Магия Близости: Гарри Поттер и Проклятое дитя

Предупреждение Перед вами история, в которой есть место не только чувствам, но и откровенности. Если вам менее 21 года или подобные сцены вам не близки, пожалуйста, не продолжайте чтение. Все персонажи достигли совершеннолетия (21+). https://ficbook.net/readfic/019d1f76-9a1f-7891-865a-c9ff438cdb5d (Поставьте лайк, поддержи авторов. Для вас это секунда, а для нас огромное вдохновение.) https://i.postimg.cc/fL3J7gZ5/image.png Кабинет Гарри Поттера пребывал в привычном для него беспорядке — таком, который одновременно пугал и завораживал. Столы и полки были завалены бумагами, свитками и папками, наспех сложенными в шаткие башни. Эти кипы документов хранили в себе целые пласты истории, перемешанные с будничными делами Министерства. Посреди этого хаоса сидела Гермиона. В своей белоснежной блузке она выглядела по-особенному ярко на фоне тёмного дерева и пожелтевших пергаментов. В кабинете было душно, и она расстегнула несколько верхних пуговиц. Её поза оставалась безупречно прямой, а движения — спокойными и точными. Гермиона работала так, будто внутри неё скрывался идеально настроенный механизм. Её тонкие пальцы уверенно перебирали документы. Каждое движение было продуманным и аккуратным. Её густые каштановые волосы, немного растрепавшиеся за долгий день, мягкими волнами спадали на плечи, иногда выбиваясь из-за уха, когда она склонялась над очередной папкой. Свет лампы ложился на её лицо, подчеркивая ясные черты — умный, сосредоточенный взгляд, чуть нахмуренные брови и едва заметную линию решительности на губах. Она была по-своему неотразима: не в броской, нарочитой красоте, а в сочетании ума, уверенности и внутренней силы. В её облике чувствовалась та редкая гармония, когда красота не отвлекает от дела, а подчёркивает серьёзность и сосредоточенность. Иногда Гермиона на мгновение останавливалась, быстро пробегая глазами по строкам, и тогда её взгляд становился особенно глубоким и внимательным. Затем она аккуратно закрывала папку и перекладывала её в уже выстроенную стопку — идеально ровную, словно маленький островок порядка посреди живого хаоса кабинета. Под её руками беспорядок постепенно отступал. Каждая папка, каждый свиток обретали своё место, свой смысл — и казалось, что вместе с этим сам кабинет начинает дышать спокойнее. Внезапно дверь распахнулась, и Гарри ворвался в комнату, тяжело дыша. На щеке у него алела свежая рана. Его глаза метались, в них читалась решимость, а дыхание сбивалось, будто он только что бежал изо всех сил. В комнате повисла напряжённая тишина. Гермиона сразу же привстала с места. Гарри был растрёпан, его мантия порвана. — Что случилось? — спросила она почти шёпотом. — Всё оказалось правдой, — выдохнул он, всё ещё тяжело дыша. — Теодор Нотт? — её голос дрогнул. — Под стражей, — коротко ответил Гарри. Гермиона подошла ближе. — А сам Маховик времени? Гарри молча приподнял устройство. Тонкие кольца из старинного золота мягко дрожали над ладонью, отражая свет с такой силой, что казалось — в тусклом кабинете вспыхнул рассвет. Маховик мерцал изнутри, словно в нем пульсировала само сердце времени. Полки, до краёв забитые старыми книгами, как бы отозвались на зов. Покрытые пылью фолианты задрожали от невидимой вибрации. Свет ламп на потолке вспыхнул и заиграл живыми бликами по латунным узорам устройства, вычерчивая на стенах замысловатые тени. — Неужели?... — голос Гермионы дрогнул. — В рабочем состоянии? Этот Маховик ведь возвращает в прошлое... намного дальше, чем на час? Она говорила спокойно, но её пальцы сжались. — Мы пока ещё ничего не знаем. Я хотел проверить его сразу, прямо там, но вовремя