Заколдованный кот

*** Как-то вечером, Америка возвращался домой с работы. Голова уже гудела, настроение было вообще ни к чёрту, единственное желание которое одолевало тогда янки - так это поесть, посмотреть телек и лечь спать. Так он бы и дошёл до дома, раздираемый мыслями о отдыхе, топча грязной подошвой и без того никем не чищенную дорогу, усыпанную по бокам мусором, если бы в его ухо не упал бы жалобный кошачьий писк. Янки повернул и опустил голову: под старым хлипким разваливающимся забором сидел котик. В грязной, длиннной, некогда кремового цвета шерсти запутались комочки бурой грязи, под ушком зияла кровоточащая ранка, в которую уже успела попасть грязь. Котик сидел потупив грустные косые, но при этом, невероятно милые оранжевые глазки в пол. Данная картина просто поразила Америку, хотя казалось бы такая страна, столько устроенных воин, столько спровоцированных революций, столько загубленных душ, столько растоптанных судеб. Но даже этот, казалось бы, ушлёпок знал и понимал, что котики - это святое. Поэтому проскулив под нос что-то вроде: — «Awwwww.. Poor kitty..» - он наклонился, и подняв довольно тяжелого котейку, поплёлся с ним на руках до дома уже вдвоём. По приходу в жилище америкоса, первому сразу же в голову стукнула мысля, что котик наверняка голоден после стольких недель проведённых на улице и что теперь его нужно покормить и напоить. Демократ смотался на кухню, и набрав две маленькие тарелочки, в одной из которой была кристально чистая, дистиллированная вода, а в другой куриная ножка. Америка поставил обе тары прямо под носом у бедного котейки. Изнемогавший от жажды и голода пушистик сразу же устало, но быстро потянул голову к мисочке с водой и жадно припал к ней мордочкой, водя шершавым языком по водной глади, быстрыми движениями создавая на ней волны. Наконец опустошив миску прозрачной жидкости и насытясь, котик перешёл к самой вкусной части своей трапезы. Пушистик отделял маленькими клыками розовато-белое мясо от кости, немного хрустя золотистой корочкой запеченной курицы. Америка же в это время заворожённо, с непринуждённой улыбкой, смотрел на кушающего котейку, ему было хорошо от осознания, что он смог сделать хоть чуть-чуть лучше этому маленькому прекрасному существу. Когда уже и от некогда аппетитной ножки осталось одна косточка, котёнок вопрошающе посмотрел на миротворца. - "Ну теперь бы и пора заняться его внешним видом." - пронеслось в голове у Америки. Вновь подняв большого и тяжёлого кота, он поплёлся с ним в ванную, плотно закрыв дверь. Демократ взял в руки малиновый тазик и повернув пару вентилей на кране, наполнил его пригодной по температуре, для мытья кошки, водой. Хвостик в это время тёрся около двери жалобно мяукая и смотря на Америку косыми глазами полными и недоверия. Киса уже догадалась, что с ней сейчас сделают. Звёздно-полосатый поставил таз на пол и потянул руки к пушистой милахе, в ответ получая протяжное испуганное и очень недовольное мяуканье. Казалось, что кот в ответ исцарапает янки все руки, но нет, он лишь немного побрыкался и выдавил пару жалобных писков. И вот Аме уже намыливает ушастого, осторожно, чательно вымывая каждое место, хотя он то и дело слышал испуганное мяуканье, в воде тазика плавала мыльная пена, образуя причудливые узоры на поверхности воды. Вообще, американца, конечно, смутило то, что кот вёл себя так спокойно. Это было как минимум странно. Не успело пройти и минуты, а вода уже была серовато-коричневая от грязи. Закончив процесс омывания, дополнительно сполоснув кота в ванне под душем, Америка начал вытирать его мягким пушистым полотенцем, думая о том, что шерсть у этого зверька ну уж слишком пушистая. "Хм.. Может он породистый?" "Возможно, как минимум, он очень похож на.. Персидского кота?." Закончив с вытиранием шерсти четвероногому другу, рука республиканца потянулась за феном, чтобы окончательно высушить последнего. Струя тёплого воздуха приятно дула в мордочку пушистому. По окончанию процедуры шерсть котика распушилась в разные стороны и тот начал напоминать большую зефирку или, может, маленькое облачко, что очень забавляло звёздно-полосатого. Наконец он вышел из ванной с котейкой на руках, подыскивая взглядом чем бы можно было причесать своего подопечного, остановился он на обычном гребешке, который нашёл в ящике и которым почти не пользовался. Аккуратно зачёсывая каждую прядь на теле котика, янки, дойдя до головы, обнаружил ту самую ранку про которую почти совсем забыл: "That's right, a wound!" пронеслось у него в черепной коробке и тот, проведя ещё пару раз по косматой кремовой шерсти, отложил гребень в сторону и встал за аптечкой. Котёнок с интересом наблюдал за тем как американец капается в небольшой сумочке, найдя ватный диск и перекись, довольный демократ быстрым шагом подошёл обратно к котейке, тот, в свою очередь, отшатнулся и начал отходить обратно на пару-тройку шажков, но очень быстро прекратил своё отступление, когда Америка, невзначай, почесал его за здоровым ушком. Янки старался не делать котику больно, он аккуратно проводил ватой пропитанной перекисью по грязной ране, после каждого такого движения гладил по спинке. Законча и с этим делом, Америкос приподнял рыжую бестию невысоко над собой и смотря в яркие оранжевые косые глаза сказал: — Oh, you're so sweet.. I think I should kiss you for that! Пиндос приблизил лицо в платную ко лбу котейки, едва успели губы Америки прикоснуться к шёлковистой шерсти, как облако волшебной блестящей пурпурной дымки окутало их двоих, янки почувствовал как то, что находилось у него в руках, стало тяжелее в несколько десятков раз. Когда светло-фиолетовый туман рассеялся, обнажая силуэт сущности спрятанный в сумраке, Америка увидел как на месте его недавнего подопечного материализовался... — No.. Вообще, сначала, от непонимания ситуации, конечно, Америка и не понял, что только что произошло. Он тупо стоял и хлопал глазами, смотря на укутанного в пустынные душманские тряпки, увешанного взрывчаткой, бородатого и немытого со вчерашней недели моджахеда, державшего в руках кнопкой с какой-то хуйнёй от детонатора. Эта неловкая пауза продолжалась бы ещё долго, если бы её не прервал ваххабит. — هاها.. — سلام).. Только сейчас Америка, понял в какую же жопу он попал. Сердце в его груди отбивало чечётку, ноги стали ватными, мозг уже вырисовывал дальнейшие, вполне ожидаемые повороты событий, а с губ слетело лишь лаконичное: — Fuck.. Это слово лучше всего описывало ту конченную ситуацию в которой он только что оказался. Америка просто был в шоке. Это был пиздец. Нет реально просто типо совсем пиздец, а самое главное, то что он этого ваще не ожидал и теперь не знал как ему быть. Такова доля его демократичная..