Фантастический фейерверк „Пламя огня и льда"»

Холодный сентябрьский дождь стучал по витражам Большого зала, когда Лилит вошла под своды Хогвартса. Её мантия была слегка влажной, а в кармане жгло тайное послание. — Малфой! На факультет! — резкий голос Снейпа прорезал шумный зал. Лилит направилась к слизеринскому столу, чувствуя на себе взгляды. Драко сидел с Крэббом и Гойлом, его холодные глаза изучали сестру. — Ну что, «очистилась» от чар? — язвительно спросил он. Лилит развернула салфетку на коленях. — Если бы я была под чарами, разве Снейп не заметил бы? Из-за гриффиндорского стола раздался взрыв смеха. Лилит невольно подняла глаза — Фред что-то шептал Джорджу, оба рыжие, как осенние листья, оба такие... «живые». - «Три метлы. Суббота.» — Ты что, смотришь на Уизли?— Драко схватил её за запястье. Лилит вырвала руку: — Я заметила, как Поттер пялится на нас. Или ты забыл, кто подставляет нашу семью? Драко отступил, но его подозрительный взгляд не исчез. Всю неделю Лилит избегала встреч с Фредом, но в пятницу вечером, когда она проверяла в зеркале свою безупречную причёску, в спальню ворвалась Панси Паркинсон. — Малфой! Твой брат... он подрался с Уизли! Лилит выронила серебряную шпильку. — Где? — Возле оранжерей! Она бросилась к двери, даже не поправив мантию. Луна освещала оранжереи призрачным светом. Драко лежал на земле, держась за нос, из которого текла кровь. Фред стоял над ним, с окровавленными костяшками, но без обычной ухмылки. — Ещё раз назовёшь меня «грязнокровкой» в лицо, Малфой, и я лично проверю, есть ли у тебя вообще кровь в жилах, — голос Фреда звучал холодно и опасно. Лилит застыла в тени. Джордж внезапно схватил её за руку. — Твой брат сам нарвался,— прошептал он. Фред просто проходил мимо, а Малфой решил напомнить ему, «на каком месте должны сидеть такие, как он». Лилит посмотрела на Фреда — его кулаки были сжаты, рыжие волосы взъерошены. Он даже не знал, что она здесь. Она шагнула в лунный свет. — Брат,— её голос заставил Драко вздрогнуть. - Отец будет в ярости, если узнает, что ты опустился до драк с Уизли. Ты что, забыл, кто ты? Фред обернулся, и его глаза расширились. Лилит не смотрела на него. Вместо этого она помогла Драко подняться. — Иди в лазарет. Скажи, что упал с лестницы. Когда шаги Драко затихли, Лилит наконец подняла глаза на Фреда. Его губа была разбита, а в карих глазах горел немой вопрос. — Держись подальше от моей семьи, Уизли. Это не просьба. Это граница. — прошептала она, и слова обожгли горло, как зелье, которое нельзя выплюнуть. Она увидела, как его лицо исказилось от разочарования. И прежде чем он успел ответить, Лилит растворилась во тьме, оставив после себя лишь лёгкий шлейф жасмина. Лилит шла по коридору, её шаги звенели по холодному камню, как будто подземелья Слизерина подчёркивали каждый её выбор. –«Я сделала правильно», — твердила она про себя, как заклинание. — «Он — Уизли. Я — Малфой. Между нами пропасть, которую не перейти. Таков закон нашего мира.» Но почему тогда в груди ныло, а пальцы сами сжимались в кулаки, будто пытаясь удержать что-то ускользающее? В своей спальне, за плотными балдахинами кровати, Лилит позволила себе слабость — уронила лицо в ладони. «Он смотрел на меня так… как будто я предала его. Но чего он хотел? Чтобы я бросилась ему в объятия при всех?» — Лилит фыркнула. — «Или чтобы мы поклялись в вечной дружбе на мизинцах и изобретали глупые штучки, как они с братом? Нелепо.» Лунный свет пробивался сквозь толщу Чёрного озера, рисуя на стенах дрожащие узоры. Лилит следила за ними, чувствуя, как внутри борются двое. Одна — гордая наследница Малфоев, выросшая в убеждении, что кровь решает всё. Другая… просто девушка, которая впервые поняла, каково это — дышать полной грудью, бежать под дождём и смеяться, не оглядываясь на правила. «Для Фреда это игра. У него нет последствий. Его семья не отречётся от него за дружбу со мной. А моя…» На следующее утро, когда она вошла в Большой зал, их взгляды встретились на секунду — и Лилит поняла: что-то сломалось. Фред больше не улыбался. Он смотрел на неё так, словно она была просто ещё одним Малфоем. «Так и должно быть», — решила Лилит, зная, что Малфои всегда платят за правильные решения самую высокую цену.