Is on our side

Пробуждение снова не самое радужное. Вчера у него болела голова от похмелья, а сегодня отвратительно ноют рёбра. Спрятав лицо в сгибе локтя, Аарон жмурится до звёздочек перед глазами. К несчастью боль слишком реальная, что бы можно было скинуть вчерашнее на плохой сон. За окном ещё темно, но далёкие рассветные лучи проскальзывают на горизонте — там, вдали, небо окрашивается в малиновый. Такое небо Аарон обычно представляет, когда говорит об апокалипсисе. Редкое, но завораживающее явление. Через полчаса небо сменит окрас, час сменит другой. Аарон осторожно поднимается с постели, стараясь не слишком сильно двигаться. Голова совсем не болит, но, если прощупать, шишка под волосами неприятная. Как и обещал, он наблюдает за симптомами. Кроме небольшого дискомфорта при движении, сухого горла и вселенской усталости он не чувствует ничего. Опираясь на стену, выглядывает в коридор. Под чужими дверьми не видно света, на лестницу не проникает свет первого этажа. В доме гробовая тишина. Аарон проскальзывает в ванную. Отказавшись от большого света, с лёгким удивлением включает подсветку на зеркале. Вчера он её не заметил. В полумраке комнаты Аарон выглядит как ходячий мертвец: бледная кожа, пустой взгляд куда-то за собственное отражение, мешки под глазами. Приподнимает футболку и вздыхает. Примерно на расстоянии между пятой и седьмой парой рёбер красуется ровный синяк отвратительно глубокого оттенка. На всякий случай проверяет не сильно ли это затрудняет дыхание. Ноюще-колющее ощущение приносит дискомфорт, но не мешает. Рёбра и грудина должны быть целыми. Аарон очень на это надеется. С отвращением проводит холодными пальцами по синяку. Глядя на свои руки через зеркало, понимает, что дрожит всем телом. В голове всплывает вчерашняя картина: Нил и Эндрю. То, насколько они были ласковы, спокойны и счастливы. Зависть скручивается клубком колючих нитей где-то под ключицей. Аарон не дурак. Видит, насколько их старшие версии лучше. Насколько сам Аарон лучше. Сейчас он комок нервов, сарказма и заёбанности. Покачав головой, отгоняет к чертям ненужное самобичевание. Взяв себя в руки, сходил в туалет, умылся тёплой водой и так же тихо направился обратно. В этот раз под одной дверью выглядывает полоска света. Не желая быть замеченным, ускоряется, только чудом не хлопая за собой дверью. Это точно Джостен собирается на отвратительно раннюю пробежку. Сумасшедший. Даже в другом времени одержим глупыми идеями. К моменту, когда старший Аарон заглядывает в его комнату, Аарон уже пару часов лежит уставившись в потолок. За это время он принял решение полностью игнорировать Джостена, сделать вид, что его вообще не существует — в крайнем случае отмахнуться, как от особенно назойливой мухи. — Итак, как состояние? — мужчина рассматривает синяк. — Ты не пользовался мазью? — неодобрительный взгляд говорит громче слов. Аарон бросает взгляд на тумбочку — он и не заметил тюбик в темноте. — Не видел, — пожимает плечами. — Понятно, — Миньярд вздыхает. Уже ничего не спрашивая сам берёт дело в свои руки: он совсем не нежен. Он нажимает слишком сильно, от чего Аарон вздрагивает и болезненно кусает губы. Холод мази мурашит кожу, но облегчает боль от чужой грубости. Миньярд вытирает руки салфеткой, отойдя к окну. Смотрит куда-то вдаль, задумчиво мычит что-то под нос. Аарон произносит на выдохе: — Как ты наладил с ними отношения? Старший на мгновение замирает. Словно в замедленной съёмке оборачивается, наклоняя голову. Ещё немного времени ему нужно, что бы обдумать ответ. — Мы говорили. Много. Громко. С рукоприкладством, но не рекомендую — Нил бьёт больно, — мужчина усмехается. — Это было до тех пор, пока мы не сорвали голоса. Потом Ники поил нас чаем несколько дней подряд. С Эндрю… Терапия с Эндрю стала началом, а остальное — наши собственные усилия вне кабинета психолога. — А Кевин? — хрипит Аарон, опираясь на стену. — А он что? — мужчина