Зайчик: Уроки покорности, Любовь в тени уроков

Пятница выдалась дождливой — серое небо над посёлком нависло низко, а лес за окнами школы шумел от порывов ветра. Антон проснулся с тяжёлым чувством в груди: весь день с понедельника он пытался разобраться в информатике сам, но теория так и не укладывалась в голове. "Hello, world" было одной вещью, а вот циклы и переменные — сплошная каша. Он даже не спал толком, вспоминая то прикосновение Екатерины Ивановны, её шепот и этот взгляд, который жёг кожу. "Приходи после уроков", — сказала она тогда. Но Антон не пришёл. Слишком страшно было. А теперь, в пятницу, урок снова маячил впереди, как неизбежная ловушка. В классе было шумно: одноклассники болтали о планах на выходные, кто-то жевал бутерброд, а Антон сел за свой компьютер в заднем ряду, уставившись в экран, будто тот мог проглотить его. Екатерина Ивановна вошла вовремя, с пачкой распечаток в руках и тем же строгим выражением лица. Её русыми волосы сегодня были распущены — волнами падали на плечи, делая её чуть менее "злой фурией" из легенд. Очки в тонкой оправе сверкнули под лампами, и она обвела класс взглядом, задержавшись на Антоне чуть дольше обычного. — Сегодня разбираем циклы в Python, — объявила она ровным голосом, подходя к проектору. — Для тех, кто не понял на прошлой неделе: цикл — это повторение кода, пока условие не выполнится. Петров, вы готовы? Или опять "приветствовать" мир? Класс хихикнул, но Антон почувствовал, как краска заливает щёки. Он кивнул, бормоча "да", но внутри всё сжалось. Когда она запустила слайд с примером — простым циклом for i in range(5): print(i) — Антон уставился в клавиатуру, пытаясь вспомнить. Пальцы замерли. "Что это значит? Range? Как будто я в джунглях алгоритмов..." Прошло всего десять минут, как Екатерина Ивановна оказалась рядом. Она обошла класс, проверяя коды, но у стола Антона задержалась дольше всех. Её рука снова легла на спинку его стула, и она наклонилась, чтобы увидеть экран. — Опять ошибка? — прошептала она, её голос с той же хрипотцой, что и в понедельник. Аромат клубники снова ударил в нос, смешиваясь с запахом дождя от её мокрой куртки. Антон повернулся и увидел, как её губы кривятся в лёгкой усмешке. — Давай, показывай, что у тебя не так. — Я... не понимаю, как это повторяется, — признался он тихо, краснея ещё сильнее. Его белые волосы упали на лоб, и он инстинктивно потянулся их поправить, но она опередила — пальцы скользнули по его виску, откидывая прядь. Это было как электрический разряд: лёгкое, но настойчивое касание, от которого сердце Антона забилось чаще. — Смотри сюда, — сказала она мягче, беря мышь в руку и кладя свою ладонь поверх его. Её пальцы были тёплыми, а ногти — аккуратно подстриженными, с лёгким блеском лака. Она медленно ввела код, объясняя каждый шаг: — For — это "для", range — диапазон. С 0 до 5, и каждый раз печатает число. Понял? Попробуй сам. Антон кивнул, но руки дрожали. Он повторил, но на третьей строке снова ошибка — SyntaxError. Класс работал сам, а она не уходила. Почти весь урок она стояла или сидела рядом: то поправляя его код, то шепотом объясняя, почему переменная не "запоминает" значение. Один раз, когда он наконец вывел правильный цикл — числа от 0 до 4 на экране, — она положила руку ему на плечо, сжав слегка. — Видишь? Ты же умный мальчик, — прошептала она, наклоняясь так близко, что её щека почти коснулась его уха. — Эти белые волосы... они как снег в августе. Должны быть холодными, а на ощупь — такие мягкие. — Её пальцы снова взъерошили пряди, на этот раз дольше, почти ласково, скользя по затылку. Антон замер, чувствуя, как тепло от её тела проникает сквозь рубашку. Это был не урок — это была игра, тонкая и опасная, где каждый её жест обещал больше, чем слова. Одноклассники не замечали: кто-то спорил с соседом, кто-то просто копировал код. А Екатерина Ивановна продолжала помогать — её рука "случайно" касалась его руки на клавиатуре, поправляя пальцы, или задерживалась на колене под столом, когда она наклонялась ниже. "Тут indent — отступ, иначе Python разозлится", — говорила она, и в её глазах мелькал тот озорной блеск, который сводил Антона с ума. К концу урока он едва ли что-то понял — мозг был занят ею, а не кодом. Когда прозвенел звонок, класс зашумел, собирая вещи, но она не спешила. Подошла ближе, опираясь на стол ладонями, и посмотрела на него сверху вниз. — Петров, ты прогрессируешь. Но если хочешь по-настоящему разобраться... приходи сегодня после уроков. В мой кабинет. Я покажу тебе, как справляться с... сложными задачами. — Её голос стал ниже, а губы изогнулись в приглашающей улыбке. Антон сглотнул, кивая. Дождь за окном усилился, но внутри него бушевала своя буря. Этот посёлок, эта женщина — они затягивали его в вихрь, из которого не хотелось выбираться. Пятница только начиналась.