Koishi Komeiji's Heart-Throbbing Outbreak

Придя в себя Чень обнаружила, что лежит на плоской твердой кровати голая, накрытая лëгким белым одеялом с чувством того, что её тело будто бы было сделано из резины или вообще не принадлежало ей, а она лишь кукла, которая может слегка двигать передними лапками и наблюдать за этим, осознавая, но не чувствуя себя саму. Вместе с тем к ней прешла и неожиданная лëгкость — будто из нее извлекли нечто тяжëлое, тянущее вниз и не оставили ничего кроме пустоты, в которой нет даже воздуха, иначе бы она уже давно взмыла вверх и летела до тех пор пока не стукнется головой о потолок или о огромную лампу, нависавшую над ней, тусклый свет которой помимо неё освещал четыре фигуры, одна из которых была высокой стройной женщиной с серебристыми волосами, а трое других — низкорослые девочки, двое из которых имели кроличьи ушки, от чего кошкодевочка перепугалась, но принюхавшись и прищурившись, распознала в них старых знакомых хозяйки её хозяйки. — Г-госпожа… Эй-рин? — усилием воли, кошка напрягла голосовой аппарат, чтобы окончательно удостовериться в том, что перед ней не те, кто зашил в неё взрывчатку, а потом заставил ползти с ней в животе почти до Эйентея. — Да, это я. А ты раз можешь говорить, то полостью пришла в себя. Я права? — сухо констатировала факт хозяйка лечебного заведения, задав вопрос, лишь для того, чтобы пронаблюдать за реакцией пациентки — что, не можешь? Похоже ты не до конца отошла от анастезии так что слушай: тебя подобрали наши кролики вместе с Такане, а затем принесли сюда, где мы два часа оперировали тебя и хвала Аматерасу, что среди нас оказалась каппа, имеющая знание в сапëрном ремесле иначе бы тут всё взлетело на воздух. — Не стоит благодарности — вставила свои пять копеек зеленоаолосая девочка — это просто моя работа. — Ты можешь не перебивать, пожалуйста? — настойчивым тоном попросила её Эйрин, но голос поднимать не стала и продолжила — по данным нашей совместной разведки это могли быть Силы Лунной Самообороны, которые скорее всего хотели взорвать тебя и твою хозяйку. Как только сможешь говорить нормально, доложи всё Рейсен, поняла. — А-га — вновь выдала из себя некомата. Её исуеляющий фактор ëкая был довольно сильным, позволяя глубоким ранам затягиваться за считанные часы, но при этом подобного рода регенерация требовала огромных затрат энергии как магической и духовной так и физической, запускавшей ускоренный обмен веществ, от чего Чень теперь выглядела так будто её не кормили две недели даже при том, что к ней было подсоединено сразу два кататера с какой-то желто-оранжевой жидкостью. Тем не менее она сейчас не чувствовала не голода не насыщения, ведь чувства только сейчас начали возвращаеться в её еле живое тело.

