сердцехранители

27 декабря 2021 04.12 Субин обычно спит не очень глубоким сном, и его может разбудить любой шорох, как например, верчение Хюнина где-то сбоку сегодня ночью. Но вот шаги и резко открывающаяся дверь, заставляют его резко сесть в кровати, вытаращив глаза на источник шума. Всегда нужно быть настороже. В темноте и с полусонными замыленными глазами, он пытается разглядеть, кто вошёл в комнату, но его опережает внезапно раздавшийся голос. — Хён, нужно ехать. — тревожно говорит тот, садясь на кровать. Зрение понемногу начинает адаптироваться в темноте, и большие глаза Тэхёна вдруг оказываются прямо напротив. Хюнин тоже просыпается, садясь и снимая маску для сна. — Тэхён-а, давай поподробней. — низким ото сна, голосом спрашивает старший, выбираясь из-под одеяла. — Помните, я говорил, что украшение в частной коллекции и что наше вмешательство не нужно? Так вот, в коллекции оказалась копия, мне только что пришла экспертиза. И есть жертва. — под конец его голос затихает, а сам он встаёт, и начинает ходить хвостиком за, собирающимся по комнате, Субином. — Кто жертва? Если он уже умер, к чему такая спешка? Мы можем заняться этим утром? — Субин предлагает с ноткой недовольства в голосе, из-за того, что его подняли в такую рань. Он оборачивается, посмотреть встал ли Кай, чтобы включить свет, но замечая, что тот всё ещё сидит в кровати, включает только настольную лампу, разворачивая её к стене. — Нет, нужно ехать сейчас. Просто… — он останавливается, застывая посередине комнаты. Как будто что-то не так. Субин осматривает его с ног до головы. Широко-раскрытые, бегающие туда-сюда, глаза, одежда, в которой он сидел вечером на кухне, руки перебирающие складки на серой толстовке. Только сейчас лидер заметил, что тот выглядит немного непривычно. Не тот образ холодного собранного Тэхёна, к которому он привык. Недосып, переработки и усталость меняют человека так сильно? — Что такое? Ты не спал? — Субин с беспокойством в глазах подходит к нему, как к напуганному животному, с осторожностью осматривая его лицо. — Всё в порядке? — Хюнин Кай быстро вылазит из кровати, подходя к ним. — Дело в том, что жертва… ам, она моя знакомая. Я по дороге расскажу, ладно? Пожалуйста, нам нужно быстро отправляться. Скорее всего ожерелье в её доме. — и он быстро выходит из комнаты. Судя по всему, Бомгю и Ёнджун ещё не были предупреждены о надвигающейся миссии. Субин вдруг почувствовал привкус вины, когда прикусил щеку, за сказанные ранее слова. Кай и Субин стоят в слабоосвещённой комнате, переглядываясь в попытке ментально обменяться немыми вопросами. Атмосфера в машине, по классике, жутко нагнетающая. Чтобы хоть один раз они ехали куда-то все вместе, весело общаясь, или хотя бы без какого-то отвратительного писка в ушах и бесконечной сухости во рту. Тэхён сам сел за руль минивэна, ставя телефон с навигатором на держатель. Бомгю сел рядом с ним на переднем сидении, Хюнин и Ёнджун сели сзади вместе с Субином. С момента начала поездки прошло всего пять минут, и никто не планировал торопить Тэхёна с предысторией. — Жертва сейчас находится в коме, в больнице Пьём Мён Доль. Попала в больницу сегодня ночью. Пока следствие, естественно, не установило причину, но наши обнаружили, что она совершила покупку ожерелья. Образец из коллекции был подвержен самой быстрой экспертизе, что можно было сделать, и ожерелье оказалось копией. — он, как всегда, был чёток и кратен. Субина всегда поражала его сдержанность. Иногда было так удивительно приятно видеть его не таким. — Ты сказал, что знаешь кто это. — подметил Ёнджун, уже не в силах сдерживать любопытство. — Да, мы были знакомы очень давно. — он рвано вдыхает, будто погружаясь в воспоминания. Он останавливается на красный свет светофора, хоть и дороги, пока пустуют перед утренними пробками. — Она сейчас достаточно известная актриса в Японии – Ко Суён. — он снова сделал паузу, смотря в зеркало, чтобы прочитать реакции мемберов, — Мы вместе снимались в рекламе в детстве, и наши родители общались, из-за чего мы тоже дружили, несмотря на то, что она старше меня на несколько лет. Она была мне, как вторая сестра. А потом, я ушёл в медицинский отдел Хайба, а она продолжила карьеру актрисы. С того момента мы не общались. В машине повисла глухая тишина. Как трогательно. Субин отвёл взгляд на ночной пейзаж города, который постепенно сменялся на сельскую местность. Большие участки, обилие деревьев, и наверняка, цветущие весной, кусты. Субин хотел сказать слова поддержки и крутил их в голове пару минут, но решил, что это будет звучать так, как будто его подруга уже умерла, а это не так, поэтому проглотил их вместе с горькой слюной. Иногда, чтобы успокоить Тэхёна нужно задавать наводящие вопросы и отвлекать его от самоанализа. — Сейчас она живёт в Корее, да? — Да, мне отправили адрес проживания. Там час назад были медики, и скорее всего попасть внутрь не составит труда. — Она живёт в загородном доме? Вроде все знаменитости живут где-то далеко. — Хюнин подхватил идею Субина, задавая ещё больше вопросов. Это так глупо. — М-м-м, судя по указанному адресу, это всё-таки многоквартирный дом. Мы почти добрались. Я остановлю машину подальше. Пятеро вышли из машины. Субин застегнул куртку по самое горло. Холодный, пронизывающий ветер конца декабря, задувал так, что казалось, что сквозняк бегает уже между рёбер. Все последовали за Тэхёном. Вокруг частные дома с большими участками, освещённые ярким светом фонарей вдоль дороги, и только впереди виднеются две выделяющиеся высотки. — Надень, а то руки отморозишь. — голос Бомгю. Он вытащил из карманов рюкзака перчатки, протягивая их Тэхёну. Субин шёл сзади и не видел лица младшего, но был готов поклясться, что тот