сердцехранители

22 декабря 2021 Утро следующего дня началось вполне нормально. Каждый занимался своими делами в общежитии. Субин, правда, много думал о прошлой ночи, проснувшись утром. Они спокойно добрались до дома с лидером за рулём. Бомгю сел на переднее сидение, заставив остальных меститься в задней части фургона, явно не предназначенной для того, чтобы удобно сидеть или спать. Но даже несмотря на это, Ёнджун успел подремать, забавно закинув голову на колени Тэхёна, который сидел на своём стульчике. Бомгю болтал с лидером всю дорогу, попутно проверяя атмосферу сзади. Субин старался не отвлекаться и не поворачиваться направо, чтобы посмотреть на собеседника, но никто ведь не запрещал смотреть в зеркало заднего вида? Даже, когда они расходились по комнатам Бомгю, одарил старшего тёплой улыбкой и поднятой ладонью. Субину нравилось узнавать его больше. Но сейчас ему нужно было сходить, наконец, на кухню, чтобы поесть спустя два часа после пробуждения. Закончив с делами в ванной, он пошёл на кухню, слишком голодный, чтобы заглядывать в комнату Тэхёна, из которой всё утро раздавались смешки и крики Хюнина, который, судя по всему, то и дело проигрывал, пока те играли в приставку. На кухне, на удивление, был сам Тэхён и Ёнджун. Младший сидел за столом с ноутбуком, а старший нависал над ним, пристально изучая что-то на экране. — О, ты встал? — спросил Ёнджун, отвлекаясь от экрана. Тэхён тоже перевёл взгляд на него. — Да. — коротко сообщил тот, потягиваясь и подходя к кофемашинке. — Есть новости? — Ещё какие. Нам нужно собираться. — Тэхён, как всегда, краток и непредсказуем. Субин в удивлении повернулся к ним с приподнятой бровью, пытаясь понять, шутит тот или нет. Но по серьёзности их лиц и поджатым губам Ёнджуна очевидно, что ответ был отрицательным. Он выдохнул, потирая глаза, ставя кружку и попутно нажимая на кнопку. Субин обошёл стол, чтобы посмотреть, что такого было на экране ноутбука. — Позови других. Обсудим сразу вместе. — сказал Ёнджун, отодвигаясь. Субин недовольно закатил глаза. — Я только подошёл. Почему нельзя было раньше сказать. — раздражённо сообщил тот, отходя и показывая старшему язык. — Йа, Чхве Субин. Будешь себя так со старшими вести — получишь. — Ёнджун сердито глянул на него, сложив руки на груди. Чёрная спальная майка слегка смялась под ними. Субин не ответил, отправляясь на свою мини-миссию. Он постучал, и не дожидаясь ответа, приоткрыл. Бомгю с Хюнином сидели у кровати с двумя приставками, скрестив ноги. — Доброе утро, задроты. — съязвил Субин, и явно довольный своей едкостью, расплылся в улыбке, облокотившись о косяк двери. Оба переключили своё внимание на него. — И тебе «animelover1204”~ — ответил Хюнин, щурясь и откладывая приставку. Субин перевёл взгляд на Бомгю, ожидая, что сделает тот. Он послушно встал, лохмача волосы Хюнина и направляясь к выходу. — Доброе утро. — как-то тихо и нежно сказал тот, отодвигая Субина от выхода и проходя дальше по коридору. Лидер проводил его глазами. Из середины комнаты послышались тихие ехидные смешки. — Что? — растерянно спросил старший, смотря на Хюнина, который тоже поднимался. — Ничего, Субин-хён. Всё жду, пока ты поймёшь~ — довольно прощебетал тот, удаляясь. — Что? — пребывая в ещё большей прострации, выкрикнул старший в спину Кая, который, продолжая смеяться, выбежал на кухню. — Нашли местонахождение серёжек. — сходу начал Тэхён, когда все уселись за стол. Субин, наконец, поместил хоть что-то в свой желудок за последние часы. — Предмет принадлежит пожилой даме. Она живёт в доме престарелых. Далековато, но на машине можно доехать. Тэхён вдруг замолкает, отрываясь от ноутбука и пробегаясь по