Зеркала не лгут. Вот бы вернуть прошлое

Гермиона взвизгнула, Блэк вскочил на ноги. Гарри подпрыгнул, словно его ударило током. Аннора резко повернулась в сторону Снегга. - Я нашёл это рядом с Гремучей ивой. - сказал Снегг, отбросив в сторону мантию-невидимку. Он всё время следил, чтобы волшебная палочка была нацелена в грудь Люпина. - Очень удобная вещь, Поттер, большое спасибо… Снегг слегка запыхался, но на его лице сияло выражение плохо сдерживаемого триумфа. - Возможно, вас удивляет, как я узнал, что вы здесь? - глаза профессора сверкали. - Я как раз шёл в ваш кабинет, Люпин. Вы забыли вечером принять своё зелье, я понёс вам лекарство и тут, к большому счастью - к счастью для меня, разумеется - увидел у вас на столе некую Карту. Я взглянул на неё и сразу всё понял. Вы бежали известным мне тоннелем и далее исчезли… - Северус… - воззвал Люпин, но Снегга было не остановить. - Северус, прекрати. - произнесла Аннора медленно подходя к нему. - Сколько раз я говорил Дамблдору, что это вы помогаете старому другу Блэку проникать в замок. И вот оно, доказательство. Но мне и во сне привидеться не могло, что у вас хватит духа вновь воспользоваться этой развалюхой как убежищем… - Северус, вы ошибаетесь. - настаивал Люпин. - Ведь вы слышали далеко не всё, я сейчас объясню… Сириус здесь вовсе не для того, чтобы убить Гарри… - Этой ночью в Азкабане станет на трёх узников больше. - Глаза Снегга пылали фанатичным огнём. - Вот интересно, как это понравится Дамблдору… Он был так уверен в твоей совершеннейшей безвредности, Люпин, вервольф ты наш домашний… И ты, Аннора, так яро утверждала, что никого не бросала, а сейчас стоишь тут и явно с ними за одно. И кого же ты на этот раз пытаешься защитить? Только и можешь оправдываться. - Но это же глупо. - заметил Люпин мягко. - Неужели старая школьная обида стоит того, чтобы отправить невинного человека в Азкабан? Хлоп! Тонкие, гибкие, как змеи, шнуры вылетели из волшебной палочки Снегга и захлестнулись вокруг рта, запястий и лодыжек Люпина; он потерял равновесие и рухнул на пол, не в силах пошевелиться. Яростно взревев, Блэк бросился к Снеггу, но тот нацелил волшебную палочку точно ему в лоб. - Только дай мне повод. - прошипел Снегг. - Дай повод, и, клянусь, я убью тебя. Блэк замер. Трудно было сказать, чьё лицо сильнее искажала ненависть. Дети оцепенело смотрели на них, не зная, что делать и кому верить. Рон пребывал в полном смятении и продолжал бороться с Коростой; Гермиона, хотя и неуверенно, но всё же приблизилась к Снеггу и замирающим от волнения голосом спросила: - Профессор Снегг… может… может, нет ничего страшного в том, чтобы выслушать… что они хотят… хотят сказать? - Мисс Грэйнджер, вы уже на грани исключения из школы! - рявкнул Снегг. - А что касается вас, Поттер и Уизли, вы вообще перешли все границы, проводите время в компании закоренелого убийцы, человека, которому на самом деле плевать с высокой колокольни на всех остальных, для которого обещания лишь пустой звук, и оборотня. Так что раз в жизни придержите языки. - Но если… если это ошибка… - Молчать, глупая девчонка! - Снегга прорвало, он вдруг будто обезумел от злости. - Не рассуждай о том, чего не понимаешь! С его волшебной палочки, направленной в лицо Блэку, слетело несколько искр, и Гермиона умолкла. - Месть сладка. - шепнул Снегг Блэку. - Как же я мечтал, что сам поймаю тебя… - Ты опять жертва шутки, Северус, - прохрипел Блэк. - До тех пор, пока этот мальчик будет находиться со своей крысой в замке. - он кивнул в сторону Рона, - я буду тихо пробираться… - В замок? - вкрадчиво переспросил Снегг. - Зачем же так далеко? Вот выберемся из-под Ивы, и я сразу кликну