улыбнулся. Сложно сдержаться, когда Бомгю пытается быть милым. Время на часах подходило к шести утра, но небо никак не хотело светлеть. Они уже подошли к домам и поднялись на нужный этаж, как вдруг в голове Субина всплыл вопрос. — А она точно живёт одна? — его голос разрезал тишину в лифте. — Если кто-то был здесь, они наверняка уехали бы в больницу. — ответил Ёнджун. — Нет, а может, работники скорой помощи или полицейские? — Так машин же не было рядом? — Я взял баллончики. Все обернулись на Бомгю. Тот начал переводить удивлённый взгляд от мембера к мемберу, пытаясь понять, что им было сказано не так. — Я надеюсь, мы не будем работникам скорой помощи распылять перец в глаза. — сказал Ёнджун. — Нет, с усыпляющим газом. — добавил младший, снимая рюкзак с плеч, чтобы показать всё содержимое. Лифт как раз доехал до десятого этажа, останавливаясь и выплёвывая всех наружу. — Бомгю-хён, газ не работает за секунду. Нужно, как минимум пару минут, зависит от пола, веса и показателей организма человека. — пояснил Тэхён, выходя из лифта и ища нужную дверь. — Ну я шприцы тоже взял. — и он вытащил из рюкзака пару, упакованных в пластиковую упаковку, шприцов. — Бомгю, цыц. — шикнул Ёнджун, подходя к двери и прислушиваясь. — Вроде тихо. А может, звукоизоляция хорошая. Субин со смешком похлопывает недоумевающего Бомгю по плечу. Он казался таким непреднамеренно забавным время от времени. В коридоре включён свет. Обуви возле входа нет, но на полках стоят женские каблучки и кроссовки. Значит, дома никого нет. Они проходят вперёд, закрывая дверь на внутренний замок, на всякий случай. — Разделимся и поищем. Ожерелье, я напомню, золотое с вкраплениями аметиста, бриллианта и лазурита. Возможно, будет в коробочке. — быстро протараторил Тэхён, разуваясь и проходя внутрь. Что-то внутри Субина кричало и пищало, уведомляя его о том, что с Тэхёном не всё в порядке, и возможно, ему нужна поддержка. Даже если он изо-всех сил старается это скрыть, чтобы не показаться слабым. Субин никогда не считал его таковым. — Мы с Тэхён-ни пойдём туда, а вы втроём поищите в зале. — дал команду Субин, размахивая руками. Они проходят в комнату, включая свет. Спальня. В середине комнаты стоит большая кровать с мятыми покрывалами и разбросанными подушками. Кто знает, что здесь произошло. Тэхён толком не объяснил причину, по которой девушка впала в кому. Лидер подходит к рабочему столу, а младший уходит куда-то назад. Субин открывает ящички, перебирая вещи внутри, концентрируясь на описании ожерелья и опасаясь, как бы не коснуться его случайно голыми руками. — Скорее всего её нашли в спальне, раз спальное бельё так разбросано. Думаю, она носила украшение достаточно часто. У девушек бижутерия и украшения всегда валяются где попало — начал разговор старший, попутно роясь в чужих вещах. Тэхён не отвечал, что было вполне понятно в такой ситуации, да и Субин не задавал вопросов. Он высказывал свои мысли вслух, чтобы разбавить обстановку. — Странно, но в косметичке и в ящиках ничего нет. Здесь есть пара серёжек, но в них нет камней. — заметил Субин, отходя от стола. Тишина. Он развернулся посмотреть, почему ему ничего не отвечают, и ни один ли он вообще в комнате. Тэхён сидел на полу, поджав коленки под себя и держа что-то бумажное и яркое в руках. Субин подошёл поближе и сел рядом с младшим, кладя руку младшему на талию. В руках какой-то совсем древний журнал, судя по качеству, пожелтевшей на солнце бумаге и странному шрифту. Глаза бегают туда-сюда, пока не натыкаются на знакомое лицо. Субин в недоумении поднимает бровь, тыкая пальцем на фотографию мальчика семи лет в углу страницы. — Эй, это разве не малыш Тэхён-ни?~ — произносит старший, чувствуя под своей рукой как расширяется грудная клетка от глубокого вздоха. — Такой забавный. А это, наверное, она, да? — он снова указывает теперь на девочку лет двенадцати в милом летнем платье чуть ниже. — Мгм. — тихо соглашается Тэхён. Он листает дальше, и там оказывается ещё больше фотографий Тэхёна. Они пролистывают так весь журнал до конца, откладывая его в сторону. Следом достают другой из коробочки, в которой лежала как минимум дюжина этих журналов. — Как думаешь, она хранит их для себя или из-за памяти о нашей дружбе? — он прошептал так тихо, что Субин был почти уверен, что ему послышалось. Что-то тянет в сердце Субина, как будто маленькая чёрная дыра посередине начинает всасывать в себя всё вокруг, не щадя жизненно необходимые органы. Как он может знать ответ на этот вопрос? Субин думает какое-то время, потом смотрит Тэхёну в глаза, и произносит: — Спросишь у неё, когда она проснётся. Грустная улыбка вырисовывает слабые силуэты ямочек на щеках младшего, поселяя надежду в его забитой мыслями, тревожной голове. Субин сжимает его маленькую руку в своей, пытаясь послать невербальные сигналы поддержки, простое “я здесь, рядом”, которое так сложно произнести вслух. — Нашли! — раздаётся в другой части квартиры. Оба подскакивают и сбегаются на шум. Кай сидит в зале на полу с выдвинутой полкой телевизора и с открытой бархатной коробочкой в руках. — Брось, быстро. — тявкает Ёнджун, подходя ближе и выхватывая коробку такими же голыми руками. — Она же заразная. — Хён, ты тоже поосторожнее. — предупреждает лидер, делая шаг вперёд. Он рассматривает содержимое, подходя к троице. Действительно, золотое ожерелье, сверкающее голубыми и фиолетовыми камнями, неаккуратно сложенное в чёрную бархатную коробочку. Если бы можно было сбежать и продать эту вещь, то до конца своих дней, можно было бы позабыть о беспокойстве о деньгах. Если бы только всё было так просто. — Я написал клинерам. Выезжают. — сообщил Бомгю, пряча телефон в карман куртки. И вот они снова едут домой в машине. Ноты тяжести висят в воздухе. Руки мёрзнут, хоть печка пашет на всю мощность. Вроде бы миссия не составила труда, а на душе грязно и неприятно. Субин посматривал в зеркало заднего вида, пытаясь увидеть Тэхёна, но блеск от восходящего солнца не давал ему разглядеть выражение его лица. Он надеется, что когда они приедут домой, то заснут в обнимку на диване впятером, как они иногда делали раньше. Субин долго смотрел в окно, словно наблюдая за эволюцией человека, переезжающего из сельской области в обустроенные современные города. Света с каждым километром становилось всё больше и больше. Небо понемногу светлело за горизонтом. Только веки становились всё тяжелее и тяжелее, как и знакомая голова на плече. 