Обладая уничтожающей силой – не теряй сердце, стремящееся сберечь цветок.

Как вдруг во дворе послышались крики и отчаянные просьбы о помощи. – Я выбрался! – судорожно кричал мужчина – я выбрался из Баньюэ! Се Лянь тут же вскочил и выбежал во двор. Сань Лан же остался сидеть на своем месте, лишь слегка приподняв бровь. Он наблюдал за суетой, как за представлением, не проявляя ни малейшего желания вмешаться. "Очередная драма," - подумал он, не отрывая взгляда от мелькающих фигур. Ему было все равно, кто этот мужчина и как он выбрался из Баньюэ. Выйдя из дома, Се Лянь узрел несколько местных, которые держали путника. Его одежда была в грязи, что выдавало долгий пусть, а взгляд полон ужаса. – Можете все расходиться, я ему помогу, – проговорил Се Лянь, его голос звучал твердо и успокаивающе. Мужчины, узнав даоса, поспешно ретировались. – Господин, пройдемте, расскажите, что у вас произошло? – говорил он, обращаясь к старику, когда они уже заходили в монастырь. Старик, дрожа всем телом, послушно последовал за ним. Сань Лан встретил их изучающим взглядом. Он не встал, лишь слегка наклонил голову, наблюдая за тем, как Се Лянь бережно усаживает мужчину за стол. В его глазах мелькнуло что-то похожее на… презрение? – Господин, вы говорили, что выбрались из Баньюэ. Я слышал, там раскинулся оазис. Ночью там исключительно красивые виды, – проговорил Се Лянь, обращаясь к старику. Он старался говорить мягко, чтобы успокоить его. – Оазис? Красиво? – переспросил мужчина, его голос дрожал. – Пару сотен лет было красиво, а сейчас там лишь отнимают жизни. Там постоянно пропадают путники, я единственный смог выбраться из шестидесяти человек. – То есть ты бежал сюда из Баньюэ? – с сомнением спросил Сань Лан. – Да! Еле ноги унёс. Се Лянь услышав это, понял, что тот проделал долгий путь, но даже не взглянул на еду и воду. – Господин, раз вы бежали так долго, наверняка вас мучает жажда. Вот, выпейте, – сказал Се Лянь, подавая ему ёмкость с водой. Путник выглядел растерянно, но все же начал пить, жадно глотая воду. Небожитель услышал странные звуки, напоминающие наливку воды в кувшин. "Так и думал, это просто пустой сосуд" подумал принц, а после чего произнес: – Довольно. – Он выбил лёгким ударом ёмкость из его рук. – Всё равно в питье нет смысла, так ведь? Во взгляде путника пронеслась ярость. Он резко вынул из ножен меч и замахнулся на принца, но тот в этот же момент рукой отбил оружие. После чего небожитель схватил мужчину за руку. Он тут же почувствовал, как она принимает вид съеженной кожи. Путник бросился бежать. Когда он оказался у двери, его прибили к полу палочками для еды, которые бросил Сань Лан. Палочки вонзились в пол с такой силой, что дерево чуть раскололось. Старик весь съежился, от него осталась лишь сморщенная кожа. Сань Лан, не меняя позы, спокойно наблюдал за происходящим. – Я знал, – произнес он, его голос был тих, но в нем чувствовалась стальная решимость. – Пустой сосуд. – Это было весьма странно. – проговорил Се Лянь. "Стоит связаться с сетью духовного общения" пронеслось в него мыслях. в сети духовного общения: – Господа, вам известно что-нибудь о крепости Баньюэ? – спросил небожитель. Вопрос был проиграл. Спустя несколько секунд повелитель ветра вновь стал раздавать заслуги. Се Лянь уже собирался отключиться, как услышал голос Линвень – Ваше высочество, почему вы спросили про Баньюэ? – Ко мне заявился пустой сосуд под видом путника, он сказал, что пришёл оттуда. – Принц, я попрошу вас не ввязываться в это дело. – А правда, что там каждый раз исчезают путники? – Никто не станет посвящать вас в детали этого вопроса – Хорошо, больше спрашивать не стану. Он