Любовь в эпоху перестройки

Занятий в пятницу было немного, а с последнего урока вообще отпустили, решив, что не стоит нагружать в конце года тех, у кого не было долгов. Асока относилась к числу таких счастливчиков и со спокойной совестью отправилась домой уже к полудню. Алиса проводила ее тоскливым взглядом, на что Асока подняла вверх большой палец, говоря этим, что она верит в нее. А еще в искусно написанные шпаргалки, которые подсунула подруге еще утром. Асока вышла из школы и отправилась к себе, до встречи с Энакином еще было время и она хотела пообедать, а потом быстро сделать уроки. Последние учебные недели задавали мало, но портить четвертные оценки не хотелось и потому не следовало пренебрегать ничем. Но настроение было приподнятым, погода за окном просто замечательной, а значит какое-то несчастное упражнение по русскому, пара номеров по алгебре и один чертеж никак не могли быть в тягость. И Асока справилась с ними играючи, не сомневаясь, что за все получит пять. Однако, обедать пока не стала, решила дождаться Энакина, чтобы поесть с ним вместе, как это иногда бывало. Подумав о том, как это будет сегодня, тогрута невольно улыбнулась. Как неожиданно и как прекрасно вошла в ее жизнь эта новая дружба. Как непривычно было общаться с парнем вот так запросто, безо всякого стеснения и внутренней скованности, что обычно нападала на Асоку при общении с противоположным полом. С одноклассниками такого не случалось, их она знала с первого класса, а некоторых даже с детского сада, поэтому просто не воспринимала как потенциальных парней. Да и они тоже считали Асоку верным боевым товарищем, своим в доску парнем и совершенно не стеснялись ее. Здесь же совсем другая ситуация. Энакина Асока до сих пор знала лишь смутно, сталкивалась время от времени, но общения не было. Поэтому сейчас, когда оно стало таким близким, девушка не могла не поражаться тому, как легко это могло быть. Словно бы они давно знали друг друга, но при этом не переставали удивлять. Странная совместимость на уровне даже не интересов, а чего-то душевного уравновешивала разницу во всем остальном. И главное, им хотелось не просто болтать и проводить время вместе, они непроизвольно заботились друг о друге, старались помочь и проявляли внимание. Это началось с того дня, когда Энакин спас Асоку от нападения, а она потом обработала ему ссадины. И уже тогда связь между ними окрепла и стало понятно, что просто так это не завершится, будет продолжения, хотя сейчас и неясно какое. Одно ясно было, что судьба не просто так свела этих двоих, а явно с какой-то целью. Лишь только одно тревожило девушку и не давало в полной мере наслаждаться общением. Да, у нее не было опыта касаемо парней, ни с кем еще не встречалась и никто не нравился всерьез. Ни один из знакомых мальчиков не вызывал мыслей о сближении и тем более о том, чтобы целоваться с ним, а потом выйти замуж. Смешно было даже представить кого-то из одноклассников в таком качестве. Но тем не менее, прочитав много книг, Асока прослеживала одну динамику, что была почти всегда при описании разнополой дружбы. Говорилось, что ее основной минус и главная опасность в том, что один может влюбиться, а второй не ответить взаимностью. Отчего дружба поневоле рушилась, а взамен ничего не приходило. Алиса рассказывала ей нечто похожее на это. Она, в отличие от подруги, влюблялась постоянно, это являлось для нее нормальным состоянием. Бывало так, что либо с ней парень дружил, на самом деле испытывая к ней чувства и надеясь таким образом добиться ответных, либо она сама изображала дружбу с объектом своего интереса, имея такую же цель. Но ничем хорошим это, как правило, не завершалось. Взаимность, если ее изначально нет, потом и не появится. Приходилось заканчивать общение, что часто сопровождалось болью. — Понимаешь, — сказала как-то Алиса, придя вечером к Асоке — Самое обидное то, что как друг Костя мне нравился, очень, я никогда и ни с кем такой дружбы не знала, но вот как парень… Даже не знаю, как объяснить. В общем, нравится его характер, общность интересов, темпераментов, но не нравится его внешность и физические данные. Ну вот никак. Хоть убейте, а не могу это перебороть. Когда он пытается обнять меня или поцеловать, что оттолкнуть его хочется, до того становится неприятно, а уж как представлю, что еще с ним делать придется, так прямо наизнанку выворачиваюсь. И ведь понимаю умом, что он-то ни в чем не виноват, но поделать с собой не могу ничего… Итог этой ситуации был довольно печален. Алиса предложила компромиссный вариант: с Костей они будут просто дружить, а отношения строить с другими людьми. Его это категорически не устроило, он сказал, что любит ее и ему будет больно видеть и знать, что Алиса с другим. Поэтому, было решено полностью оборвать всяческое общение. Алисе тогда было плохо и Асока весь вечер утешала подругу, но все равно долго еще она страдала в тоске по Косте и жалела о том, что из-за его любви потеряла в его лице друга. Асока сейчас вспоминала эту историю и боялась как бы она не повторилась с ней и Энакином. Ведь ей не было понятно, что хочет от дружбы с ней именно он. Да, ему с ней хорошо и приятно, он радуется их общению, но вот как относится к ней, этого было не понять. Асока знала, конечно, что Энакин любит свою практикантку и понимала, что заменить ее и быть такой как она не сможет никогда и не хочет. Равно как и то, что парень не смог бы так резко переключится с одной любви на другую, ведь Энакин не произвел впечатление ветреного повесы как Дон Жуан из одноименной легенды. Но он же ее поцеловал. Ее, а не Падме свою, с которой так и не дошло до такого. Значит, чувства есть, но какие? Асока не понимала, но и выяснить это точно не сможет. Это Алиса могла запросто спросить у парня такие вещи, заставив прямо сказать, чего ему от нее надо и что он намерен делать далее. Асока так не могла, природная робость и воспитание, а так же страх лишней боли не позволяли это сделать. И она потому уже неделю предпочитала вести себя с Энакином как будто ничего не произошло в том вечер между ними. Просто встречалась с ним как друг и наблюдала, веря, что судьба сама выведет обоих к нужному ей итогу. Но, может, сегодня все пойдет как-то иначе?

