Connection Percentage

Всё началось с дождя Эксперименты. Тесты. Изучения. Процедуры. Весь этот кошмар. Каждый день их водят в различные лаборатории и проводят опыты. Четыре пытки за день. Сначала осмотр с профессором Чхве. Их погружают в капсулы и с помощью сканера проверяют состояние. Следом лаборатория профессора Вильмора — место, где им ставят уколы, кормят таблетками, заставляют глотать жидкости, порошки и смеси. Далее тренировки с профессором Рей. Там из них выжимают все соки. Их тела тренируют до седьмого пота, заставляя бегать со скоростью гепарда, а нормативы выполнять как для профессиональных спортсменов. Дальше сеанс с профессором Нони, там они могут отдохнуть. Всё, что от них требуется, это отвечать на какие-то вопросы. И вишенка на торте — мозговые копошения с профессором Бонго. Их бьют током, роются в головах до тех пор, пока положенное время не закончится. Многие после сеанса с ним теряют сознание. Юнги вспоминает беззаботные дни, когда светило солнце. Они с Тэхёном привычно просыпаются в день, когда капли дождя барабанят по стеклу. В день, когда весь этот ад начался. Это длится уже на протяжении месяца. День за днём. Час за часом. Минута за минутой. — Доброе утро. — В столовую заходит профессор Нони. Она быстрым шагом подходит к месту, где её будет хорошо видно и слышно. Присутствующие заинтересованно наблюдают за ней. Юнги же напряжённо жуёт, смотря, как женщина передвигается. — Не нравится мне это, — шепчет Тэхён, сидящий напротив него, и хмурит брови, когда та просит тишины и внимания. — Сегодня ваше расписание будет слегка изменено. В место сеанса со мной, у вас будет сдача анализов и регистрация, — она замолкает, чтобы достать из папки в руках какие-то бумаги. — Завтра ваше тестирование закончится. Все собранные данные будут переданы в специальное хранилище. Каждый из вас будет числится, как часть Ц.С.Э. И ещё. Многие из вас не пройдут отбор. Профессор заканчивает на неприятной ноте и спешит прочь из столовой. — Что значит не пройдут? — боязливо звучит чей-то голос в тишине. Дети напряжённо продолжают трапезу, параллельно обсуждая, что только что произошло. Мин сканирует взглядом весь зал и вновь поворачивается к своей тарелке. Взгляд цепляется за профессора Нони, идущей по прозрачному коридору, присоединённому к столовой. — Я уже скучаю по той комнате, — с досадой вздыхает Тэхён. — Там было так хорошо. — Не говори глупостей, — отвечает ему старший и непонимающе хмурится, всё ещё смотря на коридор, в котором то и дело ходят люди. Раньше такого не было. — Эй, привет, — внезапно раздается рядом с их столом, и оба поднимают головы. Перед ними стоят два мальчика. — Можно мы сядем рядом с вами? Просто там, где мы сидели раньше, теперь сидят задиры какие-то, они нас прогнали. У того, что говорил, были пушистые каштановые волосы и скромная улыбка с каплей досады. А второго разглядеть было сложнее, потому что он был повёрнут практически спиной, видимо смотрел на то место, где они раньше сидели. — Вот придурки, — второй мальчик внезапно начинает говорить. — Противные личинки. Первый на