19 января 2022 С момента последней миссии, связанной с украшениями, прошёл почти месяц и никаких новостей о двух оставшихся предметах за это время не поступало. Время тянулось совсем медленно и лениво. Зимние будни проходили тоскливо и сонно. Миссии поступали несколько раз в неделю, но были стабильно-нормальными для их работы. Не хватало тех бабочек, которые порхали в животе во время «миссий со сценарием». Субин каждый день проверял почту, просматривая: не пришли ли новости об оставшихся украшениях, хоть этим всегда занимался только Тэхён, но ничего кроме рекламы и спама не поступало. Зато Субин вспомнил, как стрелять, учитывая, что они не так часто пользовались оружием в последнее время. Самым худшим было то, что непонятно, когда поступит информация о той самой миссии: может через десять минут, а может через десять месяцев. Мысль о том, что два оружия массового поражения, о которых он знает, сейчас могут быть на чьей-то коже, отравляя, убивая, заражая. Это не давало спать ему по ночам, заставляя просверливать дырки в потолке глазами; создавая морщину между его бровей. 14.21 Два часа дня, а Субин всё-ещё валяется в кровати, с полностью завешанными шторами и телефоном в руке. И ещё Субин немного впал в депрессию. Сбить режим зимой, да ещё и с такой работой и меланхоличным настроением — не составило ему труда. Мемберы были зачастую дома. Ёнджун иногда уходил на танцевальные тренировки по вечерам, и Субин встречал его в зале с кем-то ещё; Хюнин Кай иногда ездил домой, и Субин даже пару раз ездил с ним; Бомгю чаще ходил на свободные лекции и работал над дипломом; Тэхён пару раз в неделю ходил в спортзал и стрелял в полигоне с Ёнджуном. Только Субин никуда не ходил и ничем не занимался. Всё вдруг потеряло для него интерес. Еда потеряла вкус, вещи — цвета, слова ­— смысл. Вставать с кровати каждый день становилось всё сложнее и сложнее, а значение продолжать открывать глаза и использовать лёгкие стиралось с каждой секундой. Субин винил во всём миссию с украшениями. Она висела тяжёлым грузом на его спине, не давая ему двигаться дальше, заставляя его всё вновь и вновь возвращаться к переосмыслению прошлых ошибок, ситуаций и возможности появления новых. Тем не менее она так же и оставалась его целью. Что-то незавершённое и незаконченное, из-за чего он ночами искал любую информацию и новости об украшениях, аукционах и случаях необъяснимой смерти. Из-за этого он иногда просыпался в холодном поту в зале с включенным компьютером из-за кошмаров. Даже тренировки каждый раз вызывали лишь раздражение, потому что приходилось либо вставать в восемь утра, либо отрываться от какого-то дела, чтобы сходить туда на пару часов и вернуться домой. Бумажные отсчёты компания снова взяла на себя, что, наверное, было единственным плюсом. Он выходил из комнаты только вечером, чтобы поесть нормальную еду и посмотреть, что делают другие; потом лежать в зале на диване, брать на кухне снеки и возвращаться гнить обратно к себе. День сурка сводил его с ума, и он даже не знал, что страдает хронической скукотищей. Интересно, как бы смеялись мимо-проходящие люди на кладбище, читая причину смерти на его надгробии. Разве что мемберы всеми силами пытались вытащить его из этого болота, которое поглощало их лидера как плесень. Тэхён звал с собой в тренировочный зал или поужинать, Ёнджун составлял ему компанию ночью за просмотром телевизора, Бомгю порой звал его поиграть в приставку, а Хюнин брал с собой домой. Субин чувствовал себя ужасно за то, что чаще всего соглашался только на предложения Кая и Ёнджуна, придумывая глупые оправдания для других. И вообще чувствовал себя бесполезным, постоянно винил себя за то, что с ним происходит, хоть и не мог дать ясной причины. Зимняя хандра? Усложнение своей жизни? Внезапная депрессия из ничего? Он сам уже не знал, чего хотел, не знал, что с ним происходит. Зато мечта Субина, наконец-таки, сбылась. Они, наконец, поладили с Бомгю. Без перемирий, соглашений. Они поладили. Первое время после их разговора в Дэгу, они лишь неловко перебрасывались парочкой слов несколько раз в день. Затем, стали спокойно общаться на разные темы и зависать вместе. Бомгю оказался невероятным. Их интересы совпадали, разговоры на кухне до трёх утра вызывали приятное волнение, а находиться рядом друг с другом — перестало быть неловким. Так было до того момента, пока Субин не начал превращаться в запутанный клубок ниток и не пытался закрыться от мира в своей ракушке. Бомгю оказался намного лучшей версией, чем Субин себе представлял. Общительный, милый, забавный, дружелюбный и ещё куча прилагательных, которые он мог бы перечислить. Но всё это упиралось в то, что Субин не был таким же в ответ. Не получалось, но, правда, очень хотелось. И чтобы не разочаровать Бомгю, он решил, что проще всего будет убегать от встречи и разговоров с ним. Или вообще с кем-либо. Послышался стук в комнату, и Субин оторвался от телефона впервые за последние несколько часов. — Можно войти? — голос Бомгю раздался за дверью, и