Отмахав крыльями ещё, навскидку, пару часов, я рискнул опуститься на землю. Потому, что тело (в основном, те самые крылья) остро нуждалось в отдыхе. Лес подо мной уже имел нормальный вид. Но, на случай погони, я постарался укрыться в кустах, благо, выбранная мною маскировка, имея зелёный окрас чешуи, помогала неплохо слиться с местностью. А если я что-то увижу или услышу, можно и вовсе превратиться во что-то не привлекающее внимания. Я затаился, лишь медленно шевеля крыльями, пытаясь уложить их так, чтобы они и спина ныли меньше всего, пытаясь унять рвущееся наружу тяжелое дыхание. А потом и вовсе пытался дышать через раз. Шумел ветер в кронах деревьев. Пели редкие птицы. Я вслушивался в звуки, раздававшиеся вокруг: не хрустнет ли ветка? Не скрипнет земля или не выпадет откуда-то из-под лапы приближающегося противника камень? Ничего. Лишь лес, живущий вокруг меня своей жизнью. Я медленно выдохнул. Впрочем, бдительности всё равно не терял, да из кустов не спешил вылезать. А вообще, надо что-то делать с собой. Я имею ввиду — крылья тренировать. А то чуть больше полетал, сел — и здравствуйте, берите меня тёпленьким. Это никуда не годится. Так что, если я хочу выжить, надо будет… а, впрочем, не сейчас. Сейчас мне нужно оказаться как можно дальше от того проклятого места. И ведь, что самое обидное, только лишь я сам виноват в том, что оказался у горы Малефора. Ладно, отдохнул — и хватит. Пора двигаться дальше. Взлетев, я снова устремился прочь от того проклятого места. В этот раз, я более внимательно относился к тому, куда лечу, чаще сверялся с картой и потому, пролетев ещё день в одиночестве, я увидел впереди дымы, поднимающиеся вверх. Это означало — впереди поселение. Посёлок был небольшим, но, как для его размера, неплохо укреплённым. И сразу видно, что здесь вотчина земляных драконов: окружала поселение каменная стена, а не как обычно делали в таких случаях, частокол. Правда, вид у стены был весьма потрепанным. Стража пропустила меня без проблем, осведомившись лишь, почему я прилетел с северного направления и не видел ли я отрядов обезьян по дороге. Как на первое, так и на второе, я ответил чистую правду: по неопытности сбился с пути, когда понял, что лечу не туда — сразу же отвернул на юг (а что было это почти в самом логове Зла, я благополучно умолчу). Отрядов обезьян я не видел, но, опасаясь их, старался лететь высоко. Оказавшись внутри, я сразу же принялся искать, в первую очередь, работу: запаса сил во мне было ещё достаточно, а вот золота уже практически не было. На удивление, работы было много даже для такого неумелого и неопытного, едва только ставшего самостоятельным молодого дракона, которого я изображал. Как оказалось, замеченное мною далёкое от нормального состояние отгораживающей поселение от окружающих лесов стены было вызвано отнюдь не её возрастом. И не безответственностью тех, кто за ней следил. Да и вопросы стражи про обезьян были отнюдь не праздными: несколько дней назад здесь отбивали штурм. Успешно. А теперь — латали и усиливали укрепление. В общем, пришлось мне, ради некоторого количества золота и драгоценных камней, потаскать различные материалы со складов к работникам. Конечно, сил мне это поубавило, но для меня это было пока что не критично. Охотиться здесь я не стал — очень уж приграничные обитатели были настороже. Узнав, что я собираюсь лететь вглубь территории, принадлежащей земляному роду, бригадир, что расплачивался со мной, проскрежетал голосом, скорее напоминающим визг пилы: — Это ты правильно придумал, юный дракон, — говорил он, слегка усмехаясь. — Рано тебе ещё сюда. Ещё, упаси Предки, пострадаешь при очередном налёте. Граница слабых не любит. И ошибок не прощает. Вот наберёшься опыта, глядишь, и вернёшься сюда. На защиту тех, кто нам дорог. Мне нечего было на это возразить: действительно, в бою, случись что, я буду самым бесполезным. Кстати, я также получил сведения о том, что обезьяны могут использовать какое-то странное оружие, что легко пробивает стрелами драконью чешую. Получается, правильно я делал, что держал достаточную высоту, когда улетал