Вкус гнили

      Центр города никогда не славился тишиной, он лишь создавал иллюзию спокойствия. А если в это блюдо добавить ливень — получается неплохое ассорти из всевозможных матов, повышенных голосов и гудков машин, проезжающих мимо друг друга. Единственное, что нужно было Мисту — теплое место, где можно немного согреться и, возможно, выпить. Он сновал по нескончаемым переулкам и кварталам, промокая до нижнего белья, хоть на нем и была кожаная одежда, пока не набрел на бар с уютной атмосферой и без огромного количества посетителей.       Колокольчик на двери оповестил сотрудников о новом клиенте, с которого текла вода, как будто он упал в бассейн, но он просто не взял зонт, когда шел с работы. Мист прошел в самую просматриваемую часть зала, где смог расслабиться. Уличные камеры смотрели прямо в окна бара, что радовало парня. Теперь он сможет словить преступника, похищающего людей.       Оглядевшись по сторонам, Мист заприметил, что люди курят в помещении, это сподвигло его взять сигарету и также закурить. Один из сотрудников подошел к его столу и поставил пепельницу. — Добрый вечер, что пить будете? — Добрый вечер. Виски со льдом, можно еще тарелку карамелизированных орехов. — Да, конечно, скоро принесу Ваш заказ.       Официант ушел, а Мист опустил глаза на экран телефона, делая вид, что там есть какой-то интересный материал, а на самом деле он аккуратно просматривал каждого человека в баре. Подозрительного ничего не было. Кто-то сидел один, кто-то с друзьями. Темные волосы со снежно-белыми кончиками свисали, как сосульки, пропуская сквозь себя дождевую воду. Парень играл с пирсингом на языке, пролистывая что-то на телефоне. Хотелось спать, ведь это были третьи сутки без сна. Жидкость карамельного цвета, смешанная со льдом, приятно обжигала горло. Слегка дымный аромат заставлял держаться в сознании и не отрубиться за столом бара. — Привет. — Низкий голос какого-то мужчины заставил слегка расслабиться. — Погодка, конечно, ужасная… — Нотки веселья в грустном посыле выдавали ложное сочувствие. — Привет, да. Пока бродил по городу в поисках чего-то, даже не заметил, как промок до нитки. — Мист чувствовал подсознанием, что что-то не так, возможно, это тот самый похититель. — Я Стрейд. — Полноватый мужчина со шрамом на лице представился. — Мист. — Парень кивнул, как бы знакомясь. — Немец? Акцент выдает слегка. — Наблюдательный, ха-ха, — Стрейд рассмеялся, — мне такие нравятся. Хочешь еще? — Он махнул головой в сторону пустого стакана. — Мгм, если не напряжет. — Все для моего нового друга, — почти мурлыкающе произнес новый знакомый и ушел в сторону барной стойки.       Мист достал телефон и начал писать про Стрейда.       «Имя: Стрейд. Внешность: полноватый, шрам на лице, волосы чуть ниже ушей, волнистые. Видимо, часто посещает это заведение, бармен с ним поздоровался, как со старым знакомым.»       Стрейд вернулся через пару минут, когда Мист разминал шею, крутя головой из стороны в сторону. — Давно живешь здесь? — Новый знакомый наклонил голову вбок. — Всю жизнь, мои родители переехали из Кореи сюда, а потом появился я. Корейско-китайские корни, хотя ростом я отличаюсь от всех своих родственников. — Какой же ты интересный! — Он опять рассмеялся, но уже искренне, как будто ему и вправду нравился его собеседник.       Они разговаривали пару часов, обсуждая многие темы: переезды, музыку, инженерию и тому подобное. — Ох, уже так поздно! — Стрейд встрепенулся, глянув в окно, выглядел удивленным. — Давай я подвезу тебя до дома? Дождь ни на йоту не утихает.       Мист сдержал хитрую улыбку и кивнул. Они вышли на улицу, где Стрейд потянул парня за собой и впечатал того в стену. Мист сдавленно простонал от боли. — Мы слишком быстро движемся, но мне нравится, продолжай. — Парень ликовал в душе, что нашел преступника. Он ждал, что тот выкинет дальше. — У меня с детства мечта есть — прокатиться по городу в багажнике машины. — Ммм, какие интересные мечты, — Стрейд был удивлен, судя по голосу, — как же я могу отказать в таком? — Он связал руки стяжкой, который немного натирал кожу, а потом прислонился ртом к шее.       Мист открыл эту часть шеи, давая больше пространства, ему это определенно нравилось. — Ты не пожалеешь. — Стрейд провел языком во выпирающей вене и немного прикусил ее. — О-о, да, вот так. Можешь даже грубее… — Мист прижался задом к паху Стрейда и начал слегка тереться, вызывая эрекцию, как у себя, так и у него. Она не заставила себя долго ждать.       Опомнившись, похититель оторвался от шеи парня и повел того до машины, предварительно закрыв глаза какой-то черной тканью.       Спустя полтора часа они приехали. Стрейд вытащил Миста из багажника и повел в дом. — Осторожно, тут ступеньки, так что поднимай ноги. — Мист повиновался этому властному голосу. — А теперь тебе надо осторожно спуститься.       Парень принюхивался, чтобы различить запахи. Он учуял что-то похожее на запах мокрой собаки, а также гель для душа или парфюм Стрейда, пробивался еще легкий аромат железа, наверное, это кровь. — Стрейд, у тебя есть собака? — Мист старался концентрироваться на аромате мужчины. — Относительно, — он задумался, — но, как ты это понял? — Запахи. — Парень пожал плечами словно это норма. — Твой аромат сандала и мускуса, запах мокрой собаки и железа.       Стрейд рассмеялся и посадил на пол похищенного спутника. Быстро скинув повязку с глаз, он лукаво улыбнулся пленнику. — Еще виски со льдом? — Будешь меня поить? — Мист закусил нижнюю губу и пошло глянул на него, провоцируя на продолжение. — Я бы не отказался от такого заманчивого предложения. — Хорошо. — Он невинно улыбнулся, пока парень напевал какую-то мелодию.       