Вторжение гигантов. Эхо возраждения

      Один из офицеров Гарнизона подбежал к израненному разведчику, на ходу выкрикивая вопросы о состоянии дел на передовой. Тот бросил короткий, колючий взгляд на Харуку и Нэйтона, словно оценивая, стоит ли им слышать правду. Процедив что-то сквозь зубы, он лишь громче добавил: «Спасибо, что всё подготовили. Без госпиталя мы бы их не довезли».       Грохот копыт усилился. Замыкал процессию Локид — заместитель Аарона, старшего брата Нэйтона. Локид считался одним из лучших бойцов Корпуса, живой легендой, на которую Нэйтон привык равняться. Но сейчас вид Локида внушал не восхищение, а первобытный ужас.       — Это... это отряд брата, — голос Нэйтона сорвался. — Но его нет. Харука, почему его нет в седле?       Мысль о том, что Аарон мог быть тем самым неподвижным телом под окровавленным брезентом в повозке, ударила Нэйта под дых. Воздух стал густым, как кисель, голова пошла кругом, а колени предательски подогнулись. Харука среагировала мгновенно: она подхватила друга под локоть, не давая ему рухнуть на мостовую. Её твердая хватка немного привела его в чувство.       Ловил, заметив знакомое лицо подростка, на секунду натянул поводья. На его скулах ходили желваки, правый глаз был болезненно сужен — он явно обдумывал, что сказать.       — Где мой брат? — почти беззвучно спросил Нэйтон.       Ловил открыл рот, собираясь ответить, но его взгляд внезапно стал тяжелым. Он резко отвел глаза, пришпорил коня и, обдав ребят пылью, умчался прочь к зданию штаба. Нэйт медленно опустился на корточки, запустив пальцы в волосы.       — Какого хера, Харука? — прошептал он в пустоту. — Что там произошло?!       Девушка присела рядом. Она молча положила ладони на колени, чуть склонив голову набок. Нэйтон продолжал лихорадочно рассуждать вслух, его руки ходили ходуном, а по щеке скатилась одинокая слеза. Харука впервые видела его таким. Она привыкла к его «ледяной маске», к его четким очертаниям лица, которые всегда казались высеченными из гранита. Сейчас же эти черты «поплыли»: белки глаз покраснели от лопнувших капилляров, губы дрожали.       Он резко поднял на неё взгляд, полный отчаяния.       — А если он умер, Хару? Если его больше нет?       Новый топот лошадей заставил их вздрогнуть. К ним подскакали Ремми и Димария — доверенные лица из отряда Смита.       — С твоим братом всё будет хорошо, малец, — бросила Ремми, стараясь звучать убедительно. — Он не зря носит свое звание. Он крепче, чем кажется.       Дисария же сухо добавила, глядя на часы:       — Вам пора в кадетский корпус. Собрание начнется с минуты на минуту. Сегодня оно пройдет без главнокомандующего — у Аарона много дел, ему нужно передохнуть.       Слова о том, что Аарон жив и просто занят, подействовали на Нэйтона магически. В одно мгновение он взял себя в руки. Лицо разгладилось, слезы высохли, а во взгляде снова появилась та самая отчужденная холодность. Он поднялся, отряхнул штаны и стал тем самым Нэйтоном, которого знала Харука — закрытым, молчаливым и не желающим ни с кем контактировать.       Эта мгновенная перемена и попытка спрятать свою слабость вызвали у Харуки печальную, сочувственную улыбку. Она знала, что за этим фасадом скрывается буря, но сейчас им обоим нужно было идти к своей цели.