из того проклятого места! Кроме того, стали встречаться отдельные обезьяны, владеющие магией Стихий! Правда, все они были с посохами, в которые были вставлены кристаллы. Потому, скорее всего, магия та — заёмная, но от этого не ставшая менее разрушительной. Ценная информация. А потому я поблагодарил своего работодателя, сгрёб свой заработок в седельные сумки, разделив на примерно равные по весу две части, да и отправился в сторону выхода из поселения, попутно передавая информацию про обезьян сородичам. Почему я не положил всё в одну сумку? Да перекосит же в полёте! Впрочем, по дороге к выходу, в одну лавку я всё-таки зашел: купить тот самый компас, из-за отсутствия которого я залетел почти Малефору под хвост! Взлетев, я направился глубже во владения земляных драконов. Здраво поразмыслив, под мерные взмахи собственных крыльев, я решил, что сразу же в столицу соваться не буду. Сначала стоит поотираться где-то по округе, собрать сведения, что могут быть мне полезными, отделить их от пустых слухов, а потом уже покорять большой город. Конечно же, можно просто спросить всё, что нужно, у более опытных сородичей, но это будет не совсем правильно. Знания могли устареть и, пользуясь ими, я могу попасть в очень неприятную историю. Даже если это и не так — какой нашему роду толк от того, кто лишь спрашивает? Свой опыт нужен. Личный. И потом уже делиться им с другими. Между прочим, летя в нужную мне сторону, я отнюдь не только размышлял. Я и по сторонам смотрел. И посмотреть было на что. Я пересёк довольно широкую реку, вдоль которой виднелись поля. Не дикие, поросшие травой, а вполне себе ухоженные. А также — сады и пастбища. Последних было особенно много, что, впрочем, неудивительно: драконы же все едят мясо и нужно им его довольно много. Конечно же, дороги и посёлки тоже присутствовали. В общем, всё свидетельствовало о том, что я уже в глубине владений земляных драконов. Я не сразу заметил, что практически все, встреченные мною сегодня, поселения находились в таких местах, где не было плодородной земли. Она вся использовалась для выращивания еды или упомянутых выше пастбищ. То есть, или выбирался самый каменистый участок, или даже каменистый склон. А то и вообще — пещеры в скалах. Ну, пещеры мне и так были знакомы и понятны, а вот построенные лапами и Стихией поселения были мне, всё-таки, внове. При взгляде сверху, деревни сливалась с пейзажем. Серо-коричневые стены, невысокие здания с терракотовыми (если дом побогаче), глиняными или тростниковыми крышами, невысокие заборы. Здесь, в глубине обжитых земель, мощных крепостных стен вокруг поселений не было. Улицы представляли собой узкие, извилистые тропинки из утрамбованной земли, что причудливо вились, создавая лабиринт. Дома теснились, прижимаясь один к другому, кажется, у многих даже были общие стены. Дома были скромными и функциональными: ничего лишнего. Фундамент был сделан из грубого камня (позднее я узнал: это чтобы защитить стены от сырости), а сами стены — из самана. Саман — это необожженный кирпич из глины и соломы. На улицу выходили глухие стены или крошечные окошки под самой крышей. Это делалось для защиты от жары и посторонних глаз. Также, почти все дома имели внутренний дворик, в котором и кипела жизнь: играли драконята, готовили еду, а иногда и держали мелкий скот. Принимали меня в таких деревнях, скажем так, неплохо. Да, я чужак, но достаточно было сказать, что я отправился на поиски лучшей жизни из почти такой же деревеньки, только севернее, как отношение немного улучшалось. Мне, бывало, предлагали работу, еду, кров (последние, в качестве платы за работу). Бывало, я знакомился с симпатичными драконицами, что позволяло мне поддерживать запас жизненных сил на должном уровне. Разумеется, сначала после «охоты» (конечно же, сменив на время знакомства и соблазнения свой внешний вид) я приказывал жертве всё забыть, но потом избрал другую тактику. Я поддерживал образ дракона примерно тех же лет, что и жертва, и искренне старался сделать так, чтобы драконице понравилось наше «общение телами» и она ничего не заподозрила. А усталость