Connection Percentage

Следующий день для Юнги начинается нервно. Тэхён не вернулся в камеру ни вчера вечером, ни сегодня утром. Остается лишь ждать возможности спросить у кого-то из профессоров или тренеров. На тренировке он мельком прикидывает причины, почему тот мог не вернуться, и останавливается на том, что друга положили в лазарет, а значит это и впрямь что-то серьёзное. — Тренер! Подождите, пожалуйста, могу я спросить, где Тэхён? — останавливая мужчину, интересуется Мин. — Можешь, и ты вообще-то уже спросил, — ворчит мужчина, и прежде чем ответить, оглядывается по сторонам. — Ева-Тэхён по решению врача был переведён в палату, а значит отстранён от занятий и тренировок. — А можно как-то увидится с ним? Навестить? — Насколько мне известно, изолятор на то и изолятор, что туда не пускают, — усмехается тренер, и Юнги хмурится. — Вы сказали палата, а не изолятор. — Да? В любом случае ни ему сюда, ни тебе туда нельзя. Продолжай тренировку, Ева-Каетана во время отсутствия Евы-Тэхёна будет тренироваться с тобой. Парень, поджав губы, понятливо кивает и удаляется в сторону «прозрачной комнаты». Каетана смущенно машет ему, доставая нунчаки. — Что ж, в ближайшее время мы с тобой будем напарниками, — сообщает Юнги, когда заходит. — Закрыть шестой куб. — С Тэхёном что-то случилось? — любопытно спрашивает она. — Ничего особенного, — отмахивается Мин. — Давай начнём. — С удовольствием, — улыбается девушка, вставая в стойку.

***

— Зачем ты сделал это… — спрашивает мужской опечаленный голос. — Для него ты насекомое, прихлопнул и всё, — отвечает ему женский строгий. — Разве я заслужил это? — Ему совершенно всё равно, будь ты хоть святым человеком. — Во имя чего я был убит? — Ты подопытная крыса, не больше. — Ответь мне. — Ответь ему, ну. — Ответь же! — Хватит! — С эхом раздается его собственный голос. В пустоте появляются два черных силуэта с белыми глазами-пуговичками. Себя он не видит, но сон однозначно от его лица. Тени подлетают к нему и начинают кружить вокруг него. — Голос прорезался, да на собственную совесть! — возмущается женский голос. — Гниль… — шепчет мужской. — Отцепитесь, — он пытается выйти из круга, оттолкнуть их, но тени вырастают и грозно сверкают глазами. — Будешь мучиться! — завопили они хором, и Тэхён зажмурился. — … будешь мучиться, — улавливает он кусок фразы, приоткрывая тяжелые, как свинец, веки. — О, проснулся. — Над ним стоит мужчина, судя медицинской форме, врач. Проморгавшись, Ким окончательно смахивает остатки сна и вертит головой, осматривая помещение. — Изолятор, — подсказывает врач. — Некоторое время ты полежишь здесь. — Изоляция меня или от меня? — тихо спрашивает Тэхён, голос сипит. — ни то ни другое, — легко отзывается мужчина, решив не вдаваться в подробности. — Сколько я тут нахожусь? — поняв, что ответа он так и не дождется, спрашивает Ким. — Сутки. Тэхён предпринимает попытки подняться и неожиданно без боли делает это. — Разве всё не должно ныть? — недоверчиво спрашивает парень. — Морфий, — ухмыляется врач. — Твоя голова ведь сейчас не болит? — Нет, — тянет Ким. — Через пару часов действие закончится, и если боль вернется, будем искать тебе лекарство, если не вернётся, то оно найдено. — Морфий — это наркотик, — отзывается Тэхён, и доктор приподнимает бровь на его реплику. — Нам говорили об этом, морфий — это сильный наркотик. — А также сильное лекарство в определённых диагнозах, — дополняет мужчина. Тэхён не отвечает, понятливо кивнув. Одна доза морфия действует тридцать часов, а врач сказал, что он тут сутки, значит остается около шести часов. Теперь надежда на то, чтобы боль не вернулась. Когда врач уходит, Ким остаётся наедине с холодной палатой и мыслями о чужих словах. Тэхён хмурится: это не первый странный сон в его жизни. Такие бывают, хоть и очень редко. Смысла в них как такового нет, там всегда идет диалог неизвестных людей. И сегодня он впервые смог помешать этому, достучаться до сознания и заткнуть эти назойливые голоса. Но почему и к чему ему вообще снится это? В палате он был один, что вообще-то очевидно. Одежда была больничная: рубашка и штаны из бязи, а вот на ногах ничего не было. Заметив это, Тэхён потер ступни друг о друга. Голова действительно не болела, он словно проснулся в обычный день. Воспоминания вчерашних событий восстанавливались медленно, как будто морфий взамен на тридцать часов без боли забирает столько же часов памяти. Тем не менее смутно, но он помнит. Остается пережить шесть часов одиночества, и Ким ассоциирует это с действиями из прошлого, когда они с Юнги измеряли шагами камеры, умирая со скуки. С другой стороны это возможность отдохнуть, провести остаток времени бездельничая, а не отрубая очередному манекену голову.

