Милые рожки

– И запомни, Ао Бин, будь вежлив, но держи подальше от себя недостойных, чье поведение оставляет желать лучшего.  – Ао Гуан приглаживает волосы на голове сына и коротко, по-отцовски, поцеловав  в макушку, провожает за дверь. Новый город, новая школа, новые одноклассники. Время начала учебного года приближалось, а Ао Гуан все еще не нашел достаточно «образцовую» школу, чтобы отправить туда сына. За неимением времени пришлось выбрать из имеющихся, так как места для набора заканчивались слишком быстро. Поправив рюкзак и набравшись духа, подросток поспешил к главному входу. «Веди себя подобающе», «Не провоцируй на конфликты», «Не строй дружеских отношений с недостойными» – Ао Бин повторял по дороге к классу как мантру, смотря себе под ноги и стараясь не пересекаться глазами с прохожими. Он был слишком строг к себе, имел крайне низкую самооценку и был также социально не адаптирован, как и его отец. Столкнувшись от невнимательности плечом с кем-то, он только быстро извинился и проскочил в следующий коридор.

***

– Ао Бин… Ваш новый одноклассник, приятно познакомиться. – Он по-прежнему тупил глаза в пол,  говоря совсем тихо. После его захода в класс по ученикам сразу поползли шепотки и насмешливые взгляды. Только пара девушек слегка восторженно смотрели на него, повторяя «Ну милашка… Рожки ему только невинности добавляют» и «Готова поспорить, он даже за ручки не держался ни с кем». Бред, конечно. Отец бы убил за такое, и не его, а его пассию, скорее, так что он и думать об этом боялся. Ему предложили присесть на любое свободное место, которое по иронии судьбы было по соседству с персонажем из отцовских баек про грубость и невоспитанность. Прямо таки амбассадор  магазина «секонд хэнд» и закусочных у заправок. Кажется, он даже задремал, забыв убрать ногу со свободного, теперь его, стула. Ао Бин тихонько присел на самый край оставшегося места и стал раскладывать учебники на стол. Похоже, учебная неделя будет не такой простой.