дементоров. Они будут рады видеть тебя, Блэк, очень рады… Даже одарят тебя поцелуем… Лицо Блэка стало мертвенно-бледным. - Я… я всё-таки заставлю тебя выслушать. - хрипло проговорил он. - Вот эта крыса - посмотри на неё хорошенько… Но в глазах Снегга плясали безумные огоньки. Было ясно: никакие доводы его не проймут. - Все за мной! - скомандовал Снегг. Щёлкнул пальцами, и концы шнура, опутавшего Люпина, оказались у него в руке. - Я притащу и оборотня, и эту дрянь. У дементоров найдутся поцелуи и для них. Не отдавая себе отчёта, Аннора в несколько быстрых шагов дошла до двери и загородила её. - Если бы я не подоспел сюда, чтобы спасти твою шкуру, Поттер… - говорил в это время Северус. - Профессор Люпин в этом году мог бы сто раз со мной расправиться. Он учил меня защищаться от дементоров. И профессор Год тоже могла бы столько же раз это сделать. Мы постоянно оставались один на один. Если они помогают Блэку, почему они меня не прикончили? - Я не собираюсь разгадывать, что там происходит в голове у оборотня! И у этой... - зашипел Снегг. Он не стал договаривать конец фразы всё таки это явно не для детских ушей. - Дай пройти, Голд! - Это глупо! - закричал Гарри. - Из-за какой-то дурацкой всеми забытой шутки вы сейчас не хотите ничего слушать! - Молчи! Не смей так со мной разговаривать! - безумствовал Снегг. - Каков отец таков и сын! Я только что спас твою жизнь, Поттер, ты меня на коленях благодарить должен! А тебя стоило бы убить. Умер бы, как отец, слишком самоуверенным, чтобы допустить мысль, что Блэк тебя одурачил. А теперь прочь с дороги, Голд, или я заставлю тебя убраться! Решение созрело в долю секунды. Не успел Снегг сделать шага, Аннора вскинул волшебную палочку. Это был первый раз, когда она воспользовалась ей за столько лет. - Экспеллиармус! - крикнула она. Грянуло заклинание, раздался оглушительный взрыв, затрещала дверь, едва удержавшись на древних петлях; Снегга сбило с ног и ударило о стену, он сполз на пол, потеряв сознание, из-под волос по лицу побежала струйка крови. Но́ра огляделась. Волшебная палочка Снегга взлетела под потолок и упала на кровать рядом с Живоглотом. - Зря ты это сделала. - Блэк, сдвинув брови, взглянул на Энни. - Надо было предоставить его мне… - Ох, какие нас ждут неприятности… - прошептала Гермиона. Люпин старался освободиться от пут. Блэк поспешно наклонился, развязал его, и тот поднялся, растирая запястья. - Спасибо. - поблагодарил он. - Пора мне предоставить веские доказательства, чтобы вы начали верить нам. - заявил Блэк. - Ты, парень, дай мне Питера. Но Рон теснее прижал к груди Коросту. - Не подходите. - голос его был слаб, но решителен. - Вы что, сбежали из Азкабана только затем, чтобы свернуть ей шею? - Рон повернулся к Гарри и Гермионе, ища поддержки. - Ладно, допустим, Петтигрю мог превращаться в крысу. Но ведь крыс-то миллионы. Как же он в тюрьме ухитрился узнать, какая именно и есть Питер? - А это законный вопрос, Сириус. - заметил Люпин, слегка нахмурившись. - В самом деле, как ты узнал, где Питер? Блэк сунул под мантию крючковатые пальцы и вынул смятый клочок газеты, разгладил его и показал всем. Это была фотография семейства Уизли, напечатанная прошлым летом в «Ежедневном Пророке». У Рона на плече сидела Короста. - Как ты это достал? - поразился Люпин. - Фадж дал. - ответил Блэк. - В прошлом году он приезжал инспектировать Азкабан и оставил мне газету. А там на первой полосе на плече у этого мальчика я увидел Питера. Я сразу его узнал, ведь я столько раз видел его превращения. В статье было сказано, что паренёк учится в Хогвартсе - там же, где и Гарри… - Бог мой. - прошептал Люпин, переводя взгляд с живой