Когда Ветер встретил Бурю

Поле битвы для Варки было вторым домом. Будучи прославленным магистром громадного Ордо Фавониус, он часто брал в руки свои мечи, бездумно рвясь вперёд, закрывая своей широкой спиной весь Мондштадт. Этот город был его домом – там, где любят и ждут. И он любил в ответ, стоял горой за то, что было действительно важным, не жалея себя, был готов даже жизнь отдать, лишь бы жители Мондштадта не прятались в тени страхов и сомнений, живя на полную катушку. Мондштадт – город свободы, праздников и веселья. Варка – защитник, отец, который даст голову на отсечение, дабы его дети жили счастливо. Именно поэтому, когда перед ним, словно бурная кровавая река, предстаёт задача отправиться в экспедицию ради будущего своего дома, он не задумывается: собирает людей – таких же героев, как и он, которые по своей воле отправляются в дальние края – и выдвигается туда, где первые зачатки кровопролитной войны уже пустили свои корни, в северную часть территории Снежной. Нод-край – суровый регион, бушующий холодными ветрами, – был их целью. Знал ли Варка, что путешествие длиной в несколько лет будет наполнено не только жгучей тоской по дому, но и периодом важных сердцу встреч? Уезжая, он оставлял всех дорогих ему людей далеко за спиной, в тылу, где ни одна нечисть не смогла бы им навредить. Поэтому мысль о том, что экспедиция станет началом чего-то нового, посетила блондина лишь тогда, когда он, не имея желания отрывать взгляд, разглядывал мощную, натренированную бесчисленными сражениями фигуру мужчины. Его чёрные волосы, будто юркая река, растекались по плечам, спадая на спину, которая, казалось, была не шибко меньше спины самого Варки. Лицо незнакомца было закрыто маской, но даже так чувствовалась вся суровость его пронзительного взгляда, который будто насквозь прошибал тело, выворачивая наизнанку душу. Варка не был идиотом, знал, что к незнакомцам нужно относиться с особой аккуратностью. Знал, поэтому сейчас, когда солнце уже давно ушло на покой, сменившись менее ярким сиянием луны, он, чуть ли не силком затянув первого встречного в свои «покои» (так блондин называл свою палатку), разливал по бокалам любимое вино, привезённое из дома. Чувствовал ли он себя дураком, приводя в свой лагерь чужеземца, цели которого были неизвестны? Возможно, где-то глубоко внутри он понимал, что совершает ошибку, но тяга узнать мужчину была неумолимо сильной. – Могу ли я узнать ваше имя, дорогой гость? – протягивая дурманящий напиток, интересуется магистр. – Капитано, моё имя Капитано. – Варка не видел, но чувствовал, как всё естество брюнета напряглось, словно готовясь к схватке. Впрочем, ничего удивительного – вряд ли первый среди Фатуи был почётным гостем в рядах обычных людей. – Ах, так вы тот самый Капитано, который носит на своих плечах звание первого номера Фатуи, да? Я когда-то имел честь косвенно познакомиться с вашим соратником. – в голове начали всплывать неприятные сердцу воспоминания о потере друга, когда-то стоявшего бок о бок с ним. Варка не любил кидать всех под одну гребёнку, поэтому детали минувших дней он скрыл за ненадобностью. – Я польщён тем, что великий магистр Ордена слышал о моей скромной персоне. – принимая из рук блондина вино, Капитано, оставаясь всё в таком же напряжении, выпрямил спину. Он не собирался нападать первым, но глаза, скрытые маской, то и дело метались к рукояти меча. Слишком уж он привык к тому, что каждый второй желал принести его голову своему архонту в качестве трофея. Первое – сумбурное, до чёртиков странное – знакомство отзывалось тёрпким вкусом алкоголя на кончике языка. Не сказать, что Варку не устраивало такое развитие событий: он, будучи заядлым посетителем таверн, часто заводил новые знакомства, сопровождая их бокалом горючего. Всегда улыбчивый, с приятной внешностью и физическими данными – он был магнитом для окружающих. Посетительницы трактира, очарованные его харизмой, не упускали возможности познакомиться с таким человеком, как их магистр. Были это корыстные цели или же их и вправду привлекала внешность – Варка не особо задумывался. Отказываться от приятной компании или бурной ночи он не любил, поэтому с радостью угощал спутниц, обещающих скрасить его тёмную, одинокую ночь. Но Капитано – не скучающая дева: он не пытался навязать свою компанию и не давал обещаний согреть его в этих лютых морозах. Он даже вино толком не пил, будучи в постоянном ожидании жалких уловок. Впрочем, блондин не злился, понимал, что, будь он на месте члена Фатуи, реагировал бы точно так же. – Вы слишком напряжены. – констатирует факт Варка, когда веселящий напиток ударяет в голову, развязывая язык. – Я не фанат пьяных бесед. – мгновенный, будто заранее придуманный, ответ казался достаточно логичным. Достаточно логичным, но не достаточно весомым. – Ох, неужели вы боитесь, что я начну расспрашивать вас о тайнах вашей организации? – захмелевшая улыбка расползалась на губах. Варка, хитро прищурившись, уставился на Капитано, въедаясь взглядом туда, где, по его мнению, должны были находиться глаза брюнета. Ему показалось, что он услышал тихий смешок. – Магистр, вы столь прямолинейны, что я даже не знаю, стоит ли мне бояться попытки выудить информацию или же смерти от алкогольного опьянения. – визуально это было трудно заметить, но плечи Капитано, слегка расслабившись, немного опустились