Зеркала не лгут. Вот бы вернуть прошлое

В понедельник за учительским столом сидел уже профессор Люпин. Он осунулся, потрёпанная одежда висела мешком, под глазами синели круги. До начала урока оставалось пару минут и он всё это время слушал рассказ о том, что происходило за несколько дней его отсутствия от Анноры. - Рем, ну это совсем невыносимо. - закончила она свой рассказ. Немного помолчав Но́ра вновь заговорила. - Может тебе нужно ещё пару дней отдохнуть? - Нет, всё в порядке. - ответил Римус. И тут в класс начали заходить ученики и когда все расселись по местам, Люпин приветливо улыбнулся. Дети первым делом стали жаловаться на Снегга, а Аннора поспешила уйти. Но уже после урока вернулась. В это время Римус разговаривал с Гарри. - Да. - признался Гарри. И, сам того не ожидая, спросил: - Ну почему? Почему из-за них я падаю в обморок? Я что… Люпин прочитал его мысли. - Нет, ты не трус. Дементоры так сильно действуют на тебя, потому что ты пережил такое, чего другим и в страшном сне не снилось. - сказал Люпин. На его молодое, хоть и в глубоких морщинах лицо, обрамлённое седыми волосами, упал косой луч зимнего солнца. - Дементоры - самые отвратительные существа на свете. Они живут там, где тьма и гниль, приносят уныние и гибель. Они отовсюду высасывают счастье, надежду, мир. Даже маглы чувствуют их присутствие, хотя и не видят их. Когда ты рядом с дементором, в тебе исчезают все добрые чувства и счастливые воспоминания. Это их пища. Они съедают всё хорошее, что есть в человеке, и тот становится таким же, как они, воплощением зла. В нём остаются только самые страшные воспоминания. Если, конечно, это длится достаточно долго. Так что нет ничего удивительного, Гарри, что ты при их виде падаешь в обморок - страшнее того, что ты испытал, трудно придумать. Любой бы на твоём месте упал. И стыдиться тут нечего. - Когда они рядом. - Гарри опустил глаза, в горле у него стоял комок. - я слышу, как Волан-де-Морт убивает маму. Рука Люпина дёрнулась, будто он хотел взять Гарри за плечо, но передумал. Но́ра сжала губы в тонкую линию и подошла ближе к ним опустив взгляд в пол. - И зачем только они явились на матч? - помедлив произнёс Гарри. Ему не хотелось говорить в присутствии профессора Голд. - Они голодны. - ответил Люпин и защёлкнул портфель. - Дамблдор не пускает их в школу, и им не из кого сосать радость - они ведь ею питаются… А на стадионе собралось столько болельщиков! Ликование, радость, для дементоров это настоящий пир. Они и не удержались. - В Азкабане, должно быть, ужасно. - глухо сказал Гарри. Люпин нахмурился и кивнул. - Да, крепость стоит в море на маленьком островке, но дементорам не нужны ни толстые стены, ни вода, узники и так не сбегут: они заточены в темнице собственных мыслей. Почти все очень скоро сходят с ума. - Но ведь Сириус Блэк сбежал… Портфель Люпина соскользнул со стола, и Люпин поймал его на лету. - Да, сбежал. - ответила Аннора. - Блэк, похоже, нашёл способ с ними бороться. Ни за что бы не поверил… Дементоры высасывают из волшебника магические способности, если он надолго остаётся в их власти… - продолжил Люпин. - А ведь вы прогнали дементора тогда, в поезде. - вспомнил вдруг Гарри. - Есть… особые приёмы… Да и потом, в поезде был только один дементор. Чем их больше, тем труднее с ними бороться. - Научите меня этим приёмам. Пожалуйста. - Я, Гарри, вообще-то не мастер сражаться с дементорами… - А вдруг они снова придут на матч? Люпин нерешительно поглядел на умоляющее лицо Гарри. - Ну ладно. - сказал он. - Я тебе помогу. Только, боюсь, придётся подождать следующего полугодия, у меня очень много дел. И угораздило же меня заболеть в самое неподходящее время! После Гарри ушёл, а Аннора и Римус продолжили свой разговор. В ноябре когтевранцы наголову разбили пуффендуйцев, и у Гриффиндора ещё оставалась надежда выиграть Кубок школы, нельзя только проиграть следующий матч. Вуд неистово тренировал команду, несмотря на холодный дождь, который исправно лил в декабре изо дня в день. Дементоры больше не появлялись: гнев Дамблдора был так велик, что они не осмеливались уходить со своих