остановился. Гермиона кивнула. Её взгляд был прикован к артефакту — с опаской, с благоговением, как к дикому зверю, который пока дремлет, но может проснуться. — Ну, теперь он у нас, — сказал Гарри. Он поднял глаза. Их взгляды встретились. — А ты уверена, что хочешь хранить его? Гермиона выпрямилась. В её лице проступила та решимость, которую Гарри знал с детства — твёрдая, непоколебимая. — Не думаю, что у нас есть выбор, — серьёзно сказала она. — Посмотри на него. Он совсем не похож на тот, который был у меня в третьем курсе. Это что-то другое. Более мощное. Более опасное. — Вероятно, чары... — Гарри провёл пальцем по выгравированным на ободке рунам, — усовершенствовались с тех пор, как мы были детьми. Он немного наклонился, пытаясь рассмотреть детали. Гермиона вдруг нахмурилась. — У тебя кровь. Гарри взглянул в зеркало, затем небрежно вытер щёку мантией. — Не беспокойся, это хорошо сочетается со шрамом, — усмехнулся он. — А что ты делаешь в моём кабинете? — Меня встревожили новости о Теодоре Нотте, — ответила она спокойно. — Подумала, нужно проверить, сдерживаешь ли ты своё обещание заняться бумажной работой. Гарри бросил взгляд на горы бумаг. — Получается, не сдержал. — Не сдержал, — строго сказала Гермиона. — Гарри, как ты вообще можешь работать в таком бардаке? Гарри взмахнул палочкой и тихо произнёс: — Pack. В тот же миг все вокруг стола ожило. Бумаги, свитки и папки, ранее разбросанные в хаосе, подхватились невидимым потоком. Они закружились не просто в воздухе — каждое движение превращалось в миниатюрный магический вихрь. Пергаменты спиралью поднимались вверх, мягко закручиваясь, отражая свет ламп и золотое сияние Маховика. Отблески на сторонах свитков играли всеми оттенками янтаря и золота, словно свет танцевал по поверхности бумаги. Стол превратился в арену изящного представления: листы описывали сложные дуги и петли, создавая живую трехмерную композицию. Каждая спираль была самостоятельным «световым штрихом» магии — мельчайшие блестки и искры следовали за движением бумаги, отражаясь в металлических застёжках и заклёпках папок, создавая эффект миниатюрных феерических огоньков. Вихри бумаги переплетались между собой, сплетаясь в воздухе, словно магический танец, где каждая деталь подчинялась единому ритму Гарри. Мягкий золотистый свет Маховика переливался с сиянием ламп кабинета, отбрасывая тёплые блики на полки и старинные фолианты. Бумаги стали почти осязаемыми: каждая трещина и складка свитка видны, края слегка подсвечены, как будто они светятся изнутри. Полки слегка дрожали, книги слегка наклонялись в сторону магического вихря, отражая общую гармонию движения. Когда вихри замедлились, бумаги аккуратно выстроились в ровные стопки, словно волшебство само разложило хаос по строгому, но живому порядку. На столе остался мягкий золотистый свет, лёгкий туман магии всё ещё струился между стопками, а крошечные искры медленно оседали, подчёркивая живую магию кабинета. — Бумаги в порядке, — с довольной улыбкой отметил Гарри. — Но по-прежнему без твоего внимания! И не только они, — с улыбкой возразила Гермиона. — Знаешь, а здесь ведь есть кое-что интересное… Она поправила спавшую прядь и взмахнула палочкой, слегка проворачивая запястье, как бы подталкивая невидимые нити. — Viventia Scriptura! — произнесла она чётким, уверенным голосом, мягким, но вкрадчиво звенящим, с лёгким ускорением на последнем слоге, словно сама речь оживляла заклинание. В тот же миг воздух над столом засиял. Пергаменты мягко воспарили. Шёпот. Тысячи страниц одновременно перешёптывались, переплетаясь в невидимую мелодию. Каждая надпись, каждый рисунок на свитках ожил, складываясь в образы с мягким золотисто-голубым