Как влюбиться в идиота со списком

Иногда Шарлю хотелось просто убить своего парня. И не поймите его неправильно: Шарль вообще-то очень хороший человек, и не то чтобы он хвастался этим или что-то в этом роде. Ему просто нравилось относиться к людям по-доброму, он был общительным и веселым. И, конечно же, он любил своего парня. Но все же иногда ему хотелось хорошенько так врезать Максу. Разумеется, Шарль никогда не говорил ему об этом, потому что это же бред. Просто он иногда чувствовал... это сложно объяснить, но это ведь не вина Макса. Поэтому Шарль молчал, пережидая мгновения, когда в груди неприятно сдавливало. Например, как сейчас. И это было так неправильно. Потому что Макс всегда был идеальным по отношению к нему, с самого начала их отношений. Он и до этого был невероятно милым и чутким: запоминал любые мелочи, которые говорил Шарль, помнил все его предпочтения, знал, что может его рассмешить, а что, наоборот, совсем ему не нравится. Макс сделал так, что его друзья теперь стали и друзьями Шарля тоже. Он всегда представлял Шарля всем как своего парня, и говорил об этом с такой гордостью, что Шарль просто не имел права чувствовать себя паршиво. Шарль также знал, как сильно Макс нервничал, когда готовился к их первой годовщине — первому месяцу отношений. На самом деле Шарль думал, что они вообще не будут это отмечать, и ничего не говорил блондину, но, конечно же, его Макс и так знал, что Шарлю бы это понравилось. У них было просто прекрасное клишированное свидание: они сходили в кино и в азиатский ресторанчик. Затем Макс повез его в соседний город на ярмарку с аттракционами, где выиграл Шарлю мягкую игрушку в автомате. Теперь большой белый медведь по имени Макси сидел у Шарля на прикроватной тумбочке. А возвращаясь к тому, откуда Шарль знал, что Макс так серьезно переживал из-за этого дня... за эту информацию брюнет был благодарен Алекс. Алекс — бывшая Шарля и лучшая подруга Макса. Интересная и долгая история, которая сейчас совсем не имела смысла. Ну, наверное. — Чувак, точно ничего не будешь? — Даниэль бесцеремонно завалился на него, тяжело похлопывая по плечу и обдавая запахом алкоголя. Они были на вечеринке, вокруг все пили, играли и танцевали, но Шарль, если честно, был совсем не в настроении. Он лишь плотнее сжал в руках свой стакан, стараясь не слишком явно морщиться от шума. — Ты как-то совсем нехорошо выглядишь, — продолжал австралиец, внимательно окидывая его мутным пьяным взглядом. — Макс какую-то херню сделал? Скажи только слово, и я его выебу. Шарль скептически приподнял бровь, глядя на пошатывающегося друга. — Ой, то есть... вьебу ему, — исправился Даниэль, активно жестикулируя. Шарль промолчал, продолжая красноречиво втыкать на Даниэля, пока тот пытался удержать равновесие. — Ну господи, я имею в виду — ударю его! Почему когда я говорю такое, это звучит так, будто я хочу его трахнуть?! — Это у меня вопрос к тебе, Дэн. Ты что, хочешь трахнуть моего парня? — Шарль шутливо выгнул бровь, наблюдая, как лицо друга искажается в гримасе искреннего ужаса. — Боже сохрани! Держите своё дерьмо в вашей общей постели, пожалуйста. — У нас нет общей постели, — напомнил ему Шарль. — Ага, мы уже заметили. — Мы? — теперь уже Шарль посмотрел на него подозрительно и немного осуждающе. — Вы двое заебали уже как меня, так и Ландо. Что ж, тут Шарлю нечего было возразить. Он и сам не до конца понимал, как всё так вышло, брюнет никогда не считал себя настолько помешанным на сексе. Конечно, он любил хороший секс, и в прошлых отношениях всё было в порядке, но однозначно не так сильно и много, как с Максом. Раньше у Шарля было понятие нормы, но Макс окончательно его стер. Они не могли упустить ни одной возможности коснуться друг друга, и плевать где: в квартире Макса (которая вообще-то была и квартирой Даниэля тоже) или в общаге, в комнате Шарля и Ландо. Он не был удивлен, что Даниэль и Ландо обсуждали, как они их задрали. Шарль, честно говоря, поражался, что никто из друзей до сих пор всерьез не попросил их перестать лезть друг к другу при любом удобном случае. Ну, например, когда в соседней комнате люди. Мда. Но друзья лишь отшучивались, никогда не превращая это в серьезную проблему. И Шарль, по идее, не должен был об этом задумываться и уж тем более знать подробности, но он знал. Он знал, что они помалкивают только потому, что Макс попросил их об этом. Макс был очень серьезен в этом вопросе, что для него вообще нетипично, поэтому друзья и впрямь держали язык за зубами. Они не подкалывали их слишком жестко и старались лишний раз не затрагивать тему их отношений. Откуда Шарль это знал? Ну, помните ту самую бывшую и по совместительству лучшую подругу Макса? Алекс была и его подругой тоже. Именно она, закатывая глаза, пересказывала Шарлю всё то, о чем Макс предпочитал молчать. — Почему ты раньше не сказал мне, что мы с Максом раздражаем тебя? — вызывающе спросил Шарль, хотя и сам прекрасно знал ответ. Он был уверен, что Даниэль не скажет правду. Австралиец закатил глаза и немного отступил, вставая прямо напротив него. — Потому что вы такие до приторности милые, что мне жаль лопать этот ваш розовый мыльный пузырь. Ага, именно — мыльный пузырь. Именно так Шарль иногда себя и чувствовал. Будто они с Максом просто закрывались от всего мира. В моменте это ощущалось правильно, но на самом деле только всё усложняло. Мир не останавливался по их желанию, и когда Шарль выходил из этого самого пузыря, реальность с размаху била ему под дых. — И где вообще Макс сейчас? Где его парень? Знаете, отличный вопрос. Очень интересный и вполне уместный. Шарль ведь приехал вместе с Максом. Они пришли, немного потанцевали, а затем Шарль, отказавшись пить, просто наблюдал за тем, как пьет и веселеет его парень. Так где же Макс сейчас? Если бы Шарль, блять, знал. Ну, наверное, где-то наверху с кем-то из парней. С кем-то из баскетболистов. Наверное, с Нико. С Нико Росбергом в его комнате. Конечно же, они там просто играют во что-то, Шарль ни о чем таком не думает. Макс ведь не кинул его или что-то в этом роде. Он предлагал Шарлю остаться с ним, но тот видел, что блондин совсем не против пойти потусоваться со своими друзьями. Ну и кто такой Шарль, чтобы запрещать ему что-то? Он был рад, что Максу весело. Возможно, он был бы чуть более рад, если бы это не был Нико, твою мать, Росберг. Тот самый парень, который вылизывал рот Макса около двух месяцев назад, когда Макс сидел у него на коленях, и все люди на вечеринке имели возможность наблюдать за этим. И Шарль сейчас был не в настроении совсем не потому, что каждый раз, видя перед собой Нико или тот самый диван, он вспоминал, как выглядел Макс тогда — с языком Росберга у себя во рту. Господи. — Хей, Шарль? — теперь Даниэль смотрел на него уже всерьез обеспокоенно. — Ты в порядке? Абсолютно точно да. Брюнет заторможенно кивнул: — Просто немного устал. Даниэль, кажется, не слишком ему поверил: — У нас только заканчивается перерыв, еще даже пар не было. Новый семестр только послезавтра начинается, от чего ты уже успел устать? Мда, так себе оправдание вышло. — Просто не выспался, и всё. Это тоже прозвучало не особо убедительно, но у Шарля уже не было сил придумывать что-то более оригинальное. Он просто хотел, чтобы от него отстали. — Прости, друг, я точно не в состоянии сейчас как-то тебе помочь, — Даниэль с сожалением покачал головой, едва удерживая равновесие. — Разве что такси тебе