списывала на всё то же удовольствие от результата, наполняющее тело приятной негой. Разумеется, долго такие отношения я не поддерживал, аккуратно подводя драконицу к выводу, что я — не самый лучший вариант для дальнейшей совместной жизни. Впрочем, это внушение было не так уж и сложно сделать, даже без использования Дыхания: хоть работать я умел, но далеко не всё мог. Да и не видел смысла учиться: к примеру, для чего мне уметь ухаживать за животными, если я питаюсь иначе? А здесь ценились те, у кого лапы растут из нужного места, хозяйственные. Затем, после того, как я «не приживался» в одной деревне, я не спеша перебирался в следующую, предварительно снова проведя разведку на новом месте в облике угловатого недотёпы. Постепенно я приближался к самому сердцу владений земляных драконов — Терратонну. Конечно же, по пути я усиленно собирал информацию про окружающие земли, передавая её своим сородичам. В общем, добравшись, наконец, до столицы, я уже неплохо представлял себе то, что увижу. Вот и раскинувшийся на скальном выходе город. Терратонн. Столица земляного рода поразила меня своим контрастом: невероятная роскошь богатых кварталов соседствовала с теснотой жилых кварталов для драконов победнее. Надо всем городом возвышался дворец Правителей. Это была скала, превращенная в мраморный шедевр. Самое заметное место, видное из любой точки города. Огромный дворец будто доминировал над пейзажем. Перед дворцом стояла гигантская статуя, изображающая земляного дракона. Пластины, когти, рога и перепонки крыльев у него были из золота (хотя, скорее всего, просто позолоченные), а в его поднятой на уровень груди передней лапе сидел каменный драконёнок в натуральную величину. Статуи и фронтоны богатых домов, что располагались вокруг дворца, были раскрашены в яркие цвета — синий, красный, золотой. Это выглядело празднично но, пожалуй, даже немного аляповато на мой личный вкус. Дома знати кичились один перед другим разнообразными барельефами, а также будто бы хвастались количеством колонн. Но если спуститься чуть ниже, я будто попадал во всю ту же деревню, только увеличенную во много раз. Знакомый лабиринт улочек и теснящихся домов. Всё те же камень и глина. Дома лепились друг к другу, вторые этажи иногда нависали над улицей, почти закрывая небо. Впрочем, были и отличия. Если торговля в деревнях велась на окраинах, с приходом каравана, то здесь для этого было постоянное место, именуемое Агора. В некотором роде, это было второе сердце города. Огромное открытое пространство, окруженное колоннадами, под которыми можно было спрятаться от солнца. Здесь не только торговали всякой всячиной, начиная от еды и заканчивая утварью, но и публично судили преступников (в основном, воров-гепардов, но и это происходило редко), а также зачитывали законы и вели разнообразные беседы. Здесь стояли доски с объявлениями, работали купцы, ремесленники. Также сюда стекалось огромное количество слухов, оседающих потом в тавернах. Один из них, позднее, сыграл огромную роль в жизни каждого. — Древнее пророчество гласит, — говорил полушепотом своим собеседникам выглядящий разменявшим вторую сотню лет земляной дракон, — что раз в десять поколений рождается пурпурный дракон, которому суждено определить судьбу целой эпохи. Последним известным был Темный Мастер. Но его эпоха подойдёт к концу. Скоро… Ходят слухи, что яйцо фиолетового дракона уже явило себя в этот мир… Тогда я посчитал, что это — всего лишь пустые надежды. Хотя, если немного поразмыслить… ведь есть же Храм, что находится восточнее. В котором лучшие из лучших учат пути настоящего воина самых способных. А также — следят за кладками яиц. Если яйцо фиолетового дракона реально существует — без сомнений, оно находится в Храме. Некоторое количество лет, даже не упомню сколько, я прожил в Терратонне и его окрестностях. Путешествовал, узнавал новое. С помощью советов сородичей тренировал крылья. Да-да, о том, как я почти валился на землю с небес от усталости и потом «наслаждался» болью в крыльях и спине во время путешествия я не забыл. Особенно внимательно я приглядывался к другим