свечением. Гарри смотрел на горных троллей, летящих на грифонах через заснеженные пики Венгрии. Их массивные тела переливались тёплым золотом, крылья грифонов расправлялись во всю ширину, а каждое перо мерцало холодным голубым сиянием, отражая свет ламп на полках. Казалось, что тролли вот-вот пронесутся прямо сквозь комнату. Чуть ближе к столу, величаво шагали великанские фигуры с татуировками-крыльями на спинах, пересекающие бурное море Греции. Каждое движение великанов сопровождалось всплесками бирюзовой воды, а светящиеся крылья на их спинах словно дышали живой энергией. Лёгкий золотой отблеск от тел великанов играл на столе и книгах. Над правым краем стола всплыли тёмные фигуры — оборотни, будто проваливающиеся сквозь землю. Переплетение зелёных и алых бликов струилось по их силуэтам, создавая ощущение, словно они не принадлежат ни этому миру, ни иному, а лишь скользят меж граней бытия. Изогнутые когти поблёскивали холодным светом, а морды были наполнены безмолвной яростью. Они не двигались — они скользили. Мгновенно исчезая и вновь возникая в другом углу комнаты. Гарри невольно задержал взгляд на каждой из фигур, наблюдая, как сцены словно живые порталы оживают над столом. — Отлично, пора действовать! Я соберу команду, — оживился Гарри. — Гарри, я понимаю. Бумажная работа — это скучно… — Не для тебя. — заметил Гарри. — Мне хватает своих дел. Но эти документы могут многое значить. Люди и существа, которых ты недооцениваешь, сражались на стороне Волан-де-Морта. Они союзники Тьмы. Вместе с тем, что у нас есть на Теодора Нотта, это звенья одной цепи. — Мне не нужно изучать документы! — резко возразил Гарри. — Я добываю информацию вне кабинетных стен! Именно я зацепился за слух о Маховике времени, именно я действовал! Поэтому отчитывать меня незачем. Гермиона хитро прищурилась. — Хочешь ириску? — тихо спросила она, держа в руках маленькую сладость. — Только не говори Рону. — Ты переводишь тему, — заметил он с лёгкой усмешкой. Гермиона кивнула и протянула ему лакомство. — Так и есть. Ириску? Гарри покачал головой: — Не могу. Сейчас мы не едим сладкого…Ты знаешь, что можешь стать зависимой от него? Гермиона, немного запрокинув голову, рассмеялась тихо, но с вызовом: — Что я могу сказать? Мои родители были дантистами. В какой-то момент я должна была взбунтоваться. В наши года, конечно, поздновато, но… — взгляд её смягчился. — То, что ты сделал, было великолепно. Тебя, безусловно, не за что ругать. Мне просто нужно, чтобы ты время от времени больше уделял внимание…, — добавила она, подойдя немного ближе. Она едва заметно поправила на груди кулон, и тот мягко качнулся, ловя свет. Пальцы на мгновение задержались у цепочки, после чего она легко провела ими по вороту блузки, словно разглаживая невидимую складку. — Считай это мягким… стимулом к работе от министра магии. — Новый? — сказал Гарри и аккуратно протянул руку… к сияющей прелести. — Рон подарил на годовщину нашего первого поцелуя. — Как Джинни? Как Альбус? — спросила Гермиона. — Похоже, с ролью отца я справляюсь не лучше, чем с бумагами, — мрачно пошутил он. — Как Роуз? Хьюго? — Все хорошо. Рон говорит, что я со своей секретаршей вижусь чаще, чем с ним, — с улыбкой ответила она. — Наверное, нам не стоит… задерживаться сегодня, — добавила Гермиона. Она аккуратно поправила воротник его рубашки, задержав пальцы на мгновение дольше, чем требовалось, затем ладонью заботливо разгладила примятую мантию на его груди. Прежде чем убрать руку, она легко стряхнула с ткани невидимую пылинку и чуть отступила оценивая результат. — Думаешь? Или всё-таки нам есть над чем поработать? — сказал Гарри. — Не сегодня. Давай расходиться