заказать? Шарль и сам мог заказать себе такси. Если уж на то пошло, он был в гораздо лучшем состоянии для этого, чем Даниэль. Но его парень всё еще был здесь, и Шарль был уверен: подойди он сейчас к Максу и скажи, что хочет домой, тот сразу бы всё бросил и поехал с ним. Но брюнет не хотел, чтобы Макс прерывался ради него. Он хотел, чтобы Макс проводил время так, как ему нравится. И если ему нравилось зависать с Нико Росбергом… что ж, что Шарль мог с этим поделать? Но он также не мог просто уйти без Макса. Если он сейчас скажет ему, что поедет домой один, тот его просто не отпустит, потому что ни за что не поверит, что всё в порядке. Поэтому Шарль застрял здесь: трезвый в окружении пьяных студентов. Предел его мечтаний. — Я поеду домой с Максом, — ответил наконец Шарль Даниэлю. Тот в ответ просто кивнул и перевел взгляд куда-то в сторону. Брюнет обернулся и заметил смутно знакомую девушку — очередная пассия Даниэля, ничего удивительного. Австралиец в последний раз хлопнул Шарля по плечу и оставил его одного. Винить в этом Шарль мог только самого себя. К нему подходило много людей, но он отвечал настолько незаинтересованно, что его быстро оставляли в покое. Он провел еще полчаса, стоя с краю кухни и лишь время от времени кивая знакомым. Он чувствовал себя паршиво, но это была только его проблема. То, как на его лице непроизвольно расцвела улыбка при виде Макса, было до боли глупо. И то, как быстро она погасла, стоило ему заметить на плече парня руку Нико, было раздражающе очевидным. Но, наверное, не для самого Макса. Заметив Шарля, тот влюбленно улыбнулся и сразу же направился к нему, по пути сбросив с себя чужую руку. — Хей, как ты, малыш? Макс наконец оказался рядом, и Шарль вдруг понял, что совсем не хочет говорить. Он просто схватил блондина за загривок и притянул к себе для поцелуя. Макс ответил мгновенно. Он уверенно перехватил Шарля за бедра, прижимая к себе вплотную. Шарль был просто рад наконец ощутить любимые губы и вдохнуть аромат парфюма — того самого, который он сам подарил Максу и которым тот теперь пользовался постоянно. Шарль слегка оттянул зубами нижнюю губу Макса, а затем отстранился на миллиметр, заглядывая в его глаза. Блондин дал ему лишь секундную передышку, прежде чем снова накрыть его рот своим. Шарль не смог сдержать тихий звук, сорвавшийся с губ, когда язык Макса оказался у него во рту. Блондин лишь усмехнулся в поцелуй и сильнее сжал ладони на его бедрах. Господи, Шарль обожал своего парня. — Я, кажется, не оформляла подписку на гей-порно. Макс раздраженно промычал, не разрывая контакта, но через секунду всё же отстранился, чтобы метнуть полный гнева взгляд на Алекс. Девушка лишь усмехнулась, окинув их насмешливым видом. — Ну и представление вы тут устроили. Не стыдно? — Господи, катись к черту, — огрызнулся Макс, пока в голове Шарля лихорадочно всплывали обрывки воспоминаний. Когда Макс целовался с Нико на такой же вечеринке, Алекс не говорила ему ничего подобного. Тогда она с подругами лишь восхищалась происходящим и закидывала Макса вопросами о том, как ему удалось заполучить Нико. Тогда они все в один голос твердили, что это было чертовски горячо. — Ты как? — теперь Макс обратился к Шарлю, поворачивая голову к нему. Но тот не успел ответить — Алекс решила сделать это за него. — Он стоит тут и нихера не делает. Даже со мной отказался нормально потусить, — она бросила на него обиженный взгляд. В глазах Макса тут же мелькнуло беспокойство. Черт. — Всё нормально? — блондин теперь внимательно всматривался в его лицо. — Хочешь поехать домой? Шарль мотнул головой: — Всё в порядке, ты можешь пойти еще пообщаться с парнями. — Но я хочу быть с тобой, — твердо отрезал Макс. — Мы и так всё время вместе, — справедливо заметил Шарль. — Ну и что? Шарлю, на самом деле, нечего было на это ответить. В глубине души он ликовал, видя, что Макс даже не парится о том, чтобы официально попрощаться с друзьями. Тот просто вызвал такси и, крепко держа Шарля за руку, начал проталкиваться к выходу. Они целовались еще немного, пока ждали машину, а затем, во время ночной поездки, Шарль устало опустил голову на плечо Макса. Тот переплел их пальцы и начал методично поглаживать костяшки брюнета. Макс оплатил поездку, и они поднялись в его квартиру, так и не разнимая рук. В душ решили пойти по отдельности, оба понимали, что если зайдут вместе, то одними водными процедурами дело точно не ограничится. В конце концов Шарль уснул, устроив голову на груди Макса и используя его как подушку, пока блондин мерно и убаюкивающе поглаживал его по спине.

***

Шарль всё еще хотел убить своего парня. Иногда. Макс писал ему каждый день, находил возможность увидеться почти в любое время, покупал ему кофе и передавал привет от своей мамы. Макс выглядел таким счастливым, когда видел Шарля: он целовал его и держал за руку при любой возможности. И они не заходили дальше поцелуев последнюю неделю. В большинстве случаев это, наверное, совсем не странно, но только не для них. Они трахались почти каждый день до этого. Конечно, Шарль понимал, что в начале отношений всегда сносит крышу, а затем чувства и желания немного утихают. Но проблема была не в этом. Макс всё так же хватал Шарля и прижимал к себе, давая в полной мере почувствовать свой скрытый одеждой стояк. Вот только Шарль всё время всё обламывал. И он, блять, не понимал, почему. Всё было в порядке, всегда было. Они дрочили друг другу, отсасывали, и Макс трахал его до звезд перед глазами. А сейчас, стоило им начать целоваться чуть интенсивнее, что-то внутри Шарля било тревогу, и он притормаживал их до того, как станет поздно. Макс ничего не говорил. Складывалось ощущение, что он вообще этого не замечал, что было полнейшим абсурдом. У них не было секса целую неделю — как он мог этого не заметить?! Это было странно, и Шарлю стоило бы поднять эту тему. Он всегда так делал и верил, что любую ситуацию можно решить в самом начале. Но Макс заставил его сомневаться в таком количестве вещей с того момента, как Шарль осознал свои чувства, что теперь ему было не так-то просто завести этот разговор. Поэтому Шарль молчал, Макс молчал, и у них всё было прекрасно. И плевать, что Шарль чувствовал непонятно откуда взявшуюся неуверенность, когда за обедом в кофейне возле университета к ним подсели Нико с Карлосом. Шарлю совсем не нравился Карлос — у него был слишком грубый юмор, но, конечно же, он никак не показывал, что не рад компании. И плевать, что он хотел просто спокойно пообедать с Максом. И уж тем более плевать, что то, как Макс смеялся над шутками Нико, раздражало Шарля куда больше Карлоса. Это ведь глупо. — Ты ревнуешь его, — уверенно заявила Алекс, развалившись на кровати Шарля. — Чего? — удивленно и с возмущением выдал он в ответ. — Ты точно головой стукнулась. Она лишь закатила глаза. — Твоя реакция только доказывает мою правоту. Если бы это было ложью, ты бы не реагировал так агрессивно. — Ты несешь полный бред. И слезь с моей кровати! Она, конечно же, этого не сделала, и Шарль продолжал раздраженно стоять посреди комнаты. — Ты раздражен. Ну спасибо, что заметила очевидное! — Это совсем на тебя не похоже. — Ты теперь стала экспертом в моих чувствах? — Я просто пытаюсь понять, — Алекс невозмутимо пожала плечами. — А мне показалось, ты уже и так всё «поняла», — съязвил Шарль. Алекс лишь расплылась в ухмылке: — Значит, ты всё-таки ревнуешь его. Да пошла она к черту.