Коросты на картинку и обратно. - Передняя лапа… - Что с передней лапой? — резко спросил Рон. - Нет одного пальца. - пояснил Блэк. - Вот именно. - выдохнул Люпин. - Просто, как всё гениальное… Он сам себе его оттяпал? - Перед последней трансформацией. - кивнул Блэк. - Я загнал его в угол, и он заорал на всю улицу, что это я предал Лили с Джеймсом, и тут же, не успел я рта раскрыть, устроил взрыв, а палочку он держал за спиной. На двадцать футов вокруг всё в куски, все погибли, а сам он вместе с другими крысами шмыгнул в канализацию… - Разве ты не знаешь, Рон? - сказал Люпин. - От Петтигрю нашли всего лишь палец. - Но Короста могла подраться с другой крысой или ещё что-нибудь. Она живёт в нашей семье испокон веков… - А точнее, двенадцать лет. - добавил Люпин. - Тебя никогда не удивляло подобное долголетие? - Ну… мы о ней заботились… - Хотя, пожалуй, сейчас крыса выглядит не слишком хорошо, а? - продолжал Люпин. - Думаю, она начала худеть, узнав, что Сириус вырвался на свободу… - Её напугал этот чокнутый кот! - Рон мотнул головой в сторону Живоглота, который лежал на кровати, продолжая урчать. «Но ведь это не так. - внезапно подумал Гарри. - Короста была явно больна ещё до появления Живоглота. Спала с тела после того, как Уизли вернулись из Египта, именно после побега Блэка…» - Кот вовсе не чокнутый. - протянув костлявую руку, Блэк погладил рыжую пушистую голову Живоглота. - Таких смышлёных котов поискать. Он мгновенно почуял, что это за крыса. И сразу раскусил, что я не настоящий пёс. Какое-то время привыкал ко мне… в конце концов я растолковал ему, кого ищу, и он стал моим помощником. - А как он помогал? - тихо спросила Гермиона. - Пытался поймать Питера и принести мне. Но у него ничего не получалось. Тогда он выкрал для меня пароли в гриффиндорскую башню. Я понял: он взял их из тумбочки какого-то мальчика… Но Питер сообразил, чем запахло, и сбежал… Живоглот - вы так его называете? Он сообщил мне, что Питер оставил кровь на простынях. Скорее всего, укусил себя. Что ж, фальсификация собственной смерти у него однажды сработала… Хотите, объясню, зачем ему потребовалось имитировать собственную смерть? Да затем, что он знал: вы собирались его убить так же, как убили моих родителей! - Да нет же, Гарри. - попытался успокоить его Люпин. - А теперь вы здесь, чтобы прикончить его! - Да, именно этого я и хочу! - Блэк с ненавистью взглянул на крысу. - Значит, профессор Голд зря помешала Снеггу схватить вас. - Гарри! - торопливо вмешался Люпин. - Да пойми ты! Всё это время мы считали, что Сириус предал твоих родителей, а Питер выследил его. На самом же деле всё было наоборот: Питер предал твоих отца и мать, и Сириус это знал. - Неправда! - Гарри судорожно сжал кулаки. - Он был их Хранителем Тайны! Он сам сказал до вашего прихода, что это он их убил! Но Блэк медленно покачал головой, его ввалившиеся глаза ярко вспыхнули. - Гарри… Я всё равно что убил их… В последнюю минуту я уговорил Лили и Джеймса переменить свой выбор, сделать Хранителем Тайны его. В этом моя вина… В ту ночь, когда они погибли, я хотел проверить, как там Питер, убедиться, в безопасности ли он. Приехал к нему в убежище, а его там нет. И никаких следов борьбы. Я заподозрил неладное и сразу же помчался к твоим родителям. Увидел их разрушенный дом, их тела и всё понял: Питер предал их. Вот в чём моя вина. - У Блэка сорвался голос, и он отвернулся. Аннора подошла к Сириусу, а тот в свою очередь взял её за руку. - Довольно об этом. - суровым тоном, какого никто от него никогда не слышал, заговорил Люпин. - Существует лишь один способ выяснить, что произошло на самом деле. Рон, дай мне крысу. - А что вы с ней