родам. Ведь за эти годы психологию, быт и прочее земляных драконов я познал хорошо. А вот другие рода для меня — тёмный лес. А ведь знание весьма полезное. Вдруг придётся сменить своё место проживания? Я даже не предполагал, насколько правильно думал тогда. В общем, жизнь моя текла своим чередом, даже без провалов и разоблачений, но затем общество драконов весьма потрясла новость с востока. Обезьяны напали на Храм, сильно потрепали Хранителей и, что самое ужасное, уничтожили кладку, находившуюся там. Шок, неверие и уныние весьма быстро сменились злостью на противников. Отдельные горячие головы предлагали заключить межродовой военный союз и вместе, всеми родами, уничтожить тех, кто осмелился на такой чудовищный поступок, как уничтожение яиц. Обрушить на них всю мощь Стихий в праведном гневе! Я негодовал вместе со всеми, ведь и для нашего рода случившееся было далеко за гранью морали. Как оказалось, подобными настроениями прониклись и Правители. Во многом, это впоследствии спасло драконов. Но сейчас… Поход на север, к Колодцу Душ, состоявшийся через несколько лет, когда драконы собрали объединённую армию, обернулся крахом. Противника недооценили, ведь у обезьян, как оказалось, теперь был новый лидер. Тёмная драконица, что носила имя Синдер, которую прозвали Ужасом Небес. Немногие мои сородичи, что каким-то образом оказались втянуты в этот поход, показали нам обличье нового генерала тёмных армий. Её мощь, как физическая, так и магическая, была колоссальна. Возглавив армию обезьян, она с лёгкостью сокрушила те силы, что шли в сторону горы Малефора, а затем провела ужасающую контратаку. Я видел то, как умирали мои сородичи. Не важно, сражались они или спасались бегством, Ужас Небес всё равно настигал их. Приграничные поселения пали и были сожжены дотла. Земляные драконы начали набор всех, кто мог сражаться, но я… я не мог! У меня не было ни опыта, ни Стихии, даже чешуи на половине тела не было! Я запаниковал. Умирать не хотелось. И тогда… тогда я сделал то, за что мне до сих пор стыдно. Сражаться отправились не все. Драконицам, что вынашивали или высиживали яйца, была организована эвакуация на Варфанг. Тот самый континент, с которого я прилетел сюда. В общем, я сменил облик. На огненную драконицу, чего ранее не делал никогда. Да и никто из нашего рода этого не делал, ведь это… это противоестественно — стать другим полом! Но я, движимый страхом и жаждой жизни, сделал это. А затем ещё и соврал, что вынашиваю яйцо. Да, я был эвакуирован, но какой ценой! Стыд за содеянное преследовал меня даже во сне. Также я злился на себя. За то, что не нашел другого выхода. Впрочем, моё плохое настроение в данном случае весьма неплохо добавляло нужных ноток в поведение. Потому, едва переправившись через океан, я, уже основательно снедаемый голодом, смог выскользнуть из дирижабля, соврав, что мои родственники обещали мне, что будут ждать меня неподалёку. По приземлении, снедаемый стыдом и злостью, я немного неаккуратно махнул крылом и зацепил им за ствол дерева. Сначала я взвыл от боли, но затем, ощупав крыло, понял, что, к счастью, отделался лишь ушибом. А потом мне в голову пришла изрядно запоздавшая идея. Крыло. Больное крыло. Ну что мне мешало изобразить повреждённое крыло? Вот и была бы не такая постыдная причина эвакуироваться! Конечно же, прыгал с дирижабля я отнюдь не наобум. Рядом было поселение. К слову, то самое, в котором я уже бывал. Где работал на вырубках, чтобы заполучить необходимую сумму для перелёта. Сменив облик на более привычного мне земляного дракона, а не драконицы, я направился в нужную мне сторону. Пешком, имитируя больное, не до конца складывающееся крыло. Посёлок немного разросся, башен для дирижаблей уже стало две. Я, подгоняемый голодом, шел по улице и вдруг… удача! Та самая драконица, которая когда-то желала встречи с нашим родом. Пообщавшись, я понял, что она даже не изменилась за эти годы. Потому, уже привычным (но не в точности таким же, как в прошлый раз) путём я соблазнил её и вскоре мы отправились решать проблему моего пропитания в ставший немного более далёким