Ценная власть

От автора- Утро,утро все начинается с утра, но не сейчас. Ночь в лесу — это не та уютная тишина, к которой привыкаешь в замке Дейвисонов. Здесь темнота кажется живой, она дышит и скалится. Глубокая, непроглядная чаща полнится звуками, от которых по коже бежит мороз: протяжный, тоскливый вой волков разносится на мили вокруг, а тяжелое уханье филинов предвещает скорую смерть какому-нибудь неосторожному хорьку или зайчонку. Но в самой глубине этого лесного кошмара затаились люди. Там был лагерь. — Джон, — негромко позвал один из мужчин, подбрасывая ветку в алое пламя. — Слушай, в город, который мы завтра собрались «разгрузить», приехал принц. Тот самый, из столицы. Что думаешь? Джон — человек, чей взгляд был холоднее льда, лишь повел плечом. — Слушай, нам спать надо, а не любезничать о завтрашнем дне. Утро вечера мудренее, — отрезал он своим привычным сухим тоном. Казалось, во всех мирах и реальностях этот человек оставался верным себе — рассудительным, резким и немного «душным», как сказали бы его соратники. Он поднял ведро, одним точным движением залил костер, погружая лагерь во тьму, и молча ушел в свою самодельную палатку.

***

А что же наш принц? Зачем Лололошка вообще полез в эти дебри в такой час? Ответ был прост и безрассуден: он увидел яркое сияние в самой глуши и, ведомый любопытством, побрел на огонек. Ло бродил по лесу уже больше трех часов. Он не боялся — лес был его стихией, его тайным убежищем от дворцового этикета. Но в этот раз гармонию нарушили не птицы. Шорох. Резкий, тяжелый звук из кустов справа. Лололошка замер, сердце пропустило удар. Из темноты на него смотрели несколько пар горящих желтых глаз. — Черт, черт, черт... — зашептал он, медленно пятясь. Волки не стали ждать. Один из них, самый крупный, прыгнул из тени. Ло едва успел дернуться в сторону, но клыки хищника все же нашли цель. Раздался треск ткани — синяя мантия в клетку разлетелась в клочья, а кожу обожгла резкая боль. Вскрикнув, принц сорвал с плеча арбалет. Щелчок тетивы — и стрела, разрезая воздух со свистом пули, вонзилась волку прямо в брюхо. Зверь рухнул, заляпав траву черной в свете луны кровью. Но остальные волки, разъяренные запахом крови — и своей, и чужой — припали к земле для решающего броска. Ло понял: в чистом поле ему не выстоять. Бросив арбалет, он рванул к ближайшему дубу и с ловкостью, которой позавидовали бы лучшие акробаты королевства, взлетел на нижние ветви. Сидя на толстом суку и прижимая руку к кровоточащему боку, Лололошка наблюдал, как внизу беснуется стая. Небо на востоке начало едва заметно светлеть. — Эй, зубастые! — раздался вдруг грубый голос из-за деревьев. — А ну пошли вон отсюда! В круг света вышли трое. Впереди шел тот самый Джон, за ним — крупный парень с тяжелым топором (назовем его Брон) и ловкая девушка с короткими кинжалами (Мира). Брон одним коротким взмахом топора отогнал самого смелого волка, а Мира метнула нож, заставив стаю окончательно ретироваться в чащу. Лололошка с облегчением выдохнул и осторожно спустился с дерева. — Спасибо вам... Я думал, мне конец, — он попытался улыбнуться, хотя лицо его было бледным от потери крови. — Не за что, парень, — хмыкнул Брон, осматривая его порванную мантию. — Ты чего забыл в лесу в такой час? И одежка на тебе... больно дорогая для простого бродяги. Джон подошел ближе, прищурившись. Он молча разглядывал лицо Лололошки, пока его взгляд не упал на фамильный перстень на пальце юноши. — Мантия из столичного шелка, герб Дейвисонов на кольце... — Джон перевел взгляд на Миру. — Кажется, наш план по ограблению банка только что стал планом «Б». — Вы кто такие? — насторожился Ло, делая шаг назад. — Твои спасители, — усмехнулась Мира, быстро оказавшись у него за спиной. — И твои новые хозяева на ближайшее время, Ваше Высочество. Прежде чем принц успел что-то возразить, его руки были жестко скручены за спиной и стянуты грубой веревкой. — Потише, принц, — бросил Джон, разворачиваясь в сторону лагеря. — Нам нужно обсудить условия твоего выкупа.

***

В это же время верный слуга Бурис зашел в комнату принца с подносом. — Лололошка, пора вставать, нас ждут... Комната была пуста. Окно распахнуто, а кровать даже не была расправлена. Бурис лишь тяжело вздохнул, ставя поднос на стол. — Опять сбежал... Ну, к вечеру вернется, как обычно. Главное, чтобы одежду не слишком сильно испачкал. Знал бы Бурис, что в этот раз «обычно» не будет...