сделаете? - с опаской спросил Рон. - Заставим принять истинное обличье. Если это действительно крыса, ей это не повредит. После краткой борьбы с собой Рон всё же решился, протянул Коросту, и Люпин взял её. Короста визжала уже безостановочно, крутясь и барахтаясь; её маленькие чёрные глазки лезли из орбит. - Готов, Сириус? - спросил Люпин. Блэк взял с кровати волшебную палочку Снегга, и подошёл к старому товарищу, держащему бьющуюся в руках крысу. Сириус всё ещё держал подругу за руку. Повлажневшие глаза Блэка запылали огнём. - Давай вместе? - негромко произнёс он и завёл девушку себе за спину. - Конечно. - Люпин крепко сжал крысу одной рукой, другой поднял волшебную палочку. - Действуем на счёт «три». Раз, два, три! Всё кругом озарилось бело-голубой вспышкой из двух волшебных палочек; на какую-то секунду Короста зависла в воздухе, её чёрное тельце бешено извивалось, Рон взвыл, и крыса с негромким стуком упала на пол. Сверкнула ещё одна слепящая вспышка и тогда… Как будто они наблюдали за ростом дерева в замедленной киносъёмке. Проклюнулась и стала увеличиваться голова, появились побеги - конечности. Ещё миг - и на том месте, где только что была крыса, стоял человечек, скрючившийся от страха и заламывающий руки. Живоглот на кровати зашипел, заворчал, шерсть у него на спине встала дыбом. Перед ними предстал коротышка, едва ли выше Гарри и Гермионы; жидкие бесцветные волосы растрёпаны, на макушке изрядная лысина; кожа на нём висела, как на толстяке, исхудавшем в одночасье. Вид был облезлым, как у Коросты в последнее время. Да и вообще что-то крысиное сохранилось в остром носике, в круглых водянистых глазках. Прерывисто дыша, он оглядел комнату и бросил быстрый взгляд на дверь. - Ну здравствуй, Питер. - приветливо произнёс Люпин, как будто в Хогвартсе по три раза на дню крысы превращались в старых школьных друзей. - Давненько не виделись. - с отвращением произнесла Но́ра. - С-с-сириус… Р-р-римус… Э-э-энни... - даже голос у Петтигрю остался писклявым. Он вновь быстро покосился на дверь. - Мои друзья… мои добрые друзья… Рука Блэка с волшебной палочкой взлетела, но Люпин перехватил её, послав Блэку предостерегающий взгляд, и, повернувшись к Петтигрю, снова заговорил в самом непринуждённом тоне. - Мы тут, Питер, беседовали о том, как погибли Джеймс и Лили. И вообще о той ночи. Боюсь, ты пропустил кое-какие подробности, пока визжал на кровати… - Римус. - задыхаясь, вымолвил Петтигрю, и всп увидели капли пота, выступившие на его одутловатом лице. - Ты ведь не веришь ему, правда? Он пытался убить меня, Римус… - Это мы уже слышали. - ответил Люпин уже гораздо холоднее. - Мне хотелось бы прояснить с твоей помощью несколько мелочей, если не возражаешь. - Он явился сюда, чтобы опять мучить меня и убить! - неожиданно завопил Петтигрю, указывая на Блэка. Детям бросилось в глаза, что он ткнул в Блэка средним пальцем - указательный на правой руке отсутствовал. - Он убил Лили и Джеймса, а теперь охотится и на меня. Помоги мне, Римус… - Замолчи! - неожиданно выкрикнула Аннора. Не ожидая это услышать троица детей вздрогнула, а бывшая крыса резко замолчала. Блэк устремил на Петтигрю ледяной взгляд, и лицо его стало особенно похоже на череп. - Никто не станет тебя мучить и убивать. - успокоил школьного приятеля Люпин. - Прежде надо кое в чём разобраться. - Разобраться? - взвизгнул Петтигрю, по-прежнему украдкой озираясь и бросая взгляды то на заколоченные окна, то на единственную дверь. - Я знал, что он будет преследовать меня! Знал, что вернётся! Я двенадцать лет этого ждал! - Ты знал, что Сириус собирается бежать из Азкабана? - сдвинул брови Люпин. - Да ведь оттуда никто никогда