него шикает и дёргает за рукав, но тот только одёргивает руку и наконец поворачивается к ним. Его лицо искажено злостью., а сам мальчик обладает пухлыми губами и милыми щеками. Волосы чёрные, а чёлка ровно подстрижена. — Са… садитесь, — опешивший Юнги отмирает и отодвигается. — Меня зовут Юнги, это Тэхён, — указывает он на младшего. Тот приветливо улыбается. — Я Хосок, а это… — Я и сам могу представиться, что ты лезешь, — перебивает его недовольный мальчик. — Меня зовут Ким Сокджин, обращаться только в полной форме, никаких сокращений. А у него, — указал Ким Сокджин на друга, — фамилия Чон, однако он игнорирует её существование, называя только имя. И вы, я смотрю, тоже, — морщится он, и Юнги глупо моргает. — Не позорь меня, Джин, пожалуйста, — стыдливо просит Хосок. — Если тебе так проще, то почему бы и нет. Ким. Ким Тэхён, — мальчик выжидающе смотрит на старшего. — А… Мин Юнги, — сразу подхватывает Юнги и видит, как младший одобрительно кивает. Сокджин, подперев рукой подбородок, начинает разглядывать их, буркнув «прекрасно». Кажется, мальчик довольно высокомерный и жутко формальный. Удивительно, что он смог подружиться с кем-то вроде Хосока. Явные противоположности. — Вы не взяли свои порции, — замечает Юнги. — Прежде, чем нас прогнали, мы успели съесть бóльшую часть, так что всё в порядке, — отмахивается Чон. — Может, мы с тобой братья? — выдает Сокджин, непрерывно пялясь на Тэхёна. — Братья?.. — сконфуженно переспрашивает тот. — Я не думаю… Лицо Кима говорит о его сомнении в ответе Тэхёна. — Почему же? У нас одна фамилия. — Это не показатель, шутишь, что ли? — фыркает Юнги, вмешавшись. — В таком случае, я не очень рад, что моя фамилия не уникальна, — отворачивается Джин, игнорируя закатывающего глаза Хосока. — Не обращайте на него внимания, он просто слишком самовлюбленный, — Чон краснеет, неловко постукивая пальцами по столу. «Слишком» — думает Мин, а взгляд его вновь цепляется за коридор. Народа становится больше: теперь там ходят люди с оружием, профессора и внезапно маленький мальчик. Они обороняют его. — Куда ты там всё время смотришь? — ворчит Тэхён и поворачивается в сторону, куда смотрит старший и видит. Темноволосый мальчик с большим количеством людей, торопливо идет по коридору, мимолётно бросая взгляды на находящихся в столовой. Ким вздрагивает, когда их взгляды встречаются. Всего на пару секунд, прежде чем тот скрывается. — Вот это стража у него, — удивляется Джин. — Наверняка важный. Тэхён ещё недолго смотрит на опустевший коридор и отворачивается. — Может, он натворил что-то? — поддерживает диалог о мальчике Хосок. Ким возмущённо на него глядит. Завязывается спор. Юнги, обратив внимание на ойкнувшего Тэхёна, спрашивает всё ли в порядке и обеспокоенно смотрит на друга. Младший кивает несмотря на то, что его голова внезапно сильно начинает болеть. Он прижимает руки к вискам и жмурится. — Эй, Тэ, — зовёт его Юнги. Состояние друга его настораживает. «Приём пищи окончен. Покиньте помещение». — Пойдём, — поспешно зовет Тэхён, вставая со своего места. Юнги недоверчиво берет того под руку.