***

Шарль был вымотан после недели учебы, но всё же не смог отказать друзьям, когда они решили вместе поиграть в пятницу вечером. Тем более что ему слишком сильно нравилось проигрывать вместе с Максом, а затем просто целовать своего парня, пока остальные кричат и пытаются победить друг друга. — Господи, — раздраженно вздохнул Джордж, сидящий сбоку от Шарля, — просто сдохните уже и идите соситесь, сколько влезет. — Сходи нахуй, Рассел, — отозвался Макс, всё еще пытаясь вытянуть раунд в паре с Шарлем. Брюнет только рассмеялся от их перепалки, не первой и определенно не последней за этот вечер, и продолжил беспорядочно тыкать на кнопки. Конечно, это не помогало выиграть, но ему льстило то, как Максу было плевать на счет. Потому что Макс обычно выигрывал, когда играл в команде с кем-то из своих друзей, но он всё равно предпочитал быть в паре с Шарлем и каждый раз позорно и быстро проигрывать. Так случилось и в этот раз. Джордж выдохнул тихое «наконец-то», а Шарль просто откинулся на спинку дивана и повернулся к Максу. Тот уже смотрел на него, раздосадовано качая головой, но при этом его губы расплывались в радостной улыбке. Шарль уже хотел наклониться и поцеловать его, но крик Джорджа остановил его на полпути: — Валите нахер с дивана и делайте что хотите, но так, чтобы мы вас не видели! — И не слышали, желательно, — дополнил его Даниэль. — Не желательно, а обязательно, — отрезала Алекс, а затем помогла Джорджу буквально стащить их двоих с дивана. Шарль с Максом только смеялись, и блондин послал всех к черту, прежде чем схватить Шарля за руку и потянуть в свою комнату. Их губы столкнулись еще до того, как успела захлопнуться дверь. Руки Макса уверенно сжали талию Шарля, а брюнет в ответ запустил пальцы в волосы парня, слегка оттягивая их назад. Макс тихо застонал ему прямо в губы, и Шарль воспользовался этим, чтобы углубить поцелуй. Это было безумие. Всего несколько недель назад он считал себя натуралом, а сейчас его просто плавило каждый раз, когда Макс просто касался его. Делало ли это его геем, или же Макс был просто особенным? Потому что ни один парень раньше не заставлял Шарля чувствовать себя вот так. Никогда его сердце не билось как бешеное, когда кто-то целовал его. И ни одна девушка не значила для Шарля так много. Он не знал, как долго это будет длиться, но иногда, задумываясь об этом всерьез, Шарлю казалось, что он никогда не сможет разлюбить Макса. Тот был идеальным для него. Он был просто всем. А был ли Шарль таким же для Макса? Блондин разорвал их поцелуй лишь на мгновение, чтобы прошептать в самые губы: — Люблю тебя. Он не дает Шарлю произнести эти же слова в ответ, снова затягивая его в новый тягучий поцелуй. Это горячо и жарко, и Шарль хочет продолжать: он хочет целовать Макса, хочет ощущать его руки на себе, он… этого слишком много. — Макс, — почти хнычет он прямо ему в губы и с облегчением заглатывает воздух, когда блондин слегка отстраняется. Макс уже раскрасневшийся, волосы растрепаны из-за того, как сильно Шарль дергал их, а взгляд, полный жажды, устремлен прямо на него. Шарлю хочется, чтобы Макс снова заткнул его поцелуем. Он хочет, чтобы Макс опустился на колени, хочет, чтобы Макс поставил его самого на колени и просто вошел в него, заполняя до предела. Но Шарль не позволяет Максу снова поцеловать себя. Он просто опускает голову на плечо своего парня, ощущая тяжелое, прерывистое дыхание блондина у себя на макушке. Макс ничего не говорит, лишь крепче прижимает Шарля к себе, продолжая обнимать. Они стоят так какое-то время, прежде чем Макс тихо спрашивает: — Хочешь вернуться к ним? Шарль молча качает головой. — Ладно, посмотрим фильм? Он снова ничего не отвечает, но отстраняется, выпутываясь из объятий, и заползает на кровать Макса. Тот забирает свой ноутбук со стола и присоединяется к нему. Они лежат в обнимку, спорят о сюжете на экране, время от времени Макс целует Шарля в макушку, и всё как всегда нормально.

***

Они не спят вместе уже две недели. Шарль не мог поверить, что Макс просто не замечает этого — тот точно решил просто молчать. И Шарлю не следовало удивляться, потому что блондин всегда был таким: он не был силен в разговорах и в том, чтобы просто обсуждать и решать проблемы. Шарль всегда был голосом разума в этом плане, и раньше у них не возникало трудностей: если появлялись какие-то непонятки, именно Шарль всегда приходил первым. Но сейчас он сам не понимал, что с ним происходит и почему он не может заговорить об этом. Наверное, потому что сам, черт возьми, до конца не разобрался в своих чувствах. — Привет. Шарль вздрогнул и оторвал взгляд от учебника. Он поднял голову, глядя на подошедшую девушку. — О, Кармен, привет. Он улыбнулся ей и жестом предложил сесть напротив. Брюнетка в ответ мило улыбнулась и опустилась на деревянный стул. В библиотеке, как всегда, было тихо и пахло старыми книгами. — Как дела? — спросил он, на самом деле радуясь возможности отвлечься от не самых радужных мыслей. Тем более что девушка Джорджа была вполне мила с ним, что Шарль считал достижением — сама по себе Кармен была дерзкой и уж точно не милой. — Всё в порядке. Сдала вчера один проект, и профессор предложил поехать с ним на конференцию в апреле. Говорит, я просто должна представить там свою идею. — Я совсем не удивлен, — отозвался брюнет, — ты местный гений. Она лишь ухмыльнулась: — Ну, спасибо. Как там Макс? Ах, Макс. Его парень. Его парень, который, скорее всего, не был бы таковым, если бы не Кармен. — Да нормально, — он невозмутимо пожал плечами, — тусуется сейчас где-то с друзьями. Кармен понимающе кивнула, кажется, не замечая, как он слегка напрягся. — Джордж тоже сейчас где-то гуляет. Похоже, только мы с тобой решили побыть заучками. Шарль был готов поспорить, что Оскар сейчас тоже учится где-то у себя в комнате, но, в общем-то, было плевать. На этом их разговор закончился: оба наконец погрузились в свои конспекты. А затем телефон Шарля завибрировал, и ему хватило одного быстрого взгляда на экран, чтобы решить, что на сегодня достаточно. — Я, короче, пойду уже, — быстро бросил Шарль Кармен, параллельно печатая ответ своему парню. Девушка кивнула и легко махнула ему рукой, пока он закидывал вещи в рюкзак. Спустя пару минут Шарль уже забирался на переднее сиденье машины Макса. Не обращая ни на что внимания, он сразу потянулся к блондину, чтобы поцеловать его. И Макс, конечно же, ответил, обхватив лицо Шарля ладонями, ровно до того момента, пока позади них не раздалось деликатное покашливание. Шарль резко отстранился и удивленно обернулся. На заднем сиденье сидели Алекс с Лили, обе девушки довольно ухмылялись, глядя на них. — Господи, — выдохнул Шарль, — вы бы не пугали так. — Настолько без ума от Макса, что даже нас не заметил, — слова Лили прозвучали не как вопрос, а скорее как утверждение. Шарль просто вернулся в нормальное положение. Он пристегнулся и невольно улыбнулся, когда рука Макса накрыла его ладонь, переплетая их пальцы. Макс оставил их сплетенные руки у Шарля на бедре. — Как поучился? — спросил Макс, выезжая на дорогу. — Хорошо. Виделся с Кармен. — Вау, она реально училась, — отозвалась Алекс. — Я думала, она наврала нам, а на самом деле пошла тусить с Джорджем. — Не-а, он пошел куда-то со своими друзьями, — ответил брюнет. — Так что мы с Кармен занимались вместе. — Всё успел сделать? — снова обратился к нему его парень. — Ага, я на сегодня полностью свободен. — Замечательно. Мы сейчас выкинем этих двух и поедем кое-куда. Алекс, конечно же, возмущенно вскрикнула: — Эй! Будь повежливее! Макс только фыркнул, пока Шарль продолжал глупо улыбаться. После не самого легкого дня он был рад просто провести время с блондином, и предложение о свидании звучало очень даже заманчиво. Макс завез