Стрейд ушел наверх, за это время Мист разбил часы, в которых находилось отслеживающее устройство, чтобы оставить свою последнюю геолокацию. Через пару минут мужчина вернулся и изогнул вопросительно бровь. — Что? — Мист непонимающе моргал. — У меня рука зачесалась , а они связаны, пришлось импровизировать, так я и разбил свои часы. — Парень отвел взгляд, скорчив грустную гримасу. — И вообще, раздевать меня будешь, одежда сырая. — Ох, точно, как же я мог забыть, тебе наверняка холодно. — Он поставил стакан на верстак и разрезал стяжку, освобождая руки Миста, который тут же принялся их разминать. — Затекли.       Мист начал стягивать с себя одежду, кожаная куртка глухо упала на пол, кроссовки и носки оказались там же, где и куртка, следом упали штаны. На парне остались черная майка и боксеры, обтягивающие подкаченное тело. — Дай полотенце, остатки влаги вытру.       Стрейд, наверное, впервые был шокирован таким поведением, как будто жертва не Мист, а он. Глупо постояв, мужчина очнулся и, непонятно почему, подал ему полотенце. Парень скинул с себя оставшуюся одежду и начал вытирать кожу, только сейчас он заметил кровавые отметины от жгутов на запястьях. — Я ими почти не шевелил, а последствия такие… даже не заметил. — Закончив вытирать все, Мист положил полотенце на верстак и протянул руки Стрейду. — Свяжешь или хочешь поиграть? — Ты меня удивляешь все больше и больше. Особенно количеством шрамов. — Мужчина провел рукой по голому торсу Миста, чувствуя, как тот сжимается от приятных ощущений. — Откуда они у тебя? Тут даже от пули есть. — Ты не первый, кто похищает меня. На животе у меня глубокий порез стеклом, повезло, что органы не были задеты. Над ключицей сквозное пулевое ранение, заживало месяцев шесть. На спине шрамы от крюков, меня подвешивали за них. Так что… мне интересно, как ты будешь пытать меня, Стрейди.       Мист прижался к Стрейду, приникая губами к его шее. — Можешь делать все, что хочешь. — Он шептал на китайском пошлости, зная, что это сейчас закончится. Стрейду это неинтересно, ему нужен садизм.       Как и предполагалось, Стрейд отлепил от себя возбужденного Миста и усадил его к столбу на осколки часов. Парень забыл уже про них. — Ты сел на осколки. — Мужчина непонимающе уставился на пленника. — Ты пытаешься не показывать, что тебе больно? — Э… да, — парень старался изобразить боль, но выходило криво. Пришлось идти на крайние меры и застонать. — Алкоголь…притупляет… — Еще хочешь, чтобы я тебя поил, Meine Liebe? — Томно протянул Стрейд, протягивая стакан с виски к Мисту. — Хочу.       Грань стакана оказалась у губ, и алкоголь начал вливаться в рот приятным жаром. Мист облизнулся и попросил сухое нижнее белье, понимая, что продолжения не будет. — Давай сначала твои раны обработаем. — Стрейд поднял парня и положил его на живот чуть дальше от осколков. — Ох, они сильно вошли под кожу. — В голосе слышалось наигранное сочувствие.       Мужчина взял пинцет и начал доставать стеклышко за стеклышком, раздвигая рану, чтобы причинить больше боли. Мист делал вид, что ему больно, даже слезу пустил, а через пару минут просто уснул. Проснулся он уже привязанным к столбу, осколки были тщательно убраны. Парню хотелось в туалет. — Изолента? М-да, очень изобретательно.       Он начал выбираться, что ему удалось, изолента упала на пол, не порвавшись от натяжения, повезло. Побродив по подвалу и пооткрывав ящики, Мист пару ножей и  стяжки, которые скрыл под сливную крышку, а следом обнаружил туалет и ванну. Он сделал свои дела и залез в ванну, теплая вода — вот, что было нужно после плохой погоды. Парень расслабился и не заметил в дверях посетителя подвала — Стрейда, который снова удивленно смотрел на пленника. — Как ты выбрался? — На лице расползлась улыбка, а янтарные глаза заблестели от интереса. — Так еще и не попытался сбежать, а просто пошел сюда. — Я хотел в туалет, а потом увидел ванну. — Мист откинул голову на спинку. — Можешь стягивать руки, можешь не стягивать, исход один — я освобожусь. А теперь… дай помыться и погреться. — Интересный ты. — Стрейд присмотрелся к волосам Миста. — У тебя настоящий цвет волос какой? Я вижу серебристый оттенок. — Они были темными, потом произошло кое-что, и я поседел, приходилось подкрашивать черным, пару миллиметров отрастил с позавчерашнего дня. — Мист кинул взгляд на зеркало, и в его голове воспоминания начали взрываться, как салют. — Я помню тебя, это же был ты. — Ты о чем, Meine Liebe? — Он продолжал стоять в проходе. — Семь лет назад, супермаркет на улице «X», я тогда был не в учебной форме, у меня порвались пакеты с едой, ты мне тогда помог. — М… я не помню такого. — У меня были красные волосы, а стиль одежды отличался очень сильно от нынешнего. По-моему, на мне была пестрая одежда. — Думаю, ты обознался, это не мог быть я. — Не помнишь, ладно. Так ты мне дашь помыться или любишь наблюдать? — В голосе появился флирт или игривость. — Понаблюдаю. — Спокойный взгляд Стрейда приобрел хищный оттенок, появилась острота.       Какое-то время они молчали, каждый чувствовал странные ощущения от происходящего. Мист не чувствовал себя королем ситуации, но ему было на это плевать, он просто плыл по течению, ожидая смерти или спасения. Стрейд же скучал, поглядывая на пленника, который сам выбрался и лежит в ванной. — Ты когда-нибудь видел, как люди издеваются сами над собой без угроз? — Парень решил нарушить тишину. — Смотря на то, в каких условиях находился человек. — Интересное уточнение, я об этом не думал.       Вновь наступило молчание, только плеск воды был слышен, когда Мист двигался. — Смотри. — Пленник вытащил руки из воды, показывая их Стрейду, но было что-то, что он не показал. — Сейчас будет шоу.       