Влюбленный и не умеющий любить

На следующий день Лойс пригласила Кларка в кафе, для обсуждения интервью. Подруга смогла бы придти только после работы. Так что Кларк принадлежал сам себе весь день. ‎ ‎И это плохо. Теперь его "заинтересованность" – именно так он начал называть непонятные чувства, к Уэйну – проявлялась еще и состраданием. Целый день он думал лишь о том что хочет его обнять и успокоить. ‎А потом пускался в самотерзания, за такие позывы. Чуть ли не рыдал в подушку, пару раз пытался написать новую статью, выходило, откровенно плохо. Руки тряслись, пальцы не слушались, все время нажимая на ненужные клавиши. ‎ ‎Он считал себя поломанным, нормальные люди о таком не думают. Кларк презирал себя за противоречивые чувства. Его это слишком бесило. Он не хотел любить парней, не хотел быть неправильным. Он должен стать героем, пожениться на Лойс Лейн, порадовать родителей внуками. ‎ ‎А теперь он прости сидит и страдает из за одного красивого парня с прекрасными голубыми, подобно айсбергу, глазами. ‎ ‎Весь день прошёл в страданиях. На встречу Кларк шел с красными глазами. Он вообще хотел отказаться. Но это как минимум не вежливо. А как максимум он не хотел чтобы Лойс расстроилась. Он уже остановился на своем принудительном лечении бракотерапией, поэтому и начал звать Лойс куда то чаще. ‎ ‎По пути он старался концентрироваться на всем, что видел. Красивый фонарный столб, что установили лишь недавно. Свежий, прохладный весенний ветер, приятно обдувающий лицо. Недавно распустившиеся зеленые почки на деревьях. ‎ ‎А подходя ближе к кафе он начал осозновать что разговаривать они будут о Брюсе Уэйне. Точнее, он конечно знал, но не сообразил сразу, пытаясь о нем не думать и забыться в сладких фантазиях, где он и Лойс – вместе. ‎ ‎Видя двери в кафе из далека, Кларку хотелось только развернуться, возможно даже убежать куда подальше из  Метрополиса. Кларк кажется начал ощущать все слишком сильно. ‎Фонарные столбы стали уродливыми, вся нежная, белая архитектура города, и тут эти некрасивые черные столбы что лишь портили вид своим существованием. ‎Приятный легкий ветер вдруг стал колким и острым. Вбивался в открытую кожу как кинжалы, совершенно Кларка не жалея. Неприятно обдувал спину, немного напирая на куртку, подбивая Кларка подойти ближе к зданию. ‎Зеленые почки на деревьях уже не приносили радости, или приятное ощущение окончания вечной, холодной зимы. Весна Кларка превратилась в ад, в котел, в котором он безудержно варился, чувствуя жар, раз в двадцать превышающий солнечный. ‎А котел этот, носил название "Брюс Уэйн". ‎ ‎Ноги налились сталью, он не мог и с места сдвинуться, но ветер, давящий на спину и затылок, уже проделал в нем пару дыр, не давая и шанса на побег. ‎ ‎Выбора не было. ‎ ‎Взяв все свои Суперменские силы в кулак и, желательно, в ноги. Сдвинулся с места, прямо к кафе. ‎Ноги путались, Кларк пару раз чуть не упал, руки, запрятанные в карманах, тряслись. Рядом проходящие люди надоели, разговаривают слишком громко и неприятно, стук их сердца заставлял Кларка морщится каждый раз когда кто-то проходил слишком близко. ‎ ‎Кларка начало тошнить. Неприятно чувство возникло в верхней части живота, принося еще больше дискомфорта. Взгляд замылился, он не видел куда шел, скорее, машинально зашел в кафе, снял куртку, и начал пытаться определить где сидит Лойс. ‎ ‎Кларк не понял как нашел Лойс или она его нашла. ‎Они уже подходили ближе к столику, как к Кларку внезапно пришло осознание – ему страшно. ‎ ‎Кларку, Супермену, человеку из стали – страшно, из-за какого–то парня. ‎ ‎Страх резко осел на каждый его орган и часть тела, не давая спокойно двигаться, дышать и даже думать. ‎ ‎Лойс что то говорила, трясла его за плечи. А Кларк, лишь смотрел на нее невидящими глазами, видя Брюса Уэйна. ‎ ‎И его вдруг водой окатило. ‎ ‎Буквально. Взволнованный официант, кажется, принес воды. А Лойс вылила весь стакан на Кларка. ‎ ‎Ему стало легче. Страх засел обратно глубоко, закрыв за собой дверь. ‎Тошнота прошла в одночасье, осталось лишь неприятное послевкусие на языке. ‎Свой собственный стук сердца больше не давил на мозг. ‎ ‎– Кларк! Кларк! Да что с тобой? – первые, взволнованные слова Лойс – Ты в порядке? ‎ ‎– Да, извини Лойс, я в последнее время плохо сплю. – Кларк и не соврал, он плохо спал. Правда причина была не в бессонице. ‎ ‎Лойс подозрительно на него смотрела, официант дал Кларку маленькое полотенце и ушел обслуживать других людей, которые, кажется, все смотрели  на Лойс и Кларка. ‎ ‎– Может ты пойдешь домой? – Кларк теперь отчетливо видел внимательный взгляд Лойс. Который выражал не только беспокойство, но и, кажется, сожаление. – Если тебе правда плохо поговорим в другой день. ‎ ‎– нет, все нормально, мне лучше. – Лойс мельком улыбнулась, Кларку захотелось перенять улыбку. ‎ ‎– Хорошо. Интервью Уэйна! – Она улыбалась, но волнение в глазах не пропало. ‎ ‎Следующие полтора часа они обсуждали интервью. Кларк и сам узнал много нового, он прослушал почти всю первую часть. Лойс смотрела на него так удивленно, но кратко пересказывать слова Брюса. ‎Они смеялись, заказали чай и десерты. Кларку досталась  необычайно вкусная шарлотка, а Лойс взяла какой-то новомодный кусочек торта. ‎ ‎В конце все пошло, вниз, просто все упало. ‎Лойс сказала что у нее появился какой-то парень, с которым она вроде как хочет встречаться. ‎ ‎План Кларка в очередной раз провалился. ‎ ‎Но он был счастлив за подругу, она прямо расцвела рассказывая о нем. ‎Внутри кажется, ниточку что держала Кларка, беспощадно обрезали, и не абы чем, а по ощущению бензопилой. По спине прошлись мурашки, как будто колкие маленькие лезвия. ‎ ‎После такой информации, Кларку хотелось только домой, никуда иначе. Домой, желательно спать, надолго или даже навсегда. ‎Встреча с Уэйном все ближе и ближе, а он так и не вылечился от своей болезни. ‎ ‎ ‎ ‎