девчонок домой, и Шарль наконец потянулся, чтобы включить их общий плейлист, который они создали совсем недавно. Ему нравилось просто ехать, выкрикивать слова попсовых песен и ловить на себе полные тепла взгляды Макса. — Где мы? — заинтересованно спросил Шарль, когда Макс остановился возле незнакомого ему здания. — Это заведение буквально на прошлой неделе открылось. Нико посоветовал мне его. — О, понятно. Опять Нико? — Я забронировал нам столик на террасе, — сообщил Макс, когда они вышли из машины и направились к входу. Ресторан выглядел чудесно, вид с террасы открывался невероятный, и Шарль даже немного растерялся, выбирая, чем хочет поужинать сегодня. — Твой отец опять спонсор нашего ужина? — слегка улыбаясь, спросил Шарль, когда они наконец заказали еду и теперь сидели, попивая коктейли. — Ага, — ответил Макс. — Я написал ему вчера, и он подкинул денег. Шарлю было совсем не неловко от того, что большинство их вылазок спонсировал отец блондина. Шарль никогда лично не видел этого мужчину, но наслышался о нем достаточно, чтобы не испытывать никакой жалости. Оплата их свиданий была меньшим из того, что тот мог сделать, чтобы хоть как-то загладить вину перед Максом. — И как обучение? — спросил Шарль. — Хуже без наших общих лекций. Шарль весело фыркнул. — Ну да, ты теперь вообще на лекции не ходишь. — Именно. Ты был моей единственной мотивацией, детка. Он так влюблен в Макса. Он думал об этом сейчас, глядя в эти прекрасные глаза напротив. Он думал об этом почти каждый раз, когда видел Макса, и каждый раз, когда тот был рядом. — Алекс уже достала тебя голосованием за её кандидатуру? — буднично продолжил блондин. — Ага. Я тебе больше скажу: я еще помогал ей со вступительной речью. — Господи, сочувствую. Им принесли еду, и они обсуждали всё, что приходило в голову, пока Макс не выдал: — Нико был прав, тут очень вкусно. Что думаешь? Шарль неопределенно кивнул: — М-м, да, мне всё нравится. Макс слегка склонил голову набок: — Это прозвучало очень неуверенно, Шарли. Он не смог сдержать легкую улыбку. Не тогда, когда Макс называл его так. — Прости, — он тихо рассмеялся, глядя на озабоченное лицо блондина. — Мне правда всё нравится, просто немного устал. Что-то слишком часто он начал использовать эти слова, чтобы объяснить ту херню, которую чувствовал внутри. И как назло ему вспомнились слова Алекс. Ну, те — о том, что Шарль ревнует. Ладно, если на одно короткое мгновение вообразить, что это правда... это ведь бред полнейший. С чего бы Шарлю ревновать Макса? Макс ведь ни слова не говорит о том, что Шарль всё еще очень близок со своей бывшей — той самой Алекс, которая ему про эту ревность и втирала. Макс ведь никогда не сомневался в Шарле, он никогда его не ревновал и всегда говорил, что ему плевать, где и с кем гуляет Шарль, если тот сам об этом не рассказывает. Макс ему доверял. И разве имел право Шарль в ответ не доверять Максу? Так что это бред, и Шарль однозначно не ревнует. Они посидели еще немного, а затем, когда на город начала опускаться ночь, Макс повез их к парку с озером на другом конце города. Шарлю нравилось гулять или ездить по ночам, ему нравилось сидеть возле воды и смотреть в небо на едва заметные звезды. Он слегка покраснел, когда Макс достал телефон и сфотографировал его. К счастью, было достаточно темно, и его парень точно не мог увидеть этого. Шарль любил, когда Макс его фотографировал, хотя бы потому, что тот вообще не любил этого делать. Но он часто запечатлевал моменты с Шарлем, хотя сам брюнет об этом никогда не просил. Шарль видел, что в избранном в галерее у Макса по большей части были его фото, что невероятно умиляло. — Ты расслабился немного? — тихо спросил Макс, когда они забирались обратно в машину, чтобы поехать домой. Шарль просто потянулся к Максу, чтобы накрыть его губы в медленном, тягучем поцелуе. Макс тихо вздохнул и нежно обхватил пальцами щеку Шарля. Когда они отстранились, Шарль закусил губу, пытаясь сдержать улыбку, на что блондин радостно ухмыльнулся и наклонился еще раз, чтобы легко чмокнуть его. — Да, — наконец тихо прошептал брюнет в самые губы Максу. Они поехали назад, и Шарль попросил завезти его в общежитие. Он не был уверен, почему сделал это, ведь Макс явно думал, что они вдвоем поедут к нему в квартиру — это было их обычным сценарием после таких свиданий. И это далеко не всегда заканчивалось сексом, Шарль понимал, что Макс бы просто обнял его, и они уснули бы в руках друг друга. Но что-то останавливало Шарля, и, даже несмотря на удивленный взгляд Макса, он настоял на своем. Макс снова не стал спрашивать, он просто кивнул. Он всегда давал Шарлю то, что тот просил. Макс припарковался, и Шарль, конечно же, потянулся за прощальным поцелуем, параллельно отстегивая ремень безопасности. — Спасибо, малыш, — шепнул Шарль в губы блондина, когда они отстранились на мгновение, прежде чем Макс снова втянул его в поцелуй. Но в конце концов они, конечно же, отстранились окончательно. Макс сказал, что любит его, Шарль ответил тем же и покинул машину, напоследок помахав своему парню, уже стоя на улице.

***

Они не спят вместе уже три недели. Они не празднуют как-то по-особенному второй месяц отношений, но Макс дарит Шарлю фигурку из его любимого сериала, о котором брюнет не умолкал последние дни, а Шарль дарит Максу новую игру, которую тот давно хотел, но всё не решался купить. Они пьют утром кофе в кофейне, болтают и целуются, а затем вечер Шарль проводит один в своей комнате. Это не проблема, они обсудили всё заранее: у Макса была запланирована поездка в другой город на дебаты, куда он поехал, чтобы получить дополнительные баллы и закрыть сложный предмет. Макс извинялся перед ним и выглядел как побитый щенок, на что Шарль только тихо рассмеялся и сказал, чтобы тот не выдумывал глупостей. Конечно же, всё в порядке, и они могут отпраздновать на несколько дней позже — например, в следующие выходные. И вот эти выходные наступают, и на этот раз Шарль сам становится организатором свидания. Они едят в любимом заведении Макса, немного гуляют, а затем Шарль привозит их на картинг за городом. Они орут и сталкиваются, стараясь обогнать друг друга. Это весело и глупо, Шарль всё время громко смеется, а затем удивленно визжит, когда Макс подхватывает его на руки и страстно целует сразу после того, как они выбираются из картов. Шарль обхватывает Макса за шею и, конечно же, отвечает ему. Уже поздно, и они заезжают в круглосуточный супермаркет, потому что Максу резко захотелось мороженого в марте. Они сидят на капоте машины, вокруг темнота и тишина, нарушаемая только их голосами. Когда мороженое заканчивается, они сплетаются языками, всё еще сидя на капоте. Шарль чувствует руку Макса, поглаживающую его спину и медленно опускающуюся вниз. Он тихо стонет в рот Макса, когда блондин сжимает его задницу, и Шарль кожей чувствует довольную ухмылку сквозь поцелуй. В обычное время Шарль бы прервал Макса. Он сделал бы это только для того, чтобы заставить его сесть обратно за руль, вернуться в квартиру, где их ждал бы головокружительный секс. Но сейчас было не обычное время, и Шарль уже не мог врать самому себе, что всё нормально. Потому что он опять чувствует эту неуверенность, скребущуюся под кожей, и он отстраняется. Но делает это вовсе не для того, чтобы они поехали к Максу. — Отвезешь меня обратно? — слегка неуверенно спрашивает Шарль, глядя на парня. — Обратно? Имеешь в виду?.. — В общагу. — Оу. Ага, именно. Оу. — Эм, да, конечно. Макс кивает и соскальзывает с капота на асфальт. И, конечно же, он не спорит. Он отвозит Шарля туда, куда тот попросил. Он целует его на прощание и так мило улыбается, совсем не выглядя встревоженным тем, что Шарль снова просто всё обламывает. Да что не так с этим Максом Ферстаппеном?!