выгибает бровь. — Когда мы ввели «сухой закон» Кевину было тяжело. Я единственный, кто мог в полной мере понять его. Так и сдружились. Аарон качает головой, бьёт по постели. — Я не понимаю. Я нихуя не понимаю. Ты будто абсолютно другой человек. Вы все, — отчаянно смотрит на старшего. — Вы уверены, что это не другая вселенная? Я не верю, что всё может быть так… так, — закрывает глаза, ещё раз нанеся удар несчастной постели. — Это мы и хотели обсудить сегодня, — Миньярд смотрит на младшего с пониманием. Он тоже мало чего понимает, но Кевин достаточно долго втирал им перед сном про эти путешествия во времени. Нил еле отобрал у него ноутбук и уложил спать. — Спускайся на завтрак и мы вместе выясним всё, что сможем. Младший всхлипывает, когда остаётся в комнате один. *** В столовой сидят все. Судя по тому, что они уже начали есть, Аарон спустился намного позже, чем его звали. Единственное свободное место рядом с Эндрю. Рядом с ним сидит Дэй, а не Джостен. Удивительно. Молча сев, понимает, что слишком голоден. Настолько, что его тошнит от одного вида еды. Но он пропустил ужин и вчера почти не обедал, так что закинуть в себя хоть-то дело простого выживания. Однако ему не привыкать голодать по несколько дней. — Как самочувствие? — Кевин резво делает ему свежий чай, ставит под носом. — Поможет легче усвоить пищу после голодания, — мужчина пристально смотрит Аарону в глаза. Он распахивает рот, не веря своим ушам. Знает, что Эндрю наблюдает. Чувствует всем телом, но то, что старшие версии, кажется, знают о его привычке есть мало или голодать несколько дней, удивляют слишком сильно. — Нормально, — Аарон берёт себя в руки. Кевин кивает. Несколько минут проходят в тишине. Этого хватает, что бы Аарон съел половину порции. Вчерашняя паста оказывается вкусной. — Мы хотели обсудить различия и сходства наших жизней, — Нил качает ногой. — Мы, — указывает на копию, — Поговорили на пробежке. Полное попадание, — хмыкает. — Мне нечего скрывать, — старший Эндрю смотрит на свою копию, очевидно бросая ему вызов. — Они уже видели Дрейка, — младший Эндрю хмыкает подобно Нилу, а Аарон вздрагивает всем телом. Он отодвигает тарелку от себя подальше, потому что видения о том отвратительном дне мелькают перед глазами. Старший Эндрю позволяет копии на этом остановиться. — Я не буду говорить об этом перед всеми, — Аарон отрезает, стоит старшему Аарону попросить рассказать о детстве. Тот закатывает глаза, но ведёт его за собой. Бэлла выходит на задний двор с ними, весело прыгая. Старший кидает ей мяч. — Я говорю, а ты подтверждаешь или опровергаешь мои слова, — предлагает копия. Из кармана, очевидно чужой, куртки он достаёт пачку сигарет и зажигалку. — Будешь? Аарон не отказывается. Первая затяжка встречает приятным головокружением. Лёгкая эйфория поднимается по венам и Аарон решает сесть на те самые дурацкие садовые качели. Место рядом сразу же занимают. Бэлла приносит мяч, старший снова его кидает. Круговорот собачьей радости, не иначе. — Я боюсь, что любое знание будущего изменит наше настоящее, — старший вздыхает. — Я не хочу терять то, что у меня есть сейчас. — Тогда ничего не рассказывай. Когда мы вернёмся я просто сделаю вид, что у всех массовая галлюцинация. — Сомневаюсь, что другие поддержат твою идею, — мужчина рассматривает младшего, морщась от того, что ветер несёт дым прямо ему в лицо. — Ладно, быстрее начнём, раньше закончим. — Начинай. — В младших классах ты часто посещал церковь, — Миньярд говорит тихо, почти лениво, словно пародирует Эндрю. Аарон уже хочет встать и уйти. — Потом у Тильды случился рецидив — почти полгода ты не посещал школу, учителям было всё равно. Это чистая правда. Вначале Тильда следила за тем, что бы он посещал школу, а на выходных они вдвоём ходили в церковь. Где-то спустя три года школы женщина постепенно начала менять своё поведение: из заботливой и любящей матери она превратилась в