***

За тренировками время летит тягуче медленно — Юнги отражает очередную атаку Каетаны и начинает раздражаться, когда девушка от этого краснеет. — Может, ты хоть во всю силу будешь драться, а не выставлять себя хрупкой слабачкой? — не выдерживает он, говоря напрямую. Девушка стыдливо смотри на него, кровь от её щек отливает, и она холодно оглядывает его. Сразу бы так. Следующая атака в разы сильнее предыдущих, парень мысленно вздыхает от того, сколько же времени они потеряли, пока дрались так. Конечно, Каетана привлекательная, но они здесь не в романтику играют. — Адам-Юнги, — зовет тренер Россо, и парень поворачивается к нему. — Подойди, задание для тебя появилось. Мин мельком смотрит на девушку, пожимает плечами и направляется на выход. — Озвучьте, пожалуйста. — Поможешь мне отнести кое-что, пошли, — сообщает мужчина, наказав всем усердно тренироваться, разворачивается и шагает к двери, скрепляя руки за спиной. Юнги следует за ним, убирая катану за спину. Сначала они заходят в медкабинет и забирают две белые коробки, а затем идут к лифту. Всё это время мужчина твердит о том, что нужно торопиться и что от него отходить нельзя. — Не зевай по сторонам, когда прибудем. — А это запрещено? — интересуется Эльпид, заходя в лифт и опираясь на стену. — Фактически да, но это никого не останавливает, — поясняет тренер Россо, и зажав кнопки, кряхтит от тяжести коробки. — Ясно, — тихо отзывается Юнги. Следующую часть пути они проводят в тишине, лишь единожды мужчина отвечает на вопрос: «Почему это таскаете вы, а не те, кто должен?», и как оказалось, он использует эти препараты сам. Они идут по петляющему коридору, где восседает тишина, и в нос ударяет запах медикаментов. На мгновение Мин думает: «А вдруг здесь Тэхён?» — Это разве больничное крыло? — Это изолированный корпус, здесь хранятся медикаменты и палаты-изоляторы. Поэтому тут и тихо. Дальше Юнги ничего спрашивает, дабы не наводить подозрение у мужчины. Конечно же, он найдёт Тэхёна, нужно только выловить момент и смыться. — Много таких корпусов? — спрашивает он от неловкости. — Всего два, — коротко отвечает тренер Россо и заворачивает в очередной коридор. — А вот и наша цель. «Какова вероятность, что Тэхён может быть в другом?» Впереди оказывается стальная дверь, из которой выходит мужчина, по одеянию похожий на врача. Завидев их, он тут же останавливается и открывает дверь пошире. — Россо, всё гоняешь пацанов, — со смехом подмечает мужчина и проходит за ними внутрь, забывая закрыть дверь. Юнги мысленно молится, чтобы он и не вспомнил. — Сюда ставьте, — указывает врач на стеллаж с огромными полками, где и сам Мин мог бы поместиться. — Как твои дела идут? Давно не виделись, — начинает разговор тренер, и парень пользуется этим, начиная незаметно двигаться к выходу. Пожалуй, время у него есть, пока эти двое болтают, но вряд ли он успеет, и его накажут после этой выходки. Впрочем, его сейчас это не заботит, он лишь выскальзывает из кабинета, сначала медленно и тихо, а затем быстро бежит по коридору. Где-то должна быть дверь в отделение с палатами, нужно только найти её. Юнги петляет по коридорам, прислушивается к звукам и мысленно кричит себе «давай-давай-давай!» Адреналин повышается, желание добиться цели увеличивается с каждой секундой. В очередной раз вертя головой, он находит то, что нужно. Дверь в отделение с изоляторами. Бинго. По инерции проверив, нет ли кого сзади, Мин ускоряет шаг и подходит к заветной, на удивление ничем не снабжённой, двери. Он оправдывает это тем, что вход на сам этаж под охраной, так что внутренние замки особо не требуются. Проходя внутрь, Юнги не ожидает оказаться в небольшом коридорчике. «Отделение звукоизолированное», — доходит до него. И опять дверь не защищена. Эльпид дёргает за ручку и замирает, услышав небольшой писк, скидывает это на то, что ему показалось, открывает и заходит. Снова коридор с комнатами по правую и левую сторону, где на каждой есть прозрачное круглое окно. — Отлично, — бормочет Мин, подходя к первой двери, затем ко второй и по порядку, выискивая Тэхёна. Чувство тревоги бьёт под дых. Ну не может всё быть так просто. В шестой комнате с конца на правой стороне он находит его, ходящего по комнате, измеряющего комнату шагами. Юнги дёргает несколько раз за ручку, но та ожидаемо не поддаётся. Он тут же сгибает локоть и отводит в сторону, замахиваясь. Стекло в дребезги разбивается, заставая отскочившего Тэхёна врасплох. — Юнги? — поражено восклицает он, подходя к двери. — Уходи отсюда, тебя же поймают! — Ты в порядке? Почему ты здесь? — не обращая внимания на крики друга, спрашивает Мин, протягивая в окно руку и касаясь чужой головы. Тэхён тут же отшатывается. — Как ты тут оказался? — твердо спрашивает Ким, боязливо поглядывая на дверь из отделения. — Долго рассказывать, — отмахивается Юнги. — Я всё ещё жду ответа. — Так надо, — коротко отвечает младший. Парень кивает, истерично усмехается и вздрагивает от щелчка. — Адам-Юнги, — стальным тоном произносит мужчина, наводя на него пистолет, рядом с ним стоят еще двое вооружённых Эльпидов. — Подождите, это не то, что кажется, — громко говорит Тэхён, пытаясь высунуться из окна, и машет рукой, когда понимает, что не может. — Доложите, — раздаётся хриплый голос из рации у одного из мужчин. — Парнишка проник в изолятор, разбил окно и стоит. — Узнай, как он там оказался и назначь наказание. Ещё на сопляков мы время не тратили. Юнги безбожно рассматривает затихшего Тэхёна, а тот заметив чужой взгляд, смотрит в ответ. В этот момент старшего внезапно окатывает с ног до головы жаром, в глотке что-то дрожит. — Вас понял, — отвечает Эльпид и начинает идти на Мина. — За мной, Адам-Юнги.