чёрная макушка выглянула из-за двери. Лидер медленно моргнул, кивая и похлопывая по месту на кровати рядом с собой. Младший закрыл дверь и осторожно подошёл к кровати. — Ты подстригся? — первое, что сегодня вслух сказал Субин, убирая теперь собственную отросшую чёлку со лба, и осматривая мембера с головы до ног. — Да, чёлка начала ужасно мешать. И ещё хайлайты сделал, смотри! — он начал крутить головой из стороны в сторону, показывая высветленные маленькие прядки тут и там. Можно сказать, что он лишь слегка подравнял кончики, и густую чёлку теперь можно было укладывать намного удобнее. —Тебе идёт. — мягко проговорил старший, садясь и дотрагиваясь до аккуратно уложенных волос. — Ам, я тут подумал, может нам всем сходить на вечеринку в компании? — он начал очень осторожно, глаза уткнулись в пол, а руки тревожно теребили ткань одеяла. — Ну работы на сегодня и завтра нет, можем проветриться, потусоваться. Он перенёс вес на одну руку, быстро выводя на простыни узоры пальцем. Выглядел так, будто был готов ко всему, что бы ни сказал Субин. Ну если честно, Субин не хотел бы вылезать из кровати сегодня, но его вдруг посетила одна здоровая мысль. Разве он не хотел избавиться от скуки? Вечеринка — отличное решение всех проблем. Заодно можно забрать в офисе, забытые пару дней назад наушники, без которых приходилось довольно туго. Субин облизал, обсохшие от постоянного облизывания, губы и сказал: — Да, с радостью. А в честь чего такой праздник? — На следующей неделе Соллаль начинается. Видимо решили пораньше праздновать. — он явно обрадовался положительному ответу, резко вставая с кровати и подходя к чужому столу, на котором был бардак. Бумажки, фантики, ручки, провода — если хорошо поискать, можно было найти всё, что угодно. Он поковырял какие-то вещи, облокачиваясь на стол и поворачиваясь к Субину лицом. — Начало в семь тридцать. Ёнджун подъедет сразу в компанию, он сейчас на тренировке. Кай сейчас вышел в магазин. Субин смотрел на его новую причёску, не отводя глаз, и да, всё-таки ему чертовски идёт. — Есть дресс-код? Как в тот раз осенью? — поинтересовался старший, заставляя себя оторвать взгляд на что-нибудь другое. — Ты про тот ужас в начале сентября? Нет, уж! Даже вспоминать отстойно. —  он потёр глаза, будто пытаясь забыть, всё, что тогда было. — Просто сбор отрядов, как наши, и может, работники какие подойдут. Но не в главном корпусе, а в банкетном зале, как я понял. — В банкетном зале? Это тот, что в корпусе с кучей комнат для встреч и гостиных? — Субин удивлённо вскинул бровь, вставая с кровати, чтобы включить свет, потому что становилось слишком темно, и Бомгю было плохо видно. — Да, там, где бильярдная раньше стояла, и её заменили на комнату для отдыха. Я один раз был в том корпусе. Прямо, как гостиница. Всё такое пафосное и крутое. Правда, понятия не имею, зачем это всё там. — М-м-м, может для переговоров каких-нибудь. — Может. Ладно, собирайся, я за Тэхён-ни. — и он счастливо выпрыгнул из комнаты, закрывая за собой дверь. Может, Чхве Бомгю станет спасителем Субина. А может и губителем. 19.19 Благодаря пунктуальности Тэхёна, четверо добрались до места назначения вовремя. Субин казался необычно активным и разговорчивым, из-за чего Хюнин и Тэхён постоянно переглядывались между собой, подавая неизведанные сигналы друг другу. Место вечеринки находилось за основным корпусом на частной территории Хайба, за лабораторией и больничным центром. — Я и не знал, что здесь на территории столько всего. — вкинул Субин, пряча руки в карман и выдыхая тёплый воздух изо рта. — Я же водил тебя в лабораторию и в больницу. — ответил Кай, идущий где-то сзади. — Это было давно. — Во сколько подъедет Ёнджун? — спросил Тэхён. — Сказал, успеет к началу. Там же речь полчаса толковать будут. — спокойно проговорил Бомгю, смотря под ноги на каменную плитку. — Ещё и речь будет? — Субин вдруг оглянулся на мемберов позади, окидывая их недовольным взглядом, как будто это их вина. — Видимо к концу года. Итоги подведут и так далее. — хмыкнул Кай, пожимая плечами. — Можно было тогда опоздать. — в воротник куртки совсем тихо возмутился Субин. — Эй, ты сто лет не выходил из дома. Тебе полезно подышать свежим воздухом. — высказался Кай, подбегая к нему и засовывая руку в чужой карман. «Да, ты прав.» — хотел согласиться Субин, но слова застряли у него за языком и так там и остались. Мемберы дошли до здания, проходя внутрь. Сразу же открылся вид на огромный банкетный зал с красным, бросающимся в глаза ковролином на полу и мраморными стенами. Простора придавали две лестницы по бокам, которые вели на второй этаж. Длинные столы простирались от одной стены до другой и были покрыты большими тарелками с едой, закусками и напитками. Всю красоту портили лишь люди в какой-то совсем уж не изысканной одежде. Кто в чём: от работников бумажного отдела в рубашках и серых пиджаках, до ребят, пришедших с тренировок в старых трениках. И кто вообще пустил сюда подростков? — Боже, какая красота! — засиял Кай, забегая внутрь и осматриваясь по сторонам. — И это чудо всегда было у нас под носом? — Круто. — произнёс Тэхён, пробегаясь взглядом по всему вокруг. —  Какая большая люстра… — тихо заметил Бомгю, задрав голову вверх. Мемберы засмеялись от такого глупого заявления, вероятно вызывая удивлённые взгляды со стороны. 