The Ones Between/Те что между

Прошел ровно час с момента, когда Анна была найдена. Как она и предполагала, ее посадили в клетку. Холодное железо ощущалось и на инфекционной шее. На нее надели железный намордник, как на собаку. Из-за намордника ей было сложно дышать. Еще девушку приковали к полу гвоздями. Точно собака. Неужели клеток не хватает? Зато не убьют, но это не точно. Она рассматривала комнату, в которую ее заточили. Это была старая детская. В углу еще лежало много детских игрушек, но Анна не могла дотянуться до них. Все время кто-то наблюдал за ней – это было понятно. И вот, наконец, в комату зашла группа людей. Все они были вооружены, кроме темнокожей женщины, которая держала в руках лист бумаги с ручкой. Пока женщина клала на пол бумагу с ручкой, охранники держали пушку на готовые стрелять по Анне. Через пару минут инфекционная снова была одна с бумагой в комнате. Интерес взял свое. Рука девушки схватила бумагу в кулак. Бумага с неприятным звуком сжалась. Анна все еще не понимала, когда она теряет контроль над телом, а когда нет. Глаза скользнули по буквам на документе. Буквы расплывались. Слова теряли смысл. Чем больше она пыталась зафиксировать мысли на этом слове, тем больше это сводило ее с ума. Анна взглянула на следующее слово. Такая же проблема. Только теперь ее зрение было размыто. Поняв, что ничего не получится, девушка с рычанием бросила помятую в стену. Она поднялась на ноги и принялась ходить по маленькой площади, по которой позволяла идти железную цепь. В попытках подумать о чем-то пришло осознание, что у нее не получается сосредоточиться хотя бы на чем-нибудь. Ее сердцебиение ускорилось. Все в глазах почернело и стало вертеться. В один момент сердце сжалось, но оно искусственно начало замедляться. Связь с телом утрачена. Анна погружалась в глубину бесконечного болота, водоросли которого пытались задушить девушку. Эта вода одновременно была ей знакома, а теперь эти воды были такими холодными и опасными. Ее глаза уже были закрыты. Они бы и остались такими, если бы не свет и аппетитный запах. На автомате Анна рванулась вперед и схватила что-то пахнущее едой. Раздался выстрел. Кто-то стрелял по ней, но не попал. Девушка вздрогнула от выстрела и распахнула глаз, который не был заросшим кордицепсом. Это был панический выстрел. Анна чувствовала ускоренный пульс людей. Они боялись ее. И не зря. Вкус крови пробежал по горлу. Она укусила парня. Хотя это выглядело как укус. От правды не укроешься. Стрелявшего мужчину успокоили, но только поняв, что она в безопасности, Анна сумела укусить еще один кусок бутерброд. Человек, у которого она забрала бутерброд, грозно смотрел на нее. Взгляд зверя упал на палец парня. На нем была царапина от ее смертельных уст. Ему осталось недолго. Как и ей. Когда люди узнают о поступке "невинного" кликера. Кликер потеряет свою невинность и мировую потребность. Девушка укусила бутерброд. Хотя Анна не чувствовала голода, ей нужно было имитировать победу добычи. – Черт! Она его укусила! — раздался крик из угла комнаты. Снова паника. Люди начали щелкаться. Даже это не очень помогало добавить дистанцию ​​от Кликера. Они только давили друг друга. По комнате раздавались крики: "Отойдите от нее!" или "Дайте мне пройти!". Была еще темнокожая женщина. Она единственная, кто пытался успокоить толпу. Толпа ее послушалась. И к Анне сразу пришло в голову: "Та женщина - главная". Оглянувшись вокруг, она только сейчас поняла, что уже была ночь и что она уже не одна в комнате. Это даже смешно. Анна – причина этого хаоса, но она не его часть. Поэтому она спокойно продолжала есть свой ужин и рассматривать все вокруг. Когда взгляд упал на людей, к ней пришел хороший вопрос. Зверь не считал, что смог бы выиграть такую ​​кучу людей. Но чего-то они так ее боялись. Почему? Ответ на