Моменты

Он снова появился. Стояк посреди дня, безо всякой причины. Это сводило Рона с ума. Вот уже две недели он испытывал его и не мог понять, почему. Конечно, они у него были и раньше, и регулярно. Но это становилось нелепым. Он чувствовал, что не может пошевелиться, не возбудившись. Нужно было что-то делать. Но что? Рон оглядел сцену перед ним. Близнецы устраивали что-то типо соревнования по пощечинам мокрой тряпкой в углу комнаты, мама собирала сломанную мебель и переносила ее в другую комнату, а его сестра и лучшая подруга стояли на четвереньках и мыли пол рядом с ним, весело болтая. Все казалось обычным. Это была та же самая сцена, свидетелем которой он был последние две недели: уборка дерьмовых старых комнат без магии. Так почему же у него встал? Он застонал и подвинулся, чтобы смочить тряпку в ведре с мыльной водой. — Что с тобой? — спросила Джинни, прекращая болтать с Гермионой и бросая свою собственную тряпку в ведро. — Меня бесит, что приходится делать это каждый день, — огрызнулся Рон, вытаскивая тряпку и кидая ее на пол. Он заерзал, пытаясь избавиться от дискомфорта в штанах. — Ну, это нужно делать, — сказала Гермиона, отодвигаясь и садясь на колени. Рон уставился на нее, кинув взгляд на её дурацкий топик с v-образным вырезом, который прекрасно на ней сидел: — Ну, я не понимаю, с чего мы должны это делать. — Ты снова жалуешься, Рональд? — сказала мама, снимая пару паршивых занавесок. — Нет, — ответил он, отворачиваясь от всех. — Хорошо, я пойду на кухню, приготовлю что-нибудь на обед. Когда я вернусь, чтобы закончили здесь, ясно? Все пробормотали согласие. Удовлетворенная, она вышла из комнаты с занавесками в руках. Рон продолжал мыть пол, чувствуя, как медленно успокаивается нижняя часть его тела. — Ты уверен, что с тобой все в порядке? — спросила Гермиона, придвигаясь, чтобы вымыть пол рядом с ним. — Ага. — Ну, ты выглядишь таким потным, — продолжила она. — Ну, я пытаюсь очистить отвратительный старый пол без магии, — огрызнулся он. — Ты сегодня настоящий ворчун, — ответила Гермиона, поворачиваясь к нему лицом. — Я не в настроении, — ответил Рон, не поднимая глаз. — Не в настроении вести себя по-доброму? — возразила она, потягиваясь, чтобы положить тряпку обратно в ведро. Рон поднял глаза. Мерлин, он пожалел об этом, потому что его зрение было полностью приковано к ее груди. Не просто какой-то груди; великолепной, пышной груди, принадлежащей его лучшей подруге. Рон глубоко вдохнул и быстро отодвинулся. Это был не первый раз, когда он обращал внимание на нее. В течение двух чертовых недель ему приходилось быть свидетелем этого зрелища. Каждый раз, когда он смотрел на нее, он напрягался. Но почему? Это была всего лишь Гермиона. Его лучшая подруга Гермиона Грейнджер. Рон попытался сосредоточиться на полу перед собой. Он чувствовал, как его тело нагревается, и уповал Мерлина, чтобы этого никто не заметил. Это было полное безумие. Не было ничего, чтобы он хотел от Гермионы, кроме дружбы. Однако у его тела, казалось, были другие планы. — Может, тебе лучше с Гарри, когда вы можете заниматься своими мальчишескими штучками, — продолжила Гермиона, не подозревая о нынешней "борьбе" Рона с самим собой. Рон фыркнул: — Мальчишескими штучками? — Ну, знаешь, то, что ты можешь делать с Гарри, но не можешь со мной. — Я не делаю с Гарри ничего такого, чего не смог бы с тобой, - ответил Рон, поймав взглядом Джорджа, хлеставшего Джинни тряпкой по руке. — Не надо притворяться, я уверена, что есть вещи, которые мальчики делают, а девочки — нет, — сказала