***

Окончательно придя в себя и приняв сидячее положение, Чень пыталась сформулировать ответ, находясь на против Рейсен Удонгейн Инабы, которая судя по выражению своей кроличьей мордочки сама едва отошла от чего-то подобного. — Один из этих… из к- кроликов… т-то есть лунян, лунян да… — с дрожью в словах отвечала двухвостая кошка — один из них просто подошёл к другому и к х-хозяйке… госпоже Ран и п-проткнул их мечами из рук, а потом порезал. в-выпоторошил, разорвал длинными чëрными щупальцами, а потом втянул в себя и кажется с-съел. А потом кажется был ба-бах и щупальца везде и кролики они падали… все. Разорванные, продырявленные, висевшие на сломанном бамукбе, а я просто упала и кажется сломала себе в-всë, а потом ползла ползла и ползла. Один раз обернулась и увидела хозяйку, но звать не стала потому, что мне показалось, что это не хозяйка, а это самое чудище со щупальцам, котороя убило её и… *всхлип* …натянуло на себя её шкуру-у-! Последнее она протянула с рëвом принявшись лить слëзы и сопли от страшного горя — потерять ту, кто был для неё всем: хозяйкой, матерью, наставницей, смыслом к существованию, той кто всегда утешал, обнимал и согревал её, когда ей было грустно и даже когда наказывал, делал это любя, так что Чен самой было стыдно перед той, кого больше нет, и чью душу и тело поглотила страшная тварь, которая теперь будет вечно заставлять её плакать и бояться одним лишь своим присутствием, угрожая и соблазняя съесть её, приняв обличие госпожи Ран, которая подарит ей последние в её жизни объятия. — Чень, ну не плачь, я с тобой — сказав это, Рейсен сняла верхнюю одежду до рубашки, чтобы двухвостый котëнок мог лучше чувствовать её грудь — может госпожу Ран уже не вернуть, но мы обязательно спасëм госпожу Юкари и других наших друзей, а пока тебе лучше побыть у нас. Здесь безопасно и все привиты от заразы которую разносит это твоë чудище со щупальцами. Чень не оборонила ни слова, она лишь по-доброму промычала, а затем промурчала, начав тереться о грудь Рейсен, на что та ответила взаимностью, прижав её в ответ. — Эй, ты слышала, что они говорили? — прижав ухо к дверям-сëдзям операционной, произнесла Таканэ, обратившись к рядом стоявшей Теви — это похоже на какой-то бред от передоза анестезией. Согласись, такое невозможно даже в Генсокë. — Ну да, полный бред — сидя на полу по-турецки, ответила крольчиха — хотела бы я верить в то, что эта кошка просто передознулась нашими анестетиками, когда мы из неё доставили эту сраную бомбу, но ты и твои каппы сами всё видели своими глазами. Или ты считаешь, что это всë одна чëртова иллюзия? — Нет, я вижу и верю, но бля, как бы было хорошо, если бы это всё реально было чья-то чëртова иллюзия, которую на нас наслал кто-то с очень дерьмовым чувством юмора. — Ага, я тоже так хочу — сказав это главная земная крольчиха достала из одного кармана зажигалку, а из другого две самокрутки, одну взяла в рот, другую протянула новой коллеге по помощи — будешь? — Это то, что я думаю, да? — ехидно поинтересовалась зелёная каппа. — Ага, лечебные эйентейские травы. — Давай тогда, за исцеление души и тела. — Давай. Сказав это, они обе закурили от одной зажигалки, выпустив по клубочку дыма в лицо друг другу. — Эй, Эйрин же сказала не дуть в операционной — разметав дым веером, осуждающе произнесла Кагуя — если уж так приспичило, то выйдите на улицу. — Хорошо, госпожа Кагуя — почти синхронно ответили крольчиха и каппа. — И выкиньте наконец эту сраную бомбу — с лëгким волнением добавила она — я конечно бессмертная, но восстанавливаться из разорванного тела всё равно неприятно.

***

Тем временем во дворце сестëр Комейдзи Юкари провела четвертование Койши, оставив от неё лишь тело, голову и третий глаз, который всё ещё был закрыт но при этом ощущал всю ту ауру от той, что возомнила себя палачом трëхглазой, и готова была уже продлить экзекуцию, однако её соперница не спешила принимать свой приговор. — Ещё не всë… — прохрипела младшая Комейдзи, незаметно втянув третий глаз вглубь своей плоти — узри же… Сейчас! Из культей и внезапно открывшихся раз вылезо несчëтное множество длинных тонких шлангов, каждый из которых оканчивался жалом в форме двойного сердца, половина из которых устремилась в сторону Юкари, а вторая половина резко ускорилась дабы обогнув её и отрезав тем самым все пути к отступлению. Их цель спасло лишь то, что она вовремя успела отступить в свой разорванный мир, не позабыв отсечь несколько десятков жал после чего прямо над головой Койши открылся портал из которого на большой скорости вылетела электричка, от которой та едва успела отсрочить, но из-за настолько большой объëм щупалец стоил ей манëвренности, потому сразу три разрыва пронзили ей живот, грудь и голову, разорвав их на несколько нежизнеспособных частей как и глаз со щупальцами. — Ах, ну наконец-то — утерев кровь с лица, фыркнула Юкари — осталось только проведать Ремилию и Эйрин. Произнеся это, владычица разрывов шагнула к тому, что вёл к вратам Особняка Алой Дьяволицы, не уделив внимание уничтожению третьего глаза, который на первый взгляд выглядел мëртвым, но на самом деле ещё подавал признаки жизни, собирая сначала обрубленные щупальца, а затем те десять кусков дарованного ему тела, которое его противник обещал медленно рвать и терзать, но видимо испугался ауры той, у которой не было разума и казалось не было и жизни, которую можно было отнять, но жизнь у неё была, и она всеми силами старалась бороться за неё, а потому даже когда у неё осталось одно лишь ядро в виде ослеплëнного придатка, она делала всё, чтобы вновь вернуть форму, что была вокруг этого самого ядра: сначала тело, потом голова и шляпа, и в самом конце руки и ноги, на которых она вновь могла стоять и, выйдя на свободу отправиться наконец мстить той, кто обязательно поплатится за то, что недооценил, а потому недобил её.