Мист прислонил левую руку к запястью правой и провел вдоль всего предплечья, а потом выкинул из руки на пол железку — лезвие. — Иниересный челлендж я тебе придумал, да? Еще и вода горячая. — рука скользнула с бортика ванны и упала в воду, окрашивая ту в красный оттенок. — Scheiße! — Стрейд мигом достал Миста из воды и отнес к верстаку, где достал аптечку и начал перевязывать медицинским жгутом место чуть выше локтевой зоны, чтобы приостановить поступление крови к кисти. Пол был заляпан, а Мист терял сознание, его кожа становилась бледной. — Не закрывай глаза, Мист! — Хе-хе, весело. — Парень глухо засмеялся. — Не переживай, я знаю, как себя вести при данном челлендже, но это… единственный способ быстро уснуть… — Последние слова были сказаны так тихо, что их едва можно было услышать, он мирно уснул, откинув голову на верстак.       Стрейд зашивал руку и удивлялся тому, как аккуратно Мист порезал себя, не касаясь вен лезвием. Мужчина завязал бинт и посадил парня к столбу и стянул руки изолентой. — Саморазрушение для того, чтобы уснуть, интересно. Седые волосы в таком молодом возрасте… — Стрейд говорил на немецком, очищая пол от крови.       Через пару часов Мист начал дергаться, что означало пробуждение. Мужчина стоял за спиной парня и смотрел, как тот себя поведет. Сначала тот начал вертеть головой, потом попытался опять уснуть. — Да блять, опять связан. — Мист пожал плечами и выдернул руку, сложив кисть как-то странно, словно переломал себе кости, а потом просто дернул руку, высвобождаясь от оков. — Говорил же, что смысла нет. Забыл, Стрейд? Теперь бинт липкий, черт. — Ты проспал пару часов, скоро рассвет. — Холод в этой фразе ощущался кожей. — Так долго? Думал, прошло минут тридцать. — Мист не поворачивался. — Есть сигарета?       Парень размялся и заприметил мини холодильник. Он начал напевать что-то носом, открывая дверцу. — Протеиновый батончик и пиво? — В этот раз Мист посмотрел на Стрейда с вопросительным выражением лица. — Цк, есть хочу… — Ты в курсе, что у тебя порез на руке? — Да, он не болит, все ок.       Тут уже мужчина не сдержался и подошел к Мисту, резким движением выбил из него воздух и усадил к столбу. — Мне, как бы сказать, надоели твои игры. Ты вызываешь во мне скуку, порадуй же меня. — Парень пытался вздохнуть, но ему что-то мешало, он просто смотрел на своего похитителя. — Кх… ак? — Дышать все равно было сложно, хоть боли и не было. — Дрель или молоток?       Мист кивнул в сторону дрели, не раздумывая. Через какое-то время дыхание восстановилось. — М? Почему ты застыл? — Парень пытался заглянуть в глаза, которые были отведены.       Стрейд прокашлялся и включил дрель. Кончик постепенно начал входить в плоть рядом с бедром, ошметки кожи и мяса начали разлетаться во все стороны. Дрель перестала крутиться, и Стрейд вытащил ее из раны. Дыра превратилась в кровавый коктейль, который начал вытекать на пол. — Ты сдерживаешься? Перестань, такое мне не нравится. — Ну… я и не сдерживаюсь, сомневаюсь, что наигранные крики боли тебе нравятся. — Что ж, тут ты прав. — Он помолчал с минуты три и продолжил. — Ты не ощущаешь боли? — В точку, вообще не ощущаю. Думал, это очевидно. — Как ты так себя порезал, что не задел вены. — Тебе точно хочется знать? Я отучился на врача-патологоанатома, потом произошла одна ситуация, когда я лишился способности ощущать боль — приобретенная анальгезия, тогда же у меня поседели волосы. Красиво течет. — А вот сейчас ты меня заинтриговал, ты первый у меня, кто не ощущает боль. Давай будем общаться периодически, мне твоя история интересна. — Давай, но заштопай мне раны, как закончишь, не хочу истечь кровью, я не бессмертный. — Ха-ха, но ты уверен, что раны от дрели можно залатать? — Тампоны есть? Думаю, у тебя тут были девушки с сумочками. — Хм, сейчас посмотрю. — Стрейд ушел за дверь справа от столба и вернулся через несколько минут. — Ты про это, полагаю. — Да, дай мне.       Но Стрейд не отдал. — Хм… умоляй. — Как? С обожанием? Со страхом? С любовью? С похотью? — А как ты умеешь? — Стрейд смотрел сверху вниз, не опуская голову.       Мист ухмыльнулся и, встав на колени, начал расстегивать штаны мужчины, стянул их на пол вместе с нижним бельем и взял рукой член. Он взял его в рот, двигая языком по головке, погружая член все глубже и глубже в горло. Стрейду, очевидно, нравилось, как пирсинг скользил по длине. — Хороший… прокол… — сквозь тяжелое дыхание говорил Стрейд, — ты мне… идею под…кинул.       Он собрал волосы Миста в кулак и начал насаживать его на член, забирая контроль себе. Он ускорил темп и через какое-то время кончил в глотку. — Я заслужил тампон? — Мист пошло облизнул губы и посмотрел на своего мучителя. — Или ты хочешь еще меня сзади опробовать? — М-м, дай подумать, вонзи себе отвертку рядом с раной. — Плоская или крестовая? Могу обе, но раны от них тяжело будет лечить. — О, не переживай, я о тебе позабочусь. — С толикой нежности произнес мужчина, доставая отвертки из ящика. — Бери.       Мист взял их и покрутил между пальцев, он хихикнул и с размаху всадил себе в ногу первую отвертку — плоскую, следом крестовую, проделав те же действия. Его не смущало, что он сидел полностью голый, со вставшим членом после минета, а также с кровоточащими ранами. Он глянул в лицо Стрейда и увидел там легкий румянец от возбуждения — ему определенно нравилось то, как рукоятки отверток торчали из тела. — А теперь тампон, пожалуйста, иначе я истеку кровью, как видишь, она не останавливается. — Мужчина хохотнул и протянул предмет. — Черт, может не подойти, если не повезет, то буду делать из подручных средств.       