***

Выйдя из дворца бракосочетаний, Энакин сразу пошел домой, не хотелось бродить по улицам, а до встречи с Асокой была еще пара часов. И потом состояние не способствовало этому. Да, он все сделал правильно, пришел поздравить Падме с новой жизнью и после отпустить ее. Понимал, что должен поступить именно так. Мама сказала верно, нельзя заставить другого человека любить себя даже если ты очень этого хочешь. И самое лучшее здесь это просто уйти от него, перестать навязываться и убеждать в том, что с тобой будет лучше. Ничего не добьешься, лишь сделаешь себе больнее. Проще вообще не видеть этого человека, отпустить, позволив жить так как хочет он. Все это справедливо, да, но как быть с собственными чувствами, которые не исчезнут в мгновение ока лишь потому, что ты скажешь им уйти. Нельзя перестать любить даже если это никому не нужно. Терпеть, держать в себе и молча ждать когда они сами пройдут? Ничего нет мучительнее, но еще более бессовестно использовать другого человека, чтобы забыть этого. Лечиться его вниманием и его чувствами, чтобы только не думать о своих. Нет, так Энакин никогда не поступит. Он же не моральный урод, которому на всех плевать. Ему хорошо понятно, что в данной ситуации чувства самого Энакина это только его проблемы, ведь они появились там, где не нужны и адресованы тому, кому они без надобности. Нет, это не значит, что они плохие, любовь это в принципе светлое и доброе чувства, если только не опошлять и не пачкать его местью, злобой и ненавистью. Тогда, даже исчезнув со временем, оно останется в памяти как что-то хорошее, что сделало душу лучше и чище. Поэтому надо стараться, чтобы так оно и осталось, а пока просто жить, как бы ни было сложно и быть может судьба еще вознаградит Энакина за этот поступок. Тем временем парень дошел до дома и позвонил в дверь. Мама уже пришла, работала, видно, в первую смену. Она сразу все поняла, увидев нарядного сына. — Ты был на свадьбе? — спросила Шми больше с утвердительной интонацией. — Да, я сходил и поздравил, — ответил он, снимая ботинки, после чего скорее прошел в комнату и избавился от костюма, в котором ощущал себя будто бы не самим собой. И переодевшись в привычные майку и джинсы, снова вышел к маме. — Тебе было сложно это сделать? — поинтересовалась Шми, наблюдая за выражением лица Энакина. — Я знаю, что так было нужно, — ответил он, не глядя на нее — Что так правильно, ведь если она меня не любит, то нет смысла пытаться, ведь ее судьба это другой человек и им хорошо вместе, пусть она будет счастлива с ним если они так решили. — Но ты все равно ее любишь? — Шми не нужно было ничего рассказывать она все видела сама, понимала, что чувствует сын и хотела ему только помочь. — Я не знаю, что это такое, — честно признался Энакин — Я понимаю, что чувство осталось, но знаю и то, должен избавиться от него, что оно никому не нужно и будет мне только мешать. — Это не так просто, если делать это нарочно, то ничего не получится, — ответила на это Шми — Только душу надорвешь сильнее, нужно просто жить, делать то, что должен и стараться не совершать плохого и тогда избавление наступит само, а ты уже на верном пути, постарайся с него не сбиться. Я знаю, нельзя разлюбить и полюбить лишь по одному желанию, но можно идти по зову сердца, туда, куда оно зовет, а это и есть самый верный путь. Несложно было понять, на что намекает мама, но вот понимает ли сам Энакин, что за путь ему предстоит.