раздражительную и нервную. Тогда ещё через полгода Аарон перестал узнавать в ней мать. Больше они не ходили в церковь каждую неделю, не делали вместе домашнее задание. За любую оценку, кроме «отлично» — пощёчина, наказание. Аарон не знает, что стало такой резкой переменой в её поведении. И уже никогда не узнает. Остаётся только предположить, что это просто наркота. — Потом появились мужчины, — старший уже не кидает мяч, а гладит собаку по голове. У Бэллы очень добрые глаза. — Тильда подсела снова. Сильно. Я ещё не понимал, что это такое. Синяки не успевали сходить, слишком быстро сменяясь новыми. Еды было мало, — мужчина ловит чужой взгляд, — Я прятал синяки так же тщательно, как и еду. Воровал у соседей, забирал из столовой бесплатный обед, обкрадывал магазины. — А если мама ловила меня, то в лучшем случае я был заперт в комнате с бутылкой вместо туалета. Без еды, воды, — Аарон продолжает за него. — Я писал Эндрю, как только узнал о его существовании. — Он послал меня, — подхватывает младший. — Я не знал почему. Было обидно. Больно. Сейчас я его понимаю, но почему он продолжает сторониться меня — нет. — Спроси его. Не сейчас, не сегодня, но затронь эту тему на сеансе. *** Сидя на улице несколько часов они неизбежно замерзают. Нил уже гонит их домой, крикнув из окна гостиной. Они послушно идут в дом, а Бэлла, обогнав их, забегает первой. Утром было солнце и оно согрело землю — тонкий слой снега, выпавший за ночь, растаял, превратившись в лужу грязи, в которой собака с радостью искупалась. Кевин сразу же начинает кричать, что у неё грязные лапы и её нужно поймать. Старший Аарон и Нил бросаются ему помогать, но собака умудряется обхитрить их. Эта беготня заканчивается тем, что половина пола измазана в грязи, а Бэлла прыгает на стоявшего в стороне старшего Эндрю, который с ухмылкой наблюдал за хаосом. Теперь он поплатился за бездействие. Старший Аарон оседает на пол от смеха, глядя на распластанного по полу грязного брата. Бэлла умудрилась ударить его лапой по лицу и размазанный отпечаток красуется на нём. — Бэлла, сидеть! — рявкает Кевин, но тоже с трудом сдерживает улыбку. Нил улыбки не прячет — только помогает Эндрю встать. — Что за отвратительная привычка прыгать на людей? Словно завели хаски, — но Бэлла смотрит на него своими самыми добрыми глазами в мире, виляя хвостом, пока Кевин тащит её в ванную. Старший Аарон не может успокоиться. Смех перерос в икоту, он осел на пол. Эндрю щурит глаза, наблюдая за ним. Пальцем собирает грязь с лица, мажет сначала хихикающему Нилу по волосам, а Аарона толкает в сторону огромного мокрого пятна. Это не останавливает чужого веселья, только теперь уже и Нил задыхается. — Они точно взрослые люди? — Дэй хмурится, не разделяя чужой радости. У Аарона смешанные чувства от этого. Да, грязно, но и что? Он жил и в худших условиях, но тут не перманентная помойка — просто часть жизни, которую легко убрать. — Ни у кого из нас не было нормального детства, — старший Эндрю окидывает своего близнеца и Нила взглядом. — Дайте им побыть идиотами ещё немного. Но уберите грязь до того, как Кевин помоет Бэллу. Она сделает ещё хуже. Мужчина уходит на второй этаж. Нил поднимается первым и рывком тянет Аарона на ноги. Тот, покачнувшись, упирается в Нила и, приобняв, хихикает уже в плечо. — Давай-давай, — с лица Нила не сходит улыбка. — Или на полу сегодня будем спать мы. Без подушки. Без одеяла и даже не на ковре. Миньярд стонет, но слушается. Джостен корчит рожу, глядя на самого себя из будущего. Эндрю сжимает руки до побелевших костяшек. О чём он думает? Хотел бы Аарон знать. Дэй же окидывает старших неверящим взглядом. Его можно понять — в настоящем ни один из них лишний раз друг на друга не взглянет, а тут они валяются в грязи и смеются как малые дети. Аарон сдерживает вздох, скрывается на кухне, ловко обходя грязные пятна. Это не его проблема. — Ты в молодости был уже как старый дед, — слышит