***

— Давайте, давайте! Ещё круг! — кричит тренер Рей, зажав меж зубов свисток. Дети строем друг за другом бегут по огромному залу. Это десятый по счёту круг. Ноги гудят, а в груди жжет. Кажется, сердце перемещается в горло и бешено бьется, отдавая вибрациями в голове. Свист. — Закончили! Все замедляются и переходят на шаг, глубоко дыша. Юнги упирает одну руку в бок, другой трогая горло, будто бы это избавит от боли в нём. — Сегодня я уже не буду вас нагружать. Это последний день, всё-таки. За месяц кто-то усердно старался, а кто-то оказался слабее, чем предполагалось, — мужчина ехидно улыбнулся. — Дам вам совет на будущее: преодолевайте свой максимум. Почему он говорит так, будто бы прощается? Профессор Нони в прямом смысле говорила, что это последний день? Юнги не знает, радоваться ему или нет. С одной стороны, мучения наконец-то закончатся, но с другой — он уже привык к ним. Когда время выходит они, выдохнув, покидают зал. Сейчас вместо сеанса вопросов у них будет сдача анализов и регистрация.

***

Мальчик жмурится, стиснув зубы. Его руку обрабатывают перед уколом, и это наталкивает на мысли о невероятной боли, даже если временной. — Расслабься, тебе не отрезают руку, — сухо отзывается женщина. Её ледяные, голубые глаза заставляют Юнги поёжиться. Люди здесь вообще знают, что такое улыбка? Мин сдвигает брови и насупленно молчит, дожидаясь, пока игла воткнётся в его кожу. Хотелось бы не чувствовать боли, думал он, напряженно наблюдая, как шприц приближается к его руке. Миллиметр. Ещё немного и… Ничего. Совершенно ничего. Игла исчезает в недрах кожи, но ощущений совершенно нет. Почему не больно? Юнги сжимает и разжимает кулак, нет, рука не онемела. — Так и должно быть, у тебя болевой порог очень высок. — Это… плохо? Она отрицательно качает головой и вынимает шприц, сразу прикладывая к руке что-то круглое, напоминающее кольцо. — Посиди так секунд двадцать, — женщина копошится на своем столе. Мин смотрит на руку и сдерживает удивлённый вздох. Кольцо покрывается полупрозрачным голубым куполом, и следа от укола не остается. Купол почти сразу исчезает, и он тянется снять прибор. В небольшую лабораторию заходит девочка с ярко-рыжими волосами, собранными в пучок. — Свободен, — кратко говорит она. — Проходи и садись, — обращается уже к зашедшей. Юнги кладёт вещь на стол и, огибая вставшую на пороге девочку, выходит. Там его встречают два сопровождающих и идут с ним до следующей лаборатории. И потом снова. Ещё четыре похода по различным врачам, и их наконец-то собирают всех вместе. Профессор Нони долго рассказывает о важности этого дня, потом озвучивает непонятные показатели, говорит кучу незнакомых слов и терминов. — Мне не положено это говорить, но, возможно, кто-то из вас в будущем будет заниматься тем же, что вы сегодня видели. Ц.С.Э. найдёт применение каждому из вас, даже если вы не пройдёте отбор. Когда вы вырастите, поймёте всю важность вашего существования, вы сможете отдать должное нашим создателям. Создателям. Так значит есть кто-то гораздо выше всех этих профессоров, есть кто-то, кто всё это создал, кто-то, кто всем здесь заправляет. — Когда-то и я стояла в такой же толпе детей, смотрела огромными глазами на всё, слушала и не понимала о чём нам говорят. Я была такой же, как и вы, проходила всё тоже самое, что вы и сейчас, и сейчас я играю свою собственную роль в Ц.С.Э. Придёт время и каждый получит свою роль. Вопрос лишь в том, какая у неё будет степень важности, — загадочно произносит женщина, откинув чёрные локоны за спину. — На сегодня с вас хватит. Я провожу вас на сеанс с профессором Бонго. Чёрт. Одно только упоминание, а по телу пробегаются тысячи мурашек. Они увидят его в последний раз. Что, если профессор решит в честь этого повысить планку? Юнги раздумывает о нём по пути. По словам профессора Нони, все росли здесь и проходили через тоже самое. Получал ли Бонго удовольствие от того, что ему причиняли боль? Ждал ли он с нетерпением этого момента? Или, может, он ненавидел это и теперь отрывается на них? Создатели. Звучит как что-то, чему непременно хочется поклониться. — Юнги, ты спишь на ходу или что?! — Мин вздрагивает от того, что перед ним стоит Тэхён и раздраженно зовет. — А, я тебя не заметил, — отвечает мальчик, обращая своё внимание на младшего. — Конечно не заметил, опять в своих облаках летаешь, — недовольно выпаливает Тэхён и стукает по плечу, за которое Юнги тут же ухватывается. — Не «летаешь», а «витаешь». И хватит уже колотить меня, — поправляет его старший, отвешивая подзатыльник. Тот возмущённо вылупляется на него. — Око за око. — Но ты то заслужил, а я — нет! — возражает Тэхён. Мальчик пожимает плечами, разводя руки в стороны. Кима такой ответ не устраивает, поэтому он несильно пинает того коленом под зад и заявляет: — Око за око! Юнги на это лишь недовольно фыркает, принимая поражение.

***

За окном привычно льёт дождь, уже месяц. Юнги прижимается к холодному стеклу лбом и как обычно смотрит вниз. Ничего не видно, как и всегда, но это не унимает желания пытаться что-то рассмотреть. За его спиной Тэхён в который раз меряет комнату шагами, тихо бубня себе под нос числа. — Кстати, я сегодня с девочкой познакомился, — внезапно восклицает Ким. — Её зовут Манон, у неё очень красивые волосы, а ещё веснушки. Вы подружитесь, у нас с тобой уже так много друзей, Юнги, это так здорово! — Трое, Тэ. Это не так уж и много. Манон случайно не рыжая? — Нет, у неё тёмный волосы и кожа тоже. А что? — интересуется младший. Ему надоедает ходить, он подходит к Юнги и садится на пол. — У девочки, которую я сегодня видел, тоже были веснушки и красивые волосы. Я подумал, вдруг ты о ней говоришь. Тэхён мычит «понятно» и складывает ноги по-турецки, чуть качаясь из стороны в сторону. Сейчас им обоим спокойно, даже если вот-вот придётся испытать не лучшие ощущения. Мальчики верят, то их ждёт лучшее будущее. Будущее, к которому их готовят. «Открытие дверей». — Пора кормить профессора Бонго нашими криками.