Розовый лёд

Я смеялся с Джеем и Чонвоном у выхода из кабинета, пытаясь казаться лёгким и беззаботным. В голове крутилась одна мысль — сегодня вечером устроить небольшой движ в скейт-парке. Обернулся к Рики: — Эй, Рики, как насчёт покататься вечером? Размять кости, вспомнить былое. Рики заулыбался, кивнул: — О, звучит круто. Давно я не вёл доску. В это время рядом я услышал тихий голос — Сону шептал что-то Рики, предлагал прогуляться в ТЦ. — Не, — ответил Рики, слегка покачав головой, — с тобой не пойду, сорян. Спот — другое дело. Я прикрыл разговор лёгким смехом, вбросил: — Ну что, Рики, тогда сегодня только мы все вместе, брат. Не заметил, как Сону стоит рядом, глаза внимательно следят за каждым моим движением. Он не сказал ни слова, но я видел — ему не нравится. _____ Мы засели на перилах у старого рампа, чипсы, кола, пара криво отклеенных пластырей — у кого на локте, у кого на душе. Рики катался на доске, как будто ему снова двенадцать. Джей и Чонвон сперва смущались, но потом тоже вкатились в атмосферу. Смех стоял густо. — Эй, Рики! — заорал Джей. — У тебя доска скрипит или это твоя спина, дед? — Это твоя зависть скрипит! — Рики в ответ подпрыгнул на доске, едва не упал, но выкрутился. — Видал, как в аниме! — Только в аниме главный герой не воняет потом, — фыркнул Чонвон, сбивая его с толку. Все заржали. Даже я. Даже Джей, хотя он всё это время смотрел на Чонвона слишком пристально. Я заметил — они уже давно идут друг к другу, как две тени на закате. И в этот раз — пошли до конца. Чонвон накрыл его ладонь своей. Не громко. Без понтов. Просто — взял. И Джей не дёрнулся. Рики выдохнул: — Опа… Вот это да… Кино пошло, да? Я просто улыбнулся. Но в тот же момент почувствовал: он рядом. Сону стоял чуть поодаль, в тени, будто случайно оказался тут. Но я знал. Я знал всё. И потому сам шагнул к нему первым. — Прогуляемся? — спросил тихо. Спокойно. Без наигранности. Он моргнул. Улыбнулся чуть-чуть, как будто не ожидал. — Да, — сказал, — я… только ради этого сюда и пришёл. И мы пошли. Шли долго, молча. Город глотал звуки. Шорох листьев, гул машин вдали, наши дыхания, будто синхронизировались. — Ты изменился, — пробормотал он. — Ты тоже, — ответил я, не оборачиваясь. — Раньше ты играл со мной. Теперь… теперь я чувствую, будто ты ведёшь. Я остановился. Повернулся. — Я всегда вёл, Сону. Просто ты раньше думал, что правила — твои. Он всмотрелся в меня. И тогда я подошёл ближе. Так близко, что чувствовал его дыхание на своей щеке. — Ты ведь влюбился в меня, — сказал я. Он хотел возразить. Не смог. Только кивнул — один раз, как будто боялся, что правда станет громче, чем нужно. — А я нет, — прошептал я. — Я… хуже. Он замер. — Что это значит? Я наклонился к его уху: — Это значит, что когда ты целуешь меня — я думаю о том, как ты будешь плакать. Он побледнел. — И мне нравится, что ты этого не ждёшь. Я сделал шаг назад. И улыбнулся. Точно так же, как он когда-то улыбался мне в школьном туалете. Теперь ты — в моей игре. А я — её автор.