каждому мемберу глазами. — Неизвестно, как они попали к ней, потому что её не было в списке гостей на аукционе. Скорее всего, она состоятельная женщина, потому что я пробил этот дом престарелых, и он явно недешёвый. Возможно, она нанимала людей, возможно, слот уже перепродали. В общем тут будут пробелы, которые мы пока не можем закрыть. На мгновение повисла привычная тишина. Каждый думал о чём-то своём. — Пожилые люди редко носят украшения на постоянной основе. В основном на праздники или показывают таким образом своим родным, что они готовы к смерти. — первым заговорил Кай, нерешительно поднимая взгляд с собственных рук на столе. В воздухе послышалась мелодия грусти. — Это не должно быть трудным заданием. — попытался Субин. — Когда мы можем выезжать, Тэ? — К вечеру уже нужно выехать. Это не близко. — Хорошо, собираемся. Поедем на обычной машине. — подытожил Ёнджун, вставая из-за стола. Прошло около двух часов, как Ёнджун вёл машину. Они с Субином договорились меняться, и лидер всё ждал, когда его час настанет. Младшие разместились на задних сиденьях, а старшие на передних. Так как место находилось за городом, виды здесь были совсем другие, не похожие на те, к которым привык Субин. Пустая дорога, старые деревеньки с архитектурой довоенных времён мелькали то с одной стороны, то с другой, глаз радовало обилие тусклых оттенков в виде пожухших деревьев, кустов и холмов. Субин удобно разлёгся, положив голову на окно. Они с Ёнджуном время от времени переговаривались о чём-то своём. Солнце за горизонтом понемногу разливалось тёплыми красками по небу, озаряя всё своим свечением. Субин перевёл взгляд с очередного, уже повторяющегося, пейзажа на зеркало. Тэхён с Хюнином с самого начала дороги читали книжку на айпаде. Старший искренне не понимал, как можно читать что-то вдвоём: у каждого свой темп чтения. Но те даже не заговорили ни разу за всё это время. Субин хотел спросить, что они читают, но побоялся нарушить их уютную идиллию. Они выглядели очень комфортно, сидя рядом друг с другом. Хюнин не раз говорил Субину о том, что находит с Тэхёном много общего и он чувствует себя в безопасности рядом с ним. Слева от них уже какое-то время дремал Бомгю. Нелепо открыв рот и уронив голову на плечо Тэхёна, он выглядел забавно. Чёрная чёлка закрывала часть лба и глаз, скатываясь на одну сторону, ремень безопасности был ослаблен, чтобы не давил, руки аккуратно сложены на открытых коленях чёрных джинсов. Свет красиво растекался по его острым чертам лица, подсвечивая чудесную кожу изнутри. Вдруг слева раздаётся тихий, словно шум колёс по асфальту, смешок. Субин шустро переводит взгляд, скользя по зеркалу, на соседа. Ёнджун смотрит на него с, сощуренными от улыбки, глазами. Субин, осознав, что за ним всё это время наблюдали, в замешательстве отворачивается к окну с порозовевшими ушами. — Что такое, Субин-ни? — совсем развеселев, спрашивает Ёнджун, возвращая своё внимание на дорогу. Субин хмурится в окно. — Ничего. — как ни в чём не бывало, кидает тот, не разворачиваясь. Ёнджун молчит чуть больше минуты, заставляя Субина расслабиться и не так напрягать плечи, после чего неуверенно начинает диалог. — Если честно, я пока не придумал, что мы будем делать по приезду. Точнее, не знаю, что мы будем делать с бабулей. Субин медленно разворачивается, давая добро о продолжении его мысли. — Мы не можем просто расправиться с ней кем бы она не была. — Ёнджун смотрит на него через зеркало. — Можем просто поиграть в переодевалки, и ну, не знаю? Втереться в доверие? Потом кто-нибудь её отвлечёт и один из нас заберёт украшение. — Субин уже всё придумал, поэтому быстро выдаёт свой план. — Хммм… пожилые