этот вопрос пришел быстро — ничто теперь не сдерживало его. Хотя у нее не получилось бы выиграть в войне с ними, она положила бы на землю много их друзей. У Инфекционной теперь было два выбора: Попытаться их атаковать. Быть послушной собачкой. Первый вариант отпадал. К сожалению, реакция у людей хорошая — а у нее нет. Анна опустила голову и медленно села назад. Многие были в комнате, да и не только в комнате. За пределами комнаты собралось много тепла. Анна чувствовала это. Люди вокруг нее начали заглядывать в журнал женщины, которая как раз начала писать в нем что-то. Через несколько минут женщина снова положила чистый бланк на пол, который нужно было заполнить. Теперь буквы были в норме, но девушка могла с легкостью прочесть слова. Это была старая аппликация на работу. Некоторые буквы уже были стерты – это подтверждало состояние города. Инфекционная взяла в руки ручку. Ей пришлось несколько минут вспоминать, как верно держать ручку. Она так и не вспомнила. Анна только сжала ручку в кулаке и навела стержень на бумагу. И здесь возникает проблема. Девушка слишком сильно нажала на лежавшую на полу бумагу, но ручка сломалась пополам. Ее взгляд невольно поднялся на группу людей. Ей казалось, что они ближе подошли к ней и то, что мародеры планировали убить инфекционную через сломанную ручку. Но действительность была другая. Группа людей была насторожена взглядом на нее. Люди не верили в ее невинность. Женщина, которая, по-видимому, руководила этой группой, заменила сломанную ручку на черный мил. Она единственная, кто дал шанс Анне. Инфекционная взяла в кулак мил и принялась писать им на листе. Она записала все, что знала, но оставалось еще много пустых ячеек. Ей нельзя было подвести женщину. Когда Анна дала понять о своем окончании. Главная поспешно забрала у нее листок и принялась анализировать его. Другие люди не смогли сдержать свой интерес и посмотреть на листок. — Как это ей 1991? – спросил один из мужчин. Он был знаком Анне, но она не помнила его имени. – Это год, идиот, – сказала главная группа. За разговорами людей Анна поняла, что ее зовут Сандрой. – Она не выглядит на 42 года, – заявил мужчина с пушистой бородой, бросая взгляды на Анну. Девушка, или женщина, была в шоке от своего возраста. Какой же сейчас год? - Г-год... - сказала Анна. Это планировалось как вопрос, но из-за акцента, которого у нее раньше не было, это прозвучало как обычное слово. – Гондон? – переспросил мужчина и посмотрел на нее. - Она с нами чтоли того хочет? - Это год, идиот, - донесся голос Майка. Он также был в группе, но раньше он стоял в глубине круга, а теперь мужчина сумел протиснуться поближе к центру. – Сейчас 2033 год, – ответила на вопрос Инфекционной одна девушка. 2033 год… Для Анны 2012 год был как вчера, а он уже был 20 лет назад… Сосредоточиться на чем-то было сложно, когда на нее смотрело с десяток глаз и вокруг нее звучала куча губ. – Хватит, – сказала Сандра на гул людей, – оставьте нас наедине. – Сандро, это может быть опасно. Ты уверена? - спросил мужчина с бородой и положил руку на плечо женщины. – Да, теперь оставь нас, – уверенно ответила Сандра, глядя прямо в глаза Инфекционной, – Майк, Роз, а вы останетесь, – позже добавила она. Майк уже готов был выйти из комнаты, но, услышав приказ Головы, вернулся в комнату. – Чем могу помочь? – спросил он. – Поможешь мне привести ее к человеческому облику, – приказала Сандра. Майк бросил взгляд на Роз. Кожа девушки была покрыта в некоторых местах кордицпсом, и Я не говорю о количестве грязи на ней. Мужчина бросил взгляд "Как я это сделаю?!" на Сандру, но женщина это проигнорировала и вернулась к Розам. – А ты найди как можно больше информации об этой бирке, – приказала Сандра и бросила старую бирку к Розам. Роза осмотрела бирку. Бирка была старая, настолько старая, что