не убегал! - На его стороне тёмные силы, какие нам и не снились! - пронзительно завыл Петтигрю. - Как иначе он смог оттуда вырваться? Тот-Кого-Нельзя-Называть наверняка кое-чему его научил! Комнату огласил невесёлый жутковатый смех Блэка. - Значит, это Волан-де-Морт меня кое-чему научил? Петтигрю вздрогнул, словно Блэк пригрозил ему хлыстом. - Что, страшно слышать имя старого хозяина? - спросил Блэк. — Не виню тебя, Питер. Его команда не очень-то была тобой довольна! Верно говорю? - Не понимаю тебя, Сириус, - промямлил Петтигрю, дыша всё чаще; теперь всё его лицо блестело от пота. - Не от меня ты прятался эти двенадцать лет. - усмехнулся Блэк. - Ты скрывался от прежних дружков Волан-де-Морта. Я кое-что слышал в Азкабане, Питер… Все они думают, что ты мёртв, иначе тебе пришлось бы держать ответ перед ними… Они много чего интересного говорили во сне, особенно об одном обманщике, который надул их. Волан-де-Морт ведь отправился к Поттерам по твоей наводке. И там его ожидал крах. Но не все же сторонники Волан-де-Морта кончили дни в Азкабане, не так ли? Их ещё достаточно много, они выжидают время, прикинулись, будто осознали свои заблуждения… Пронюхай они, что ты жив, Питер… - Не понимаю… о чём ты. - снова повторил Петтигрю. Вытер лицо рукавом и поднял глаза на Люпина, а затем посмотрел на Аннору, которая вышла из-за спины Сириуса. - Ведь вы не верите этой… всей этой чепухе, Римус, Энни? - Должна признаться, Питер, мне трудно понять, зачем невиновному человеку жить двенадцать лет в облике крысы. - невозмутимо ответила Но́ра. - Невиновный, но смертельно испуганный! - вновь сбился на крысиный визг Петтигрю. - Если сторонники Волан-де-Морта настроены против меня, то лишь потому, что я отправил в Азкабан одного из их главарей - этого шпиона Сириуса Блэка! Лицо Блэка исказилось. - Да как ты смеешь! - Голос его зазвучал точно рык гигантского волкодава, которым он недавно был. - Это я шпионил для Волан-де-Морта? Я никогда не пресмыкался перед теми, кто могущественнее меня! Это ты, Питер, шпион. Никогда не пойму, как же я не сообразил это ещё тогда. Тебе всегда нравились большие и сильные друзья, которые покровительствовали бы тебе. Такими были мы… Я и Римус… И Джеймс… Петтигрю снова вытер лицо, он почти задыхался. - Я - шпион? Ты не в своём уме… Да как у тебя язык повернулся такое… такое… - Лили и Джеймс назначили тебя Хранителем Тайны по моему настоянию. - продолжал Блэк с такой злобой, что Петтигрю попятился. - Я думал, что этот блеф сработает. Волан-де-Морт будет охотиться за мной, ему и в голову не придёт, что они возьмут в Хранители такое ничтожество, как ты. Но ты предал Поттеров. Наверное, разговор с Волан-де-Мортом стал звёздным часом твоей жизни… Но́ра сжала ещё с большей силой руку Сириуса, но тот не обратил на это внимания. Петтигрю что-то смятенно бормотал. Но́ра уловила слова «странность», «помешательство», но её внимание больше привлекла мертвенная бледность лица Петтигрю и то, как он продолжал шнырять глазами по окнам и двери. - Профессор Люпин? - неуверенно вступила в разговор Гермиона. - Могу… могу я кое-что сказать? - Разумеется, Гермиона. - любезно разрешил Люпин. - Ну… Короста… то есть, я хочу сказать, этот… этот человек - он три года жил в спальне Гарри. Но если он работал на Сами-Знаете-Кого, как вышло, что он никогда не пытался навредить Гарри? - Вот видите! - пискнул Петтигрю, тыча в Гермиону покалеченной рукой. - Спасибо тебе! Слышишь, Римус? Я волоса на голове Гарри не тронул! Как ты это объяснишь?.. - Я объясню. - прервал его Блэк. - Ты никогда ничего не делал без выгоды для себя. Волан-де-Морт двенадцать лет в бегах, утратил всю свою