с кухни голос Нила. Старший Аарон что-то бубнит в ответ неразборчивое и, судя по звуку, бьёт Нила ладонью. Аарон пытается абстрагироваться от шума. Уют чужого дома его напрягает. Когда становится слишком хорошо — его всегда настигают мысли, что это ненадолго. Обычно, когда в доме его матери становилось тихо это означало несколько вещей: матери нет дома и не будет от одного дня до четырёх, ну, или она настолько накурилась, что лежит без сознания в любом уголке дома. После этого «спокойствия» она срывала своё плохое настроение на Аароне. И неважно, что он был не виноват. Ни в чём вообще. Отогнав мысли подальше, Аарон нагло ворует чужой сок из холодильника. Он апельсиновый, но на всякий случай читает состав — персики, на которые у него аллергия, могут быть и тут. За этим делом его застаёт Кевин. Мужчина мокрый с головы до пят — очевидно, что Бэлла не особо сидела спокойно, когда её мыли. Но он не выглядит грязным, а запах приятно окутывает ментолом. — В этом доме вообще никакого уединения, — Аарон закатывает глаза, убирая упаковку на место. — Поэтому тут четыре комнаты, — Кевин хмыкает. — Что ты искал в составе? Наверняка он уже знает ответ, если он настолько близок к Аарону из будущего. — Персики. — В этом доме их ест только Нил и исключительно в свежем виде, а это сок Эндрю. Аарон намёк понял. Сок от этого не стал вкуснее — слишком сладкий на его вкус. Старший легко прочитал это на его лице и усмехнулся. — Поможешь накрыть стол? На обработку мысли уходит несколько мучительно долгих секунд. — Ладно, — Аарон соглашается, потому что на самом деле слишком проголодался, что бы ждать ещё дольше. Видно сразу, что Кевин уже привык к этой рутине. Он ни разу не задел Аарона, выставляющего посуду, пока ходил по кухне в разные стороны. Он расставил блюда так, словно знал кто где сядет и к кому надо поближе поставить салат, кому мясо, у кого рядом чашка для чая, а у кого стакан для сока или воды. Обыденность. Простая, тихая, спокойная. Это похоже на место где тебя знают как облупленного: видят каждую трещинку, скол, мельчайшее несовершенство. И принимают как есть. Не пытаются исправить, вылечить, переделать, вылепить что-то новое, удобное. Мысли занимает мама. Ей нужно было, что бы он был лучшим во всём, чем он занимался, не смотря на условия в которых он жил, не обращая внимания на обидные слова других детей, на испорченные ими же личные вещи. На любых бесплатных секциях, — он перепробовал несколько видов спорта, рисование, музыку, вязание, — он обязан был быть лучшим. А маленький ребёнок просто хотел сбежать из дома на лишний час — и пусть ему приходилось коротать время на ненавистных тренировках по баскетболу. Слишком быстро его попросили уйти, потому что пока члены команды один за другим вытягивались в считанные недели, Аарон почти не вырос. Спорт ему не помог. Вспоминаются Лютер и Мария. В те нечастые встречи Аарон уже мог заметить, что от Ники чего-то хотят. Тильда называла таких «как Ники» — омерзительными грешниками, буквально вбивая в сына свои установки. Аарон видел, как Мария молится за столом, когда речь заходит о «грехах» её ребёнка. Аарон не понимал. Вёлся на слова взрослых, перестал различать своё собственное мнение, начал говорить чужими словами. Ники угасал, но его уверяли, что кузену нужно изгнать демона и он будет таким, как прежде. Ники действительно вернулся другим. Но причиной стала не церковь. Эрик. Мужчина, принявший их кузена так же, как Ваймак укрыл своим надёжным плечом Лисов; как Эбби, помогающая Аарону с практикой; как… Бетси, с мягким молчаливым присутствием. В голове мелькает мысль: «это всё не настоящее». — Эй, — толчок в плечо выводит Аарона из мыслей. Кевин смотрит на него нахмурив брови. — Не летай в облаках. Проморгавшись, Аарон сглатывает. Все уже сидят за столом и он тоже. Эндрю с правой стороны несильно тыкает в его руку вилкой, привлекая внимание. — Я не хочу есть рядом