она почти распадалась в ладонях Роз. На ней было написано имя: Анна Хамбер и какие-то цифры. Девушка кивнула и вышла из комнаты. Пока Анна была сосредоточена на Розе, она не заметила, как Майк подобрался к ней сзади и нацепил на нее наручники. Инфекционная выпустила рык на Майка, но это не могло остановить его от исполнения приказа босса. Муж помог ей встать и стал идти с ней за Сандрой. Коридоры, по которым они шли, были узкими, но они содержали очень много дверей в разные комнаты. В одну из таких дверей они и вошли. Это была душевая. Комната была покрыта белоснежными пластинками, но они были в критическом состоянии. Сандра взяла большой таз и положила его внутрь душевой. Майк подтолкнул Анну к тазу. Инфекционная бросила недовольный взгляд на него, но все же уместилась в металлический таз. Ей пришлось сгибать ноги в колени, чтобы лучше усесться. Она и так была напряжена, а когда холодная вода из душа прикоснулась к ее хроническим ранам, это придало ей еще и боль. Инфекционная сжала свои смертельные зубы и принялась терпеть боль своих ран. Сандра сунула руку в свою семерку и достала канадский нож. Увидев это, глаза Майка увеличились в несколько раз и с непониманием спросил: - Ты что делаешь? – Надо ее освободить от кордицепса, – ответила Сандра и открыла нож. Сандра надела маску и одноразовые перчатки. Она понимала, что кордицепс может быть заразен, но это не было точно. – Держи ее голову, чтобы не рыпалась, – позже приказала она и начала подходить к тазу Анны. Поняв, что от нее хотят, Инфекционная попыталась скрыться, но Майк вовремя схватил ее голову и начал сдерживать ее от движения. Женские крики и мольбы были слышны, когда лезвие коснулось кожи. Со временем крики стали тише, чистка уже перешла на ее ноги. Когда пытки наконец-то закончились, вода в тазу была покрыта кровавым цветом. Анна без эмоций смотрела в воду со своей кровью. Длинные волосы девичьи постепенно падали на пол до остатков кровавого кордицепса, оставляя лишь короткую часть волос на голове. Сандра вообще хотела подстричь волосы Инфекционной под ноль, потому что они были очень запутаны, но ее мнение изменил Майк, поэтому Анне сделали короткое каре. – На… что? — обессилено спросила Анна, наблюдая за Сандрой, которая сжигала остатки кордицепса все еще в маске, пока на ее лицо одевали бандаж. – Ты должен выглядеть как человек, пока мы будем везти тебя в лабораторию, – ответила Сандра и открыла окно на проветривание. – Лаб?… – переспросила она. – Да, тебя нужно исследовать и, возможно, ты изменишь судьбу других инфекционных, – ответила на другой вопрос Сандра, даже не дожидаясь полного слова. - А кто ее повезет? – спросил Майк, поливая Анну водой из ведра. – Наша команда, конечно, – ответила Сандра. – Как? У нас нет нужного оборудования! – Майк, у меня все под контролем. – Ты хотя бы сообщила сестре? — спросил Майк. Наступила тишина после этого вопроса. Анна бросала взгляды то на Майку, то на отвернувшуюся от них Сандру. Сандра с Майком не играли в обычную игру "Босс и Раб", хотя в зомби-апокалипсисе. Очень даже удивительно. Это может означать, что они гораздо ближе, чем кажутся. – Марлин ничего об этом не знает – она сейчас занимается другим “проектом”, – ответила сквозь зубы женщина. — Не уж этот проект важнее нашего проекта?! – почти крикнул Майк. Чистка девушки уже отошла на второй план, но Анне даже так больше нравилось. Проект? Возможно ли, что Анна не единственная, кто проснулась из этого хаоса? Инфекционная поставила себе задачу — узнать, что это за проект. Хотя бы жив он или нет. – Я твой босс! – теперь и Сандра начала кричать на Майка. - Хочешь или нет! Утром мы с командой отвезем этого Кликера в лабораторию! — встала она, чтобы казаться страшнее мужа. После этой фразы Сандра вышла из душевой, не давая шанс Майку на протест.