Гермиона, пропуская Джорджа, который убегал от Джинни. — Например, что? Ссать стоя? — Рон ухмыльнулся. — Это отвратительно, Рональд, — сморщив нос, ответила Гермиона. Подняв головы, они увидели, как Фред вылил ведро воды на Джинни и Джорджа. — ФРЕД! — закричала Джинни. — Я убью тебя! Фред и Джордж начали истерически смеяться и с синхронными хлопками трансгрессировали. — Я правда собираюсь оторвать ему руки, — рявкнула Джинни, выбегая из комнаты. — Эй! — завопил Рон. — Мы не закончим это сами! Ответа не последовало. — Ты можешь им поверить? — заныл Рон. — Могу, — ответила Гермиона, продолжая мыть пол. Рон присел, совершенно выбитый из колеи. — Значит, ты правда не занимаешься с Гарри тем, чем не занимался бы со мной? — Гермиона продолжила. — Понятия не имею, чем таким мы бы могли заняться без тебя, — сказал он, вспоминая, что они делают с Гарри. — Ну... всякие штучки, связанные с девочками, — сказала она, слегка покраснев. — Ты про болтовню о девочках? — начиная понимать, сказал Рон. Гермиона кивнула, не смотря на него. — Ну, по правде, мы не говорим о таком, — просто ответил он. — Правда? — спросила Гермиона, поднимая глаза. — Мы таким не занимаемся, — посмеиваясь, сказал Рон. Мысль о разговоре с Гарри о девушках заставила его усмехнуться. Рон мог представить себе лицо Гарри, если он скажет ему, что провел две недели с постоянной эрекцией, потому что Гермиона носила топы, подчеркивающие ее грудь. Он снова рассмеялся. — Что смешного? — спросила Гермиона, снова направляясь к ведру. — Ничего, — ответил Рон. — Если серьезно, ты участвуешь в большинстве наших занятий. А сейчас ты вовлечена во все это даже больше, чем Гарри. Гермиона кивнула. Они чувствовали себя ужасно от того, что не посылали Гарри подробно расписанных писем, чтобы держать его в курсе дел, но понимали, что у Дамблдора были свои причины не желать этого. Рон рассеянно кинул тряпку в ведро, но она с глухим стуком приземлилась на ногу Гермионы. Вскочив, Гермиона почувствовала, как вода просачивается сквозь ее джинсы: — Рон! — Извини, — быстро вставая, чтобы посмотреть все ли в порядке, сказал он. — Ты это специально, — огрызнулась она. — Ни черта не специально, — запротестовал он. — Поверить не могу, мы так мило болтали, и ты решил все испортить. — Это была случайность! — Неправда. Иногда ты такой незрелый, — возмутилась Гермиона. — Не хотел я в тебя бросаться, — раздраженно сказал Рон. — Хватит драматизировать! — Я не драматизирую. — Драматизируешь! — Неправда! — выкрикнула Гермиона, со всей силы швыряя тряпкой в Рона. Ему удалось увернуться, прямо когда позади него открывалась дверь, из которой выглядывала голова Билла. ШЛЕП! Тряпка попала прямо в лицо Билла. Рон начал безудержно смеяться. — О, госп... Билл, извини пожалуйста! Я пыталась кинуть в Рона и промахнулась, — задыхалась Гермиона. — Да, ты точно промахнулась, — сказал Билл, пытаясь вытереть лицо футболкой. — Рон, хватит смеяться, — сердито сказала Гермиона. — Кто-нибудь из вас видел Джинни? — спросил Билл, убирая футболку с лица и разглядывая этих двоих. — Она нужна маме. — Она гонялась за Фредом и Джорджем, когда мы видели ее в последний раз, — ответила Гермиона. — Прости, Билл. Я правда не хотела... — Все хорошо, Гермиона, не переживай, — сказал он, явно не выглядя расстроенным. Рон двинулся, чтобы поднять тряпки и ведро с водой, все еще не прекращая смеяться. — Прекрати ржать, Рон, — рявкнула Гермиона, поворачиваясь к нему лицом. Одновременно с этим, Рон двинулся вперед и Гермиона наткнулась на ведро. Вода снова окатила ее, на этот раз