с твоей кислой рожей, — поняв, что Аарон пришёл себя, Эндрю возвращается к еде. — Мы обсуждали, что будем готовить сегодня на ужин, — старший Нил постукивает пальцами по столу. Взрослый Эндрю накрывает его ладонь и прячет их руки под столом. Аарон отводит взгляд. Старший Аарон вздыхает, встаёт и идёт к холодильнику. Осматривает полки, потом открывает морозильную камеру. — Морепродукты по-вьетнамски, — выносит вердикт мужчина. — Или кальмар, креветки и мидии отдельно с овощами, — с видом победителя закрывает холодильник. — У нас всё есть для этого? — Нил оживляется. — Масло, соус, грибы, — старший Эндрю отвечает мгновенно. — Тогда напишем список продуктов и съездим в магазин, — Аарон возвращается за стол. — Нам завтра на работу, а насколько они, — указывает на младших, — здесь останутся мы не знаем. У нас просто не будет ни сил, ни времени куда-то ездить. Старшие на этом соглашаются. А из них, младших, никто не против. *** Аарон никогда не пробовал морепродукты. Нет, это не совсем верно: на праздничном столе Хэммиков была рыба, но он уже и не помнит её вкуса. Помнит только то, что ему понравилось, но у Тильды не было денег. Пока Нил и Эндрю заняли всю кухню, выгнав остальных, Аарон снова устроился на заднем дворе. Эти качели ему понравились — стоит купить такие же. В этот раз рядом с ним сидит его близнец, раскуривая сигарету. Джостен и Дэй под руководством старшего Кевина проводят небольшую тренировку на свежем воздухе. Сумасшедшие. Копия Аарона занят тем, что удерживает Бэллу — она так и норовит вмешаться в тренировку. Выяснилось, что она ещё очень молодая, знает немного команд и все четверо активно заняты тем, что пытаются её дрессировать. Попытки мужчины утихомирить животное выглядят забавно. — Я скоро молиться начну, — Миньярду удаётся усадить собаку на одно место рядом с близнецами. — Честно, будто ребёнка завели. Да, Ники в собачьей шкуре? — мужчина начинает сюсюкаться с Бэллой. Аарон выгибает бровь. — Где он? — спрашивает Эндрю. — Ники? — Миньярд поднимает взгляд. — В Нью-Йорке с Эриком. Мы хотели поехать к ним на Рождество, но уже не уверены. Вас с собой мы взять не можем, оставить одних тоже. Наверное придётся всё им объяснить и позвать к нам, — Аарон задумчиво гладит собаку. Об его ноги начинает тереться белоснежная кошка. Выяснилось, что кроме Свитти в их доме живёт ещё две кошки — Сэр и Король. Но эта белая, Луна, живёт у соседей и часто заглядывает в гости. — Как он? — Аарон задаёт такой же короткий вопрос, что и брат. Но Миньярд понимает — кто, если не он сможет понять самого себя из прошлого. — Хорошо. Эрик сделал предложение прямо на выпускном. Ники, как вы знаете, не отказал, — мужчина улыбается и морщинки на лице становятся ярче. — Когда выпустились мы с Эндрю, то мы всем составом Лисов поехали в Германию на их свадьбу. Время, когда Ники метался между Германией и нами были тяжёлыми. Пытаясь устроить собственную жизнь, — поворачивает голову в сторону Кевина. — Мы на время потеряли связь. Нет, конечно собирались раз-два в год, но это почти всё. — Как вы оказались в одном доме? — Джостен отвлекается от тренировки, подходит ближе. Луна проскальзывает к его ногам. Сделав круг, она ластится к Бэлле. Собака, виляя хвостом, радостно лает и ложится, утыкаясь мордой в кошку. — Мне кажется, — Кевин бьётся со старшим Аароном плечами, — Мы говорим им слишком много. Миньярд вздыхает: — Да, но… Я не знаю, мне хочется многое сказать. Понимаю как они это воспримут сейчас. И всё же, — окидывает младших печальным взглядом, останавливаясь на Джостене. — Не говори больше, чем нужно. Общие факты, не больше. Я отвечу на твой вопрос, — Кевин кивает Джостену. — Встреча у Ваймака. Были все «наши» Лисы. Решили вспомнить былое и поехали в Райские Сумерки. Там и понеслось. Миньярд мгновенно заливается краской. — Это самое большое пятно в моей жизни. — Не убийство? Не наркотики? — Дэй выгибает бровь, глядя на