вышел из сети духовного общения. Се Лянь обернулся к своему знакомому и сказал: – Сань Лан, мне придётся оправиться в дальний путь. – В Баньюэ? А можно с тобой? – спросил тот. Небожитель замешкался. – Дорога предстоит долгая. Ты уверен, что хочешь пойти со мной? – Хочешь узнать о крепости Баньюэ? – Ты о ней знаешь? – удивлённо проговорил принц. – Две сотни лет назад именно там располагалось древнее государство Баньюэ. Там был советник, которого звали "чародей Баньюэ". Он был сиротой, всё детство проведя в скитаниях, из которых принёс тёмное искусство. Жители... Его рассказ прервали резкие стуки в дверь. – Ты кого-то ждешь? – нахмурившись, спросил Сань Лан. – Нет… Се Лянь, подойдя к двери, отворил ее. Он замер, пораженный. На пороге стояли Фу Яо и Нань Фэн. – Вы двое…? – Ты собирался в крепость… – начал Фу Яо, но резко замолчал, словно пытаясь удержать себя, и потянул Се Ляня за рукав, отстраняя от двери. Небожители уже было направились в сторону Сань Лана, на их ладонях покоились магические сгустили белого света. – Успокойтесь, все в порядке. Это мой знакомый. Не позорьте меня, прошу вас– сказал Се Лянь, подходя к Сань Лану. Последний лишь усмехнулся в ответ, его взгляд был полон скрытого смысла. – Сань Лан… – начал было принц, но его прервал резкий, властный голос Фу Яо: – Не разговаривай с ним! – Что? Почему? – в недоумении спросил Се Лянь. – Вы его знаете? – Не знаем, – хором ответили небожители, но в их голосах звучало напряжение. – Тогда зачем так нервничать? – все еще не понимая, проговорил Се Лянь. – Где вы встретились? Как его зовут? И почему он здесь? – обрушил на принца шквал вопросов Нань Фэн. – Представился Сань Ланом. Встретились по дороге в деревню. Ему некуда было идти, я предложил пожить у себя. Больше ничего не знаю – спокойно, но с заметным напряжением ответил Се Лянь. – Ты... ты ничего о нём не знаешь и впустил в свой дом!? А если он затеял покушение? – Нань Фэн явно находился на пределе. – Да на что при мне можно покуситься? – с тяжелым вздохом произнес принц . – Кто эти двое? – спросил юноша в красных одеждах, обращаясь к принцу. На его лице расплылась хищная ухмылка. – Они твои слуги? – Слуги – не совсем точное определение. Скорее, мои помощники, – неловко ответил Се Лянь, чувствуя на себе пристальные взгляды. – Вот как? Тогда пусть помогают, – произнес Сань Лан, и, схватив какой-то предмет, бросил его в сторону небожителей. Фу Яо, не успел понять, что происходит. лишь когда поймал брошенный предмет и опустил на него взгляд, он мгновенно пришел в ярость. Бросив метлу на пол, небожитель отпустил сгусток света с ладони и прорычал: – Ты… яви свою истинную сущность! Сань Лан даже не пошевелился, чтобы увернуться от атаки. По-прежнему сидя со скрещенными на груди руками, он лишь слегка наклонился в сторону – и слепящий белый шар попал точно в ножку стола для подношений, из-за чего тот с грохотом рухнул. Он лишь проговорил с явной иронией: – Вот так чудеса. – Не разносите мой монастырь! – резко сказал Се Лянь и повел небожителей на улицу, чтобы продолжить разговор . Подняв табличку, валявшуюся на земле, он подошел к ним. – Взгляните на эту табличку. Прочитайте, что на ней написано, – попросил принц. Фу Яо, глядя на предмет в руках Се Ляня, вслух прочел: «Монастырь находится в обветшалом состоянии. Люди добрые, посильные пожертвования и помощь в реставрации пойдут в копилку ваших добродетелей». Нань Фэн переспросил, не веря своим ушам: – "Нуждается в помощи в реставрации"? Ваше высочество, вы серьезно? Ты – вознесшийся небожитель, как ты мог написать такое? Где твое достоинство? Се Лянь кивнул. –Именно, это я написал. Если вы двое продолжите