силу, говорят, он едва жив. Так чего ради совершать убийство под носом Альбуса Дамблдора? Вот если ты будешь абсолютно уверен, что Тёмный Лорд опять в игре, тогда другое дело. Можно опять бежать под его покровительство. Потому ты и выбрал это пристанище — семью волшебников. Чтобы знать, что происходит в их мире. Вдруг старый хозяин обретёт силу — тогда ты сможешь спокойно к нему вернуться… Петтигрю несколько раз открывал и закрывал рот - казалось, он утратил дар речи. - Э-э-э… мистер Блэк… Сириус… - робко проговорила Гермиона. Услыхав эти слова, Блэк вздрогнул и внимательно взглянул на девочку: очевидно, давно отвык от подобной вежливости. - Позвольте вас спросить, как… как вам удалось выбраться из Азкабана без помощи тёмной магии? - Благодарю! - исступлённо выдохнул Петтигрю, отчаянно кивая ей. - В самую точку! Именно это я и хотел… Аннора снова приказным тоном сказала ему замолчать чуть ли не срываясь на крик. Блэк чуть нахмурился, глядя на Гермиону, но не потому, что рассердился - казалось, он обдумывает ответ. - Сам не знаю как. - медленно произнёс он. - Думаю, единственной причиной, почему я не потерял рассудка, была мысль, что я невиновен. Её не назовёшь счастливой мыслью, дементоры не могли высосать её… но она сохранила мой разум и самосознание. А когда приходилось уж совсем круто, я превращался у себя в камере… становился собакой. Вы же знаете, дементоры ничего не видят. - он сглотнул. - Они воспринимают людей только через их эмоции… И они ощущали только, что мои чувства в эти часы делаются менее… менее человеческими, менее сложными. Скорее всего, они думали, что я схожу с ума, как все остальные узники. Это их не беспокоило. Но я был очень слаб, и не было никакой надежды, что я с ними справлюсь без волшебной палочки… Летом я увидел Питера на той фотографии… Я догадался, что он в Хогвартсе, рядом с Гарри. Идеальная позиция для нападения, если однажды он проведает, что Тёмный Лорд вновь набирает силы… Петтигрю мотал головой, безмолвно шевелил губами, но, будто загипнотизированный, не сводил глаз с Блэка. - …Я не сомневался, он нанесёт удар, когда будут союзники… Продаст им последнего Поттера. Кто тогда посмеет сказать, что он предал Волан-де-Морта? И его примут назад с почестями… Так что видите, я должен был действовать… Ведь я единственный знал, что Питер ещё жив… И у меня в голове как будто зажёгся свет. Дементоры не могли мне помешать. Это не было счастливым чувством, это была навязчивая идея, она придавала мне силы, проясняла ум. И однажды вечером, когда дементоры принесли еду, я выскользнул в открытую дверь в облике пса… Им настолько сложнее улавливать чувства животных, что они были сбиты с толку… Я был так истощён, что сумел пролезть сквозь решётки… В обличье пса переплыл пролив, побежал на север и так добрался до окрестностей Хогвартса… Всё это время жил в лесу… Только однажды вышел - уж очень захотелось посмотреть квиддич… Ты летаешь так же здорово, как твой отец, Гарри... - он посмотрел на Гарри, и тот первый раз не отвёл взгляда. - И хотел ещё кое-кого увидеть... - совсем еле слышно добавил он. Школьные друзья сильно сжимали руки друг друга, но никто из этих двоих не чувствовал боли. - Поверь мне. - прохрипел Блэк. - Поверь, Гарри. Я не предавал Джеймса и Лили. Я бы скорее сам умер. И Гарри поверил. Комок в горле помешал ему говорить, и он просто кивнул. - Неправда! - Петтигрю упал на колени, словно кивок Гарри был смертным приговором. Подавшись вперёд, он пополз к Сириусу, молитвенно сложив руки. - Сириус… это же я… Питер… твой друг… ты же не станешь… Блэк снова спрятал за своей спиной Аннору и оттолкнул Питера, и Петтигрю опрокинулся. - На моей