Мист открыл упаковку и прикинул размеры, в принципе, если поторопиться, то тампон влезет в рану, а если опоздать, то он разбухнет сразу же из-за обилия крови. Парень балансировал руки так, чтобы те не тряслись, но не получалось, психанув он просто его протолкнул, расширяя рану. — Аптечка… — Стрейд увидел побледневшую кожу и метнулся за коробкой. — Ебать, много крови потерял. Холодно. — Не засыпай, смотри на меня, сейчас ты в реальной опасности. — Взгляд расфокусирован, веки постепенно опускаются. Стрейд взял бутылочку с нашатырным спиртом и поднес ее к носу Миста, открыв крышку, но тот не отреагировал, он все равно был в состоянии потери сознания. — Сколько же с тобой проблем.       Мужчина сделал новые повязки и тампонады, которые ввел в раны из под отверток. Мист был в полном отрубоне, опять… — Рен!       Парень вбежал в подвал и глянул на пленника. — Гранатовый сок нужен и нормальная еда, иначе этот ценный экземпляр умрет. — Что с ним, посему ты его в сознание не вернул, как обычно это делаешь? — Он не чувствует боли, но умереть может.       Рен пошел наверх и вернулся с банкой сока. — Еда будет через час, думаю.       Стрейд открыл дверь в комнатушку справа и занес туда Миста, дыхания почти не было, а пульс был очень слабым. — Джина… — Хриплый голос привлек внимание мужчины. — Прости. Я не смог. — Эй! Мист! Подъем! — Глаза парня начали открываться. — Где Джина? — Он огляделся. — А, точно, она же умерла. Я в неизвестном месте, класс. — Ты можешь рассказать, кто такая Джина? — Стрейд уперся спиной к столу и смотрел, выжидающе, на пленника. — Дай мой телефон, проще показать будет. Не смотри на меня так, здесь вполне уютно, не хочу уходить.       Стрейд достал телефон из ящика в столе и протянул Мисту. — Видел ее когда-нибудь? — На фотографии была молодая девушка, которая улыбалась на камеру.       Стрейд включил компьютер и нашел какое-то видео с неизвестным местом. На видео была та же девушка. — Вроде, это она.       Мист поднялся с кровати и впился глазами в экран, высматривая каждую деталь. Она была привязана к столбу полностью обнаженной, во рту был кляп, фиксирующий голову в одном положении. В глазах страх. Потом в кадре появляется какая-то фигура, похожая на мужскую, а следом он заговорил.       «Наша звездочка давно не получала порки, даже синяки сошли. Чем бы нам сегодня заняться?»       Между ее ног можно было видеть кровавые струйки, которые уже давно стали почти черными. Хлесткий удар нарушил тишину, и по животу девушки расползлась огромная рана.       «Хлыст с затупленным лезвием на конце, не хотим же мы, чтобы жертва сразу упала, не так ли? Ха-ха-ха»       Ужасающий смех, от которого должна стынуть кровь в жилах, но это лишь разозлило Миста. Он взял банку с соком и начал пить, зная, что это. — Предусмотрительно, Стрейд. — Парень впитывал в себя каждый удар, нанесенный девушке, проецировал все на себя, надеясь забрать все происходящее, но это лишь запись. — Мне нужен этот ублюдок, я сам с ним разберусь.       Стрейд впервые видел такую ярость, направленную не на себя, а на кого-то другого и за кого-то другого. — И что ты предлагаешь делать? Ты здесь, а он неизвестно где. — Найдешь этого уебка, и я тебя не сдам копам. Можешь не смеяться, они не приехали лишь потому, что не прошло двух дней. — Ты мог умереть к этому времени, к тому же, я не верю тебе. — Не умер бы, хе-хе. Помнишь часики, которые я разбил? В них был маячок, который отслеживал весь мой путь, если бы я не сломал их, то на меня бы забили, просто ждали дальше. — Видимо, ты работаешь в полиции. — М-м, да. Наживкой. — Потому что можешь приспособиться к любым ситуациям? — Почти. Я знал, что ты не ее убийца, но ты знаешь убийцу, поэтому дай мне возможность его также пытать. Я хочу его изничтожить морально, а потом и физически.       Стрейд удивился такому порыву, такой смене настроения. На экране маньяк взял циркулярную пилу и начал отпиливать ей конечности. Дергаться она перестала после пальцев на одной ноге, потом часть стопы, так продолжилось, пока не остались лишь голова и туловище. «Эх, умерла. Так быстро…»       Запись завершилась, а Мист обессилено упал на диван. — Разрешил собаке сюда спуститься? — Мист уронил голову на изголовье. — Как ты это понял? — Шерсть и запах животного. — Рен!       Парень прислушался и понял, что шаги не собачьи, а вполне человеческие. Он глянул в дверь и обомлел — молодой пацан, получеловек: уши, хвост и острые когти на ногах. Железный ошейник? — Интересные у вас игры, конечно. Шокер? — Догадливый. — Промямлил лисоподобный, смотря на нового «пленника». — А ты, погляжу, очухался. — Не совсем, я без сил, но сейчас стараюсь не отключиться. Сок немного помог. Стрейд, так ты поможешь?       Мужчина вздохнул и провел рукой по волосам. Он вышел из комнатушки и вернулся с сигарой, кончик которой срезал ножом, также он достал пачку вишневых сигарет из кармана и кинул их Мисту. — Думаю, это означает «мы договорились». — Мист закурил одновременно со Стрейдом. — Я буду наживкой? — Нет, я просто его сюда приглашу. Кто она тебе? — Сестра, мы двойняшки. Она родила дочь, а через год ее похитил этот мудак. Барни места себе не находил, когда Джина пропала, а потом мы нашли ее. Кожа лица была пришита к голове, остальные конечности тоже, это было неаккуратно, ужасно я бы сказал. Иронично, что мне пришлось быть судмедэкспертом, потому что никто не мог с таким работать. Я тогда поклялся, что найду этого уебка и прикончу медленно, отрезая по несколько сантиметров, а потом прижигая, чтобы не истек. — Он с ума сойдет. — Ну, я не против, у тебя в аптечке что-то было для таких случаев.       