люди по-другому ко всему относятся. Хюнин прав. — он снова смотрит в зеркало, только теперь уже на младшего, который, судя по всему, больше занят книгой, чем разговором, поэтому не замечает этого. — Они хранят важные им вещи в невероятных местах, о которых любой другой человек даже никогда не подумает. И к тому же, в комнате ведь могут быть камеры или персонал, а это может навести их на какие-нибудь мысли — У нас есть сокровище в виде Тэхёна. Ёнджун теперь выглядит не таким счастливым, как несколько минут назад. Глаза задумчиво смотрят на дорогу, губы поджаты в сомнении, брови изогнуты в замешательстве, да и руки как-то непривычно крепко сжали руль. — Мне бы всё-таки хотелось решить всё мирно и спокойно. Даже если это займёт немного больше времени, этот человек вряд ли заслужил смерть от ужасной и мучительной болезни. — совсем тихо, будто выдаёт свой самый страшный секрет, проговаривает тот, не переводя напуганные глаза с дороги. Субин тяжело выдыхает. Кажется, теперь он знает откуда у Бомгю такие же заморочки. Возможно, произошло что-то, что заставило их поменять взгляд на свою работу и на жизнь в целом. Субин, конечно, понятия не имеет об этом, но и спрашивать напрямую совесть не позволит. Он только успокаивающе кладёт руку на чужое плечо, поглаживая, и грустно улыбаясь, говорит: — Давай я подменю. 23 декабря 2021 04.12 Мемберы добрались до конца маршрута с Субином за рулём. Их быстро приняли, спасибо компании за быстро составленные резюме, справки и легенду о пяти волонтёрах от благотворительной компании. Но всё же пришлось посреди ночи искать круглосуточную печать, чтобы получить всё на руки. — Здравствуйте! Вы должно быть на работу к нам, не так ли? — их встретил доброжелательный мужчина средних лет в форме, напоминающей одежду медицинских работников. — Да, извините, что так поздно. Мы вас не разбудили? — начал Субин, делая виноватое лицо. — Нет, всё в порядке! Пройдёмте на стойку регистрации! Бомгю пришлось разбудить прямо перед выходом из машины, поэтому он выглядел совсем сонно, и скорее всего, ещё даже не понял, где он и зачем. Они разделились на два стола регистрации. Тэхён, Хюнин и Субин подошли к первому, Ёнджун с Бомгю отошли ко второму. — Нам прислал резюме ваш центр ещё вечером, поэтому основную информацию мы успели внести, вам только нужно вписать личные данные и оставить подпись. — слишком бодро для такого времени, протараторил мужчина, раздавая каждому из троицы по бумаге. — Вы тут на каникулах подрабатываете? — Да. — Нет. Субин с Каем переглянулись. История ещё не успела уложиться у них в голове. Мужчина теперь в удивлении смотрел то на одного, то на другого. — То есть нет. Мы тут просто та- — Простите его. Он подустал в дороге, поэтому немного путается. — Субин слегка наступил младшему на ногу, заставляя того заткнуться и не менять всё. Тэхён спокойно заполнял бумагу, пытаясь не влезать, чтобы не создать ещё большего подозрения. 07.24 Поспать им так и не удалось, хоть и работники предлагали им приступить к своим обязанностям чуть позже. Времени нет; нужно действовать сейчас. Их компания не спрашивала их пожеланий насчёт мест, которые они хотели бы занять, поэтому каждый узнал об этом только, когда взглянул на резюме. Субин был не особо счастлив, обнаружив то, что ему придётся ходить всё это время сo шваброй и ведром. Он какое-то время возмущался в их чате, почему бы в таком месте не пустить роботов-пылесocов, ведь на это точно есть деньги, но его жалобы никому не показались интересными, и он так и остался со статусом «прочитано». Ёнджун оказался в столовой, Бомгю и Хюнин взяли роли санитаров, а Тэхёну на камерах повезло больше всего. Это