мантии и без тебя достаточно грязи! - Энни... Энни, ну скажи же им. Они тебе поверят. Мы же с тобой так хорошо дружили... Скажи им, чтобы они отпустили меня... - взмолся Питер. Девушка даже не взглянула на него. - Римус! - заголосил Петтигрю, повернувшись теперь к Люпину и умоляюще извиваясь перед ним. - Ведь ты не веришь ему… Разве Сириус не сказал бы тебе, что они переменили план? - Нет, не сказал бы, если думал, что я шпион. - ответил Люпин. - Наверное, ты именно так и думал и потому не сказал мне, Сириус? - мимоходом заметил он поверх головы Петтигрю. - Прости меня, Римус. - вздохнул Блэк. - О чём разговор, Бродяга? - сказал Люпин, закатывая рукава. - Прости и ты меня, что я столько лет считал тебя предателем. - Да чего уж тут… - Тень улыбки скользнула по измождённому лицу Блэка. И он тоже принялся закатывать рукава. - Убьём его вместе? - Сириус отпустил руку Анноры. Но́ра отошла от школьных друзей и подошла к детям. - Да, вместе. - сурово произнёс Люпин. - Не надо, пожалуйста… вы не можете… - заверещал Петтигрю и пополз к Рону. - Рон… Разве я не был тебе добрым другом… Твоим домашним любимцем? Ты не дашь им убить меня, правда? Ты ведь на моей стороне! Мой добрый мальчик… добрый хозяин… Ты не допустишь этого… Я был твоей крысой… ласковым зверьком… Но Рон смотрел на него с отвращением. - Крыса, как видно, получилась из тебя лучше, чем человек. И хвастать тут нечем. - жёстко оборвал его Блэк. Рон побледнел от боли и передвинул сломанную ногу, чтобы Петтигрю не мог до неё дотянуться. Тот развернулся на коленях, подполз к Гермионе и ухватил её за край мантии. - Милая девочка… умная девочка… Ты… ты не позволишь им… Спаси меня… Гермиона выдернула мантию из его пальцев и, потрясённая, отступила назад, к стене. Петтигрю колотила неудержимая дрожь, он медленно повернулся к Гарри. - Гарри… Гарри… ты так похож на отца… просто вылитый Джеймс… - Как ты смеешь обращаться к Гарри? - надломленным голосом произнесла Аннора. - Как смеешь смотреть ему в глаза? Говорить о его отце? - в глазах Блэка полыхнуло бешенство. - Гарри. - прошептал Петтигрю, подползая к тому и протягивая руки. - Гарри, Джеймс не стал бы меня убивать… Он бы понял, Гарри, он пощадил бы меня… Блэк с Люпином ухватили Петтигрю за плечи и оттащили. Он плюхнулся на пол, глядя на них снизу вверх и трясясь от ужаса. - Ты продал Лили и Джеймса Волан-де-Морту. - Блэка тоже била дрожь. - Будешь ещё отрицать это? Петтигрю зарыдал. Это было жуткое зрелище - он походил на лысого младенца-переростка, съёжившегося на полу. - Сириус, Сириус, что я мог поделать? Тёмный Лорд… ты себе не представляешь… У него такое оружие, что уму непостижимо… Меня запугали, Сириус, я же никогда не был храбрецом, как ты, Римус или Джеймс… Я не хотел того, что случилось… Меня вынудил Тот-Кого-Нельзя-Называть. - Не лги! Ты стал его шпионом ещё за год до гибели Джеймса и Лили! Ты был его осведомителем! - Его… его власть была безгранична. - хлюпнул Петтигрю. - Что бы я выиграл, если бы стал противиться ему? - Да. Что бы ты выиграл, Питер, в борьбе с самым злым волшебником всех времён? - Блэк клокотал от ярости. - Всего-навсего несколько невинных жизней. - Ты не понимаешь, Сириус! - проскулил Петтигрю. - Он убил бы меня. - Значит, надо было умереть, - прорычал Блэк. - Умереть, а не предавать друзей. - Мы бы все так поступили ради тебя! Блэк и Люпин встали плечом к плечу и подняли волшебные палочки. - Ты должен был понимать. - произнёс Люпин тихо. - Если тебя не убьёт Волан-де-Морт, то это сделаем мы. Прощай, Питер. Аннора повернула детей спиной к этой сцене и отвернулась сама. Когда Гермиона начала всхлипывать, Но́ра обняла её и стала гладить