***

Еще несколько недель такой фокус от соседа повторялся с завидной частотой. Кажется, ни его самого, ни его преподавателей совершенно не волновала успеваемость. Чужая нога, снова  занявшая стул, резко двинулась дальше, почти сталкивая подростка на пол, а уголки губ «спящего» заметно поднялись выше. – Не провоцируй на конфликт… – Ао Бин снова кивнул сам себе и, собравшись, постарался вникнуть в занятия. Сидящего рядом нового соседа такая манера сдерживать себя даже позабавила. Парень убрал ногу со стула и развернулся к Ао Бину, наконец-то давая тому полноценно взглянуть в свое лицо. Новенький, в свою очередь, совершенно точно его игнорировал. За все прошедшие дни они не обменялись ни одним полноценным диалогом. В основном только просьбы быть тише, чище и скромнее в поведении. – Прошу прощения, не могли бы вы убрать свой обед с моей части стола? – Ао Бин с плохо скрываемым отвращением отодвинул какой-то пакет от своих тетрадей и стряхнул крошки с листов. – Не мог бы. – Ответил парень, дожевывая слишком жирный на вид бутерброд. – Если тебе это так важно, уважаемый папенькин сынок, то поешь со мной один раз, и я все уберу. Если отвращение от компании со мной не доведет до тошноты, конечно. – Нет, спасибо. – И он снова проглотил обиду, уткнувшись в тетрадь. У соседа настроение сегодня было лучше обычного, поэтому и вел он себя на порядок громче и вызывающе. Учителя несколько раз окликали его по имени, но ни одно из замечаний тот не воспринял всерьез. –Да ладно тебе. Тебе ведь ничего не стоит пообедать со мной. – Парень стал накручивать длинный светлый локон соседа на тонкий палец. – Ты чем питаешься вообще? Бамбуком с бульоном? Ему все еще не отвечали, поэтому он решил действовать дальше. Пальцами от длинных волос пробрался к шее, коснувшись прохладной кожи. Ао Бина от такого телесного контакта как молнией прошибло. Он моментально подскочил с места и прикрыл руками шею, на которой задержалось такое приятное прикосновение теплых пальцев. – Ты что творишь?! На пунцовом лице отражались все эмоции сразу, от злости до смущения. Через секунду в кабинете стало слишком тихо. Одноклассники, до этого не обращавшие на соседей внимание сразу же обернулись, просверливая взглядом каждого нарушителя покоя по очереди. Со стола свалилось пару учебников, что создало непривычный шум, а учительское терпение, наконец, подошло к концу и по классу разнеслось громкое: – Ао Бин и Нэчжа, марш из класса! И оба завтра с родителями! Ао Бин собирался было оправдаться перед учителем, но не терпящий возражений взгляд старшего оборвал все надежды на перемирие. – С родителями? – Голос у Ао Бина даже охрип, и по спине пробежал холодок. Он уже заранее представлял, как расскажет об этом отцу, как тот будет выслушивать что именно случилось и в красках даже видел свое наказание после. – Да, придешь с отцом. Без вопросов. Нэчжа, казалось, совершенно не волновало ничего из произошедшего. Он собрал остатки обеда, чтобы не пропадало зря и, подхватив сумку, вышел из кабинета. Ао Бин же, на негнущихся ногах собрал учебники и вышел из кабинета. Нэчжа уже давно ушел, как будто ждал только повод. Ао Бин шел вдоль стены пока не попал в мужскую уборную, где набрал в ладони холодной воды и плеснул в лицо, высматривая свое отражение в грязном зеркале. «Веди себя подобающе». Зачеркнуто. Его отчитали при всем классе за непристойное поведение и даже вызвали в школу отца. Весь класс видел позор и, скорее всего, снова будет обсуждать его ближайшие дни. По спине снова пробежала волна раскаленного огня, когда чья-то рука провела по шее. Рефлекторно парень перехватил руку, сжимая запястье. – Снова ты?! – Отбросив руку Нэчжа, Ао Бин отступил на пару шагов назад и снова развернулся к зеркалу. Темноволосая фигура позади превосходила его в росте всего на несколько сантиметров, но из-за своей неуверенности и смущения Ао Бин казался совсем крохотным. Настолько, что, казалось, поместится у этого парня в нагрудном кармане. – Недостаточно поиздевался? Нэчжа посмотрел в это же зеркало, заглядывая в лицо парня и не скрывая довольной улыбки. Чувствуя нарастающий задор, он схватил Ао Бина за запястье и рывком развернул около раковины лицом к себе, прижав своим телом сверху. Горящие огнем глаза, казалось, начали раздевать его прямо там, отчего Ао Бин сначала растерялся, а потом заерзал сильнее, пытаясь выскользнуть, пока к его острому ушку не приблизились, касаясь мочки, чужие губы: – Милые рожки… Ао Бин в миг остановился, перестав вырываться, а на глаза навернулись непрошеные слезы. От стыда, смущения и бессилия. Подняв свободную руку к голове он прикрыл лицо широкими рукавами рубашки, намеренно скрывая драконью отметку, и отвернулся. Он мог перенести любое телесное унижение, но когда дело касалось этого, он и сам не знал, почему так реагирует. То ли из-за того, что и правда отличается от остальных, то ли потому что остальные напоминают ему об этом слишком часто, и не всегда в доброжелательном тоне. Нэчжа от неожиданности ослабил хватку и отошел на шаг, не понимая, чем так задел парня. Все ведь говорят то же самое? Они ведь и правда милые, разве это не комплимент? Ао Бин же, воспользовавшись свободным местом и замешательством, рванул в сторону выхода, выбегая из школы. В след за ним никто не побежал, а дома его сразу встретил встревоженный отец. Завидев его, Ао Бин еще с порога бросился в слезы. «Не провоцируй на конфликты». Зачеркнуто. Но он ли спровоцировал все то, что произошло? Казалось, проще сменить школу, чем начать снова контактировать с соседом по парте. Пока отец помогал ему снять верхнюю одежду с портфелем, то пытался выяснить причину такого всплеска, но почти все безрезультатно. Ао Бин смог сказать только о том, что его выгнали из кабинета и требуют отца к директору. Ни о своем соседе, ни уж тем более о том, как его в уборной прижал парень он сказать не смог, хотя и нужно было, и именно поэтому Ао Гуан стал переживать еще сильнее. Для него сын был самым дорогим, что у него есть. Он ни разу на него не кричал, не поднимал руку, и наказания были сущими пустяками, больше для закрепления самодисциплины. В сыне Ао Гуан души не чаял, всячески балуя и защищая. В ответ он просил только вести себя со всеми вежливо, так как сам не заслужил большого уважения среди людей. Пусть хотя бы сыну будут рады в обществе. Так они и закончили вечер: Ао Гуан отпоил сына ромашковым чаем, а затем заснули под фильм, пока Ао Бин удобно расположился у отца под боком. Тот еще какое-то время гладил запутанные распущенные волосы и маленькие рожки, накрывая одеялом.