скорее всего единственное, над чем компания подумала. — Все на местах? — говорит Субин, стоя со шваброй в коридоре в одном из корпусов. — Да. — сразу же отвечают ему в прослушку. Через пару минут все жители отправятся в столовую, где по плану, Ёнджун обратит внимание бабушки на себя, давая заметить нового работника, после чего та по расписанию пойдёт в комнату, где по пути столкнётся с двумя новыми санитарами, которые будут добры и вежливы с ней и проведут чуть ли не до самой кровати, где один из них быстренько оставит скрытую камеру. Через какое-то время, в наушнике, наконец раздаётся: — О, вы чудесные мальчики! После чего слышно, как дверь закрывается со словами прощания Хюнина. — Отлично, теперь продолжаем. — говорит Субин, явно довольный тем, что всё пошло по тому, как он и задумывал. Такими темпами всё можно будет попробовать провернуть завтра. Но до конца дня им нужно выведать ещё немного информации, чем они и занимаются до наступления вечера. Они договариваются встретиться на крыше перед закатом. Субин зашёл последним, наблюдая приятную картину. Четверо обернулись на звук двери, все в рабочей одежде с лёгкими, но уставшими, улыбками на лицах. Хюнин сидел на бетонном блоке, непонятно зачем предназначенным, Ёнджун сидел рядом с ним, и только, чтобы посмотреть, кто пришёл, отлип от младшего, Бомгю с Тэхёном стояли по бокам от них, сложив руки на груди. Субин, невзначай, сам улыбнулся, заглядывая им в глаза. Он закрыл железную дверь и подошёл к ним. Теперь их взгляд был направлен только вперёд. Солнце, словно дежавю, снова садилось за горизонт, но свет только-только начал покидать холодную землю, так и не успев прогреть её. Небольшая парковка с несколькими машинами работников выглядела совсем пусто, а дорога, ведущая куда-то вдаль, делала её ещё более загадочной и туманной. Сухие и замёрзшие кроны деревьев в саду жалко смотрели на мемберов в ответ. — Думаю, здесь красиво весной или летом. — заметил Субин, садясь на ледяной бетонный пол рядом с Хюнином. Загородка, отделяющая край крыши, закрыла солнце, заострив внимание лидера на небе, которое стало понемногу покрываться маленькими звёздочками в густом голубичном смузи лазурного свода. — Субин-хён, тебе к лицу форма уборщика. — колко говорит Тэхён, смотря на старшего сверху вниз с мягкой ухмылкой. — Легко тебе говорить, когда от твоей рутины ничего не поменялось. — Субин продолжает их бессмысленную перепалку. — Ну да, тебе же не пришлось весь день наблюдать, как дядечки по бокам от тебя выставляют свои вонючие ноги с ещё более тошнотворными носками прямо возле твоих мониторов и ковыряются в носу, играя в глупые игры на полной громкости. — на одном дыхании проговаривает младший, слегка поднимая бровь, мол, сдавайся, я выиграл. — Конечно, бедненькие. Вам же не нужно было целый день стоять над двадцатилитровой кастрюлей каши со всякими, пахнущими добавками по типу, женьшеня, собирать забытые челюсти со столов и сгребать недоеденные остатки пожёванной еды с тарелок в перчатках. — вдруг вникает Ёнджун, не удосуживаясь посмотреть ни на одного из них. — Ладно, возможно, мы с Каем не так плохо провели день. — усмехается Бомгю, смотря себе под ноги. Но улыбка очень быстро скатывается с его лица, превращаясь во что-то более серьёзное. — А что, если мы прямо сейчас проберёмся к бабуле в комнату, всё спокойно объясним, расскажем про опасность и скажем ей вернуть эту дрянь? Всё равно, если она кому-нибудь что-нибудь скажет, ей никто не поверит. Скажут, что ей всё это привиделось или это маразм. В воздухе повисла задумчивая тишина. Субин долго смотрел на его затылок, после чего разместил локти позади себя и завалился