по домам. Хогвартс-экспресс скоро уедет ещё на один год. Нам надо больше проводить время со своими. Она улыбнулась — чуть мягче, чем обычно. На секунду её взгляд задержался на нём, будто она хотела добавить что-то ещё, но передумала. Достав из кармана сливочную ириску, она неторопливо развернула фантик, положила конфету в рот, прижала ее языком к небу, наслаждаясь вкусом и проходя мимо, легко провела кончиками пальцев по его рукаву. У самой двери она на мгновение обернулась. — У нас ещё будет время… поработать! — тихо сказала она и прикрыла за собой дверь. Гарри остался в комнате, наедине с лёгким шлейфом ее духов, будоражащих каждый раз его воображение. Гарри уже собрал вещи, и теперь наводил порядок на столе. Запах старых свитков, с которыми работала Гермиона смешался с запахом забытого на столе фантика, от ее сливочных ирисок. Внезапно дверь открылась. Гермиона. Гарри удивленно замер, потом его губы скривились в довольной, ласковой ухмылке. Волосы ее были распущены, как и верхние три пуговицы ее блузки. Каждый раз на вдохе, ворот блузки распахивался шире и был виден ее черный бюстгальтер из тончайшего кружева. Гарри уставился в этот вырез и его зеленые глаза потемнели от желания. — Ты что-то забыла? —  Да. Она шла к нему, покачивая бедрами, на этих своих безумно сексапильных лодочках на шпильках. Он огладил взглядом ее тонкие лодыжки, затянутые в черный шелк чулок. Под полуприкрытыми веками вспыхнули воспоминания, как он держал эти лодыжки вбиваясь в нее, как закидывал их себе на плечи, удерживая ее еще ближе. Это все было после того, как они упали на дно измен и до того, как пообещали больше не прикасаться друг к другу и выбраться из этого омута. Видно, не судьба, судя по тому, как яростно Гермиона впилась ему в губы, раздавив свои нежные пухлые губы об его твердый мужской рот. Он движением руки захлопнул дверь и наложил запирающее заклятие. Потом закрыл глаза и наконец погрузился в сладкий омут ее губ. Он так соскучился по ним. Конечно, в его жизни были и другие женщины. Он любил гладкие, податливые женские тела, любил доставлять такое удовольствие, чтоб женщина под ним кричала, он сам заводился от этого еще сильнее. Но.. с Гермионой не мог сравниться никто. Еще с той их первой ночи, в палатке, когда Рон ушел. Они тогда утешали друг друга, как два поломанных существа, не надеявшихся выжить. Тогда это было неправильно, но так чисто.. Сейчас же, чистоты в их встречах не осталось. Гермиона превратилась в красивую взрослую женщину, которая хотела большего чем мог ей дать законный муж. Их встречи конечно были предательством обоих Уизли, но в этих запретных отношениях, оба полностью раскрывались в своей страсти, порочности и одиночестве, не боясь быть непонятым или осмеянным. Им не нужно было притворяться святыми и быть лучше, чем они есть. Ладони Гермионы скользнули по рукам Гарри вверх, до закатанных рукавов рубашки. — Обними меня, Гарри… Его не надо просить. Он отпускает себя, не в силах оторваться от этой женщины. Его руки сминают ее в крепких объятиях, они просто пожирают друг друга в поцелуе. Столько месяцев напряженных взглядов и случайных прикосновений не проходят даром. Она рывком распахивает его рубашку, две пуговицы с глухим стуком отлетают на пол. Она покрывает поцелуями его крепкую грудь, гладит ладонями все его тело. Гарри стонет, вцепившись руками в стол. — Скажи, что скучал! — Каждый день! - хрипло отвечает он. Кладет ей руки на плечи и опускает ее на колени. Она расправляется с поясом его брюк и высвобождает вздыбленный, налившийся член Поттера. Как и в восемнадцать лет, он идеально изогнут кверху, это заводит ее каждый раз. Она чувствует, как намокают