Стрейд сказал Рену принести еды Мисту. — Знаешь, Стрейд, я рад, что это не ты убил, иначе мне пришлось бы сначала тебя убить, а потом и себя, ты мне понравился, как это называется… Стокгольмский синдром, во. — Ты не первый такой, многие становились такими, но тебе я позволяю слишком много. От тебя много проблем, не можешь ощущать боль, что делает тебя практически неуязвимым, но есть в тебе изюминка.       Прошло еще два дня. Мист тем же вечером, просмотрев запись, написал в отдел «Не надо ехать, случайно разбил. Кормушка», а потом откинул телефон на стол. Стрейд приходил поболтать, потом Рен. Так происходило по кругу, пока в подвале не послышался другой голос — он. Парень не высовывался из комнаты, ожидая приглашение. И вот, когда голоса стихли, когда прозвучал глухой удар, в комнату зашел Стрейд и с лукавой улыбкой пригласил Миста на «трапезу». Он подошел к телу и пнул по спине, несильно, чтобы сразу не убить, но ощутимо, чтобы остался синяк. Лицо еще не было видно. — Спасибо, если захочешь, можешь меня убить, как я закончу с ним.       Хищная улыбка парня пугала, заставляла куда-то вжаться, спрятаться в самый укромный угол. Рен же наблюдал с лестницы, как Мист ходит вокруг. — Подкаченный, запах приятный. — Парень решил взять лежащего за волосы, чтобы глянуть лицо. — Что? Маркус?! Дай стяжки!       Мист перетянул ему запястья пятью стяжками и откинул маньяка спиной к столбу. Он молчал, но набирал все больше предметов для пыток, только слеза горячей каплей упала с подбородка парня на холодный пол. — Маркус… — жесткий удар ногой по лицу маньяка, — уебок.       Стрейд стоял в углу и курил сигару. — Я не видел тебя все это время, а ты и был убийцей.       Мист сел на верстак и начал ждать, когда проснется жертва, в черных глазах был виден янтарный, почти желтый, отблеск, хотя раньше такого не было. Через десять минут тело начало шевелиться. Зеленые глаза еще были затуманены, но начинали проясняться. — Ну привет, Маркус. — Мист? Давно не виделись. — Пленник продолжал играть непонимание. — Давно, прям перед тем, как моя сестра пропала. — Я так тебе соболезную, убийцу так и не поймали? — Ну какой актер. — Поймали, связан напротив меня. — Желтый отблеск пропал с глаз. — Догадался? — Маска треснула и наигранность рассыпалась в труху, открывая вид на настоящие эмоции. — Долго же ты. — Ты уехал, поэтому я тебя лично не видел, а так… ты бы уже давно кормил рыб. — Парень закурил, смотря на улыбку своего бывшего одноклассника. — И как оно — искать убийцу, когда тот, кого ты знаешь, является убийцей твоей двойняшки? Вы же всегда были не разлей вода, одно целое. — Увлекательно, как видишь, — Мист указал на шрамы. — Сколько нас на твоих руках? — Двенадцать, ты тринадцатый. — Парень крутил в руке нож-бабочку, найденную в одном из ящиков. — Я просмотрел все записи с Джиной, запомнил каждый удар, каждое касание. — Поехавший. — Пленник выплюнул слово, не думая, что с ним будет дальше. Он запомнил Миста, как жизнерадостного мальчишку без проблем в общении, без всяких садистских качеств, поэтому не верил а то, что он может сделать.       Тем временем Мист спрыгнул с верстака и подошел вплотную к Маркусу, смотрел с желтым отблеском в его зеленые глаза, улыбнулся и всадил лезвие в плечо, по подвалу раздался сдавленный крик. Он не вытащил лезвие, а просто отошел к верстаку, повторяя все действия Маркуса на первой записи. — Потом ты разорвал всю ее одежду, да?       Он вернулся, выкрутил нож, причиняя все больше боли, и разрезал всю одежду в районе швов, та просто падала на пол. Мист взял биту, которую нашел Рен, и начал вводить ее в прямую кишку Маркуса, тот завопил, что есть мочи. — Неприятно, да? — Спокойный и холодный голос раздался рядом с ухом пленника. — Ей было также больно, а может даже еще больнее, чем тебе, так что терпи, мы тут надолго. — Перестань, молю!       Мист истерично рассмеялся, оперевшись о столб. Он протолкнул биту ногой, разрывая все в кровь. Крик перешел на хрип. Красные линии устремили по ногам на пол. — Перестать, блять?! Ты не ахуел, гниль подзаборная?! — Смех прекратился, остался лишь оскал и рык. — Мо…лю…       Маркус отключался, но хлесткая пощечина, разрезавшая звук в подвале, вернула того в сознание. У него в ухе был ультразвук после удара. — Перейдем к плетке? — Маркус посмотрел на это, казалось, что это обычная плеть, поэтому он расслабился, пока не получил первый удар. — Почти такая же, как у тебя.       Кровь потекла из ран, нанесенных лезвиями на кончиках плетки. Мист прикоснулся пальцами к красной струйке и облизнул их. — Слишком сильный вкус железа, анемии нет, полагаю, да и цвет хороший. Хотелось бы тебя вскрыть, но ты умрешь быстро…       Мист наносил удар за ударом, не оставляя живого места на пленнике. Он слышал, как кожа рвалась вместе с сухожилиями. Каждый хрип боли доставлял ему удовольствие. — Становлюсь таким же, хах. — Он отложил плеть и сел на пол, шепча себе под нос. — Хорошо, что я умру скоро.       Этого никто не услышал, кроме Рена. Мист подполз к холодильнику и достал оттуда банку пива. Кап. Кап. Кап. Он посмотрел на пленника, на капли, летящие вниз, а через секунду рассмеялся.       Стрейд не вмешивался, просто стоял в углу, в его голове уже давно созрел план сожительства с Мистом, было бы хорошо обзавестись своим патологоанатомом.       Парень осушил банку и разорвал ее так, чтобы были острые кончики. — Пожалуй, продолжим. Дрель или молоток? — Мо… — Маркус не смог договорить, сил не было. — Хм? Использую и то, и другое. — Мист пожал плечами и включил дрель. — Уйти ты больше не сможешь, извиняй.       