поудобнее. — Неплохая идея. — первым заговорил Тэхён. — Но, если бы нам удалось узнать чуть-чуть больше информации, возможно, следующие жертвы нашлись бы быстрее. И допрос может не сработать. Она может испугаться и вызвать охрану. Снова молчание. Ёнджун переглянулся с Субином, пытаясь найти ответ в выражении его лица, но Хюнин вдруг встал, потягиваясь и принимая форму буквы «Ф». — Нужно проголосовать. — заявляет тот, переглядываясь со всеми. Но его внезапный порыв и смешная поза заставляет всех прыснуть со смеха от неожиданности. Отлично, теперь атмосфера расслабленная. — Что? Давайте! Я обещаю сделать всё гуманно по плану Бомгю. — и кладёт руку на сердце. Заходящие лучи делают его волосы ещё светлее и, если прищуриться, можно даже разглядеть ангельский нимб над его головой. Такой чистый и невинный. — Хорошо. — Ёнджун следует за ним и встаёт, кладя руку на сердце. — Я обещаю сделать всё гуманно по плану Бомгю. Я больше не хочу носить шапочку поварёнка, она мне не подходит. А вообще, это же элитный дом престарелых. Почему бы не подавать лобстеров и икру там. — и посмеивается. — Я слишком удобно лежу, но- — Субин поднимает руку вверх, чуть ли не заваливаюсь назад и говорит: — Я обещаю сделать всё гуманно по плану Бомгю. — и смотрит на, развернувшегося в его сторону, Бомгю со всей надеждой, как будто судьба всего мира теперь лежит на плечах этого мальчика. Тот в ответ смотрит на него сo щепоткой счастья и облегчения в чёрных глазах. Субин с сожалением в глазах смотрит на Тэхёна, но тот уверенно разворачивается и поднимает одну руку вверх. — Я обещаю сделать всё гуманно по плану Бомгю. Я больше не собираюсь наблюдать по камерам за тем, как обладатель бочонка с номером «74» идёт забирать свой выигрыш в лото. Атмосфера снова разрядилась, и никто не остался обиженным после выбора. 01.23 После объявления об отбое прошли добрые три с половиной часа, а это значит, что можно приступать к миссии. Тэхён заглянул в камерную, и застал двух, спящих на своём рабочем месте, мужчин. Он через наушник сообщил по каким коридорам идти остальным мемберам, поочерёдно выключая перед этим камеры на том месте. После того, как четверо тихо зашли в комнату, оставалось дождаться Тэхёна, которому пришлось бежать через два корпуса до них, пока отключенные им ровно на семь минут камеры, снова не включились. Дверь тихо открылась и теперь все были в сборе. Хоть темнота и окутывала всё помещение, но слабый свет от фонарей на парковке давал рассмотреть силуэт спящей на кровати старушки. — И так, что будем делать? Обыскивать или будить её? — шёпотом спрашивает Субин, не двигаясь с порога. — Если мы начнём обыскивать, она проснётся. Тут ни черта не видно, я не могу включить фонарик. — отвечает Ёнджун, по-видимому крутя в руке тем самым маленьким фонариком. — Ну так, она проснётся, и мы всё ей объясним. — поддерживает Хюнин всё также тихо. — Не вижу смысла рыться, давайте просто- — Я знаю, что в комнате кто-то есть. Словно гром среди белого дня раздаётся слабый голос издалека. Все пятеро умолкают, понимая, что теперь выбора, как такого, и нет. Сбоку от себя Субин слышит короткий рваный выдох и шаги вперёд. Это Ёнджун. Он подходит ближе к кровати бабушки, та в свою очередь осторожно разворачивается и садится, чтобы посмотреть на ночных гостей. — Послушайте, всё что я скажу дальше — это правда. Вы недавно приобрели очень красивые серёжки, не так ли? — он ждёт какого-то ответа, но женщина продолжает слушать его рассказ. — Дело в том, что вы не должны были их получать. Их создали плохие люди для хороших людей, и они…как бы вам объяснить…они заражены? — он поворачивается, смотря на Тэхёна в темноте, в