старших очень скептически. Эндрю не отводит глаз от них, поджав губы. — Нет, — Миньярд качает головой. — Думаю, что вы узнаете, если не будете ничего менять. Аарон закрывает лицо руками и трёт его ладонями. — Мы уже знаем что-то. Это уже может повлиять на нас, — покачав головой, Аарон разворачивается на пятках в сторону дома. — Ваши действия могут не сказаться на нас, — начинает Кевин как-то слишком печально. — А может разрушить всё, что мы имеем, — Аарон поворачивается в его сторону. — Мы не хотим ничего терять. — Что именно? — Джостен скрещивает руки на груди. — Семью, — отвечает Кевин. — Думать о чужом настоящем во вред самим себе? — Эндрю прячет руки в карманах куртки. Мужчины переглядываются. — Просто будьте счастливы, — Кевин проходит мимо всех, прихватив с собой Бэллу. Миньярд следует за ним. — Я не думал, что проживу так долго, — шепчет Джостен, но его слышат все. Дэй вздрагивает, не находясь с ответом. Ветер становится холоднее. *** Морепродукты, приготовленные совместными усилиями Нила и Эндрю, выглядят аппетитно. Аарон не сразу решается к ним прикоснуться, начиная с жареного риса. Глядя на то, как другие с радостью уплетают еду, всё же решается взять кусочек кальмара из тарелки. Сначала не понимает, что чувствует, но взяв побольше ингредиентов, уже не может остановиться. Это действительно вкусно. — Мы купили вам продуктов на завтра, — нарушает тишину Нил. — Вернёмся ближе к вечеру и после этого у нас, наконец-то, праздничный отпуск, — довольно улыбается. — Кем вы работаете? — Дэй на мгновение хмурится. Старшие переглядываются. — Я и Эндрю профессора в Пальметто, — Кевин ухмыляется. — Наши коллеги не очень были рады нас видеть, но им пришлось оценить наши знания как положено. Нил тренерует Лисов, заменяет Ваймака. Аарон до самого конца был с нами в национальной сборной как врач, с тех пор, как мы встретились. Сейчас он на месте Эбби. — Вы сменили профиль? Так резко? — Джостен выгибает брови. — Не резко, мы готовились заранее, — отвечает старший Эндрю. — Пальметто никогда нас не отпустит? — младший Эндрю вздыхает. — Слишком много рыжего. — Тебе идёт, — отзывается Джостен и ухмыляется, когда в ответ ему посылают пристальный взгляд. Аарон закатывает глаза. — Вы уже ушли из спорта? — Дэй удивляется. — Но… — не может сформировать мысль и замолкает. — Не накручивай себя, — старший Эндрю кидает в него скомканную салфетку. — Решай проблемы по мере их поступления. Дэй морщится, но всерьёз раздумывает над чужими словами. — Как тебе? — Нил немного наклоняется в сторону младшего Аарона, подперев голову рукой. — Вкусно, — Аарон настороженно смотрит на мужчину. — Ты что-то подсыпал? У тебя слишком тупое выражение лица. — Жестоко, — но не смотря на слова Нил ухмыляется. — По крайней мере, ты впервые попробовал морепродукты и их приготовили именно мы, — гордо отклоняется на спинку стула. Аарон поджимает губы. Они все делают это специально. Каждый из старших намеренно пытается вывернуть его наизнанку. «Или мне только кажется?» — Впервые? — младший Эндрю выгибает бровь. — Мамочка не баловала любимого сыночка? — А ты как думаешь? — Аарон сверлит брата взглядом. — Тишины хочу, — Дэй хватется за голову. — Просто тишины без выяснения отношений. Неужели я так много прошу? — он зажмуривает глаза. Аарону даже становится его жаль. Все знают, что Дэя часто мучают головные боли на фоне перманентного стресса и недосыпа. А он спит мало — ночные тренировки до добра не доводят. Однако, стоит признать, что и дают свои плоды: сломанная рука вернулась в строй, а Джостен быстро нагнал бешеный темп Дэя. — Ну так иди в комнату? — Джостен выгибает бровь. — Если хочешь, то можешь сегодня поспать там. Я могу остаться на диване, — и мгновено переводит взгляд на Эндрю. Тот пожимает плечами. — Королеве только королевские покои, — Эндрю хмыкает. — Можно и на диване, — слишком, пиздецки слишком, легко он соглашается с рыжим демоном. Нет, самым