***

Достигнуть четырех недель без секса у них не получается. Потому что буквально на следующий день Макс и Шарль остаются наедине в квартире блондина. Шарль снова его динамит, и впервые Макс не молчит. — Шарли, детка, я сделал что-то не так? — Макс выглядит по-настоящему взволнованным, пока Шарль смотрит на него с другого конца дивана. Хотя секунду назад брюнет сидел на коленях своего парня, но затем почувствовал: то, как язык Макса хозяйничал у него во рту — это уже перебор. И вот Шарль уже слезает с него, чтобы пересесть подальше. — Что? Нет, о чем ты? — Шарль, — Макс говорит это тихо, но твердо, — ты избегаешь меня. — Мы видимся почти каждый день, — непонимающе отзывается брюнет. — Ты избегаешь секса. Ох, да неужели, мистер Очевидность? — Эм, у тебя какие-то проблемы с этим? — он немного напрягается, и голос звучит слегка раздраженно. — Я не говорил этого, — возражает Макс. — Мне интересно, какие у тебя проблемы с этим? — У меня никаких проблем. — Прекрасно, тогда возвращайся ко мне на колени, и я наконец трахну тебя. Шарль буквально поперхнулся воздухом от такого наглого заявления и неверяще смотрит на Макса. — Что? Нет! — Значит, есть проблемы. — Нет! — Тогда какого хрена ты не выносишь, когда я касаюсь тебя? Теперь Макс не выглядит раздраженным. Он не выглядит сбитым с толку. Он в отчаянии. Он выглядит так, будто находится на грани мини-истерики, и Шарлю на самом деле жаль, что он довел его до такого состояния. Но Шарлю также жаль себя и свои непонятные причины отказа, и у него точно нет сил прямо сейчас искать ответы. — Макс, давай не будем об этом сейчас, — он устало вздыхает и в глубине души немного жалеет, что отодвинулся. Почувствовать сейчас прикосновения блондина было бы очень даже кстати. — То есть нам всё же есть о чем поговорить. Черт бы побрал Макса и его настойчивость именно тогда, когда не нужно. — Шарль, ты буквально отказываешься обсуждать что-то, в то время как я пытаюсь быть взрослым и просто поговорить. Это ненормально. Ведь это ты всегда разумный и не даешь мне умалчивать о проблемах. Поэтому да, я волнуюсь, и я не отстану от тебя просто потому, что ты не хочешь об этом говорить. К черту этого Макса и его резкое желание поговорить. — Не сегодня, Макс. Я в душ. И он правда просто встает, оставляя своего парня хмуриться ему вслед. Шарль идет сначала в комнату Макса, достает вещи из его шкафа, а затем уходит в ванную. Он не поворачивает замок в двери. Ну, как минимум, он дал Максу понять, что останется ночевать, в ином случае он пошел бы не в душ, а прямо к входной двери. Шарль тяжело вздыхает, прежде чем раздеться и залезть под горячие струи воды. Он тянется к гелю для душа, принадлежащему Максу, запах уже слишком знакомый. Но он не успевает ничего сделать, потому что дверца душевой кабинки позади него резко открывается, а затем слышится звук её закрывания. Шарль замирает, прекрасно понимая, что сам позволил этому случиться. Гель стекает по его руке вниз, пока Шарль нервно сглатывает. Он старается не думать о том, что он голый, а сзади стоит его парень, который тоже без одежды. Старается не думать, какой вид сейчас открывается перед Максом, но всё же мелко вздрагивает, безнадежно надеясь, что тот этого не заметил. Он благодарен, что блондин не пытается коснуться его или развернуть. Макс ничего не говорит, но Шарль кожей чувствует его давящее присутствие. Он не уверен, что это — страх или возбуждение. Наверное, и то, и другое сразу. — Я не знаю, — наконец выдыхает Шарль, уставившись в плитку перед собой, пока струи душа стекают по его телу. — Я тоже, Шарль. Я ничего не понимаю. Голос Макса звучит грустно и слегка обреченно. Шарлю интересно: в какой именно момент Макс начал подозревать неладное, но молчал, просто не желая идти наперекор? Наверное, с самого начала, Макс не был глупым. — Почему ты называешь меня Шарлем? — он едва сдерживает всхлип. Господи, он сейчас расплачется, и сам не понимает почему. — Это ведь твое имя?.. — Но ты не называл меня так больше. Уже давно. — Потому что я не уверен, что мне стоит делать, а что нет. — Для начала тебе стоит снова нормально обращаться ко мне. — А ты объясни мне, что с тобой происходит? Шарль молчит. — Шарль? Детка? Ох, пошел к черту, Макс. Потому что он, конечно же, выполняет желание Шарля, и это делает того до боли слабым. — Милый, посмотри на меня, пожалуйста. И как Шарль может устоять? Он медленно поворачивается, надеясь, что слезы выглядят просто как вода из душа. Макс, к его удивлению, одет, и его одежда постепенно полностью намокает, пока он смотрит на Шарля так обеспокоенно, что сердце брюнета сразу сжимается от сожаления. Боже, что он вообще творит? Макс делает маленький неуверенный шаг в его сторону, но, видя, что Шарль не останавливает его, подходит вплотную. Он, не глядя вниз, хватает руку Шарля, переплетая их ладони. Это так тепло и так знакомо. Это успокаивает, и на этот раз Шарль всё-таки всхлипывает. — Шарли... — это всё, что может выдавить Макс, пока Шарль утирает слезы свободной рукой. Господи, да какого черта? Почему он плачет, почему он так расстроен? — Шарль, пожалуйста, объясни мне. Я не могу тебе помочь, пока не понимаю, что происходит. Шарль и сам нихрена не понимает. Всё это слишком странно. — Я не знаю. — Эм, хорошо. Я сейчас... Короче, ладно. Алекс сказала мне кое-что. Вот блять. Только не это. — Что-то о твоей ревности, связанной с Нико. Он убьет Алекс. — Что? Бред, — фыркает он, что, впрочем, выглядит смешно, учитывая, что он всё еще пытается остановить слезы. — Шарль, мы можем просто поговорить об... — Тут не о чем говорить, Макс! — резко обрывает его брюнет. — Ни к кому я не ревную, что за чепуха! — Хей, это ведь вполне нормально, что ты чувствуе... — Да ничего я не чувствую! Макс только удивленно моргает на его крик, а затем Шарль просто вырывает свою ладонь и снова оборачивается к нему спиной. — И почему ты тогда так реагируешь? — слышит он голос позади себя. — Потому что ты несешь бред, Макс! — Ты тоже сейчас называешь меня Максом. — Это ведь твое имя, — холодно возвращает он его же фразу. Шарль слышит, как Макс разочарованно вздыхает. Вот и всё. Сейчас блондин наконец поймет, что от Шарля никакого толку, и просто оставит его в покое. — Почему тебе просто так сложно признать, что ты ревнуешь? Шарль возмущенно хватает ртом воздух: — Да что вы прицепились?! Никого я, блять, не ревную! Плевать мне на твоего сраного Нико и на вашу дружбу, зависай с ним сколько хочешь, бога ради! Он ненавидит этот бессмысленный диалог. — То есть тебе совсем плевать на то, что Нико тогда целовал меня на вечеринке? Какого. Блять. Хера. Шарль резко оборачивается — уж нет, не будет он кричать на невинную стену. — Что ты хочешь от меня услышать?! Да, я, блять, ненавидел смотреть на то, как он тебя целует! Но разве это не было твоей целью, а, Макс?! Ты ведь хотел моей ревности, ты получил её тогда, ты получил меня позже — что, черт возьми, тебе нужно от меня теперь? Какой новый план? Не знаю, может, следующим будет «как сделать Шарля Леклера своим мужем»? Логичное продолжение, знаешь ли! Ох, блять. Макс удивленно смотрит на него и моргает несколько раз, не в силах осознать услышанное. — Шарль… — выдавливает он, а затем замолкает, не зная, что сказать. — Чего «Шарль»?! Может, ты объяснишь, зачем нести сейчас всю эту херню о Нико? Или, может, почему никто из друзей даже не говорит нормально о том, что произошло? Или, может… — Шарль! — Макс перебивает его, хватает