***

Прибывший в школу Ао Гуан вызвал еще больше обсуждений у одноклассников маленького дракона. Статный высокий мужчина, в костюме, такой похожий на своего сына. Пробыв в кабинете директора вместе с сыном достаточно короткое время, он поспешил вернуться к работе, оставив Ао Бина у кабинета. Следом к директору зашли, родители Нэчжа вместе с ним. Ао Бин в жизни бы не догадался, что это его родители. Двое серьезных взрослых, отлично воспитанных и одетых по последней моде. Вот уж кто, значит, точно не нуждался в деньгах, так это Нэчжа. Заходя, Нэчжа постарался посмотреть на парня, но его отец быстрым подзатыльником вернул его мысли к директору. Видимо, их сюда приводит судьба не в первый раз. В кабинет класса они зашли одновременно, не обмолвившись ни словом. Ао Бин выбрал освободившийся стол подальше от своего обычного места и расположился там. Больше ни подначек, ни еды за столом, ни касаний. Нэчжа занял привычное место, и даже по привычке закинул ногу на соседний стул, но немного погодя неловко убрал. Даже платком протер, вот это да. Весь день с дальней парты, где сидел Нэчжа, неслышно было даже дыхания. Он не засыпал, не ел, а усердно высматривал что-то в книге, насилуя карандашом листок. В конце занятий на стол к дракону попал сложенная вдвое бумажка, коряво подписанная рукой бездельника. На развороте внутри были нарисованы две, держащиеся за руки, фигуры, в одной из который Ао Бин узнал себя, а в другой – Нэчжа. Под рисунком была короткая записка.

«прАсти, дОвай помирЕмся? J»

Ао Бину пришлось приложить все свои силы, чтобы расшифровать это, а потом чтобы не начать исправлять ошибки красными чернилами, но он быстро пересилил себя. Даже не оглядываясь он фыркнул, и, сложив листок снова вдвое скомкал и выкинул на край парты. Холодные глаза все же глянули на Нэчжа и вернулись к зачитыванию параграфа. В течение еще нескольких дней Ао Бин получал по одной-две записки, лежащих на парте. Какие-то читал сразу, что-то оставлял на потом, но в каждой из них обязательно была кривая зарисовка их двоих, и какая-то белиберда с ошибками. «Можем пАесть вместе, хочИш? ((»           «Я куплю тИбе все что хочИш, только поговори сА мной!» «пАжалуста!» . . . Записок был, уже, наверное, второй десяток, но это была единственной без единой ошибки.

«Ты красивый»

Рядом были размазаны чернила, растекшиеся в форме небольшого сердца. Случайно или нарочно, но было слишком не похоже на простую кляксу. Драконьи ушки предательски покраснели, но он все же нашел в себе силы посмотреть на отправителя. Тот, заметив такое желанное внимание к себе, почти засветился от счастья. Ао Бин же, снова смутившись, отвёл взгляд, упёршись в листок с запиской. Нэчжа снова был лишён ответа, поэтому приготовился писать новое признание, как к нему на стол шлёпнулась записка, подписанная аккуратным почерком.

“После уроков. Скажешь все, что хочешь после уроков.”

Буковка к буковке, как будто писал не человек, а пишущая машинка. Все ещё растягивая улыбку до ушей Нэчжа кивнул Ао Бину и тот, обернувшись, тихонько кивнул в ответ.