ее трусики от одного только вида его обнаженного тела и с тихим стоном, накрывает горячими губами его член. Помогая себе руками, она начинает сосать его, словно это самое вкусное лакомство, которое она пробовала. Гарри сходит с ума от возбуждения, наматывает ее волосы на кулак и начинает двигаться навстречу ее губам. Непонятно, кто получает больше удовольствия, она или он. Движения становятся рванными, он перестает себя контролировать и начинает трахать ее жестче, из уголков ее глаз срываются слезы, но она обхватывает его губами еще глубже и туго сжимает. Гарри издает громкий стон и прижимает ее голову ближе к своему паху, изливаясь ей в глотку. — Глотай. Она любит подчиняться. Ему. Глотает. Он довольно и ласково гладит пальцами ее щеки, пока она сидит перед ним на коленях, и смотрит на него снизу вверх своими большими сверкающими глазами цвета огневиски. — Сними блузку. Она не отводит от него глаз и высвобождается из шифонового плена. Он подцепил пальцами бретельку ее лифчика. — И это тоже. Тонкое кружево отлетело в сторону. Гарри взял со стола свой развязанный галстук. — Руки, Гермиона. —  Гарри. — она настороженна, но протягивает к нему сложенные перед собой ладони. Гарри ловко обматывает ее запястья, поднимает ее одной рукой и несет в угол кабинета, словно она ничего не весит. Ее голые ягодицы и ноги, прикрытые чулками соприкасаются с холодной кожей дивана. дивана. Соски от холода встают. Гарри видит это и усмехается. Запрокидывает ей руки за голову и привязывает их к тяжелому стеллажу рядом с диваном. Она ужасно возбужденна и напряжение заставляет ее потираться об него. Он широко раздвинул ей ноги и сел между ними. Его крепкие ладони прошлись от ее горла Гермионы к ее груди, погладили мягкие полушария, потом чуть больно сжали соски. Она вскрикнула и выгнулась к нему ближе. Ей хотелось подтянуть его на себя, запустить руки ему в волосы и целовать, но она ничего не могла, только извиваться, когда его пальцы наконец скользнули между ее мокрых складок. — Моя прекрасная шлюха, —  его глаза довольно блестели. - Веди себя хорошо, и я позволю тебе кончить. - его ласковый тихий голос сводит Гермиону с ума. Он раздвинул ее ноги еще шире, не давая их сомкнуть и потер ее губы пальцами, мягко проник внутрь двумя пальцами, растягивая ее изнутри. — Я хочу кое-что попробовать. Будь послушной! Она медленно кивнула. Гарри приподнял ее ноги и прижал ей колени к ее груди. Она вся раскрылась перед ним, истекая соками. Он удовлетворено застонал и широко провел языком между ее складок. — Такая вкусная… Он потянулся за своей палочкой, наколдовал холодящую смазку и растер ее промежность, между ягодиц. — Гарри, нет… — Не бойся, Гермиона, не сегодня, — он смеется. —  Сегодня удовольствие от этого получишь только ты. В следующий раз я. Он осторожно ввел в ее тугое колечко два пальца, а большой палец скользнул в ее лоно. Гермиона вскрикнула и выгнулась ему навстречу. В добавок ко всему, еще и губы Гарри прильнули ей между ног. Гермиона решила, что сейчас просто умрет от перевозбуждения. Он стал трахать ее так хорошо и сильно, как раньше не трахал никого. С ее губ срывались громкие стоны, она поднимает свои бедра навстречу его губам. Гарри снова возбудился. — Пожалуйста, Гарри, я больше не могу... — Терпи! Еще нет! Он стал с силой сосать и вылизывать ее губки, не переставая быстро трахать ее руками. Наконец увидев, как пожимаются ее пальчики на ногах, и как напряглись мышцы на ее животе, Гарри выпрямился и резко всадил в нее свой возбужденный подрагивающий член.  