ладонями за щеки и фиксирует лицо так, чтобы Шарль смотрел прямо на него. — Это всё из-за спора? Спора? Да о чем это он… Шарлю ведь плевать на тот глупый спор, на тот дурацкий план, на тот листик с пунктами, на который он нечаянно наткнулся у Макса в комнате около месяца назад. Это ведь бред. Макс любил Шарля по-настоящему, и Шарль знал об этом. Максу было плевать на спор, Макс попросил у него прощения, и Шарль сказал ему, что всё в порядке. Шарль заверил Макса, что никаких проблем нет. Он целовал его, говорил, что любит, он открылся ему полностью, до самой глубины души, и Шарль… Шарль не мог выкинуть тот чертов спор из головы. Он всхлипывает — на этот раз громко и слишком очевидно. Он чувствует горячие слезы на щеках, и тут уже нет шансов, что их можно спутать с каплями воды. Он закрывает глаза, потому что нет сил смотреть на Макса. Особенно когда тот так сокрушенно выдыхает: — Ох, Шарли. И Шарль плачет еще сильнее. Он цепляется за Макса, когда тот притягивает его к себе, и просто ревет в его плечо, пока Макс крепко сжимает его в объятиях. — Прости, милый. Господи, прости, Шарль, я… я такой идиот, — слышно, как голос Макса дрожит, и от этого Шарлю становится еще хуже. Он не хочет, чтобы его парень плакал, и от этого сам начинает рыдать еще громче. — Прости, прости, прости, — продолжает раскаянно шептать Макс, легонько целуя его в макушку. — Прости, мне следовало самому понять. Я не должен был просто так забыть об этом. Шарль отрицательно качает головой и находит в себе силы выдавить: — Ты ни в чем не виноват, я ведь сам сказал, что всё в порядке. — А я должен был понять, что это не так. Боже, прости, милый, прости, Шарли, мне так жаль. Окей, теперь и Макс плачет. Просто прекрасно. И Шарль продолжает всхлипывать, это всё так странно, и они всё еще мокрые под струями душа. Божечки. — Я не знаю, почему чувствую себя так, — честно признался он. — Я даже сам не понимал, что всё дело в этом, пока ты не сказал. Я просто… мне страшно. Это случается не часто, но иногда я просто думаю о том, что если ты просто оставишь меня в какой-то момент, и… Макс уверенно отклонился немного назад, заглядывая Шарлю в глаза и перебивая его: — Шарль, я не брошу тебя. Я, блять, люблю тебя! Я никогда и никому не говорил такого, помимо моей семьи. Как ты можешь… — Просто послушай, пожалуйста, — Шарль не был уверен, радует ли его то, что он сейчас смотрит Максу прямо в глаза, или это доводит до слез еще больше. — Я понимаю это логически, и ты доказываешь это всё время, Макс. Я знаю, что ты меня любишь, я никогда не сомневался в этом, но… — он нервно прикусил губу, всё же опуская взгляд в пол. — Иногда эта мимолетная мысль всё же пролетает в голове: а что, если я просто надоем тебе? Что, если тебе станет скучно? Я ведь заинтересовал тебя, пока был просто твоей целью, а сейчас, когда я полностью в твоем распоряжении, тебе просто надоест? Потому что встречаться со мной не так интересно и захватывающе, как пытаться завоевать. — Шарль, — в голосе Макса послышалась неподдельная боль, но он не заставлял брюнета снова посмотреть на себя. — Я люблю тебя. И мне не скучно с тобой. Я обожаю проводить время вместе, обожаю наши свидания, обожаю целовать тебя. Я просто обожаю тебя. Это не поменяется только потому, что теперь я могу спокойно делать это, зная, что ты всегда мне рад. Я не могу утверждать, что мы с тобой будем вместе до самой смерти — возможно, мы надоедим друг другу через несколько лет и решим расстаться. Но сейчас я здесь, милый. Я тут, с тобой, и я люблю тебя так чертовски сильно, что сам иногда не понимаю, как мог быть настолько глупым и не осознать свои чувства до того, как вся эта хрень со спором зашла слишком далеко. Ты не становишься скучным ни капли, детка. И я правда уже просто забыл об этой хрени, за что мне очень жаль. Я должен был понимать, что это ранит тебя гораздо сильнее, чем ты показывал. Как Шарль мог продолжать злиться на него? Как он мог сомневаться, когда Макс — тот самый Макс, который в большинстве случаев сам не понимает своих чувств — как-то научился выкладывать их так, чтобы Шарль в нем не сомневался? — Почему ты сказал всем друзьям не говорить о споре? — спросил он, всё так же разглядывая свои пальцы на ногах. И носки Макса. Полностью мокрые носки. — Потому что не хотел, чтобы мы слушали их дерьмовые шутки. Они бы точно не умолкали об этом, а я не хотел, чтобы мы продолжали слушать напоминания о том, как всё закрутилось. Это не важно для меня, мне давно плевать на то глупое пари. Я только сожалею, что не уделил достаточно внимания твоим чувствам по этому поводу. — Ты не выкинул листок. — Что? — Листок с пунктами. — Ты… ты видел его? Шарль просто кивнул. — Боже, я думал, что выкинул его. Я вообще забыл о нем, был уверен, что он где-то затерялся. — Ты так и не перечеркнул последние два пункта. Макс молчит какое-то время, а затем спрашивает: — Ты забрал этот листик? Шарль снова просто молча кивает. — Прости, детка. Мне стоило избавиться от него, я не должен был так глупо об этом забыть. — Всё в порядке, ты не виноват, это я просто… я не знаю. — Нет, виноват. Я должен был раньше понять, что всё это серьезно. Я не мог ожидать, что просто извинюсь один раз, и ты за секунду всё забудешь. Мне правда очень жаль. Шарль знает это. Он слышит это по тону Макса. Он верит ему. И Шарль любит Макса. Это чувство гораздо сильнее обиды или неуверенности. Оно превышает его сомнения и эти слезы на глазах, потому что Шарль так сильно любит Макса, а тот любит его в ответ. Что ему еще нужно? Шарль наконец поднимает голову, смотрит на Макса, на лице которого тоже виднеются слезы, и тихо шепчет: — Макс, милый, поцелуй меня. И Макс целует. Он осторожно и нежно обхватывает лицо Шарля руками. Медленно и тягуче, будто изучая его заново. Макс держит его так бережно, словно Шарль хрустальный. И разве брюнет может на что-то жаловаться? Спустя время Макс отстраняется и снова заглядывает Шарлю в глаза: — Что я могу еще сделать, чтобы ты почувствовал себя лучше? Что угодно, детка. Я буду просить у тебя прощения каждый день, я могу перестать так часто общаться с Нико и упоминать его. Я выкину тот листик к чертям и буду всё время говорить, как сильно люблю тебя, просто чтобы у тебя не было никаких сомнений. Шарль только мотает правой: — Не нужно ничего из этого. Разве что от признаний в любви я точно не откажусь. Макс тихонько усмехается, глядя на Шарля тем самым влюбленным взглядом, как парочки в любимых ромкомах Алекс. — Я думаю, тебе стоит снять одежду, — говорит Шарль, чем на секунду сбивает Макса с толку. Блондин кидает взгляд вниз на себя и будто только сейчас осознает, в каком он виде. — Ах, черт. Ладно, эм… Ты хочешь еще что-то сказать? Шарль мотает головой. Они уже достаточно обсудили. — Хорошо. Что ж, я оставлю тебя, домойся спокойно, и я буду ждать… — И куда это ты пошел? Шарль хватает Макса за мокрую ткань футболки и притягивает к себе, не давая блондину выйти из душевой кабинки. — Я… я просто хотел дать тебе пространство. Ты ведь убежал от меня в душ? — Ага, и случайно оставил дверь открытой. — Ну, мы ведь уже поговорили, так что… — Так что сейчас тебе следует заткнуться, снять эту одежду и наконец показать мне, как ты любишь меня. Вот этим, — рука Шарля целенаправленно тянется вниз и сжимает пах Макса сквозь мокрые штаны. Блондин в ответ тихо стонет и перехватывает руку Шарля. — Детка, я не уверен, что это хорошая идея. Если честно, я так до конца и не