***

Конец дня не заставил себя долго ждать, и, оставшись под предлогом уборки кабинета, два парня заперлись в классе. Неловкая тишина пока нарушалась только звуками уборки ученической доски и перестановкой стульев. У Ао Бина в голове крутилась тысяча и одна мысль, а на спине оставалось неприятное ощущение от чужого взгляда. Если ничего не произойдёт, то Ао Бин просто закончит свои дела и выйдет из класса. – Прости за мое поведение… И за слова, которые могли тебя задеть. Я был груб и эгоистичен. Впредь постараюсь быть осмотрительнее. – Ао Бина даже пробрало на смех после такой формулировки. – Ты текст заучивал, что ли? Если ты хочешь сказать что-то, то говори, или я пойду. Заученные фразы можешь оставить себе. Нэчжа моментально исправился, возвращаясь в свой обычный режим. – Я не… Ну, то есть, да, заучивал… Я не думал, что мое поведение могло так на тебя сильно повлиять. Я пытался понравиться тебе, потому что ты нравишься мне. Нэчжа опустил взгляд и смущённо стал возить носком кроссовка по линолеуму. Дальше у него был прекрасный план, в котором Ао Бин слышит признание, они мирятся, целуются, женятся… Вот только от такого Ао Бин засмеялся только сильнее, казалось не замечая признания: – “Не думал, что это на меня так повлияет?” То есть, по твоему мнению, зажимать парней в уборной у раковины и шептать им на ухо всякие непотребства - нормально? Ошалевший, что ли?! Нэчжа на это совсем растерялся. Просчитался, но где? Благо, в смекалистой голове мгновенно родился запасной план. Повторить все сначала и наступить на те же грабли. Отличный план, надёжный как швейцарские часы. Предотвращая начало новых возмущений, Нэчжа в пару шагов добрался до Ао Бина и, прижав его к уже чистой доске, прислонился к ушку, опалив горячим дыханием прохладную мочку: – Ты правда мне нравишься. И я действительно считаю тебя красивым. – А затем, воспользовавшись замешательством собеседника, приник своими губами к чужим, останавливая новый поток ругательств. Лицо Ао Бина залилось краской, ушки горели от переполняющих эмоций, а сам он стоял как вкопанный, не зная, как отвечать? И хочется ли ему вообще? Нэчжа сначала поцеловал его коротко, давая собеседнику время на осознание, а после увлек в длительный и тягучий поцелуй, перенеся горячие ладони на талию и периодически прикусывая чужие губы, чтобы дать возможность на вдох. Окончательно растерянный и сбитый с толку дракон едва перестал чувствовать землю под ногами. Все вокруг сделалось ватным, неспособным удержать его, поэтому, когда крепкие ладони подхватили его под бедра, он был очень благодарен такой заботе. Воздуха оставалось совсем мало, температура между телами росла, и стоило бы уже оторваться друг от друга, но Нэчжа, как мог, оттягивал момент, потому что дальше он план не продумывал. Не хватило времени. Все его мысли с момента касания губ занимал только Ао Бин. Его глаза, тонкие брови, длинные, пахнущие лавандой волосы и смущенные вздохи вперемешку с очаровательным румянцем на щеках. Нэчжа, все еще придерживая парня, приблизился к парте, усаживая сверху и вклиниваясь пахом между бедер. Тело Ао Бина двигалось инертно, прижимаясь к парню в ответ. По кабинету проносились яркие звуки поцелуев и шороха одежды, потому что Ао Бин цеплялся за отвороты чужой рубашки как за последнюю точку опоры в мире. В чувства парней привел стук в кабинет. Скорее всего, охранник, которому было поручено проверить учеников. Наспех завернувшись в уже снятую чужими руками рубашку Ао Бин пришел в себя, осознав весь абсурд ситуации: он обжимался в школьном кабинете, на чьей-то парте, так бесстыдно целуясь и принимая ласки от человека, который только недавно довел его до слез. Он глубоко выдохнул и прижался к такому же оголенному плечу Нэчжа, на котором красовались несколько ярких следов от зубов. Неужели это Ао Бин сделал?.. – Мы почти закончили, сэр, не переживайте. – За дверью завозились и тихо угукнув, удалились от кабинета подальше. Нэчжа посмотрел на дракона глазами, полными немого обожания. – И мы можем зайти дальше, если ты захочешь… – Нэчжа многозначительно приласкал чужое возбуждение горячей ладонью, делая мокрое пятно на брюках ещё больше. Кажется, Ао Бин закончил ещё где-то в самом начале. Сам дракон же отрицательно замотал головой, не произнося больше ни слова - голос совсем охрип от частых и непривычных связкам стонов. Нэчжа кивнул и, поднявшись, помог парню одеться и привести себя в подобающий вид. Самой большой проблемой осталось неоднозначное пятно на брюках, на что Нэчжа передал парню свою верхнюю одежду, повязав на бедрах, чтобы можно было закрыться. Ао Бин только тихо поблагодарил, и кинув короткое “ты прощен” вылетел из кабинета. Добравшись домой он быстро бросил стираться одежду, нашел кофту с воротником длиннее, чтобы закрыть позорные засосы от взгляда отца и спрятал одежду Нэчжа под подушкой.

***

Отношения у парней с тех пор пошли на лад. Нэчжа стал прилежнее учиться, потому что Ао Бин все ещё с трудом читал его записки. Красиво ухаживал, одаривая подарками и впечатлениями, которые Ао Бин старательно прятал от Ао Гуана. Сладости, украшения и другие мелочи аккуратно были спрятаны в самый дальний угол шкафчика, чтобы не вызвать подозрений. Ао Бин стал все чаще оставаться в школе на дежурство, где в компании Нэчжа занимался учебой или чем поинтереснее. «Не строй дружеских отношений с недостойными». Зачеркнуто. Дружеских отношений Ао Бин не строил, а значит запрет не нарушал. Чья же вина, что они сразу перетекли в романтические? Но отцу Ао Бин скажет об этом немного позже, когда тот будет готов. Может быть, завтра, а может быть, через годик, когда все уляжется. А пока он лежит в теплых объятиях любимого человека, пока тот гладит Ао Бина по рожкам.