20.23 На счастье, всех вокруг, речь заняла всего пару минут и гостям было позволено приступать к трапезе. Столиков, за которые можно было сесть, было совсем немного и сто человек никак бы не уместились за этими жалкими табуреточками с тремя стульчиками. Но это, судя по всему, не вызвало бурю негодований, потому что было ещё куча других комнат, где можно было посидеть и поболтать с кем-то. Субин сидел в одной большой гостиной с диванами и панорамным окном с видом на улицу. Они ели вместе, но потом разбежались кто-куда, и, Субин, не найдя альтернативы, решил потусоваться в этой комнате. Свет здесь не так бил в глаза и не отражался от мрамора, так как стены были сделаны из какого-то матового серого материала. Фоновая, успокаивающая музыка играла на фоне, и доходила даже до этой удалённой комнаты. Он попивал какой-то коктейль, подслушивая о чём болтают люди, заходя и выходя из этой комнаты. Интересно, где сейчас Бомгю. Надо было бы его найти и поблагодарить. И извиниться за его поведение в последнее время. Вообще Субин первый потерялся из группы, отходя поболтать со старым знакомым из «Пледис Интеркилл», а потом ещё с кем-то, и ещё. Теперь ему нужно было посидеть в одиночестве. Жаль, что социальная батарейка за последнее время выгорела у него совсем, и теперь, после сорокаминутного разговора нужно делать паузу, чтобы алкоголь равномерно распределился по организму и мозг отдохнул от внешнего шума. Внезапно, телефон в кармане штанов издал звук. Субин достал его и посмотрел на уведомление. ёнджун-хён: 20.35 Субин-а, ты где? Встречный вопрос. Субин совсем забыл, что Ёнджун тоже должен был прийти. я: 20.35 Хён, ты пришёл? Ты с кем сейчас? ёнджун-хён: 20.36 Нет, но уже подъезжаю. Мы можем поговорить? Где ты находишься? Субина немного напрягло второе сообщение. я: 20.38 Ты обещал прийти к началу (—_—) Я даже не знаю, как тебе объяснить, где я Я подойду ко входу через пару минут ёнджун-хён: 20.39 Хорошо Субин собирался посидеть ещё немного, пока Ёнджун не доедет до компании, как вдруг: — Ой, ты всё это время был здесь? Удивлённый голос Тэхёна, только-только вошедшего в комнату с напитком в руках. — Да, а вы где потерялись? — Субин поставил стакан на столик сбоку, закидывая ногу на ногу. — Я не знаю, где остальные. Пусть развлекаются, пока могут, ха-ха. — младший плюхнулся на диван рядом с лидером. — Ты как? Всё в порядке? — его обеспокоенный взгляд бегал по его лицу, пытаясь выявить признаки чего-либо. Почему с ним обращаются, как с больным? — Всё хорошо. Просто зашёл сюда передохнуть. — он мягко улыбнулся, опуская голову немного вбок. — Ёнджун-хён скоро подъедет. Можем собраться все, погулять во дворе. — О, я думаю, хён первым делом побежит не к нам, а к фуршету. И они заполнили полупустую комнату заливистым смехом. Субин какое-то время долго смотрел на макнэ, пока не решился спросить. — С твоей подругой всё в порядке сейчас? Тэхён уверенно кивнул, делая глоток своего напитка. Субин оторвал свой взгляд от расстёгнутых двух пуговиц рубашки напротив, а точнее от кожи за ней. — Да. Я не рискнул приходить к ней в палату, потому что, думал, что она меня не вспомнит, и наверняка, испугается, увидев незнакомого парня в комнате, как только откроет глаза. — он начал. — Первую неделю она лежала в инфекционном отделении, а потом её перевели в другое отделение. — Ты с ней увиделся хотя бы? Тэхён-а!!! — Субин, явно захваченный историей, выровнялся на диване, навострив уши. — Хи-хи-хи, да. Я подошёл к больнице в обеденный перерыв, и она в это время была на прогулке. Я её не заметил, но она крикнула меня сама и подбежала. Она выглядела…здоровой?. — он многозначительно смотрел куда-то себе под ноги, после чего продолжил. — Спрашивать не пришлось, Субин-хён. Субин довольно поджал губы. —Тэхён-а, ты такой хороший. Вот бы ты, наконец, это принял, —  он игриво толкнул того в плечо, усмехаясь. — Жаль, что ты не можешь сказать ей, что спас её жизнь. Субин закинул голову на руку, которую облокотил на бортик дивана, рассматривая макнэ. Край рубашки смялся под тёплым бежевым свитером, придавая ему более расслабленный вид. Его корни сильно отросли, хоть он и подкрашивал их где-то в ноябре, глаза блестели от выпитого алкоголя. Красивый. Наверняка, то, что Субин согласился на выход из дома, хорошо сказалось на всех них. Раз уж так, Субин готов выходить из дома намного чаще с этого дня. Это стоило того, чтобы увидеть счастливого Тэхёна. — Врачи спасли ей жизнь. Мы просто…поспособствовали выздоровлению. — скромно заявил тот, его большие глаза встретились с глазами лидера. Чёрт! Субин вдруг вспомнил про Ёнджуна. Он достал телефон, замечая, что прошло уже минут двадцать, но сообщения о прибытии от старшего так и не поступило. Бомгю тоже ничего не писал. — Ёнджун, наверное, подъехал. — сказал Тэхён, читая мысли. Он встал с дивана, и оглянулся на лидера. — Да, пойдём. — кивнул старший, пряча телефон в карман. Они добрались до входа, пробираясь сквозь скопления подвыпивших сотрудников компании, которые начинали казаться раздражающими из-за громкого смеха и разговоров; музыка будто тоже становилась всё громче и громче с каждой проходящей минутой. — Кан Тэхён? — вдруг послышался чей-то незнакомый голос позади. Субин обернулся вместе с Тэхёном, который шёл спереди. — Я тебя сто лет не видел! Кажется, больше года прошло? Субин неловко отошёл в сторону, давая младшему подойти поближе, потому что слышно было действительно плохо. — Привет? Да, давно не виделись. Ты всё ещё в биохимическом? Оба начали вести беседу, встав посреди дороги. Кажется, Субин понял, как все эти люди оказались на их пути, и зачем нужно было делать эту вечеринку. Он похлопал Тэхёна по плечу, приближаясь, проговорил в ухо, что тот пойдёт искать Ёнджуна. Тэхён кивнул, провожая, исчезающего в толпе, лидера взглядом. Куда подевался этот Ёнджун? Прошли добрые полчаса. В толпе разглядеть его было не так уж трудно, но всё же, коричневая макушка сливалась среди десятков других. Даже высокий рост особо не давал преимущества в этой ситуации. Зато блондинистые волосы с отросшими корнями, найти было уже совсем не тяжело. Субин ринулся