Wolfwalkers III

Наступило утро четвёртого дня. Лес замер в пугающей тишине, которую внезапно разорвал оглушительный рёв и треск ломающихся деревьев. Медвежья армия перешла в наступление. Лейк сидел в глубине пещеры, как и велел отец. Все эти три дня он не выходил наружу, неустанно тренируясь. Его дыхание было ровным, а разум — чистым, как горный хрусталь. Даже когда скалы начали дрожать от топота сотен тяжёлых лап, он не поддался панике. Вход в логово заслонили тени. Волки стаи заняли оборонительные позиции, оскалив клыки. Папа и Мама стояли в первом ряду, готовые принять удар. Вожак: — Сдавайтесь, волки! Отдайте нам лисёнка и Камни, и, возможно, мы оставим кого-то из вас в живых! Папа: — В этой стае никто не предаёт своих! Убирайтесь, пока лес не поглотил вас! Началась битва. Медведи превосходили волков числом и силой. Снаружи доносились звуки яростной схватки: рычание, скулёж и удары массивных лап. Лейк чувствовал через землю каждое движение, каждый всплеск чужой боли. Его внутренний покой теперь служил ему радаром. Меф и Робин вбежали в пещеру, они были напуганы. Меф: — Лейк! Их слишком много! Отец едва сдерживает вожака, но к ним идёт подкрепление. Лейк медленно открыл глаза. Они больше не вспыхивали диким огнём, а светились ровным, глубоким изумрудным светом. Он встал превратился в лиса, и камень под его лапами перестал дрожать — он словно подчинил себе саму почву. Он не побежал сломя голову. Он шёл к выходу спокойной, уверенной походкой. Когда он вышел из тени пещеры на свет, битва на мгновение замерла. Воздух вокруг него вибрировал от плотной, сконцентрированной энергии. Вожак медведей увидел его и хищно оскалился. Вожак: — А вот и наш маленький беглец! Схватить его! Три огромных медведя бросились на Лейка. Папа хотел прыгнуть на помощь, но Лейк лишь слегка поднял лапу. Лейк: — Назад. В ту же секунду корни деревьев, словно гигантские змеи, вырвались из-под земли и мгновенно обвили лапы нападавших медведей, намертво пригвоздив их к месту. Это не было вспышкой ярости — это была чистая воля Избранного. Папа замер в изумлении, глядя на сына. Он увидел в глазах Лейка не страх нарушившего приказ ребёнка, а мудрость и силу истинного защитника леса. Лейк: (Голосом, в котором слышалось эхо голоса его матери) — Уходите из нашего дома. Это последнее предупреждение. Вожак медведей взревел, и этот рёв не был похож на обычный звериный крик — в нём слышался скрежет разрываемого камня. Он сорвал со своей груди тёмный амулет, в котором пульсировал захваченный Камень, и вскинул его над головой. Вожак: — Ты думаешь, жалкий щенок, что пара корней остановит мощь гор?! Камень в лапах вожака вспыхнул багровым, ядовитым пламенем. Земля вокруг него начала чернеть и трескаться. Из этих трещин повалил густой едкий дым, а камни под ногами медведей начали срастаться, образуя вокруг них тяжелую броню. Те корни, что удерживали разведчиков, мгновенно обуглились и рассыпались в прах. Медведи стали похожи на ожившие скалы — огромные, неповоротливые, но абсолютно неуязвимые для обычных клыков и когтей. Вожак: — Сокрушить их! Сровняйте это логово с землей Папа прыгнул на ближайшего противника, но его зубы лишь лязгнули о каменную шкуру медведя. Волк отлетел в сторону, едва успев увернуться от массивного удара. Папа: — Лейк! Мы не можем пробить их защиту! Лейк глубоко вздохнул. Он чувствовал, как тёмная магия вожака отравляет землю, по которой он идёт. Но его внутренний покой был непоколебим. Он вспомнил слова матери: «Твоя сила — это связь с лесом» Лейк закрыл глаза и прижал лапы к земле. Изумрудное сияние вокруг него стало настолько ярким, что медведи зажмурились. Он не стал атаковать их броню — он воззвал к самой жизни внутри камня. Внезапно из трещин в каменной броне медведей начали прорастать нежные, но невероятно сильные ростки. За доли секунды они превратились в мощные лозы, которые начали разрывать камень изнутри. Громкий хруст разнёсся по поляне — магическая броня медведей рассыпалась кусками, оставляя их беззащитными. Лейк: — Твоя сила построена на разрушении, — сказал Лейк, глядя прямо в глаза вожаку. — А моя — на жизни. Вожак в ярости бросился на Лейка, занося лапу для решающего удара. Его Камень пылал так сильно, что казалось, он сейчас взорвётся. Когда вожак медведей замахнулся для смертельного удара, Лейк не отшатнулся. Его глаза горели изумрудным огнем, а каждая клетка его тела пульсировала концентрированной силой. Он поднял свою лапу, и, к изумлению всех, остановил огромную лапу вожака на полпути. Это был не физический блок — это была сила воли, материализованная в чистой энергии. Лейк: — Твоё правление закончилось! — его голос звенел, в нём слышались тысячи голосов предков. В этот момент Камень Лейка вспыхнул ослепительным белым светом, а затем из него вырвался целый вихрь призрачных лис. Их были десятки, сотни — полупрозрачные, сияющие духи древней лисьей стаи. Впереди всех Лейк увидел силуэт своей матери, Мей Лейкбресон а также своего отца Мейкл Лейкбресон. Её глаза светились любовью и гордостью. Эти духи не были просто видениями. Они были чистой энергией. Все они разом бросились на вожака медведей. Их было так много, что они полностью окутали его, создав сияющий водоворот. Каждый дух, словно невидимый укус, направлял всю свою тысячелетнюю энергию в тело вожака. Медведь взревел от боли и отчаяния. Его Камень затрещал, не выдерживая такого напора жизненной силы, которая разрушала тёмную магию изнутри. От удара тысячи духов, от всей мощи, собранной лисами за поколения, тело вожака содрогнулось. Он попытался отбиваться, но его лапы проходили сквозь призрачных лис. Раздался оглушительный взрыв. Тёмный Камень вожака раскололся на сотни осколков, которые, лишившись силы, мгновенно растворились в воздухе. Волки, ошеломлённые произошедшим, начали медленно подходить к нему, их глаза были полны благоговение.