лес… — Непло-о-охо, — протянула драконица, когда я достаточно насытился. — Очень даже неплохо. Но встречала я один очень, очень… особенный род, вот они могут ещё лучше! Мне больших усилий стоило не захохотать во всю глотку. Я ещё не в том возрасте, чтобы потерять сноровку. Так что, тот раз не мог быть лучше, не мог! Правда, сейчас она не знала, что я инкуб, может, поэтому… В любом случае, решив вопрос с питанием и проводив драконицу до двери её дома, я не спеша пошел искать себе ночлег, параллельно обдумывая дальнейший план. Нет, улетать отсюда, вроде как, и надо, и не надо. Хочется дождаться вестей с того континента, с которого я спасался бегством. Увы, пришедшие известия были далеко не радостными. Владения земляных драконов пали. Разрушена столица. Более того, обезьяны, чтобы сломить волю к сопротивлению, с помощью магических артефактов смогли мощным землетрясением изуродовать саму землю. Реки вышли из берегов и затопили поля, сады и рощи. Континент раскололся трещинами, в которые хлынула вода, на несколько частей. Впоследствии, те места, где ранее жили земляные драконы, назовут Расколотыми землями. Через некоторое время, пришла ещё одна, воистину, чёрная весть. Параллельные Небеса, вотчина молниевых драконов, пала, также оказавшись под властью Синдер. Да, это означало, что сюда они не двинутся быстро, но, на всякий случай, я решил перебраться подальше вглубь континента. Вот тогда-то и состоялась ещё одна значимая встреча. Я летел, внимательно глядя по сторонам и вниз. Именно потому я приметил красно-оранжевого дракона на лесной полянке. Хотел было уже пролететь мимо, но что-то в его позе заставило взглянуть повнимательнее. Так, вроде лежит. На животе. Но что-то не так. Минуточку… тень деревьев, под ней лежит, отдыха… да он же не лежит, он упал! Свалился с неба! Пролететь мимо я просто не смог. Да, другие мои сородичи сказали бы, что, мол, не мои проблемы. Но. Мне и так было стыдно за тот обман с драконицей и яйцом. Потому, пусть я и не могу сражаться, но я обязан помочь тому, кто в беде! Аккуратно приземлившись на поляну, я убедился, что мои глаза мне не лгали. Действительно, тело огненного дракона пропахало несколько метров и остановилось в чешуйках от дуба. Упавший был неподвижен, глаза его закрыты. Может, он головой дуб протаранил, потому и без сознания? Ладно, попробуем привести его в чувство и расспросить. При более внимательном осмотре, я увидел, что потрепала жизнь этого беднягу крепко. Некоторые чешуйки были белыми, это значит, что они выросли недавно. Да и расположение чешуек давало примерное представление о том, что это были отнюдь не случайно вырванные (это больно, но сделать вполне реально) чешуйки. Это шрамы. Полученные явно не так давно. Кроме того, я увидел и предполагаемую причину падения — кровавые царапины на перепонках крыльев. Судя по всему, в какой-то момент крылья просто перестали держать беднягу в воздухе, потому он тут и оказался. А ещё — лапа. Задняя правая. Судя по тому, что она была неестественно выгнута, тут явно без перелома не обошлось. Вот нет в этом месте сустава! Скорее всего, это — результат приземления. Вроде, на этом — всё. Также я заглянул в сумки бедняги. Отнюдь не с целью что-нибудь оттуда стянуть, упаси Предки! Просто потому, что для него же самого в сумке может быть что-то полезное. Например, исцеляющий кристалл. Однако, увы, последнего не было. Ну, или он был, но разбился при падении, частично подлечив упавшего. Так хватит разглядывать, пора приниматься за дело! Откуда я знаю, что делать? Да это же элементарно! Вот какая лечебница или кто из местных знахарей примет на лечение такого, как я? Нет, они меня будут не лечить, а совсем наоборот. Добьют, причем отнюдь не для того, чтобы не мучился. Просто так уж нас любят другие рода. В общем, меня учили    оказывать помощь как себе, так и другим. Последнее — если позовут и я окажусь рядом. Да и не всё можно самому над собой сделать. Тот же сустав вправить или шину наложить — это жуть, как больно! А ещё бывает, что просто не дотянуться до нужных мест. Тем временем, я на месте не стоял. Да, наш род не