Неудачница

Мелисса стала часто присутствовать на тренировках Ильи. Иногда во время тренировки он подъезжал к борту, где стояла девушка, наклонялся к ней, почти касаясь лбом её лба, и целовал, за что каждый раз получал от неё щелчок по носу и очередной выговор от родителей. — Ещё одна такая выходка, Малинин... — И? — парень расшнуровывал коньки после тренировки, украдкой касаясь плечом её колена, будто случайно. — И я не приду на твою тренировку, потому что меня не пустят твои родители. Я тебя отвлекаю. В ответ Илья лишь взглянул на неё, приподняв брови, и легко провёл пальцами по её ладони. — Ты меня услышал? В этот момент мимо проходила Татьяна Малинина и негромко шепнула Лиссе на ухо: — С тобой на тренировках он стал намного лучше прыгать. Только ему не говори. Девушка кивнула и усмехнулась. — Так, что у вас там за секреты уже? — вмешался Илья, придвигаясь ближе. Девушка прижала палец к губам и тихо прошептала: — Не скажу. Парень показал ей язык и скривил рожицу, она щёлкнула его по носу. Илья прильнул к её губам, сливаясь в нежном, коротком поцелуе. Мелисса притянула его к себе, обняв, и на секунду прижалась щекой к его виску, чувствуя, как он улыбается. Они всё ещё сидели на скамейке у льда, но вокруг уже никого не было. Девушка мягко поцеловала блондина в макушку, медленно проводя ладонью по его волосам. — Ты такой у меня умница. — Неправда, — пробормотал Малинин, уткнувшись лбом ей в плечо. — Правда. — Нет. — Да. Ещё один короткий поцелуй в губы, почти невесомый и очень нежный. — Самый лучший. — Ты лучше. — Ты квады прыгаешь, а я нет, — засмеялась она, уткнувшись носом в его волосы. — Клянись. — в шутку сказал Илья, но девушка вдруг замолчала. Она не могла поклясться. — И вообще, хочешь как-нибудь вместе покатаемся? Научу, если не умеешь. — парень взял её за руку и слегка сжал пальцы, большим пальцем поглаживая тыльную сторону её ладони. — Ну не знаю... — засомневалась Мелисса. — Я в детстве один раз каталась, упала, с тех пор боюсь. Половина из этого была правдой: она действительно боялась выхода на лёд. Она упала, но это было вовсе не в детстве. — Ну Лисса... — взмолился блондин, утыкаясь носом ей в шею, обнимая её за талию. — Ты мне тут давай без этого, это запрещённые приёмы... — засмеялась девушка. *** Тренировка закончилась, Лисса сидела как на иголках: через пятнадцать минут она снова выйдет на лёд. Нет, девушка не боялась кататься. Иногда, для себя, она выходила на лёд и даже прыгала. Но слишком боялась, что кто-то узнает о её прошлом. О прошлом журналистки, которая когда-то оказалась фигуристкой-неудачницей. Прыжок. Четыре оборота. Не рассчитала расстояние до борта — удар головой. Как итог: рассечённая бровь, сотрясение, сломанный зуб, нога и карьера... Когда ей накладывали гипс, она в истерике кричала, что больше не выйдет на лёд. Так и вышло. Первая серьёзная травма в карьере оказалась для спортсменки и последней. Дрожащие пальцы по памяти зашнуровывали слегка потрёпанные коньки. Шнурки путались, и она нервно выдохнула. — Тебе помочь? — подошёл Малинин и присел перед ней на корточки. — А... нет, — ответила Мелисса. Она была одета не в джинсы и худи, как обычно — на ней было термобельё, а волосы собраны в пучок. — Тебе так идёт... — тихо произнёс парень, не отрывая взгляда. Он сказал это почти шёпотом, любуясь возлюбленной. — У девочек (Эмбер / Изабо) одолжила? — это был скорее не вопрос, а утверждение. — Ага...—она кивнула, но по правде, вещи были ее. Коньки зашнурованы — Мелисса готова. Шаг за шагом она всё ближе подходила к предательской, скользкой, белоснежной поверхности. Сначала на лёд вышел Илья, потом, держась за его руку, вышла она. Его ладонь была тёплой и уверенной, пальцы крепко, но бережно сжимали её руку, и от этого становилось спокойнее. Он не отпускал, пока она полностью не встала на лёд. Фигурист начал показывать, как кататься, иногда придерживая её за талию, когда она ускорялась. — Я немного умею, — сказала девушка, и шаг за шагом стала разгоняться. — У тебя шикарное скольжение... — блондин был в шоке. Поняв, что Мелисса очень уверенно стоит на коньках, Илья хитро усмехнулся, схватил её за руку и стал разгоняться, тянув её за собой. Воздух бил в лицо, пальцы всё ещё были переплетены, и она чувствовала, как он иногда сильнее сжимает её руку на поворотах — он за нее переживает. — Не упадёшь? — Нет, не переживай. — Я тебе верю. — А в меня? — И в тебя. Он отпустил её руку, сделал ещё два шага вперёд, оттолкнулся и скрутил идеальный четверной аксель. — Павлин, — усмехнулась девушка. —Имею права хвалиться тем, что умею.—самодовольно улыбнулся Малинин. — А знаешь что... — в глазах Лиссы сверкнула искра. Она разогналась. Раз, два, три — толчок зубцом. Раз, два, три, четыре — приземление... степ-аут. Но она смогла. Спустя столько лет квад-лутц был всё ещё ей подвластен. Она затормозила, резко развернувшись, и снег из-под её коньков полетел прямо в открытый рот шокированного Малинина. — Ты.. — Я?