настоящим Сатаной. Аарон прикусывает губу, не поднимая взгляда от тарелки. Они закрыли тему Тильды, перестали обращать внимание на Аарона. Хорошо. Он не хочет говорить об этом. — Мне не нравится эта идея, — старший Аарон подаёт голос. Джостен по привычке уже собирается оскалиться, рявкнуть что-то едкое, но ему не дают этого сделать: — Если утром гостиная будет занята, то кто-то умрёт. Кев первый что-то в вас кинет, даже глазом не моргнув. А вы оба, — кивает на Джостена и младшего Эндрю. — Слишком чутко спите. И если Нил встанет на пробежку, то уже Эндрю будет угрожать ножом. Я против кровопролития в этом доме. Младшие обдумывают это. Ни для кого не секрет, что самым… доброжелательным человеком с утра из Монстров был Ники. И Нил, но только потому, что встаёт самым первым. Дэй почти умоляет о тишине — оставить его на диване плохая идея. Джостену плевать, а Эндрю чутко спит. Замкнутый круг. — Ложитесь в одной комнате, — страший Эндрю закатывает глаза с таким видом, будто объясняет сороколетнему человеку как правильно мыть руки. — У вас одна комната в общежитии. Они спят чутко, но тихо. Чаще всего. Аарон мог бы занять диван. Его устроит всё, лишь бы не солнечный свет в глазах. Он может уступить свою комнату. В этом есть плюсы: Дэй нормально выспится и не будет ворчать в сто раз хуже, чем обычно, Аарон сменит обстановку и, если ему захочется ночью есть, то он не нактнётся на целующихся брата и рыжую ошибку природы. Только его предложение может выглядеть странно. Сделав глубокий вдох и медленно выдохнув, поднимает взгляд на Дэя. — Спи в моей комнате. Я не хочу слушать ни чьи жалобы с утра, я не хочу разбираться с твоим дерьмовым настроением. Если одна ночь на диване избавит меня от этого, то я не против. Каждый реагирует на его слова по-разному: его старшая копия слишком гордо ухмыляется; старший Эндрю смотрит бесстрасно, но что-то в его позе говорит об удовольствии, — возможно от унижения Аарона; Кевин качает головой и посылает ему странный взгляд, который Аарон не понимает как расшифровать. Джостен смотрит исподлобья, поджав губы; Эндрю… не меняется вообще. Ни один мускул не дрогнул. А Дэй пристально смотрит в глаза. Аарон видит в зелёных глазах благодарность. Дэй ничего не произносит, но кивает в ответ. Аарон отворачивается. — Я пойду спать первым, — Дэй поднимается из-за стола и нетвёрдым шагом поднимается наверх. — Я зайду взять пижаму! — кричит вдогонку Аарон. Услышали его или нет — неясно. Спустя пару минут Эндрю доедает свою порцию и уходит за Дэем. По звуку закрывшейся двери понятно, что он зашёл к нему. Проверяет как там его подопечный. «Ебучий контроль.» *** Эндрю так и не спускается после ужина. Аарон находит его сидящим в ногах Кевина. Тихая, неподвижная фигура пугает в полутьме. Аарон тихо ругается по-немецки на брата и старается как можно тише пойти к шкафу. Чувствует, что чужие глаза наблюдают за ним. «Не трону я твоего Кевина» — раздражённо думает Аарон, почти вслепую находя пижаму во тьме шкафа. — Хватит пялиться, — тихо, насколько может, бросает Аарон через плечо. Усталось накрывает его с головой. Они прожили ещё один день в будущем и неизвестно сколько ещё будут. Его будто разобрали по нитям ДНК ради смеха и не дают собраться обратно. — Прекрати кусать Нила, — Эндрю откидывает голову к стене. — Полайтесь уже раз и навсегда. Вы надоели, — его шёпот режет не хуже его ножей, надёжно спрятанных под повязками. Аарон сглатывает. — Попробуй хотя бы парней выбирать нормальных, — Аарон останавливается у двери. — Если из-за него что-то случится с… — на секунду замолкает. Сквозь приоткрытую дверь свет из коридора освещает Эндрю. Судя по его выражению лица он думает, что дело в Кейтлин. Но это касается не только её. — Я не приму его, — шепчет настолько тихо, насколько может. — Нет, пока он не докажет свою надёжность. И он уходит, не дожидаясь ответа. Сегодня Аарон спит удивительно крепко.