Кровью написано в дневнике

Виолан сидела в гостиной с телефоном в руках. Дерут уехал по делам с утра. Басен был в школе. Лили играла в своей комнате с няней. В особняке было тихо. Слишком тихо для дома, где когда-то жила семья. Она задумчиво листала ленту, не видя толком, что там мелькает. Мысли были заняты другим. Кейл. Прошло уже почти две недели с тех пор, как он уехал. Несколько дней с того странного разговора, когда она позвонила ему в первый раз. Он не сбросил. Он слушал. Он даже ответил «хорошо». Для неё это было больше, чем просто слово. Виолан зашла на страницу Кейла. Пусто. Ни одной фотографии, ни одного поста. Аккаунт существовал, но казался мёртвым. Только аватарка — чёрный квадрат. — Как будто тебя нет, — прошептала она. Но она знала, где искать. Она зашла в подписки Кейла. Их было мало — всего несколько. Рон, Бикрос, Бад Иллис и какие-то пустые страницы. И замерла. Рон выкладывал фото. Много фото. Первое — ужин в ресторане. Кейл сидел за столом с палочками в руках, сосредоточенно глядя на тарелку с лапшой. Рядом — Рон с чашкой чая и Бикрос с каменным лицом. Подпись: «Молодой господин осваивает корейскую кухню». Второе — массажный салон. Кейл лежал на кушетке лицом вниз, а массажист разминал ему спину. Рядом, на соседних кушетках, блаженствовали Рон и Бикрос. Подпись: «Щеночек расслабляется. Заслужил». Третье — бассейн. Кейл в воде, мокрые алые волосы прилипли к лицу, на губах — лёгкая, почти незаметная улыбка. Рон и Бикрос стояли по бокам, и все трое смотрели в камеру. Виолан листала дальше. Ещё фото. И ещё. Кейл на фоне сеульских небоскрёбов. Кейл в новой пижаме — с драконом на спине. Кейл, пробующий уличную еду. Кейл, сидящий на скамейке в парке с задумчивым видом. Он был жив. Он был... счастлив? Нет, счастливым его назвать было нельзя. Но спокойным — да. Расслабленным. Таким, каким Виолан никогда его не видела. — Слава богу, — выдохнула она. В её глазах защипало. Она быстро моргнула, прогоняя слёзы. — Лили! — позвала она. Через минуту в гостиную вбежала трёхлетняя девочка с растрёпанными волосами и плюшевым зайцем в руках. — Мама? — Лили подбежала и забралась на диван. — Смотри, — Виолан показала ей телефон. — Это твой старший брат. Лили уставилась на экран. На фото Кейл сидел в ресторане с палочками, а на заднем плане Рон подливал ему чай. — Кейл? — спросила Лили, пытаясь выговорить имя. — Да, милая. Это Кейл. — Он красивый, — сказала Лили с детской непосредственностью. — У него волосы красные, как у принцесс! Виолан улыбнулась. — Очень красивые. — А где он? — Далеко. В Корее. — А почему он не с нами? Виолан помолчала. — Он... учится. В академии. — А-а-а. — Лили, кажется, удовлетворилась ответом. — Мама, а можно ему тоже фото отправить? — Что? — Ну, чтобы он знал, что мы тут. И что он красивый. Виолан замерла. — Ты хочешь отправить ему фото? — Да! — Лили закивала. — Я улыбнусь! Виолан смотрела на дочь и чувствовала, как в груди разливается тепло. — Хорошо, — сказала она. — Давай. Она открыла камеру, навела на Лили. — Улыбнись! Лили заулыбалась во весь рот, показывая молочные зубы. Щёлк. Виолан посмотрела на фото. Идеально. Она быстро нашла контакт Кейла (тот самый, который дал Рон) и отправила фото с подписью: «Лили просила передать. Она сказала, что у тебя красивые волосы. Мы видели твои фото у Рона. Рады, что у тебя всё хорошо.» Отправила. И замерла в ожидании. Прошла минута. Две. Пять. — Он не отвечает? — спросила Лили разочарованно. — Он занят, милая. Может быть... Телефон пиликнул. Виолан посмотрела на экран. Кейл прислал смайлик. Простой жёлтый смайлик с улыбкой. Виолан выдохнула так, будто с души свалился камень. — Он улыбнулся, — прошептала она. — Покажи! — Лили потянулась к телефону. Виолан показала. Лили довольно кивнула. — Хороший брат. — Да, — сказала Виолан. — Хороший. Она хотела уже убрать телефон, как вдруг пришло новое сообщение. Фото. Кейл стоял в какой-то лавке с сувенирами. В руках он держал два предмета — красивое самодельное ожерелье из камней и маленький талисман с иероглифами. Подпись: «Какое вам и Лили? Ожерелье или талисман? Когда приеду — передам.» Виолан прижала руку к груди. Сердце билось так сильно, что, казалось, выскочит. — Лили, — сказала она дрожащим голосом. — Смотри. Он спрашивает, что вам привезти. — Ожерелье красивое, — сразу сказала Лили. — Как у принцесс! —И мне талисман! Чтобы счастье было! Виолан засмеялась. — Хорошо. Она набрала ответ: «Лили говорит — ожерелье ей, талисман ей же. А мне... если честно, мне ничего не надо. Просто знай, что мы здесь.» Отправила. И через минуту получила ответ: «Хорошо. Тогда два талисмана. Один тебе. Приеду — отдам.» Виолан закрыла глаза. Слёзы всё-таки потекли. — Мама, ты чего плачешь? — испугалась Лили. — Я радуюсь, милая. Просто радуюсь. Она обняла дочь и поцеловала в макушку. Телефон снова пиликнул, но она не стала смотреть. Потом. Сейчас хотелось просто посидеть и почувствовать это тепло. Вечером, когда Лили уснула, Виолан сидела в кресле и смотрела в окно. Закат догорал над садом. Она думала о Кейле. О его сообщениях. О смайлике. О том, что он спросил про сувениры. Маленький шаг. Всего один маленький шаг. Но для неё он значил всё. Она вспомнила Дерута. Последние дни он становился всё раздражённее. Срывался на слугах, кричал по пустякам, пил по вечерам. Она понимала почему. Кейл ушёл. И Дерут потерял не просто сына — он потерял шанс всё исправить. А осознание того, что шанс был, но он его упустил... это убивало. Виолан вздохнула и потёрла виски. Голова начала болеть. Но она знала: с этим она справится. Ради Лили. Ради Басена. И ради Кейла — даже если он никогда не назовёт её мамой. Она просто будет рядом. На расстоянии. В телефоне. В сообщениях. И этого достаточно. Пока.