к замеченной цели, чтобы за секунды не потерять его из виду. Он зацепил кого-то локтём, кто-то крикнул ему “поосторожнее”, он сам снёс чей-то стакан плечом. Чёрт, как же шумно. И откуда вдруг тут появилось столько людей? В начале было всего-ничего, а теперь тут будто вся компания собралась. Двадцать четыре часа работать кто собирается? — Кай! Где остальные? Откуда такая толпа народа? — Субин зацепился за плечо младшего, который стоял у стола со стаканом в руке. Хюнин явно не ожидал такого резкого появления лидера, из-за чего чуть инстинктивно не отпрыгнул назад. — Субин, зачем так пугать, господи. — младший всё же сделал шаг назад, наверняка возвращая дыхание в норму. — Ёнджун приехал? Где Бомгю? — он всё не отставал со своими вопросами. Глаза тревожно бегали туда-сюда по залу. — Что-то случилось? Почему ты весь на нервах? — Хюнин взял руку старшего в свою, пролезая под рукав тёплой кофты и нащупывая пульс. Как бы бесполезно это ни было в таком шумном месте, всё же Субин был польщён за оказанную заботу. — Он написал мне полчаса назад, что подъезжает. Я был с Тэхёном, но потерял его по дороге сюда. — Я не уверен, но Бомгю написал, что пошёл его встречать минут пятнадцать назад. Думаю, нам стоит найти место потише. — Кай обхватил запястье старшего, перемещая пальцы, и повёл его в ближайший зал, где народу было в разы меньше. Субин решил не говорить Хюнину зачем ищет Ёнджуна, потому что теперь не был так уверен, насколько была важна эта информация и была ли она связано с миссией. Но, если бы это было так, Тэхён наверняка сказал бы ему. Они зашли в комнату, похожую на ту, в которой чуть раньше сидел Субин. Разве что не было панорамного окна, и стены были покрашены в другой цвет. Хюнин посадил его на диван, передавая свой стакан тому в руки. — Ты нормально себя чувствуешь? У тебя зрачки бегают так, будто ты что-то принял. — Хюнин сел на колени перед ним, осматривая старшего, как самый настоящий врач. — Нет, всё нормально. Просто, наверное, перепил и слишком шумно. — Субин сильно зажмурился, протирая глаза тыльной стороной руки. — Я был в зале практически с начала, и люди всё приходили и приходили. Возможно, они тоже думали, что речь в начале будет длинной и скучной, поэтому пришли позже. — удостоверившись, что с лидером всё в порядке, Хюнин сел рядом. — Это фруктовый сок, выпей немного. — Спасибо. — он отпил глоток. — Ты всегда меня выручаешь. — Ну, конечно.～Что бы ты без меня делал.～ — пропел в ответ младший, забавно тряся плечами и хихикая. Субин достал телефон, передавая стакан обратно Хюнину. Бомгю: 21.29 тебя Джуни ищет Как вовремя. Я: 21.34 Где вы??? Бомгю: 21.34 на втором этаже Тэхён и Хюнин с тобой? Я: 21.35 Хюнин со мной, Тэхён в главном зале был недавно Бомгю: 21.35 Подойдите с Каем к лестнице Хюнин во время переписки смотрел в экран чужого смартфона, расположившись на плече Субина своим острым подбородком. — Пойдём. — только и сказал старший, в очередной раз срываясь с дивана. Когда двое подходили, Бомгю и Ёнджун уже стояли возле лестницы, оглядываясь по сторонам. Лицо старшего выдавало какое-то волнение; его прикушенные губы, нахмуренные брови и бегающий взгляд говорили о чём-то. Но о чём, Субин пока не знал. Лидер прихватил два каких-то напитка с длинного стола сбоку, вслепую, не замедляясь. — Наконец. — выдал с придыханием Бомгю, оглядывая обоих. — Я вас с самого начал не видел, где вы были? — Привет, хён! — счастливо произнёс Кай, приобнимая Ёнджуна и отходя в сторону. — Хён… — разве что произнёс Субин, игнорируя слова Бомгю. Ёнджун поймал его взгляд, полный недоверия, нервно усмехаясь. — Ам, ты уже поел? Кого встретил? — неловко начал старший, теперь, будто стараясь отвести взгляд. — Давайте отойдём с прохода. Тут люди шныряют туда-сюда по этой лестнице. — произнёс Бомгю, отходя в сторону. Ёнджун, пользуясь возможностью, схватил Субина за плечи, отводя в противоположную сторону, не давая последнему даже шанса возразить. — Им, наверное, нужно поговорить. —  послышался где-то позади голос Кая. Ёнджун направил Субина на второй этаж, где тот ещё не был. Что-то не так. Вот бы интуиция Субина его сегодня подвела. Они добрались до ближайшего закутка молча. Субин протянул старшему стакан, позабыв о том, что у него в руках были напитки. Почему они вдруг остановились в коридоре, Субин тоже не понял. — Спасибо. — произнёс тот, сразу же делая несколько жадных глотков. — Воу-воу! Хён, полегче. — Всё в порядке. — он ответил. Взгляд его всё ещё блуждал по окружению вокруг. Может, жажда после тренировки мучает. Ёнджун прислонился к стенке позади, поднимая голову с дружелюбной улыбкой, которая была уже попривычнее. Его серые спортивные штаны со стёртыми коленками и поношенная красная футболка совсем не сочетались с убранством этого «дворца». — Когда ты приехал? Почему не написал? — начал Субин, скрещивая руки на груди, и время от времени оборачиваясь на проходящих мимо людей. Они, как никак, стояли в коридоре. — Ты же знаешь, как обычно бывает. — сказал тот, делая ещё один глоток напитка. — Только зашёл и началось «О, это же Чхве Ёнджун!» ха-ха-ха. — Ну да, ты же бывшая знаменитость. — игриво фыркнул младший, понемногу расслабляясь. — Попрошу заметить, «настоящая знаменитость»! — тот пригрозил пальцем перед лицом лидера, усмехаясь. — Так и потерялся в толпе. А потом наткнулся на Бомгю. Он сказал, что вас всех разбросало по всему комплексу. Субин усмехнулся, подстраиваясь под настрой старшего. Ёнджун всегда был каким-то очень успокаивающим, если закрыть глаза на некоторые вспышки адреналина в крови, которые происходили у него время от времени, и когда он начинал творить рисковые вещи. Спокойные вечера и ночи у телевизора, развалившись вдвоём на диване, к