Гермиона закричала от экстаза. Она никогда не испытывала такого сильного оргазма. Судороги волнами накрывали ее тело, она чуть не потеряла сознание. Не давая ей передохнуть, Гарри стал трахать ее по-настоящему. Сквозь истому она чувствовала себя максимально растянутой, со всех сторон, потому что он так и не убрал пальцы из нее. От ударов его сильных бедер ее груди колыхались и подпрыгивали, ее щеки раскраснелись, а взмокшие волосы прилипли к вискам и шее. Он сжал свободной рукой ее сосок и немного больно выкрутил, она не в состоянии даже кричать. Гарри сходил с ума, вбиваясь со всей силы в нее, в ту, что так идеально подходит ему. Ее глаза закатываются от удовольствия и ее накрыло еще одним оргазмом. Туго сжимая его внутри себя, она уволокла его за собой на дно и Гарри с громким стоном кончил в нее второй раз. Опустошенный и счастливый он лег на нее сверху. На женщину, которую любил безбожно, любовью большей, чем любовь между мужчиной и женщиной. Она ласково потерлась щекой об его висок. — Нет никого лучше тебя. Гермиона на мгновение прикрыла глаза, словно всё ещё удерживая на губах вкус только что пережитого. Она тихо выдохнула, провела кончиком языка по губам, вспоминая это ощущение, и только потом посмотрела на него — взгляд её сиял мягким, почти ошеломлённым восторгом. — Теперь уже можно идти к своим, — сказала Гермиона, чуть приподняв брови и сдерживая улыбку, которая всё равно упрямо светилась на её лице. Телефонная будка ждала их. Гарри набрал номер 62442. — До свидания, Гарри Поттер. До свидания, Гермиона Грейнджер, — произнёс механический голос. https://i.postimg.cc/Z530d1Gs/image.png https://i.postimg.cc/zBPqM7mB/image.png https://i.postimg.cc/k4wtW6C3/image.png https://i.postimg.cc/YCgGby7F/image.png https://i.postimg.cc/j2m2hyk3/image.png https://i.postimg.cc/Xv4JxjxR/image.png https://i.postimg.cc/YqTbs9GH/image.png https://i.postimg.cc/CMQNR14M/image.png https://i.postimg.cc/fLgxS2Yn/image.png https://i.postimg.cc/q7JnbVGc/image.png https://i.postimg.cc/tgtMxRN0/image.png https://i.postimg.cc/qBSYC0c7/image.png https://i.postimg.cc/G297HSHL/image.png https://i.postimg.cc/Jnyx1D2z/image.png https://i.postimg.cc/8c2R4TNH/image.png https://i.postimg.cc/8k9m5xfh/image.png https://i.postimg.cc/fbzxpN1S/image.png https://i.postimg.cc/TYngP162/image.png https://i.postimg.cc/xCWNfDp1/image.png https://i.postimg.cc/Rh7hv3HV/image.png https://i.postimg.cc/447KG7WD/image.png https://i.postimg.cc/wxmBZKBG/image.png https://i.postimg.cc/d3PJw11c/image.png https://i.postimg.cc/fb1NfLY2/image.png https://i.postimg.cc/SxvFms1S/image.png https://i.postimg.cc/NfQf1jXG/image.png https://i.postimg.cc/pXwqkxgy/image.png https://i.postimg.cc/y8ggkPB5/image.png https://i.postimg.cc/Px3TWgQm/image.png https://i.postimg.cc/bJJjw6f0/image.png https://i.postimg.cc/bJcp3x7S/image.png https://i.postimg.cc/qvwKfRJp/image.png https://i.postimg.cc/v8XDHjR0/image.png https://i.postimg.cc/kXbrh6yb/image.png https://i.postimg.cc/jS6Smkhy/image.png https://i.postimg.cc/0y3rpJZn/image.png https://i.postimg.cc/sgDsvDrm/image.png https://i.postimg.cc/BQRdHxRY/image.png https://i.postimg.cc/T3L5HX72/image.png https://i.postimg.cc/8CCpndPR/image.png Лучший подарок для автора — ваш лайк, подписка и отзыв. Каждое ваше внимание вдохновляет и помогает создавать ещё больше. Спасибо, что вы здесь! P.S. С особой теплотой хочу поблагодарить соавтора этой главы — Anjelina_Black. Благодаря её таланту и чуткому пониманию персонажей нам удаётся глубже проникать в самые сокровенные и тонкие грани отношений героев романа. Ссылка на её канал ниже: https://ficbook.net/readfic/019cca87-68f1-7142-9a25-0dfc085c3f2d Роман со всеми главами, категория 13+, находится по ссылке ниже. https://ficbook.net/readfic/019ccd23-5b01-76cc-80f0-1ef4d48d587a