постов. За две недели до начала каникул небо прояснилось, стало светло-опаловым, ударил лёгкий морозец, и, проснувшись как-то утром, студенты увидели на траве кружево инея. Замок окутывал знакомый аромат Рождества. Практически все преподаватели украшали свои кабинеты. Стараясь сделать что-то особенное Студенты в предвкушении каникул обсуждали, что будут делать дома. Последний выходной семестра разрешили провести в Хогсмиде. И Аннора тоже туда отправилась. Она сидела в уютном пабе «Три метлы». В какой-то момент туда зашла уже давно известная ей троица, а после МакГонагалл и Флитвик, за ними - Хагрид с министром магии Корнелиусом Фаджем. Только чуть позже она вспомнила, что Гарри не может здесь находиться ведь у него нет разрешения. «Вот это набор конечно. Надеюсь он не попадётся им на глаза. Стоп... раз Гарри здесь значит у него есть карта!» Внезапно догадалась Но́ра. - Что поделаешь… - сдержанно заметил Фадж. - Они охраняют вас от злодея. Блэк способен на всё… - А мне как-то не верится, что Сириус Блэк мог переметнуться на сторону Тёмного Лорда. Это на него не похоже… - задумчиво сказала хозяйка паба мадам Розмерта. - Помню его студентом Хогвартса… Скажи мне тогда кто-нибудь, что из него выйдет чёрный маг, я бы подумала, что этот человек выпил слишком много медовухи. - Вы, Розмерта, и половины всего не знаете. - угрюмо ответил министр. - Люди не знают самых страшных его дел. - Что может быть страшнее убийства невинных людей? - удивилась хозяйка. - Кое-что может. - Сомневаюсь. - Вы, Розмерта, говорите, что помните его студентом. - заметила профессор МакГонагалл. - А помните, кто был его лучший друг? - Ну, как же? - Розмерта усмехнулась. - Два неразлучных приятеля. Они часто бывали здесь. Столько от них было веселья! Друзья - не разлей вода. Так и стоят перед глазами - Сириус Блэк и Джеймс Поттер. - Верно. - подтвердила МакГонагалл. - Блэк и Поттер. Конечно компания их была больше, но именно они зачинщики всевозможных проказ. Оба блестящие ученики, на редкость блестящие, но отчаянные сорвиголовы! Таких ни раньше, ни позже не было! Лили с Аннорой были очень спокойными по сравнению с ними. - Ну это ещё неизвестно. - промычал Хагрид. - Фред с Джорджем Уизли, пожалуй, дадут фору Джеймсу и Сириусу. - И они были как братья. - вставил Флитвик. - Как два неразлучных брата. - Именно. - подтвердил Фадж. - Поттер никому не доверял так, как Блэку. Они и после школы дружили. Блэк был шафером на свадьбе Джеймса и Лили. Потом родился Гарри, и Блэк стал его крёстным отцом, а крёстной матерью стала Аннора Голд. Гарри, конечно, ничего об этом не знает. Узнает, будет очень страдать. - Из-за того, что Блэк стал сподвижником Сами-Знаете-Кого? - прошептала мадам Розмерта. - Хуже… - Фадж понизил голос. - Не многим тогда было известно, что Поттеры знают: Вы-Знаете-Кто за ними охотится. У Дамблдора, который, разумеется, всегда боролся против Вы-Знаете-Кого, было много тайных агентов, и один из них сообщил, что Джеймсу и Лили грозит опасность. Дамблдор тут же дал им знать и посоветовал спрятаться в тайном укрытии. А для верности подсказал воспользоваться заклятием Доверия. - Что это такое? - Мадам Розмерта слушала, затаив дыхание. - Эх, добраться бы мне до Блэка раньше Петтигрю! - взревел Хагрид. - Уж я бы с ним не канителился, я бы его голыми руками на куски… - Нет, Хагрид, вы бы с ним не справились. - покачал головой Фадж. - Схватить его могла бы только полиция маглов. Я в те времена был заместителем главы Департамента чрезвычайных ситуаций и прибыл на место происшествия одним из первых. Никогда не забуду того, что я там увидел: посреди улицы глубокая воронка, всюду искорёженные трупы, маглы кричат, а Блэк стоит и хохочет над тем, что осталось от Петтигрю - кучкой окровавленной одежды и… и… каких-то фрагментов… Фадж замолчал. Все пятеро достали носовые платки. - Вот, Розмерта, что содеял Блэк. - глухо продолжал министр. - Блэка забрал оттуда патруль волшебной полиции, Петтигрю посмертно получил орден Мерлина первого класса - слабое утешение для его бедной матери. А Блэка упрятали в Азкабан. Мадам Розмерта протяжно