по голове. - Нет! - вдруг крикнул Гарри. Он развернулся и бросился вперёд, а затем загородил Петтигрю, повернувшись к волшебным палочкам. - Нельзя его убивать! - сказал он, задыхаясь. - Нельзя! И Блэк, и Люпин, и Аннора были потрясены. - Из-за этого выродка ты лишился родителей, Гарри. - прохрипел Блэк. - Этот пресмыкающийся кусок дерьма хладнокровно убил бы и тебя. И даже не повёл бровью. Ты его сейчас слышал. Для него собственная вонючая шкура значит больше, чем вся твоя семья. - Знаю. - тяжело дыша, сказал Гарри. - Мы отведём его в замок и передадим дементорам. Они отвезут его в Азкабан… Но не убивайте его. - Гарри! - простонал Петтигрю и обнял его колени. - Ты… Спасибо тебе… Я не стою этого… Спасибо… - Не смей прикасаться к нему. - прошипел Аннора. - Прочь от меня! - гневно выпалил Гарри, с омерзением сбрасывая с себя руки Петтигрю. - Я поступаю так не ради тебя. Я уверен, мой отец не захотел бы, чтобы его лучшие друзья стали убийцами из-за такого, как ты. Никто не шелохнулся и не издал ни звука, лишь слышалось неровное, с присвистом, дыхание Петтигрю, прижавшего к груди кулачки. Блэк с Люпином переглянулись и одновременно опустили палочки. - Ты - единственный, у кого есть право решать. - признал Блэк. - Но подумай хорошенько… подумай, что он совершил… - Пусть его отправят в Азкабан. - повторил Гарри. - Он это заслужил, как никто. Сзади по-прежнему слышалось сопение Петтигрю. - Ладно. - согласился Люпин. - Гарри, отойди в сторону. Но Гарри в сомнении не двигался с места. - Я только свяжу его. - пояснил Люпин. - Ничего больше, клянусь. Гарри отошёл. Из волшебной палочки Люпина вылетели тонкие шнуры, и через секунду Петтигрю дёргался на полу связанный и с заткнутым ртом. - Но если ты попытаешься превратиться, Питер. - Блэк потрясал над ним волшебной палочкой. - Мы точно тебя убьём. Ты согласен, Гарри? Гарри посмотрел на жалкую фигуру, скорчившуюся на полу, и кивнул - так, чтобы Петтигрю увидел. - Я, Рон, умею сращивать кости далеко не так хорошо, как мадам Помфри, поэтому пока самое лучшее - наложить шину. Но́ра отпустила Гермиону и подошла к Рону, коснулась сломанной ноги волшебной палочкой и тихо произнесла: - Ферула! Тотчас же ногу обмотали бинты, плотно прижав её к гипсовому лотку. Рон с помощью только что подошедшего Люпина встал, осторожно переступил и даже не поморщился. - Гораздо лучше. - сказал он. - Спасибо. - А что с профессором Снеггом? - вполголоса спросила Гермиона, глядя на распростёртую фигуру преподавателя. - Ничего серьёзного. - Люпин склонился над ним и пощупал его пульс. - Просто профессор Голд немного… э-э-э… перестаралась. Всё ещё без сознания… М-м-м… вероятно, будет лучше, если мы не станем приводить его в чувство, пока благополучно не возвратимся в замок. А доставим его туда вот так… - Он шепнул: - Мобиликорпус! Невидимые нити оплели запястья Снегга, шею, колени, тело приняло вертикальное положение, но голова безвольно моталась во все стороны, словно у огромной куклы. Снегг повис в нескольких дюймах над полом, ноги его безжизненно болтались. Люпин подобрал мантию-невидимку и заботливо спрятал её в карман. - Двоих из нас придётся приковать вот к этому. - Блэк дёрнул Петтигрю за верёвки. - На всякий случай. - Меня. - предложил Люпин. - И меня. - рявкнул Рон, прохромав вперёд. Блэк прямо из воздуха сотворил увесистые наручники, Петтигрю распрямился - левая рука скована с правой Люпина, правая - с левой Рона. Лицо Рона скорбно застыло - истинную сущность Коросты он воспринял как личное оскорбление. Живоглот легко спрыгнул с кровати и возглавил выход из комнаты - его хвост, похожий на ёршик для мытья бутылок, был самодовольно задран.