вниз. Что правда, менее внушительной фигура брюнета выглядеть не стала. – Вам не стоит волноваться, я с радостью протяну вам руку помощи, если вы переборщите с вином. – ободряюще подмигнув, блондин протянул свою наполовину пустую кружку. Палатка была не шибко большой, поэтому расстояния вытянутой руки было достаточно для того, чтобы предвестник, если он достаточно расслабился, стукнул в ответ своей, не тронутой губами, кружкой. Можно ли считать чудом тот факт, что он и вправду ответил взаимной реакцией, после чего, впервые за вечер, сделал несколько глотков вина? Варка подумал о том, что обведёт этот день красным фломастером в своём календаре. *** Вторая их встреча ничем не отличалась от первой: блондин, приложив немного меньше усилий, чем в первый раз, снова затаскивает предвестника в своё временное жильё. И снова вино, пьяные улыбки (Варке хотелось думать, что где-то там, в недрах маски смоляного цвета, теплилась редкая взаимная ухмылка) и бессмысленные диалоги. По большей части вопросы задавал только рыцарь, а Капитано, медленно отпивая предложенный алкоголь, внятно отвечал на поставленные вопросы. За второй пьянкой следовала третья, четвёртая… Варка сбился, кажется, на десятой? Диалоги с Капитано, будь они даже без алкоголя, казались чем-то само собой разумеющимся: мимолётные шутки, подколы без какой-либо агрессии и громкий смех блондина наполняли пространство его убежища каждый вечер, став неотъемлемой частью этой поры. *** Расстаться пришлось всё той же, когда-то любимой, вечерней порой, когда луна взошла на небосвод, озаряя светом ночные хмурые тропы. С приходом ночи Варка, всё так же разливая алкоголь, ждал прихода Кэпа (после нескольких попоек блондин стал сокращать имя Капитано, ибо в пьяном состоянии выговаривать его было трудно), уже предвкушая, насколько приятным будет диалог. Первая трещина в его мечтаниях появилась тогда, когда Капитано, заявившись в «комнату» магистра, оповестил, что сегодня они не будут пить. Да и вообще сменят обстановку. Не придав этому значения, ведь его собеседник был интересен и без алкоголя, рыцарь последовал вслед за высокой тёмной фигурой. Вторая трещина, словно аккуратный надрез скальпеля, начала проявляться, стоило им оказаться на небольшой поляне. Предвестник находился ровно по центру – там, куда лунный свет падал больше всего. Он был похож на мираж: слишком красивый, слишком притягательный, слишком загадочный… слишком. Капитано занимал слишком много места в голове Варки. Он сам был этим «слишком». Они стояли молча несколько минут, и Варке казалось, что он обезумел: даже тишина казалась родной. Вечно громкий, несерьёзный блондин, засматриваясь на широкую спину, чувствовал, как от неё веет чем-то тёплым. От неё веяло домом – давно покинутым домом, о котором он никогда не сможет забыть. Спина Капитано была единственным освещённым уголком в этой тьме бушующих ветров. Хотелось отшутиться, откинуть эти мысли, списав всё на алкоголь. Но Варка не пил сегодня. Его мысли не были затуманены алкоголем. Прошло ещё пару секунд, и Капитано, не поворачиваясь, произнёс слова, которые оставили рваные раны на чистой, словно белый лист, душе блондина: – Сегодня наша последняя встреча. Я отправляюсь в Натлан. – сейчас голос того, кто согревал Варку своей компанией все эти ночи, казался настолько чужим. Словно не было всех тех разговоров по душам, не было тихого смеха, доносящегося откуда-то из-под маски. Не было ничего. Не было их. – Хорошо. Спасибо, что предупредил. – даже хороший контроль речи не смог удержать в своих руках предательское дрожание голоса. Он не хотел отпускать Капитано, не хотел терять приятного собеседника, не хотел упускать то, что отзывалось чем-то тёплым там, в недрах его сердца, изломленного постоянными потерями своих воинов. Но он молчал. Молчал о том, что не хочет отпускать. Молчал о чувствах, которые, зарождаясь, сметали все устаревшие взгляды мужчины на жизнь. Молчал о том, что не смог бы больше поднять свой меч, встреться они на поле битвы. И казалось, будто в оглашении мыслей смысла не было – их торопливо выстроенная связь передавала всё без слов: улавливала каждую частичку их душ, переносила сквозь себя то, о чём никто из них не признался бы. Третьей трещине не суждено было остаться незамеченной, ведь все его мечты уже были разбиты. Капитано ничего не обещал. Не давал никаких надежд. Тогда почему же на закромах своих тоскливых мыслей Варка думал о том, что есть шанс, что мужчина останется с ним? Столь жалкая наивность. Столь эгоистичное желание. Варка не замечает того, как тёмная фигура, повернувшись к нему лицом, оказывается непозволительно близко. Не замечает долгий, виноватый взгляд, не замечает, как рука предвестника дёргается в мимолётном желании прикоснуться, но быстро возвращается на место. Он замечает лишь то, как падает тяжёлая маска, ударяясь о землю. Замечает, как два глубоких океана глаз Кэпа, в ожидании отрицательной реакции, смотрят куда-то сквозь него. Капитано не говорил. Слова были лишними. Всё та же неокрепшая связь всем своим естеством кричала о взаимном доверии. О том, что член Фатуи разделяет его мысли и чувствует, если не то же самое, то что-то очень похожее. Что-то новое. Что-то, что в их ситуации было спрятано за кулисами выстроенных задач. Их пути расходились с самого начала. И пришло время им идти своими дорогами.