ожидании одобрения его словам, но тот лишь застыл с полуоткрытым ртом. — Внутри них есть микробы или вирусы, из-за которых вы можете умереть. Я не знаю, как вы их нашли или купили, но, пожалуйста, отдайте их нам и мы о них позаботимся. Закончив, он начал нервно теребить руками. Бабушка шумно выдыхает, переключая своё внимание с мемберов на окно. — Я знаю. — коротко и тихо, словно сквозняк в ночи, сообщает та, чем подвергает остальных в комнате в шок. Ёнджун в недоумении открывает рот, но не найдя подходящих слов, закрывает его обратно. — Вы пока совсем молодые. Вряд ли сможете понять мои беспокойства. — она разворачивается и с унылой улыбкой на тонких морщинистых губах осматривает каждого в комнате. Ёнджун виновато смотрит на неё, не решаясь ответить. — Я осталась совсем одна. Конечно, я тоже веселилась, позабыв о родителях, когда была молода, и очень жалею об этом. Дети мои меня бросили. Сын, правда, ещё в Корее, но приходит только, когда деньги кончаются. Как подсел на игры всякие, так и не может это всё бросить. Внуки так вообще не знают, что я есть, представляете? Недавно от сына узнала, что у дочки уже есть дети, думала позвонить ей, хотя бы по телефону послушать их голоса. А он говорит, что она им сказала, что их бабушка уже давно мертва. Ну это надо же так! Сама не звонит, не пишет. Как я её отпустила на учёбу двадцать лет назад, так вживую её и не видела за всё это время. Да даже, если так, то сын родной! Приходи, бери сколько нужно, но он даже не остаётся поговорить со старушкой. Хоть бы на пять минуточек задержался, хоть сказал бы словечко! Так нет. Приходит чумазый, нервный, как будто дома собственного нет, молча берёт и уходит. Муж ещё на войне погиб. Так я и не смогла никого после него полюбить. Осталась на всю жизнь одна-одинёшенька… Её голос под конец совсем утихает. Субин чувствует, как по щеке бежит одинокая горячая слезинка сочувствия. Он продолжает стоять в коридоре во тьме, словно провинившийся мальчик. Даже открывать глаза не хочется. Комок в горле затрудняет дыхание, из-за чего-то сбивается, а в комнате так тихо, что если он вздохнёт, то всё разрушится. — Всю жизнь зарабатывала-зарабатывала, растила, кормила, любила, а всё зачем? Чтобы лежать в старости с толстыми пачками в тумбочке и слушать, как сердце перестаёт стучать, и всё думать-думать о том, где сейчас мои кровинушки родные. Материнское беспокойство оно на всю жизнь. Обида — страшная вещь. Но винить кроме себя даже некого. Они ведь не виноваты, что я такая беспомощная стала совсем. Вот я и подумала, что уйду сама. Зачем такая никчёмная жизнь-жестянка. Хоть где-то эти глупые бумажки пригодились. Думала уйду так, будто сама померла! Чтобы стыда не было потом! А то я их тут всех знаю! Раскудахтаются, до детей дойдёт, а я этого не хочу. Я уже все бумажки подписала, что всем поровну, чтобы не ругались. Мне для них ничего не жалко. И снова эта глушащая тишина с шумом в ушах. Лица Ёнджуна отсюда не видно, но слышно, как тот шмыгает, и как трясутся его плечи в силуэте ночи. Субин, наконец, шумно выдыхает через рот, надеясь, что боль в сердце уйдёт, но, невзначай, краем глаза замечает блеск от луны на чужих щеках. Бомгю от бессилия отворачивается в сторону двери, пытаясь скрыть все эмоции. Кай замечает это, и встаёт, чтобы подставить ему плечо и нежно погладить по голове. Он с лёгким блеском в глазах смотрит на Субина, а потом за него. Лидер поворачивается и утыкается на такого же заплаканного Тэхёна, который смотрит вверх, чтобы солёные кристаллики перестали бежать из глаз. — Вам- — Ёнджун начинает, но его дрожащий голос предательски ломается. — Вам не нужно этого делать! Я могу позаботиться