понял, как твои переживания из-за спора связаны с тем, что у нас не было секса несколько недель. Нам следует обсудить еще и это, перед тем как… — Я просто проверял тебя, — черта с два Шарль будет ждать еще одного разговора после того, что произошло сейчас. — Не специально, но сейчас я это понимаю. Мне было интересно, как долго ты продержишься со мной, если у нас не будет ничего. Макс удивленно моргает. — О. — Ага. Именно. Но поздравляю, ты прошел проверку. А теперь, пожалуйста, сними уже с себя всю эту хрень и заставь меня почувствовать себя хорошо. И, конечно, Макс выполняет его желание. Одежда слетает с блондина в считаные секунды и летит на пол ванной. Затем его руки снова на Шарле, скользят по спине, по бокам и наконец останавливаются на бедрах. Шарль чувствует, как Макс твердеет, он хнычет в поцелуй, когда блондин прикусывает его губу. Макс на пределе, Шарль тоже — они, блять, не трахались почти месяц! — Макс, пожалуйста, малыш, быстрее… — он почти скулит от того, как сильно хочет снова ощутить Макса в себе. К счастью, в ванной у них стоит лубрикант, хотя Даниэль из-за этого целый скандал учинил, но в итоге бутылочку так и не выкинул. И вот, спустя мгновение, Шарль уже стонет на двух пальцах Макса. Макс хватает Шарля, вжимая его в стенку душевой кабины, и накрывает его губы своими. Это не тот нежный поцелуй, что был минуту назад, это жадный, почти отчаянный захват. Звук удара капель смешивается с влажным хлюпаньем их губ и тяжелым, прерывистым дыханием. Шарль чувствует спиной холодную плитку, которая контрастирует с невыносимым жаром, исходящим от тела Макса. Его руки путаются в мокрых волосах блондина, оттягивая их назад, заставляя того стонать прямо в рот. Когда Макс слегка отстраняется, чтобы глотнуть воздуха, его пальцы продолжают работать внутри Шарля. Брюнет выгибается, впиваясь ногтями в плечи парня, ощущая, как два пальца медленно и уверенно растягивают его, готовя к большему. — Я так люблю тебя, Шарли, — выдыхает Макс, его голос вибрирует от сдерживаемого желания. Шарль не отвечает словами. Он просто судорожно втягивает воздух, его бедра непроизвольно дергаются навстречу руке Макса, а глаза затуманиваются от удовольствия, которое током прошибает всё тело. — Самый прекрасный, самый удивительный, самый невероятный... — продолжает шептать Макс, переходя на поцелуи вдоль челюсти и шеи. — Макс! — вскрикивает Шарль, когда палец задевает нужную точку. — Что, милый? — Просто... не останавливайся, пожалуйста, — умоляет он, едва связывая слова. — Конечно, Шарли, всё, что попросишь. Макс добавляет третий палец, заставляя Шарля едва не подогнуться в коленях. Стенки внутри него кажутся слишком тесными, пульсирующими вокруг чужой руки. Каждое движение Макса четкое, выверенное, дразнящее. — Макс... — Шарль сглатывает, его голос дрожит. — Всё что угодно? — Всё что угодно. Шарль на секунду замирает, но эйфория и желание берут верх. — Хочу... хочу, чтобы на следующей вечеринке ты трахнул меня. Макс замирает. Его пальцы на мгновение прекращают движение, и он отстраняется, чтобы заглянуть Шарлю в лицо. В его глазах читается чистое, неразбавленное удивление. — В постели Нико, — продолжает Шарль, чеканя каждое слово. — Я хочу, чтобы он увидел это. Макс несколько секунд просто смотрит на него, а затем в горле у него рождается низкий, вибрирующий смешок. Он качает головой, и в его взгляде вспыхивает что-то темное, властное и одобрительное. — Тебе бы понравилось, если бы он видел, как я трахаю тебя? — вкрадчиво уточняет он. — Я не хочу, чтобы он видел всё, — выдыхает Шарль, краснея еще сильнее. — Но чтобы он зашел и увидел это... на мгновение. Макс усмехается, его лицо оказывается в считаных сантиметрах от лица Шарля. — И кто бы мог подумать, что тебе понравится, когда кто-то смотрит на то, как ты кричишь на моем члене? — Макс... — Конечно, я трахну тебя, Шарли. Я трахну тебя, я разрешу Нико увидеть это, и я выбью любые сомнения из твоей красивой головы. Шарль всхлипывает, чувствуя, как внутри всё плавится. Это безумие. Он знает, что это глупо, что между Нико и Максом ничего нет, но мысль о том, чтобы заявить на Макса свои права так четко и ясно, заводит его до предела. Наверное, он свихнулся, и это однозначно вина его парня. Макс наконец вынимает пальцы. Шарль издает разочарованный звук, чувствуя внезапную пустоту, но это длится недолго. Блондин подхватывает одну ногу Шарля, закидывая её себе на бедро и прижимая брюнета спиной к стене так крепко, что между ними не остается даже воздуха. Когда Макс наконец толкается внутрь, заполняя его до предела, Шарль вскидывает голову назад, ударяясь о стену, и из его горла вырывается громкий, протяжный стон. Первые движения медленные, мучительные в своей правильности. — Я не продержусь долго, Шарли... — хрипит Макс, ускоряя темп. — Ты думаешь, я смогу? — выкрикивает Шарль, обхватывая Макса за шею. — Я, блять, не кончал несколько недель! Ты-то, я уверен, дрочил себе. — И не один раз, — признается Макс, резко толкаясь вперед. — Я, блять, стоял прямо в этом душе и вспоминал о том, как ты выглядишь, выкрикивая мое имя, когда тебе так хорошо. Знаешь, нам стоит заснять это однажды, чтобы в следующий раз я мог дрочить на наше видео. Шарль стонет, пряча лицо на плече Макса. — Конечно же, ты хочешь порно... — Я хочу только наше порно, детка, это большая разница. Он находит губы Шарля, заглушая его стоны новым поцелуем, пока их тела сталкиваются в бешеном ритме. Вода хлещет по ним, но они этого не замечают. — Почему ты не сделал ничего раньше? — выдыхает Шарль, когда они на секунду отстраняются. — Это ведь было с самого начала очевидно, что я сам морожусь от секса. — Я не хотел на тебя давить, — Макс делает глубокий толчок, от которого у Шарля искры летят из глаз. — Это ведь то, о чем я переживал с самого начала: я не хотел, чтобы ты думал, что я с тобой только из-за секса. Поэтому я просто решил, что для тебя этого было чересчур, и ты просто не хочешь трахаться так часто. — И тебе было бы достаточно этого? — Шарль с трудом фокусирует взгляд. — Если бы я хотел секса только раз в неделю, допустим? — Мне было бы достаточно, если бы мы вообще больше никогда не спали. Правда, тогда мне пришлось бы хорошенько работать рукой, но плевать, пережил бы как-то. Шарль фыркает, чувствуя, как сердце сжимается от нежности. — Но ты ведь не собираешься оставлять меня с синими яйцами, — ухмыляется Макс. — Потому что тебе нравится это так же сильно, как и мне. Макс толкается особенно сильно, попадая точно в цель. Тело Шарля выгибается дугой, пальцы ног поджимаются, а руки вцепляются в мокрую спину Макса. Всё внутри него сжимается в тугой узел. — Макс! Макс, пожалуйста! — кричит он, теряя контроль. — Я здесь, милый, я здесь, — отзывается Макс, наращивая темп до предела. — Я... я близко! — Ты ведь кончишь просто на моем члене, правда? — шепчет Макс, тяжело дыша. Шарль всхлипывает и кивает, его сознание окончательно рассыпается на части. Макс делает последние, самые мощные толчки. — Господи, Шарли... Блять... — Макс, малыш, пожалуйста… — умоляет Шарль Макс прижимается лбом к его лбу и шепчет прямо в губы: — Кончай, детка. Прямо сейчас. Шарля накрывает волна оргазма — мощная, сокрушительная, заставляющая его содрогаться в руках Макса. Спустя мгновение он чувствует ответный рывок блондина и то, как горячая волна заполняет его изнутри. Они замирают, тяжело дыша, пока вода продолжает стекать по их сплетенным телам, смывая всех сомнений.