здесь сражаться, мне придется просить не о реставрации, а о строительстве нового здания. Тогда о достоинстве не будет и речи. Немного остыв, Фу Яо поинтересовался: – И всё же, Ваше Высочество, разве этот юноша не кажется вам странным? – спросил Фу Яо. Принц немного подумал, прежде чем ответить: – Кажется… Слишком спокоен для человека, которого только что чуть не уничтожил сгусток света. И слишком хорошо знаком с вашими реакциями, Фу Яо. Нань Фэн нахмурился. – Ты хочешь сказать… юноша знал, что он нападёт? Се Лянь вздохнул. – Не думаю, что он знал, что именно вы сделаете. Но он определенно ожидал, что вы будете недовольны моим… новым знакомым. Нань Фэн продолжал: – И ты, прекрасно понимая, что он опасен, всё равно позволил ему остаться рядом с собой? Се Лянь произнес: – Нань Фэн, ты не прав. В мире столько разных людей. "Странный" не означает "опасный". Меня тоже считают странным, но разве я опасен? Этот вопрос заставил Нань Фэна и Фу Яо замолчать. Се Лянь сказал: – И я уже проверял его. Лица юношей немедленно посуровели. – Каков результат? Се Лянь произнес: – Результат нулевой. Если ему до сих пор удается водить меня за нос, и если он всё же не простой смертный, тогда остается лишь один вариант. Фу Яо с холодной усмешкой произнес: – Кто знает, вдруг он и вправду непревзойденный? Се Лянь ответил: – Вы думаете, непревзойденному Князю Демонов нечем заняться, и он решил отправиться в захолустную деревню помогать мне собирать мусор? Троица снаружи монастыря Водных Каштанов услышала, как юноша внутри домика неспешно расхаживает туда-сюда, столь вольготно, что казалось, его ничто не беспокоит. Нань Фэн задумчиво произнес: – Нет. Все-таки нужно придумать способ, чтобы проверить, непревзойденный он или нет. Се Лянь потер точку между бровей и ответил: – Ну, тогда сами и проверяйте. Только не наводите слишком сильный беспорядок. Пока это еще не вполне ясно, но что если он действительно всего-то сбежавший из дома юнец? Будьте повежливее, не обижайте его». Когда они вернулись в монастырь принц попросил прощения у Сань Лана за произошедшее. Услышав, что то не в обиде, он вернул всё внимание небожителям и спросил: – И всё же, зачем вы пришли? – Ваше Высочество, мы услышали, как вы упомянули Баньюэ в сети духовного общения, и решили сопровождать вас. – Вы пришли по собственной воле? – Да, – хором ответили небожители. – Что ж, хорошо. Нань Фэн едва слышно проговорил: – Освободите мне немного места, я нарисую магическое поле для «Сжатия тысячи ли». – Нань Фэн, можешь нарисовать на двери– проговорил принц. – Хорошо – сказал небожитель и принялся рисовать. Ещё недавно у Фу Яо не было времени, чтобы рассмотреть монастырь внутри. Сейчас же, когда он находился в помещении, ему удалось оглядеться, при этом на лице его отразилась крайняя неприязнь. Нахмурив брови, он спросил: «И ты живешь в подобном месте?» Се Лянь предложил ему табурет и ответил: – Я уже давно живу в подобных местах. Движения Нань Фэна на миг застыли, когда он услышал слова принца, но спустя мгновение он продолжил рисовать. Фу Яо так и не присел, однако лицо его застыло в совершенно необъяснимом выражении: на девять частей его можно было назвать остолбеневшим, а еще на одну — как будто радующимся чужому горю. Однако странное выражение вскоре исчезло с его лица, и Фу Яо продолжил спрашивать: – А где кровать? Се Лянь, держащий в руках циновку, ответил: –Так вот она. Глаза юноши округлились от удивления: – Вы что, спали вместе? – А что такого? – ответил тому небожитель в белых одеяниях. Сань Лан лишь усмехнулся. Удивление по-прежнему не сходило с лица Фу Яо, что то и дело бросал косые взгляды на юнца в красном.