занимается добычей исцеляющих кристаллов, но знает другие средства. Травы, повязки и прочее. Конечно, не так эффективно, как кристаллы, но гораздо проще найти. Вот и сейчас я уже заканчивал компоновку травяных сборов, что мне определённо понадобятся. А ещё я нашел подходящие толстые и прочные ветки для шины. Три штуки. И в качестве верёвок будут лианы, благо, их тут хватает. Когда я вернулся, огненный незнакомец всё ещё был без сознания. Я выложил из своих сумок собранное — пусть подсохнет немного. Сам же занялся осмотром перелома. Когда я аккуратно щупал лапу в поисках раздробленных костей, дракон, не просыпаясь, глухо застонал. Ну, очнётся — и хорошо. Главное — чтобы с перепугу меня Стихией не подпалил. Я-то в маскировке под земляного дракона, но мало ли? Потому я внимательно следил за мордой и глазами огненного. К сожалению или к счастью, когда я закончил с фиксацией лапы, мой импровизированный пациент в себя так и не пришел. Я успел достать из седельных сумок огненного походный котелок, развести костёр (жалея, что мой пациент не может помочь Стихией) и даже почти сварить нужный отвар, когда упавший издал ещё один стон, а затем открыл желтые глаза и посмотрел на меня. — О-о-ох… — протянул огненный дракон, — … кто ты такой? — Друг, — кратко ответил я. — Как ты оказался тут? — Осмотревшись, спросил меня огненный дракон. —Пролетал мимо. — Ответил я, переливая из котелка отвар в более подходящую для питья емкость. Разумеется, тоже одолженную у моего собеседника. — А я упал. И хорошо, что мимо. — проворчал мой собеседник. — Извини, я тут немного похозяйничал, — сразу же сознался я. — Просто у меня не было того, что необходимо, чтобы тебе помочь.— Собеседник мой лишь кивнул. — Фаербокс, — сказал вдруг огненный дракон и вопросительно глянул на меня. Признаюсь честно, я не сразу понял, что он назвал своё имя и теперь ждёт от меня ответа. — Рок, — назвался я одним из самых популярных у земляных драконов имён. Дальнейшее наше общение было весьма необычным. Мой собеседник говорил кратко и по делу. Очень многое додумывал, от неудобных вопросов весьма профессионально уходил, отговариваясь недомолвками и намёками, трактовать которые можно было, зачастую, весьма широко. Конечно, я предполагал, кто такой Фаербокс, вернее, чем он занимается, но сразу высказывать ему это не стал. — Ты хорошо разбираешься в лечении, — одобрил мои действия огненный дракон. Я лишь кивнул. Затем я честно и прямо сказал, что пока Фаербокс не подлечится, он или остаётся здесь, или я тащу его в нужном направлении. Ходить и, тем более, летать со сломанной опорной лапой у него не получится никак. Разумеется, он выбрал второе, как я и предполагал. К счастью, ему надо было в ту же сторону, что и мне. Потому я сходил за ветвями и лианами, после чего соорудил из них волокушу. Затем аккуратно положил на неё своего «пациента» и мы двинулись в путь. Как ни старался огненный дракон сдерживаться, у него на морде было написано, как каждый толчок делает ему больно. Да и вырывающиеся иногда, старательно приглушаемые, стоны это подтверждали. Я остановился и задумался. Так не пойдёт. Я же его измучу таким образом. Он ослаб, ранен… а, ладно, рискнём! — Выпей этот отвар, — приблизился я к морде огненного и выдохнул ему в нос будто бы случайно, — и тебе перестанет быть так больно. Не беспокойся, — успокоил я его, — это очень старый рецепт, от него тебе вреда не будет. Конечно же, обезбаливающий отвар я Фаербоксу не давал. Ведь он действительно, при длительном приёме, мог принести неприятности. А поить его мне придётся регулярно. И безопасного рецепта не существует (по крайней мере, нашему роду он неизвестен). Но я и не солгал. Всё дело в том, что я использовал Дыхание, чтобы внушить огненному дракону, что ему не так уж и больно. Тем более, сил у меня от этого практически не убавится. А дал я ему отпить того, что должно ему только лишь помочь в восстановлении. Конечно же, «отвар» помог и мы двинулись дальше. На привале я «соврал и не соврал» что не голоден. И вообще, поем потом, когда измотанный Фаербокс заснёт, одному ведь стоит всегда