вздохнула. - А правда, что он лишился рассудка? - По-моему, нет. - ответил министр, растягивая слова. - Могу одно сказать: поражение хозяина временно помутило его рассудок. Убийство Петтигрю и всех тех маглов, жестокое, бессмысленное, было действием отчаявшегося, загнанного в угол человека. Но недавно я был в Азкабане и разговаривал с ним. Все заключённые там явно безумны, сидят в темноте, что-то бормочут, а Блэк… он выглядит и говорит как нормальный. Даже мурашки по коже. Вид у него человека, которому всё надоело. Увидел у меня газету, спросил, прочитал ли я её и не могу ли дать ему, сказал, что соскучился по кроссвордам. Дементоры круглые сутки дежурят у двери, а ему хоть бы что. - Как по-вашему, господин министр, зачем он сбежал из тюрьмы? - поинтересовалась мадам Розмерта. - Уж не хочет ли он вернуть Вы-Знаете-Кому силы и примкнуть к нему? - Думаю, что это его… э-э… конечная цель. - уклончиво ответил Фадж. - Но мы надеемся поймать Блэка раньше. Вы-Знаете-Кто сейчас один, но… дайте ему преданного и способного слугу… Подумать страшно, что будет… - Нам пора в замок, Корнелиус. - заметила профессор МакГонагалл. - Вы ведь не хотите опоздать на ужин к директору. Стулья отодвинулись, запахнулись полы мантий, блестящие каблуки мадам Розмерты вернулись за стойку. Слышно было, как открылась входная дверь, в бар ворвался вихрь снега, и вся компания вышла. Через пару минут покинула помещение и Но́ра накинув капюшон на голову, чтобы троица детей её не узнала. Наступило Рождество и в обед Факультетские столы опять отодвинуты к стенам; посреди зала один общий стол, на котором накрыто на двенадцать человек. За столом уже сидят Дамблдор, МакГонагалл, Снегг, Голд, Флитвик и завхоз Филч в старомодном поношенном фраке вместо обычной коричневой куртки и трое учеников. Гарри, Рон и Гермиона подошли к столу. - Весёлого Рождества! - поздравил их Дамблдор и добавил: - Нас мало, и мы решили, что глупо сидеть за разными столами. Садитесь, мы вас ждём. Троица уселась на дальнем конце стола. - Хлопушки! Берите, Северус. - Дамблдор протянул Снеггу большую серебряную. Снегг неохотно протянул руку. Дёрнул её за шнурок, хлопушка взорвалась, и в руке у Снегга очутился островерхий колпак на верху которого красовалось чучело грифа. Гарри и Рон с улыбкой переглянулись. Снегг изобразил корявое подобие улыбки и передал колпак Дамблдору, Дамблдор тут же нахлобучил его вместо своей обычной шляпы волшебника. - Ну, что вы? Угощайтесь! - Дамблдор с сияющей улыбкой оглядел сидящих. После внезапно пришла профессор Трелони и начала говорить о каких-то приметах и предсказаниях. - А где же любезный профессор Люпин? - Ему опять нездоровится. - ответил Дамблдор и жестом пригласил всех начинать трапезу. - Бедный Люпин, надо же заболеть на Рождество! - Вы, конечно, знали об этом, Сивилла? - спросила МакГонагалл, подняв брови. Трелони бросила на соседку ледяной взгляд. - Разумеется, знала, Минерва. Но не в моих правилах выставлять напоказ всеведение. Обычно я себя веду так, словно у меня нет Третьего глаза. Зачем волновать людей? - Это многое объясняет. - Должна сказать, Минерва. - в голосе Трелони вдруг пропала потусторонность. - профессор Люпин недолго пробудет с нами. И кажется, он сам знает, что время его на исходе. Я как-то предложила ему поглядеть в магический кристалл, так он просто сбежал… - Его можно понять. - сухо отозвалась МакГонагалл. - Едва ли профессору Люпину в ближайшее время что-то грозит. - вмешался Дамблдор приветливым, но всё же слегка повышенным голосом, что положило конец пререканиям профессоров. - Северус, вы ведь сварили ему ещё одну порцию зелья? - Да, господин директор. - Вот и прекрасно! Стало быть, он скоро поправится. Но́ре этот разговор совершенно не нравился, но она решила не вмешиваться. Гарри то и дело посмотривал на неё. Он наконец-то понял кого ему напоминала девушка на фото, но он не мог поверить, что профессор Голд его крёстная мать. И не мог понять, почему она бросила его. Ведь он мог жить не с Дурслями, а с ней и не терпел бы издевательств. Но больше всего мальчика волновал его Крёстный отец.