промочив полностью. — РОН! — Я случайно! — честно пробормотал Рон. Настала очередь Билла смеяться, когда Гермиона оттолкнула Рона и вышла из комнаты, ворча себе под нос. — Я случайно! — повторил Рон ей в спину. Билл придвинулся ближе, чтобы похлопать Рона по спине. — Отъебись, Билл. Это ты виноват, — гаркнул Рон, пускаясь вслед за своей лучшей подругой. Он все еще слышал смех Билла, когда поднимался по лестнице. Еще ему не хватало того, чтобы Гермиона обиделась на него до конца лета. Она единственная, кто помогала ему оставаться сейчас в рассудке. Он не мог выйти на улицу, поиграть в квиддич или сделать хоть что-нибудь отдаленно веселое в этом доме, но, по крайней мере, Гермиона была рядом. Если она обидится на него на все это лето, ему придется отправиться в психушку. Он быстро поднялся в ее комнату и толкнул дверь. — Посмотри... Он замер и почувствовал, как у него пересохло во рту. Перед ним была Гермиона без топа и в самом красивом нижнем белье, которое ему удалось видеть. — Рон! — завопила она, безуспешно пытаясь закрыться от него. — Убирайся! Он стоял как вкопанный, уставившись на свою лучшую подругу в великолепном фиолетовом лифчике и расстегнутых джинсах. Он мог видеть все: ее плоский живот, пышные груди и просторы кремовой кожи. Он попал то ли в рай, то ли в ад. Он не знал, куда именно. — Гермиона, что такое? — спросила Джинни, войдя в комнату, когда услышала крик. — Мерлин, Рон, что ты тут, по-твоему, делаешь? — Я... я... я не... — заикаясь, пробормотал он, пытаясь выйти. — Свали отсюда, извращенец! — крикнула Джинни, уперев руки в бока. — Я не... — Кто извращенец? — спросил Фред, услышав шум и подобравшись к двери. Джордж проследовал за ним. — Рон, — ответила Джинни, — вы двое оставайтесь за дверью! Гермиона застонала, и Рон понял, что его братья вот-вот увидят то, чего не должны увидеть, он развернулся к двери и сделал шаг, закрывая свою лучшую подругу из виду. — Хорош, братан, — сказал Джордж, рассмеявшись. — Что происходит? — спросил Билл, тоже появляясь в дверях. — Джинни, ты там? Гермиона пискнула и быстро придвинулась ближе к спине Рона, пряча лицо. — Да, просто останавливаю нашего брата-извращенца! — сердито сказала Джинни. — Извращенец? — спросил Билл, глядя на Фреда и Джорджа. Фред ухмыльнулся: — Да, Рон там с Гермионой. Билл начал смеяться: — Правда, братик, надо выходить оттуда. Джинни схватила топ и бросила его Гермионе, и та быстро надела его. Затем сестра грубо схватила Рона за руку и вытолкнула его из комнаты, прежде чем захлопнуть дверь. Рон поднял глаза и увидел, что трое его старших братьев стоят с улыбкой на лице. — Я не извращенец, — оправдывался он. — Конечно-конечно, — сказал Джордж, кладя руки Рону на плечи. — Давай, пока ты снова не сделал что-нибудь тупое. — Я не знал, что на ней не будет одежды, — пытался объясниться им Рон. — Ну, в следующий раз стучи, — ухмыльнулся Билл. Рон тупо кивнул. Он потер глаза, пытаясь выбросить из головы то, что только что увидел. Но это было бесполезно; этот образ никогда не покинет его. Он промочил горло, испытывая невероятную жажду, и заметил свою уже привычную эрекцию. Как ему теперь избавиться от нее? Это был настоящий пиздец. Спустившись на кухню, Рон понял, что фиолетовый — теперь его любимый цвет. Он неловко сел за кухонный стол и обхватил голову руками. Застонав, он почувствовал себя совершенно запутавшимся. Фред взъерошил ему волосы, а Билл протянул прохладный стакан сливочного пива, который он выпил в три глотка. Это не утолило его жажды. Он не думал, что хоть что-то сможет утолить.