бодрствовать. Вечером я помог ему более-менее привести себя в порядок и уложил спать. Кто знает, какому хищнику захочется к нам заглянуть? Затем, в середине ночи, мы поменялись: теперь я спал, а он бдил остаток ночи. Утром я проснулся, ощутив на себе чей-то взгляд. Это был Фаербокс. Но на мой вопрос, почему он на меня так смотрит, он лишь буркнул «Извини, задумался». Затем Фаербокс позавтракал, я сказал, что перекусил, пока он спал, и мы двинулись дальше. Весь день я чувствовал, как мне в хвост упирается его взгляд. Потому, в какой-то момент я не выдержал и заговорил. — Воевал? — Сказал я таким тоном, будто не спрашивал, а утверждал. — Недолго, — последовал ответ. — А как оно, — задал я вполне ожидаемый им вопрос, — воевать? — Тяжело. — Конечно, — хмыкнул я, — крылья устают... — Тяжело вести за собой молодняк, — тихо сказал Фаербокс, — зная, что они не вернутся. На этом разговор и увял. Только лишь вечером я задал ещё пару вопросов но уже на другую тему. Я узнал, что мой попутчик родом из Варфанга. Что драконы теперь стараются держаться в бою группами (оказывается, при бое группой меньше потери) и ещё много, много всякого. То, что я счёл полезным и интересным, тут же становилось достоянием всего рода. В какой-то из дней огненный дракон застал меня врасплох. — Я вижу, что ты отличаешься от обычных драконов. — Взгляд Фаербокса будто пригвоздил меня к месту, — Я таких не видел. Большего и говорить не нужно. Меня раскусили. Став так, чтобы можно было отскочить куда угодно, я спросил: — И что ты теперь намерен делать? — Поблагодарить за помощь. — Ответил мне Фаербокс. — Спасибо. — «Разговор закончен», подразумевалось без слов. Конечно, теперь я сильно нервничал. Но. После такого ответа, сбежать — наихудшее, что я мог сделать. Потому, наше совместное путешествие продолжалось. Я отметил, что мой попутчик старается вести себя так, чтобы меня успокоить: не поворачивал морду ко мне резко, не использовал Стихию без предупреждения и вообще — не провоцировал меня на какие-либо необдуманные действия. Вскоре огненный дракон уже мог аккуратно опираться на лапу, да и крылья его зажили. В какой-то момент он просто заявил, что он может продолжать свой путь без меня, ещё раз поблагодарив за помощь. — Мы уже близко? — Удивился я. — Полдня лёту, — улыбнулся Фаербокс. — Но как ты приземлишься с незажившей лапой??? — Удивился я. — Один раз, — ухмыльнулся он. — Там и долечусь. Тебе туда не нужно. Дам совет: делай то, что умеешь лучше всего. — Прятаться? — Невольно вырвалось у меня. Последовал кивок. Расстались мы в долине Авалара. Более-мене залатанный Фаербокс полетел дальше, к своим, я же решил на некоторое время осесть в Варфанге, Раз он такой, значит и там другие такие могут быть. Не забывая изображать неработающее крыло, я прошел ворота. На удивление, плату за вход здесь с путников не брали, только лишь с тех, кто вёз что-либо на продажу. Город был красив и своеобразен, в нём встречались представители всех драконьих родов, было откуда брать пропитание, но мне не понравилась одна подмеченная мною деталь. Фрески. С Малефором. Да, понимаю, когда они были созданы, пурпурный дракон ещё не стал абсолютным Злом, но смотреть было неприятно. Потому в самом городе я не прижился, только лишь обретался в ближайших окрестностях. Вести приходили неутешительные: те места, где находились столицы драконьих родов, разрушались и осквернялись одно за другим. А в месте, именуемом Параллельные Небеса, воздвигалась крепость тёмной драконицы. На всё ушло менее пяти лет. Но затем последовал относительный период затишья. Впрочем, это не означало, что обезьяны прекратили нападения. Просто темпы их продвижения сильно упали. Да и драконьи армии действовали всё более успешно. Впрочем, через некоторое время Синдер нанесла новый удар: теперь она целенаправленно атаковала и пленяла Хранителей. Я продолжал жить в окрестностях города дружбы драконов, не представляя, куда можно было податься дальше. Именно там, близ Варфанга, я, прожил ещё с десяток лет. Напряженных, военных лет. Да, я был в относительной безопасности, мог даже нормально