Сверло пробило колено на левой ноге. Хлюпающе-хрустящий звук сопровождался сильными вспышками боли, от которых Маркус скулил. Мист заглушил дрель и оставил ее в ноге, после чего взял молоток и ударил со всей силы по его стопе. Ни капли жалости не было в глазах парня, только желтый отблеск в черном омуте. — Ты же сказал, что меня не поймают! — Из последних сил закричал пленник, а потом откашлялся и затих. — Хм? Ты о ком это? — Мист приблизился почти вплотную к лицу Маркуса. — Имя. — Тот, с кем у меня контракт… — Имя на «Р» начинается?       Еле заметный кивок, но Мист все понял, он хищно улыбнулся. — Иронично, не только ты так сделал.       Маркус поднял голову, на лице читался страх. — Он не спасет тебя, ты лишь игрушка для него. — Ты тоже… — Да, но я это осознаю, я к этому готов.       Парень отошел к верстаку, осматривая свою работу. Он думал про то, чтобы зашить все раны, но не захотел. Вытащив все инструменты пыток из тела Маркуса, Мист перебинтовал раны и ушел в комнату. Диван показался слишком мягким и теплым, так он и уснул.       Выжженное поле и разрушенные дома окружали какой-то темный силуэт. Мист шагал в его сторону так осторожно, как только мог. — Ты пришел, — бархатный голос распространился по округе, — избавляешь меня от бесполезного человека?       Силуэт повернулся и снял очки. — Раер, давно не виделись. — Да, давненько. Ты интересный подопытный, Сон Темин. Столько времени тратил на убийц, а оказалось, что убийца твоей сестры, бывший одноклассник. История прекрасна, и я бы хотел наблюдать ее из первого ряда. — Сможешь сделать меня демоном? — И что же ты хочешь олицетворять? — Похоть и боль.       Раер щелкнул пальцами, и внешность парня поменялась, кожа приобрела красно-розовый оттенок, глаза пожелтели, на голове появились длинные рога, а за спиной кожаные крылья, ногти стали острыми когтями, способными пробить тело насквозь, волосы стали полностью белыми. — Взгляни же на себя, — Мист повернулся к наколдованному зеркалу и улыбнулся, рассматривая клыки, — нравится? — Очень. Ты даешь разрешение на убийство того, с кем заключил контракт? — Убивай, он бесполезен.       Все поплыло перед глазами и начало исчезать, превращаясь в черное полотно. Мист открыл глаза и не мог пошевелиться, на него что-то давило. Приподняв голову, он увидел руку, а слева от себя обладателя руки — Стрейда. Парень прижался ближе, ощущая мягкость, он хотел снова уснуть, но стоны за дверью не дали этого сделать. — Видимо, он проснулся, — Мисту понравился низкий голос лежащего, — и ты тоже. — Мы его забыли покормить. — Рен об этом позаботился, думаю.       Стрейд ушел из комнаты, оставляя Миста одного. Тот лишь разочарованно выдохнул, когда дверь закрылась. Он почувствовал, как сердце пропустило удар, потом еще один. По его венам будто пустили воду с Антарктиды, стало очень холодно. — Я привязался к тебе, Стрейд. — Произнес он в пустоту и начал одеваться.       Слова Раера всплыли в памяти, желание быть зрителем кошмара… вполне в стиле демона. Мист посмотрел на обессиленную руку, думая, что перестарался вчера, но увидел, как его вены приобрели почти черный оттенок. Это выглядело странно, ведь заканчивалась чернота чуть выше локтевого сгиба. — Похоже на некроз по цвету.       Дверь открылась, и на пороге возник Стрейд. Он хмурился, рассматривая руку Миста. — Что с рукой стало за ночь? — Я не знаю, наверное, умираю. — Мист улыбнулся, это было слишком искренне, открыто. — Мне тяжело ею двигать. Есть шприц?       Мужчина сходил за аптечкой и достал оттуда шприц. Мист заприметил резинку для волос и ручку на столе. Резинку он натянул над локтевым сгибом, засунул под нее ручку и начал крутить, чтобы получить своеобразный жгут. Зафиксировав эту конструкцию зубами, парень нащупал вену и ввел кончик иглы в нее, он начал вытягивать кровь, ослабляя жгут. Черная жидкость, похожая на нефть, наполнила половину шприца. — Это определенно не подходит под какие-либо диагнозы. Моя кровь буквально черная, как сажа. Он выдавил каплю на подушечку пальца и попробовал. Вкус оказался отвратительным, даже трупным, от чего организм вывернуло. — Мерзость. Запах такой же, как у трупов в морге. — А если отрубить руку? — И смысл? Кровь циркулирует по организму, эта чернь уже распространилась в нем. Проще будет убить. Я теперь еще и заразный, пиздец. — Доведи до конца свою месть, а потом я о тебе позабочусь.       Парень кивнул и слез с дивана. Он решительно направился к пленнику, обдумывая, как будет пытать дальше. Взгляд зацепился за ручную циркулярную пилу, она должна была стать последним предметом пыток, но придется ее использовать сейчас, ведь неизвестно, какая рука будет завтра. — Знаешь, Маркус, — начал Мист, пробуя тяжесть предмета, — я никогда не думал, что мне придется рано умереть. Хоть жизнь и может подкинуть дерьма, что ты можешь сдохнуть даже в эту секунду, но у меня не было таких мыслей. Тебе было весело читать мои сообщения, когда я рассказывал, что был судмедэкспертом, когда привезли Джину, потому что все отказались. — Отпусти меня, прошу… — шепот Маркуса раздражал парня. — Чувствуешь жар? — Опущенная голова пленника еле заметно дернулась, выражая согласие. — Это печь за твоей спиной. Тут холодно, согреешься.       Маркуса вырвало на пол бульоном и маленькими кусочками мяса. — Испугался? — Улыбка не коснулась глаз Миста, выработанная привычка, которую он перенес в социальную жизнь вне работы. — Гнилью пах…нет. Парень посмотрел на Стрейда, тот лишь кивнул, следом вырвало Рена, спускавшегося в подвал. Он глянул на источник запаха — свою руку, место взятия крови было черным, кровь не остановилась. — Черт.       Он ушел за бинтами и ватой, там же нашел спирт. Потом он отправился в уборную и подставил руку под ледяную воду, смывая смрадную субстанцию, следом он обработал вату и положил ее на бинт, которым зафиксировал все на месте взятия крови. — Такая маленькая ранка, а кровь льет, как из сильного пореза.       