***

— Ну нее-е-ет, Макс! — Шарль пытается накричать на своего парня, но это удается ему не очень хорошо: приходится сдерживать смех от того, что блондин решительно вознамерился защекотать его до смерти. Макс, конечно же, не останавливается, пока Шарль уже просто громко не хохочет, извиваясь под ним. Наконец Ферстаппен решает, что с Шарля достаточно. Он не убирает руки, а просто перехватывает ладони Шарля и фиксирует их у брюнета над головой. К слову, Макс сейчас сидит прямо на Шарле, на кровати Шарля, в комнате Шарля. Ландо ушел почти сразу, как только Макс ворвался в комнату, громко заорав на весь коридор: «Где моя детка?». Затем на него наорал Шарль, чтобы тот перестал его позорить, а затем на них обоих наорал Ландо, чтобы они наконец успокоились. В итоге британец, раздраженно закатив глаза, смылся, хотя Шарль определенно успел заметить хитрую улыбку на лице друга. Затем Макс решил, что просто целовать Шарля, лежа на кровати это скучно. И вот они здесь: Шарль пытается отдышаться после сессии щекотки, пока его парень смотрит на него так, будто готов сожрать прямо сейчас. Шарль бы ему разрешил. — Ты сейчас выглядишь так, будто тебя трахнули, — выдает Макс, отчего дыхание Шарля на секунду сбивается. — Что, на самом-то деле, обидно, — продолжает блондин, — потому что я еще не успел этого сделать. — А кто сказал, что ты это сделаешь? — Шарль вызывающе приподнимает бровь. Нужно немножко усмирить своего парня. — Потому что ты меня хочешь, а я обожаю исполнять твои желания. Все протесты брюнета тонут в поцелуе, когда Макс просто наклоняется и накрывает его губы своими. Руки Шарля всё еще в крепкой хватке, и всё, что он сейчас может это издать жалкий звук прямо в губы Макса и чуть податься бедрами вверх. Макс на это движение тихо стонет и сам толкается вниз. Шарлю так хочется просто скинуть Макса, заставить того раздеть их обоих, а затем снова притянуть к себе и позволить ему заставить себя забыть обо всем. Но сегодня у Шарля настроение сучки, поэтому он разрывает поцелуй, смотрит Максу в глаза и твердо заявляет: — Не сегодня, малыш. Он качает головой, надеясь, что Макс его услышит и остановится. Конечно, Шарль хочет блондина — сильно и прямо сейчас. Он уверен, что выглядит жалким и нуждающимся, но говорит-то он другое. Ему интересно, что сделает Макс. Если тот не остановится, Шарль поупирается еще немного, а затем расслабится и, возможно, оседлает его — они давно не делали этого в такой позе. Но Макс останавливается. Потому что Шарль попросил об этом, а Макс еще никогда не игнорировал его желания. Блондин утыкается лбом в лоб Шарля, и они оба громко дышат, прикрыв глаза. Руки брюнета всё еще не свободны, но ему это даже нравится. Он думает о том, что, возможно, им стоит как-нибудь попробовать связать его… Он определенно скажет об этом Максу. Когда-нибудь. — Ладно, — Макс немного приподнимается, заглядывая Шарлю в глаза. — Чем хочешь заняться? Можем пойти куда-нибудь или… — Давай останемся. Раз уж Шарль всё еще хочет Макса, он помучает его еще немного, а затем всё-таки попросит трахнуть его. — Ладно. Фильм? Шарль кивает, а затем едва подавляет разочарованный стон, когда Макс всё же отпускает его, чтобы подняться с постели. Брюнет наблюдает за тем, как Макс направляется к его шкафу, собираясь стащить домашние вещи. Он совсем не против. Шарль расслабленно откидывается на подушки, с легкой улыбкой наблюдая за блондином, до момента, пока Макс резко не замирает, глядя в шкаф. И тут Шарль вспоминает. Блять. Макс вынимает одну вещь с полки и медленно поворачивается. Он не смотрит на Шарля — его глаза устремлены на листик в руках. Тот самый листик с пунктами, на который Шарль смотрел слишком часто последние недели. Но после того как они нормально поговорили, он, честное слово, забыл о нем. Он планировал наконец выкинуть злосчастный лист бумаги, но сейчас было поздно. Макс уже держал его в руках. Шарль думает, что сейчас Макс просто выкинет этот мусор и вернется к нему в постель. Но Макс вместо этого медленно, не отрывая взгляда от бумаги, подходит к столу между кроватями Шарля и Ландо. Он кладет лист на стол и тянется к ручке. Брюнет наблюдает за тем, как Макс перечеркивает два последних пункта. А затем Макс не останавливается. Он пишет что-то внизу. Спустя несколько минут Макс наконец откладывает ручку и подходит к кровати. Он протягивает листик Шарлю, уверенно глядя ему в глаза. Шарль сглатывает, осторожно забирает кусок бумаги и теряется, когда Макс просто разворачивается и возвращается к шкафу. Шарль опускает взгляд. Снизу десятого, уже зачеркнутого пункта, виднеется новый текст. Почерк другой — это не вычурные буквы Кармен, а резкие, размашистые буквы Макса.       1. Влюбиться по уши в самого прекрасного в мире парня.       2. Думать о нем каждую свободную секунду.       3. Волноваться каждый раз, понравится ли ему ваше свидание.       4. Касаться его при любой возможности.       5. Пытаться безуспешно не терять голову каждый раз, когда он целует тебя.       6. Или касается.       7. Или просто смотрит.       8. Понять, что окончательно попал и уже просто не можешь без него.       9. Делать его счастливым всеми возможными способами.       10. Любить Шарля Леклера до безумия. Шарль закусывает губу, не понимая, чего хочет больше: улыбнуться как окончательно влюбленный идиот или расплакаться от чувств, которые вызывают эти новые десять пунктов. Он откидывает лист в сторону и решительно преодолевает расстояние до Макса в несколько шагов. Он не дает блондину и секунды на раздумья — просто хватает его за щеки и тянет к себе. Он целует Макса, и тот отвечает. Сжимает талию Шарля, прижимая к себе вплотную. Макс заглатывает его тихий стон, прикусывает губу так, как нравится Шарлю. Потому что это Макс. Макс, который всё время рядом. Который обожает обнимать Шарля и носить на руках. Который приносит ему кофе и просто молча сидит рядом, когда Шарлю нужно учиться. Макс, Макс, Макс… — Макс! Шарль не может сдержать удивленного вздоха, когда парень резко прижимает его к стене, а в следующее мгновение оказывается перед ним на коленях. — Что ты… Блять! Макс решает в очередной раз доказать свою любовь. Он стягивает с Шарля одежду за секунду, и вот он уже берет его член в рот. Всё, что Шарль может — это стонать и тянуть Макса за волосы, насаживаясь глубже. Опуская все нежности… господи, как же Макс был хорош в сексе. Он не врал, когда назвал себя знатоком в минетах еще в их самый первый раз. Это всегда было до звезд в глазах и до трясущихся ног. Макс всегда давал ему всё без остатка, он всегда слышал Шарля. — Господи, милый… Блять, я так люблю тебя, — выдыхает Шарль, пока Макс ускоряет движения, работая губами и рукой. — Я… Блять! Да, Макс, пожалуйста, вот так, мой хороший, да… Ему слишком тяжело собрать мысли в кучу. Есть только одно главное. — Я люблю тебя, я так, господи, люблю тебя… Шарль кончает с его именем на губах. Нервно дыша, он не отрывает взгляда от Макса на полу. Тот просто заглатывает всё, а затем поднимает на него довольный взгляд, несмотря на то, что по его подбородку стекает капля спермы. Шарль точно когда-нибудь умрет от такого вида. Макс встает и подхватывает Шарля, приподнимая его. Ноги брюнета по инерции обвивают талию парня, и он сразу же набрасывается на его губы. Шарль ощущает вкус собственной спермы, и ему это чертовски нравится. Макс укладывает его на постель. — Макс, — хнычет Шарль, сам не понимая, чего просит. Он просто хочет Макса в себе и побыстрее. — Ты ведь сказал, что сегодня без секса? — напоминает блондин, довольно ухмыляясь. — Ага, и уже отсосал мне, придурок, так что доводи дело до конца! — Ну не бесись, детка, — Макс тихо смеется и чмокает его в нос. — Я ведь сделаю всё, что попросишь. Два пальца двигаются внутри брюнета, медленно растягивая. Шарль тихо стонет. Он знает. — Я правда очень люблю тебя, Шарли. И я буду любить тебя так долго, как ты будешь мне разрешать. Шарль знает. Это Макс. И он рядом. И пока это продолжается, какая, к черту, разница на всё остальное?