которым они привыкли ещё с тех времён, когда трёх других мемберов не было дома. Их совместные миссии всегда проходили гладко, в основном только благодаря Ёнджуну. И Субин, склонный к зависти и конкуренции, не ощущал этого рядом с ним. Скорее это было уважение и восхищение, радость, что у него есть такой замечательный друг. — Как прошла тренировка? — с тёплой улыбкой на мягких губах спросил Субин, перемещая вес с одной ноги на другую. — Отлично. Я рано сегодня ушёл из дома. Ты тогда ещё дрых с открытыми шторами, зарывшись под одеяло, из-за того, что солнце светило в глаза. — он усмехнулся, прикрывая рот свободной рукой. Субин лишь хмыкнул, будто это не про него. — Сперва встретился с друзьями, потом поехал на тренировку. Я задержался из-за пробок, так-то я рано вышел. И Субин уже чувствовал себя так комфортно, что никакая музыка, шумные голоса и ходящие по коридору люди — не имели значения. Только нервно бегающие глаза и вспотевший лоб Ёнджуна оставляли какой-то неприятный осадок на атмосфере вечера. — Как ты себя сегодня чувствуешь? — осторожно начал старший, заглядывая в стакан и смотря на своё отражение в напитке. — Всё в порядке. Чувствую себя…освежённым? Думаю, это была хорошая идея. Спасибо Бомгю за это. — Между прочим я звал тебя ужинать постоянно. — Ёнджун поднял надменный взгляд с нотками игривости на него, не поворачивая голову. — Тогда пришлось бы платить, а тут всё бесплатно~~ — игриво пропел Субин, забавно закусывая язык между своих кроличьих губ. — Да, возможно, ты прав. — голос Ёнджуна как будто начал затихать с каждым сказанным словом, а взгляд застыл на искажённом отражении в собственном стакане, и, казалось, он уже не прятал нахмуренных бровей и вновь вернувшихся, скрывающих что-то, глаз. Ёнджун подправил волосы, убирая чёлку со лба и облизывая губы. Субин решил притронуться к напитку, в секунду осознавая, что это что-то очень крепкое. Он смешно сморщил лицо. — Фу, хён, как ты это пил. Давай, я пойду поменяю, это нельзя пить. — Субин протянул руку, забирая почти пустой стакан у старшего, собираясь направиться вниз, но Ёнджун дёрнул его за руку. — Субин, мне нужно тебе кое-что сказать. Его глаза были так широко раскрыты, что, казалось, что они в любой момент готовы были поглотить всего Субина целиком. Взгляд не то испуганный, не то серьёзный. Мурашки, холодным потом разбежались по его спине. Лидер застыл на месте, насторожившись. Значит, всё худшее, что надумал Субин, всё-таки произойдёт, не так ли? Лидер вернулся в прежнее положение, проглатывая горькость напитка вместе с напряжением. — Да? — Только послушай, ладно? — Ёнджун отодвинулся от стенки, жестикулируя трясущимися руками, будто собирался защищаться. Субин готов был проглотить свой язык вместе с остатками алкоголя в стакане. — Мне нравится Хюнин. — он сделал паузу, сам давая Субину шанс на то, чтобы возразить, но тут же продолжил. — В том смысле, что я влюблён. — Погоди, что? Что за- — Я давно пришёл к этому выводу, но не мог тебе сказать. Сперва, потому что сомневался в своих чувствах, потом, потому что боялся тебе это сказать, а потом ты плохо себя чувствовал и я подумал, что сейчас не самое подходящее время и- — Ёнджун-хён, я не понимаю, это шутка? — на лице лидера выступила нервная улыбка. Он то ли не хотел в это верить, то ли действительно не мог поверить. — Нет, Субин я серьёзно. Ты, наверное, хочешь, чтобы я немного больше рассказал и пояснил, давая я-  — Ёнджун нервно размахивал руками, делая небольшой шаг на Субина, но последний сделал шаг назад, перебивая того. — Нет, погоди, но как? А Бомгю? Вы расстались? Он вообще знает об этом? — Субину в мгновение ударила пьяная трезвость в мозг, и он почувствовал, что теперь он ведёт разговор. В реальном мире, в реальное время и это не сон. И вдруг вся реальность этого мира вдруг обрушилась на него, как холодный душ, как и куча вопросов. — Субин, прошу послушай! Ёнджун пытался. — Я спросил: Бомгю знает? — он теперь стоял ровно, только слегка склонив голову в бок, его брови не переставали хмуриться. Тень теперь страшно падала на его лицо, освещая лишь часть, из-за чего тот выглядел пугающе. — Дело не в этом, Субин-а. Я ещё не сказал ему, но он поймёт меня. Прошу, не вмешивай его сюда и послушай то, что я пытаюсь тебе сказать. — терпение старшего тоже начало давать сбой. Он выглядел разбитым и раздражённым одновременно. Его кадык дёргался; то ли он пытался что-то сказать, то ли был в шаге от того, чтобы расплакаться. Субин громко взглотнул, поворачивая голову в сторону лестницы, слепо надеясь найти Бомгю в толпе с такого далёкого расстояния. Он не заметил, как крепко сжимал стаканы в руке, из-за чего жидкость начала вытекать и капать красными каплями на светлый пол. Вот бы это был очередной кошмар в зале. — Мне нравится и Бомгю, и Хюнин. Я понимаю, как это звучит, но я тоже не понимаю свои чувства, ладно? Я не выбираю кого-то одного и…и понимаю, что разделиться тоже не могу. Я просто хотел сказать это тебе, так как знаю, как он важен для тебя… — Важен? Хён, ты хоть понимаешь, что ты сейчас говоришь? Ты буквально признаёшься мне, что тебе нравится Хюнин, при этом состоя в отношениях с… — Субин, прошу, послушай меня, пожалуйста. Я пойму, если тебе понадобится немного времени. — Ёнджун попытался взять Субина за руку, но лидер резко отдёрнулся от этого движения. — Хён, это странно, и я надеюсь, что ты шутишь, потому что я не собираюсь давать тебе играться с Хюнином или скрывать всё от Бомгю. — протараторил лидер, разворачиваясь всем телом и готовясь уйти. Он окинул Ёнджуна сверяющим взгляд, удаляясь и оставляя того стоять в середине коридора с опущенной вниз головой. Старший остался стоять в тени коридора, не решаясь догонять