питаться. Благо, в такой напряженной ситуации далеко не одной драконице хотелось... чего-то привычного, домашнего... И я дарил им эту возможность. Но, пусть я и часто бывал сыт, витающее над городом чувство тревоги и неопределённости будто придавливало к земле. Думаю, что только лишь страх сделать ещё хуже, к примеру, попасть в лапы врага и погибнуть, держал меня здесь. Ведь безопасных мест, с каждым днём, становилось всё меньше и меньше! Поток беженцев весьма ярко живописал то, что происходило в других местах. Эти рассказы, да ещё и увиденная гибель моих сородичей, не раз приводили к тому, что я либо не мог заснуть вообще, либо просыпался с криком от приснившегося кошмара. В общем, счастливыми эти годы я назвать не мог. В один из дней, в таверне, я услышал невероятную, дающую надежду, весть. Пурпурный дракон, пророчество о котором я слышал, не погиб! То ли его яйца не было в Храме, то ли, его смогли вовремя эвакуировать, но этот дракончик, заручившись помощью последнего из Хранителей, не попавшего в плен, сумел отбить Храм. Далее последовала ещё более дерзкая череда операций. Невероятно! Пурпурный дракон сумел совершить невозможное! Он освободил всех остальных Хранителей. Неужели надежда становится реальностью? А вот дальнейшие слухи были несколько разнородными. Но от того не менее вдохновляющими. Ставший после этого поступка легендарным, дракончик Спайро сумел не то победить Ужас Небес, не то пленить её, не то заставил служить ему. Последний слух немного беспокоил. А вдруг он тоже пойдёт по тропе Тёмного Мастера? Несмотря на размытость слухов, драконы воспряли. «Надежда есть!», говорили они друг другу. Многие достигавшие совершеннолетия драконы записывались в ополчение и устремлялись в битвы, из которых после не возвращались. Но, так или иначе, теперь в городе царил дух надежды. Но затем пришли новые тревожащие вести. Драконы шептали один другому, что скоро наступит затмение двух лун, а после этого — «время Вечной Тьмы». Так гласило очередное пророчество. Затмение состоялось, после чего в мир вернулся сам Малефор. А, по слухам, фиолетовый дракон, что отправился его остановить, просто исчез, как и его тёмная подруга. Надежды были нещадно разбиты и растоптаны. Три долгих и кровавых года о пурпурном драконе, по имени Спайро, ничего не было слышно. Война продолжалась, армии Зла наступали, ведомые самим Тёмным Мастером. Храм Драконов, будто в назидание всем, кто мог сопротивляться, был вырван из земли самим Малефором и подвешен над жерлом свежесозданного вулкана. Это зрелище было видно даже из Варфанга. Мои сородичи, бывало, гибли, защищая себя или пытаясь ускользнуть, прорваться через блокаду, но многие смогли спастись, сумев рассеяться по континенту. Пожалуй, тогда даже я впал в долгую депрессию и лишь инстинкт самосохранения не дал мне наделать глупостей. Мне ведь, по сути, ничего не оставалось, кроме того, как стараться не приближаться к сражениям, да искать себе пропитание. Именно потому покидать окрестности Варфанга я не стал, сочтя их наиболее безопасными. Но ещё более сильное, давящее чувство приближающейся, неминуемой опасности, не отпускало. Но в один из дней многое изменилось. И далее события посыпались одно за другим. Осада Варфанга, длившаяся несколько дней. Её я пережил, вовремя оказавшись за пределами города, спрятавшись глубоко в пещерах. Туда меня погнал липкий, животный страх, который пришел ко мне, когда я увидел войска противника. Здраво мыслить я уже не мог, лишь спрятавшись в дальнем уголке сети пещер, накинув на себя форму обычного, серого камня. Потому, скажу честно, что происходило до, во время, и после осады в самом Варфанге я слышал лишь по рассказам. Но потом в те самые пещеры стали толпой заходить кроттеры, гепарды и драконы. Мне снова пришлось изображать из себя испуганного беглеца (впрочем, так оно было и на самом деле). После мир начал раскалываться, но затем, усилиями пурпурного дракона Спайро, как я узнал позднее, восстановился. Наступила новая эпоха и в небесах воссияло новое созвездие Дракона. Силы Зла исчезли, а про Малефора более никто ничего не слышал.