Мист вернулся, его лицо ничего не выражало, там было, возможно, смирение. — Он спасет меня… — Маркус шептал. — Что? — Парень взял за подбородок пленника и поднял его голову, чтобы видеть лицо. — Кто тебя спасет? — Он… он точно придет… Раер!       Мист наклонился и вкрадчиво заговорил. — Он уже здесь, но ты уверен, что он поможет? — Да, он пришел, чтобы помочь мне. — Ты упустил деталь одну, с чего бы мне знать, кто такой этот Раер?       Глаза Маркуса расширились, а шестеренки в голове начали двигаться. Он пытался отогнать мысль, но та врывалась с новыми силами в его черепную коробку. — Т-ты тоже заключил договор.       Мист улыбнулся и махнул потемневшей рукой перед глазами пленника. Он отошел к верстаку и снова взял циркулярную пилу. — Начнем с пальцев ног. — Он напевал под нос, включая инструмент и поднес его к стопе Маркуса. — Удачи, мудак.       Шум пилы, треск и скрежет костей, разрывающаяся плоть, сопровождаемая летящими во все стороны каплями крови. Лицо Миста стало пятнистым, глаза безумными и пустыми. Крики не заканчивались, а только усилились, когда к ранам была поднесена раскаленная кочерга. Запахло сожженным мясом, как от шашлыка. — Твоему горлу уже пиздец, зачем ты продолжаешь надрываться? — Парень склонил голову, рассматривая струящиеся капли пота на лице Маркуса. — Ты не думал, наверное, что заплатишь за свои деяния. — Раер! Помоги! — Я тебе кровь остановил с помощью прижигания, а ты меня разочаровываешь. Давай я еще раз тебе преподам урок? Благодари меня за каждый, выблядок.       Снова пила, кости, плоть, прижигание. — Спасибо!       Так повторялось, пока на конечностях не осталось пальцев. Мист уже потерял значение слова «спасибо». — Поставлю тебе «отлично» за усвоение этой темы. Чего дальше лишаться будешь, м? — Левая нога!       Рев пилы разорвал все на правой ноге Маркуса, кровь хлестала из раны, видимо, была повреждена артерия, но было непонятно, потому что венозная кровь смешалась по цвету с артериальной. Мист срочно прижег оставшуюся часть ноги. — Ты не уточнил: с моей стороны или с твоей. — Как… клишированно. — М-м, есть такое. Прошло несколько часов, от Маркуса осталось только туловище, ну и голова. Отпиленные конечности лежали в железном тазу. Пленник был на грани смерти, но Мист не позволял умереть. — Скучно тебя просто убить, поэтому я припас шприц со своей кровью. Не смотря на состояние бесполезного куска дерьма сейчас, ты полностью здоров. Можно бы было пожертвовать твое тело науке, но зачем, когда я могу над тобой измываться.       Мист ввел иглу в вену Маркуса и влил содержимое шприца в кровь. — Интересно, как быстро гниль дойдет до твоего сердца.       Маркус больше ничего не делал, смысла не было, как и частей тела, лишь слабое дыхание показывало, что он еще жив. Слеза скатилась по его щеке, окрашиваясь в бледно-розовый от пятен крови. Мист обессилено осел на пол, ожидая кончину пленника. В зубах оказалась сигарета, которую он с удовольствием закурил, взгляд был направлен не на пленника, а на лестницу. Парень даже не заметил, что сидит в кровавой луже, да и ему было плевать. — Надеюсь, Джина, теперь ты упокоишься с миром, запоздало я это сделал, надо было раньше. — Убей меня… — прохрипел Маркус, отдавая на это последние силы. — Скоро умрешь уже.       Пленника снова вырвало. Рвота стекала по подбородку, капая на торс. Через пять минут у него начались судороги, еще через минуту он умер. Тишину подвала нарушили хлопки, Мист посмотрел в дальний угол, где стоял Раер, наблюдавший за процессом, он аплодировал. Его никто не видел, кроме Миста, но звук слышали все. Он кивнул, расплываясь в какой-то садистской улыбке и исчез. — Что ж, это было занятно, а теперь надо это убрать все. — Стрейд пихнул таз с конечностями, а потом посмотрел на труп.       Мист уже ничего не соображал, он потушил сигарету в той же кровавой луже и лег на пол. Глаза сомкнулись, словно он провел многие годы без сна, тело расслабилось.       Снова выжженное поле, добавился удушающий запах гари и привкус металла. Раер стоял спиной и смотрел вдаль, куда начало что-то падать. — Это будет пятая, — он снял очки и шумно выдохнул. — Ты справился, молодец. — Что это падает? — Мист встал слева от демона. — Где мы вообще? — Ядерная бомба. Сейчас мы находимся в мире, где войны являются приоритетом, а не качество жизни граждан. — Сколько мне осталось? — Парень посмотрел на руку. — Две недели. — Так ускорилось, потому что я нашел убийцу? — Сообразительный.       На горизонте рос «гриб» от взрыва, ударная волна которого сметала все. Камни, деревья и строительные материалы домов летели во все стороны, разнося с собой радиацию. — Эффектно. Как думаешь, люди смогут жить в мире? — Тебя потянуло на философию? — Раер стоял прямо, когда ударная волна достигла их. — Никогда. Людям всегда мало того, что они имеют: территории, богатства, чувства. Каждый тратит свою жизнь на поднятие по социальной лестнице. Некоторые используют чужие жизни на войны, зазывая баснословными деньгами, некоторые ведутся, кто-то из них умирает, кто-то становится калекой, здоровые не возвращаются. Казалось бы, они сами избрали этот путь, но нет, их подталкивают на это с помощью завышения цен на продукты, на квартиры и тому подобное. Сейчас ты видишь последствия таких войн, после этой бомбардировки погибло около ста тысяч человек, а крики выживших скоро пропадут. — Кажется, я даже слышу их мольбы о спасении. — Тебе не кажется. А теперь тебе пора просыпаться.       Парень очнулся на кровати в той комнате, он был укрыт теплым одеялом, а рядом стоял столик с соком.       