Моменты

Было почти три часа ночи, когда Рон и Гермиона покинули Гарри. Оба хотели остаться, но миссис Уизли настояла на том, чтобы они вернулись в свои спальни и немного отдохнули. Рон начал было спорить, но взгляд на очень измученную Гермиону заставил его остановиться. Они попрощались и медленно вышли из больничного крыла. Гермиона вздрогнула, войдя в темные коридоры замка. — Ты в порядке? — пробормотал Рон, направляясь обратно в башню Гриффиндора. Гермиона просто кивнула, крепко обхватив себя руками. Рон больше ничего не сказал и повел их через мрачный замок. Он никогда не видел, чтобы Хогвартс выглядел таким несчастным. Возможно, он каким-то образом чувствовал, что сегодня ночью произошло нечто ужасное. Возможно, он мог понять, что произошло убийство одного из его учеников. Эта мысль заставила Рона вздрогнуть. — Ты в порядке? — спросила Гермиона, повторяя его предыдущий вопрос. Был ли он в порядке? Нет. Это был честный ответ. Рон не был в порядке. Ну а как он мог быть? Седрик умер, Дементор высосал душу Крауча, Сам-Знаешь-Кто вернулся, а его лучшему другу пришлось стать свидетелем всего этого. Рон чувствовал себя не в порядке. Он собирался сказать это Гермионе, но один взгляд на нее, маленькую, испуганную и белую, как мрамор, заставил его заколебаться. — Я в таком же порядке, как и ты, — тихо сказал он. Она посмотрела на него снизу вверх, слабо улыбнувшись. Они продолжали медленно идти, думая о том, что произошло сегодня вечером. — Мне страшно, — прошептала Гермиона так тихо, что Рон подумал, что ему это показалось. Он остановился как вкопанный, заставив ее тоже остановиться. Она посмотрела на него со слезами на глазах. Рон никогда не видел ее такой маленькой и беспомощной за все то время, что знал ее. Вид Гермионы в таком состоянии напугал его больше, чем все, что произошло сегодня вечером. — Мне так страшно, — повторила она, придвигаясь поближе к Рону. Нежный ручеек слез стекал по ее щекам. Рон машинально поднес руку к ее щеке и попытался вытереть слезы. Гермиона закрыла глаза и прижалась к нему. — Все будет хорошо, — сказал Рон, слыша, как дрожит его собственный голос. Гермиона покачала головой, заставляя его отпустить ее щеку. — Сегодня ночью мог погибнуть Гарри, — тихо сказала она. — Но этого не случилось. Тебе не нужно думать об этом, Гермиона, — сказал он, чувствуя себя сильнее, сказав это. — Я чувствую себя ужасно, — пробормотала она, придвигаясь ближе к нему в темноте. —Когда мы увидели, как они вернулись, и услышали про чью-то смерть, я молилась, чтобы это был не Гарри. Я стояла там и молилась, чтобы Гарри не был тем, кто умер. А... а потом, когда я увидела Седрика на земле, неподвижного, как статуя, и Гарри, стоящего рядом, я..... Я почувствовала себя такой счастливой... облегченной, — в ужасе произнесла она. Слезы текли еще быстрее. — Я тоже так думал, для нас естественно думать так, — сказал Рон, засовывая руки в карманы. — Гарри важен для нас. Ты не можешь чувствовать себя плохо из-за того, что хочешь, чтобы с ним все было в порядке. Гермиона кивнула и сделала неуверенный шаг в его сторону. Затем она прижалась лбом к его груди и глубоко вдохнула. Рон застыл с руками в кармане, он не знал, что делать. — Я не вынесу, если потеряю кого-то из вас. Вы оба так важны для меня, — прошептала она, не двигаясь. — Ты не потеряешь ни одного из нас, — сказал Рон, чувствуя себя совершенно потерянным и отчаянно желая, чтобы Гермионе стало лучше. — Ты не можешь этого обещать. — С меня хватит. Никто из нас никуда не денется, — твердо сказал он. — Просто сегодня была ужасная ночь. Гермиона кивнула, уткнувшись ему в грудь, и вздохнула. Рон посмотрел на нее сверху вниз и почувствовал, как у него сжалось сердце в груди. Она была такой маленькой. Он никогда раньше не замечал, какой маленькой она была на самом деле. Он медленно поднял руки и робко обнял ее. Должно быть, он поступил правильно, потому что она вздохнула и нежно потерлась о него лицом. Это был сюрреалистический момент. Вот он стоит посреди коридора, обнимает свою лучшую подругу и не чувствует себя смущенным. Гермиона усмехнулась ему в ответ. — Прости за то, что я расплакалась, как ребенок. — Все в порядке, — честно сказал Рон, прижимаясь щекой к ее кудрявой голове. — Все будет хорошо, — сказала Гермиона, — правда? — Да. Гермиона снова кивнула, а затем отстранилась. Она вытерла лицо рукавом кардигана и посмотрела на него с еще одной слабой улыбкой. Рон улыбнулся в ответ, чувствуя, как его сердце снова сжалась. Они продолжали идти по замку в полной тишине. Приблизившись к портрету Полной Дамы, они начали замедлять шаг. — Это начнется завтра, — сказала Гермиона, быстро взглянув на него. — Это началось сегодня вечером, — ответил он. Они прошли через портрет в пустую гостиную. Рон остановился у лестницы в свою спальню и повернулся лицом к Гермионе. Его снова поразило, какой маленькой она была. Он чувствовал отчаянную потребность защитить ее. — С нами все будет в порядке, — сказал он, и голос его звучал намного сильнее, чем он на самом деле себя чувствовал. Гермиона кивнула, поигрывая руками: — Увидимся утром, — тихо произнесла она. — Постарайся немного поспать, — ответил Рон. — Гарри понадобимся мы оба. Гермиона снова кивнула, затем сделала шаг к нему и быстро обняла. — Спасибо, — прошептала она, слегка улыбнувшись ему. Рон улыбнулся в ответ, а затем она направилась в спальню для девочек. Рон тихо подошел к своей кровати. Он снял ботинки и лег в постель полностью одетый, чувствуя себя измученным. Он закрыл глаза и позволил сну овладеть им. Засыпая, он подумал о своих лучших друзьях. Рон знал, что сделает все, что в его силах, чтобы спасти их обоих.