лидера, понимая, что продолжать разговор не имеет никакого смысла. Я тебя прощаю. То, как Ёнджун готов был унижаться перед ним, может быть, и тронуло бы Субина в обычное время и заставило бы опомниться, но не сейчас. В данный момент в голове полнейшая каша. Нет, он слишком трезвый, чтобы думать. Или слишком пьяный? Ещё этот шум, это количество людей. Давят. Давят. Давят. — Уйди из моей головы, прошу. — прошипел себе под нос тот, заходя в какую-то пустую комнату и закрывая за собой дверь. Он зол. Он раздражён. — Я поделюсь Хюнином. Чёрт, это не то, что он имел в виду тогда. Он был расстроен? Только-только, на долю секунды он почувствовал себя лучше, впервые за последнее время, и Ёнджун решил воспользоваться этим, чтобы сказать ему, что влюблён в его лучшего друга? Ужасный поступок. И Ёнджун ужасный. А ведь он был такого хорошего мнения о нём. И Бомгю…Бомгю не заслуживал этого. Быть в незнании, когда тебе изменяют прямо перед твоим носом. Чёрт, почему Хюнин ничего ему не сказал? Они всегда делятся всем драгоценным между собой, но он решил утаить именно это? А знает ли вообще Хюнин? А доверяет ли на самом деле ему всё самое драгоценное Хюнин? А может, он и не согласится вовсе на предложение Ёнджуна, и тогда всё будет по-прежнему, так как было раньше. Да, точно! Раз Хюнин ничего ему не говорил, значит, у него нет к нему таких чувств. Но, может быть, и нет. Чёрт, Субин не особо обращал внимания на них, тем более в последний месяц Хюнин не загружал его информацией. Вдруг они уже встречаются, и решили скрыть это от него. Может, он передумал? Чёрт, чёрт, чёрт! — Моя голова сейчас взорвётся. — проскулил тот, скатываясь по стенке вниз и закрывая ладонями лицо. Как жаль, что он никогда не ценил то, что было раньше. Никогда не ценил того, что имел. Ни лучшего друга в виде Ёнджуна, ни заботливого Хюнина, который всегда был рядом, ни Бомгю, который всегда делал первый шаг на встречу, ни Тэхёна, который всегда брал все обязанности на себя. Теперь ведь ничего не будет так, как прежде. Больше никогда не будет. Вдох. Выдох. Точки в глазах Субина стали расплываться, осознание пробираться в следующую стадию принятия. Субин — глупец. Он ужасный человек. Он только что унизил своего хёна, решил судьбу своего друга за него, и захотел вернуть всё на круги своя. Но он сам виноват, что был в прострации последний месяц, не так ли? Это ведь его вина. Но он же не виноват, что Ёнджун ни с того, ни с сего влюбился в его Хюнина. Нет, хорошо, раз уж он решил быть честным, Хюнин не просто друг, и даже не лучший друг. Он привык иметь его при себе всё время, почти всю свою жизнь, и тут появляется сперва Бомгю, который мотает ему нервы год, а потом Ёнджун со своим признанием? Нет, ни за что. Так будет лучше. Будет лучше, если Хюнин останется с Субином, а Ёнджун с Бомгю. Так должно быть. А что, если Ёнджун запретит тебе общаться с Бомгю? — Он не имеет никакого права на это. Он ему не принадлежит. А Хюнин не принадлежит тебе, не так ли? — Не принадлежит, но я не позволю кому-то пользоваться им. А что, если он выберет не тебя? — Нет, он выберет меня! А что, если не выберет? Ты жалкий. — Я сильный! Замолчи! Субин закричал, сильно жмурясь, и пытаясь закрыть уши руками, чтобы не слышать этот мерзкий голос, который казалось звучал повсюду, пронизывая даже кости. Субин, ты снова останешься один в этом мире, как жаль. — Я не один! Замолчи, замолчи, замолчи, замолчи!! Ты всегда был один. Никому не нужный мальчонка, до которого никому нет дела, которого окружают актёры, играющие роли его друзей и родителей. Ты никчёмный, ты ничего не добился, ты гордишься пустотой. — Это неправда…я схожу с ума. Субин, ты никто. Хюнин никогда не выберет тебя, он выберет свою сестру. Бомгю никогда не выберет тебя, он выберет Ёнджуна. Тэхён никогда не выберет тебя, он выберет свою семью. Ёнджун никогда не выберет тебя, он выберет Бомгю. О-о! Один Субин у нас остался без пары. — Прошу, замолчи. — его голос становился слабым, а всхлипы было уже слишком сложно сдерживать, и он позволил своему телу содрогаться и слушать всё, что ему говорит он. Тебя никто никогда не спасёт, и ты никого никогда не спасёшь. Твои вздохи и выдохи не имеют никакого смысла для этой вселенной. Ты опозорился перед самим собой, сам придумал себе проблемы, ты сам ничего не умеешь, и никогда никого ничему не научишь. Ты никому не нужен, мой маленький милый Субин-ни. — Субин-хён, с кем ты разговариваешь? Всё хорошо? Субин вздрогнул, поднимая голову и чувствуя прикосновение к своим плечам. По собственным щекам текут слёзы, глаза раскрыты в удивлении. — Сколько ты выпил? Что случилось? Бомгю. Субин в недоумении, отходя от астрала, и не веря в происходящее или пытаясь понять, не галлюцинация ли это, оглядывается по сторонам, замечает два пустых стакана рядом с собой и продолжающие поступать сообщения на блокировке экрана. — Хён, что с тобой? — его холодные руки касаются его горящих щёк, разворачивая лицом к себе. Бомгю сидел перед ним на коленях, глаза обеспокоено бегали по его лицу. Он никогда не выглядел таким? — Хён, ответь что-нибудь прошу! Мы искали тебя полчаса, что ты тут делаешь? — он убрал одной рукой чёлку с его глаз. — Бомгю? — только и выдал тот. Он не чувствовал себя пьяным и не способным говорить, скорее только ступор и онемение по всему телу. — Да, это Бомгю! Ты ничего не принимал? Ты пьяный. У тебя щёки так горят, наверное, температура- Субин не дал тому договорить, поднимая руки и затягивая того в свои объятия. Он сам не понял, когда слёзы снова начали катиться из глаз и падать на чужое плечо. Ты этого не заслуживаешь. — Спасибо. — выдохнул старший, сжимая его ещё сильнее. И Бомгю ничего не спрашивал, давая старшему делать то, что ему нужно было.