***

Подобрав в качестве трофея крупнокалиберную винтовку и патроны к ней, Алекс в обличии кролика поспешил ликвидировать либо договориться с Юкари Якумо, притворившись её верной слугой либо кроликом-предателем, который вырезал весь свой отряд, предоставив личные вещи каждого в качестве доказательства. Судя по имевшейся у него информации, Юкари сейчас должна была быть во дворце сестёр Комейдзи с одной из которых у него уже был опыт, говоривший о том, что сражаться сразу с двумя — явно погибель ровно как и с самой Юкари, которая если верить многохврстой лисе может разорвать его на множество частей или вообще сделать неодушевлëнным на уровне концепции, а потому битва трое на одного была стопроцентной погибелью если только он не сможет выцелить их по одиночке, а затем дезориентировать Глазами Лунатика и произвести выстрел в грудь так как в голову по ним попасть он скорее не сможет, а "ученицы" которая бы пожертвовала собой у него теперь тоже нет. Остается лишь подкараулить и сбить в полёте либо подождать пока она максимально расслабиться, и уже тогда приступать к действиям. Место наблюдения решено было оборудовать где-то в километре от крупной постройками, которые местные называют Особняк Алой Дьяволицы за её хозяйку — карликовую вампиршу Ремилию Скарлетт и её по-видимому скверный характер либо же за то, что она ест людей и пьëт их кровь, а тех кого недоест и недососëт отправляет на корм младшей сестре, которую судя по словам из памяти Ран держала младшую сестру в заточении почти пол тысячелетия ни то из желания доминировать ни то из-за страха лишиться единственного родственника, которого та всеми силами пыталась скрыть от посторонних глаз, от чего у Алекса возникло навязчивое сравнение с собой и Даной, однако затем оно тут же пропало ввиду того, что у них совершенно разный контекст и будь он на месте Ремилии, то непременно выпустил бы сестру как только окончательно убедился, что опасность миновала. Подобные мысли занимали его нервную систему до той поры, пока он наконец не увидел тот самый особняк, и пролетев поближе занял позицию на холме, встав на которую он лëг под куст, и замаскировав костюм кролика камуфляжем каппы принялся наблюдать за происходящим через чудом уцелевшую, пусть и слегка треснувшую оптику своей антиматериальной винтовки, которая судя по критическому урону всего от одного выстрела реально стреляла антиматерией.