Дни пролетали незаметно, в подвале не было новых пленников, только тишина, нарушаемая периодически появляющимися звуками в доме. Седые корни на голове стали больше, в глазах больше не мерцала искра отмщения. Это последний день, конец. — Стрейд… — Мист прошептал в пустоту комнаты. — Сегодня последний день. — Почему не поднимаешься наверх? — Мужчина оперся на дверной косяк. — Не знаю, тут как-то привычнее. — Пойдем.       Стрейд взял парня за руку и повел к лестнице. Подвал не менялся, только трупа Маркуса больше не было. Мист определенно испытал удовлетворение, когда расправился с ним. — Мист! — Рен подпрыгнул и завилял хвостом, завидев макушку бывшего пленника. — Давно же ты не выбирался с подвала. — Сил не было. — Он натянуто улыбнулся. — Может, вместе выпьем под какой-нибудь фильм? — Пиво и батончики? — Рен удивился, а Мист прыснул от смеха. Это была шутка от Стрейда? — Давно я твоих шуток не слышал, — смахивая слезу, проговорил Мист, упав на колени от смеха. Его тело значительно ослабло, хоть он и был худым, теперь же он напоминал скелет. — Да, пиво и батончики.       Наступил вечер, Рен отправился в комнату, а Стрейд и Мист продолжали сидеть на диване. Пепельница была заполнена окурками, а стол завален фантиками из-под батончиков, на полу стояли пустые банки, некоторые из них упали. — Меня сегодня не станет, это твой последний вечер со мной. — Парень допивал последние капли пива, параллельно скуривая сигарету. — Я думал, что смогу сказать это раньше, когда еще не поздно было… но, как видишь, мое тело уже почти полностью покрылось чернотой, от меня воняет, а я проникся к тебе симпатией.       Мужчина прижал парня к себе, приобняв его за плечо. — Ты интересный, этого у тебя не отнять. Я бы хотел открывать новые грани в тебе. Рена я оставил из-за его особенностей тела, ты не чувствуешь боль, а также даешь себя изрезать, правда, мне потом тебя приходится восстанавливать. Мне тяжело смотреть на твое угасание, ведь ты ценный экземпляр. — Ага, а еще влюбился, как малолетний подросток. Ладно, давай устроим последний забег в подвале, и я уже спокойно умру? — Если я тебе хоть какой-то надрез сделаю, то потом не смогу дом проветрить. — Что ж, я пошел вниз, можешь пойти за мной, можешь остаться здесь.       Плечи Миста опустились, расслабились, он брел до двери в подвал. Его раны больше не заживали, просто покрывались отвратительной, смердящей корочкой, синяки становились черными, волосы начали выпадать прядями при попытке их поправить. Рен грустил, понимая, что парень долго не проживет, Стрейд же ничего не показывал, кроме вселенской скуки, Мист ему не надоел, нет, но две недели без пыток — катастрофа, которую он предотвращал разговорами и книгами. — Чего бы ты хотел перед смертью? — Произнес мужчина, смотря в спину парню. — Я отомстил за сестру, почувствовал вкус пыток, а также влюбился. Хотелось бы сказать «поцелуй», но это так банально, не находишь?       Стрейд резким движением развернул Миста и впился ему в губы, их языки сплелись, двигаясь в страстном тандеме. Парень из полуоткрытых ресниц смотрел на того, кто его похитил, резал, грубо трахал, но был заботливым, когда это нужно. Мужчина разорвал поцелуй и погладил парня по голове. — Позволишь из твоего тела кровь выкачать, когда умрешь? — В глазах Стрейда мелькала искра интереса. — Делай все, что хочешь. И дай мне бумагу и ручку, хочу записку написать.       Стрейд дал ему все, и Мист начал что-то писать, когда были поставлены дата и подпись, он отдал лист обратно мужчине. — Это расписка, которая позволит тебе избежать наказания за мое исчезновение. — Хорошо.       Мист лег на пол, ожидая конца. Час, два… Раер не появлялся, да и смерть на горизонте не видно. В глазах начало плыть, лицо Стрейда постепенно размывалось. Мист улыбнулся и попытался помахать, но не получилось, лишь слабое поднятие пальцев, на которое мужчина кивнул. Звуки притупились, словно голова опустилась под воду, дыхание замедлялось. — Пришло время, друг мой. — Голос Раера, опустившегося на корточки перед телом контрактника. — Как ты и хотел, ты станешь демоном. Имя тебе Даспей. Закрывай глаза и иди на мой голос.       Мист покорно следовал словам демона, он шел по темным коридорам, слушая знакомый голос, с каждой развилкой он становился громче, пока перед ним не появился сам Раер. Он провел когтем по лбу парня, царапая в кровь кожу, следом на давил на плечо, заставляя встать на колени. Мист последний раз выдохнул, в его рот начала затекать кровь, не та, что была в теле, а красная, привкус железа и соли.       В это же время Стрейд смотрел за тем, как умирает человек. Судороги, ослабевающее дыхание и улыбка — освобождение. Казалось, что все в замедленной съемке, мир затормозил. Слабый вдох и долгий выдох, после которого наступил покой — смерть, на часах одиннадцать вечера.       Спустя два года.       Пол в подвале был весь в крови, очередная жертва, павшая под чары Стрейда, но принес пленника Рен, он развлекался с ним, вычерчивая рунный круг кровью. Несколько слов, и тишина комнаты была нарушена громким звуком, словно взорвалась бутылка.  Красная дымка начала просачиваться через щели подвала, направляясь в центр круга. Через пару секунд дымка отступила, открывая вид на знакомый силуэт. Его глаза были закрыты, седые, почти белые, волосы еще подрагивали от появления, свободная одежда красного цвета. — Мист? — Голос Рена дрогнул, когда он подходил ближе к кругу. — Слышишь?       Стрейд стоял на лестнице ухмыляясь, наблюдал за самым интересным экземпляром. Мист поднял веки, и желтые глаза впились в лицо Рена. Улыбка обнажила острые клыки. — Ну привет, контрактник.