о вас, раз ваши дети такие неблагодарные! — он садится на кровать, с уверенностью смотря на бабушку. Его руки сильно сжимают простыни, пытаясь перестать плакать от собственного бессилия и бесполезности. Бабуля мягко улыбается, беря одну его руку в свою и говорит: — Не стоит, милый. Позаботься о своих родителях и будь в ответ благодарным. Это всё, что им нужно. Вы можете не ладить и не сходиться во взглядах на жизнь, но это не должно разделять вас. Никто вас так не полюбит, как ваши родители, даже если они не говорят вам этого вслух, поверьте мне, они вас очень любят. Ёнджун, склонив голову, машет по сторонам в отрицании. Глаза зажмурены, губы поджаты. Так стыдно сейчас поднимать, в поражении, голову. — В моём сердце найдётся место и для вас. — тихо, словно только для неё произносит тот. Субин незаметно стряхивает слезу, стараясь успокоиться и вернуться к изначальной цели прибытия, но после такого трогательного рассказа, это кажется самой сложной миссией. — А я только подумала, ну что за красавчики пришли к нам на работу! Бабуля легко смеётся, и мемберы в коридоре тоже тихо усмехаются, но Ёнджун только сильнее шмыгает и трясётся, от чего всем остальным становится откровенно смешно с его реакции, и Субин, невзначай, думает, что точно не такую миссию ожидал. Рядом снова слышатся шаги. — Вы можете рассказать поподробнее о том, как купили украшения? — Тэхён, словно не он рыдал несколько минут назад, выходит под лунный свет. — Я читала новости и привыкла, что есть реклама по бокам. Перестала уже на неё обращать внимание, но в тот раз там был нарисован крест и надпись большими буквами «умри быстро и безболезненно». Я сначала не придала этому значения, но она была там постоянно, и я нажала. Открылась эта же картинка только на весь экран и кнопка зелёная. Там сразу можно было купить. Цена, конечно, большая, но мне уже нечего терять, так что я заказала. Через неделю медсестра принесла мне посылку, а я уже и позабыла про это! Я в конце дня, чтобы никто не увидел и ничего не заподозрил, открыла, а там бумажка и коробочка какая-то. Я взяла очки и прочитала, что нужно носить эти серёжки и всё закончится. Ну я и подумала, что надену их, когда буду готова, лягу на кровать ну и всё. Но пока не надевала. Сын обещал завтра прийти! Сложила их под мыльницу в уборной да так и не трогала. Тэхён кланяется и направляется в уборную. Субин по пути ловит мысль о том, что Ёнджун был прав. Вряд ли ему бы в голову пришла такая мысль, чтобы спрятать драгоценности под мыльницей. Или то, что серёжки могут убить. Ёнджун остался на кровати, ещё о чём-то вполголоса разговаривая с бабушкой. — Бомгю, перчатки. — говорит Тэхён, не отрывая глаз от бархатной красной коробочки под мыльницей. Бомгю послушно достаёт из кармана чёрные перчатки и вслед за ними обычные медицинские. Тэхён надевает обе пары и берёт коробочку. — Хюнин, контейнер. Младший достаёт из рюкзака стеклянный квадратный контейнер и протягивает его Тэхёну. Он кладёт коробочку внутрь и Хюнин захлопывает контейнер. — Прямо, как в операционной. — хмыкает Субин, выходя из прохода, чтобы освободить остальным место. — Ты там никогда не был. — кидает в ответ Тэхён, держа руки перед собой. Их нельзя просто выкинуть в мусорку. Четверо уже сидят в машине, дожидаясь, пока старший вернётся. И, наконец, он выходит из здания с улыбкой на лице и опухшим от слёз лицом. Молча садится и заводит машину. Субин бросает на него быстрый взгляд, читая на его глупо счастливом лице то, что он знает, что ждёт его дома. Все будут припоминать ему его плач ещё долгое время, издеваясь над бедным мальчиком. Но видимо, это не то, что сейчас его так сильно заботит.