***

А понаблюдать было за чем — та самая Рейму, барьеры которой не давали его орде прорваться к храму и внешнему миру во всю сражалась с рыжеволосой женщиной в чëрном офисном флатье и большими кожистыми крыльями, но это была не Ремилия и не её, а какая-то демонесса, имя которой не запомнил ни один из тех, кто был поглощëн Псевдо-Санаэ, которая теперь была скорее Псевдо-Ран или Псевдо-Рейсен Второй так как по воспоминаниям крольчихи была и Рейсен Первая, которую все кролики считали предателтницей и желали во что бы то ни стало принести её голову одной из лунных принцесс, получив тем самым похвалу и уверенность в собственной лояльности, что масленно заставило Мерсера сравнить из с Чëрной Стражей и их супер-солдатами, которые впрочем не шли ни в какое сравнение лунными кроликами, которые в теории могли своими мечами разрубить высшего охотника или пробить термобарический танк от ковша до двигателя, от чего экипаж если и выживет, то пожелает дружно застрелиться ведь никому не хочется иметь огромную бомбу в животе или ещё что-то более страшное на уровне Отряда 731 или им подобным. Ситуация была патовая: с одной стороны демонесса использовала весь свой арсенал заклинаний, но не могла пробить барьеры жрицы, с другой — сама жрица, которая тратила все силы на оборону и лишь иногда позволяла бросить в неё длинные светящиеся иглы или зачарованные листки с печатями. Всё закончилось внезапной вспышкой фиолетовой сферы, отбросившей обоих на пару десятков метров и появлением между ними той самой Юкари Якумо за которой охотился отряд кроликов, который Алекс сам благополучно ликвидировал. Она выглядела ровно точь-в-точь как запечатлели её поглощëннве — высокая женщина в белом широком платье с белым чепчиком в стиле Европы позапрошлого века поверх которого был накинут расписной фиолетовый фартук, напоминавший уже что-то азиатское. Она просто отошла на два шага назад, азатем окружила обоих девушек полупрозрачными полями, каждое из которых было для них непробиваемым. — А ну не драться! — громогласно заявила его цель — Генсокë итак на грани вымирания из-за этой новой заразы, а вы тут ещё пытаетесь убить друг друга. А ну быстро объяснили причину конфликта и затем помирились. — Юкари, ради всего святого! Отпусти меня! — начав барабанить по стенкам двойного барьера, воскликнула Рейму — я должна убить её! Это она устроила весь этот чëртов инцидент! — Какого чëрта ты ещё жива, старуха ебаная — демонесса так же старалась изо всех сил прорваться сквозь фиолетовый кокон — ты же должна была... ой... — Что я была должна? — резко изменившись в настроении, богиня барьеров сжала кокон ещё сильнее от чего тело демонессы сдавило так, что любой человек на её месте мог умереть от перелома рёбер или просто от того, что не смог дышать — в этот раз я не буду церемониться с тобой как с Койши. Признавайся — это ты подговорила её начать сводить с ума всё Генсокë, а затем отравить воду, вызвав тем самым вспышку чумы? — Какой... к чëрту... чумы? — еле выдавила из себя демонесса, используя тот оставшийся воздух который у неё был — по...чему ты не с...дохла? — Ещё чего. Не хватало, чтобы меня продырявил и разорвал какой-то ущербный ëкай. Ты всерьез недооцениваешь и совсем не понимаешь провал между нашими силами. — Пощадите Коакуму, прошу! — тут внезапно к ней подбежала сиреневолосая девушка в фиолетовом явно домашнем наряде и в слезах принялась просить — мы и так наказали её разорвав контракт с ней. Пожалуйста, я сделаю всё, что вы скажите, только отпустите её прошу. — Не пытайся давить мне на жалость ведьма, твою слугу ждёт долгая и мучительная смерть и ты ей не поможешь — в этот момент Алекс решил, что настало время выбрать сторону, и выстрелить, но затем уловил её взгляд на себе — и луняне тебе тоже не помогут, дьявольское отродье. Алекс мгновенно включил режим лунных глаз в котором время почти остановилось, что и позволило ему резко оторваться от земли прежде чем быть разрезанным надвое, далее пришлось сделать ещё несколько быстрых, максимально непредсказуемых рывков с винтовкой за плечами так как теперь основной задачей было просто выжить. Со временем силы покидали его и казалось вот он — конец, пока не явилась та, что в скором времени перевернëт игру но так, что никто не выйдет победителем. — Х-хозяйка? — случайно оборонил Мерсер, глядя на то как высокий силуэт Ëрихиме встал прямо перед ним и одним взмахом клинка заставил Юкари отступить на добрые пару сотен метров. Казалось будто сказал это не он, а та частичка сознания второй Рейсен, которая будто бы инстинктивно отреагировала на появление одной из главнокомандующих — то есть Ваше Высочество, благодарю за помощь. — Какого чëрта ты не выполнила задание и где весь твой мать твою отряд? — П-простите г-госпожа — отыгрывая испуганную крольчиху ответил Мерсер — с ней было их много... с-слишком мног. Они убили их всех, только я успела бе... то есть отс-тупить... — Кого всех? Кто из землян был настолько силëн, чтобы суметь вырезать лучший отряд Лунных Сил Самообороны? — в этот момент она подхватила Алекса как большую кошку и резко уклонилась от атак Рейму и Юкари — ладно, насрать, сейчас я их всех вырежу, а ты прикрывай! Приказ понят?! — Так то-очно! — успел ответить Алекс, но уже в полëте ведь у его командирши хватало сил метнуть его высоко в небо вместе с винтовкой и всем остальным снаряжением. В данный момент он понимал только одно — Луняне и Ëрихиме в частности могут для него быть опаснее всего Генсокë вместе взятого, а потому её ликвидация была первостепенной задачей.