Розовый лёд

***

Мяч стукнулся об пол и покатился в сторону. Рики поймал его, резко передал мне — я почти не глядя отбил в сторону Чонвона. Тут сразу — Сону. Баскетбол на физре, весь класс в зале, шум, гул голосов, скрип кроссовок. Смеются. Кричат. Только между нами с Сону — глухой вакуум. Он смотрит, как я двигаюсь. Я чувствую это кожей. Чонвон на секунду ловит мой взгляд — и сразу отводит. У него сегодня серое лицо, но он всё равно здесь. А Джей стоит в стороне у стены. Не играет — наблюдает. Как всегда. — Сону, пас! — крикнул Рики. Сону бросил. Сильно, резко. Прямо в грудь Рики. Тот закашлялся, но хохотнул, как всегда: — Брат, ты меня убить хочешь?! — Просто не тормози, — буркнул Сону. Я ждал. Ждал, когда мяч снова окажется у него. И дождался. Он сделал финт. Шаг — другой — и тут же снова на меня. Прямо. Жёстко. Плечом — в грудь. Локтем — чуть в бок. Как будто случайно. Но не было там случайного. Я выдержал. Сдержал. — Фол, — сказал спокойно. Он улыбнулся криво. — У тебя всё фол. — Только там, где больно. Он не ответил. Но глаза… Глаза метались. Он будто забыл, как играть. Будто забыл, кто здесь хищник. ⸻ Рядом раздался чей-то смех. Минуты позже кто-то из одноклассников крикнул: — Последний мяч и заканчиваем! Я сделал шаг вперёд. Сону — тоже. Нас будто не было среди других. — Хочешь меня ударить? — прошептал я, подходя ближе. — Давай. Попробуй. Он стиснул зубы. Чонвон заметно напрягся, будто хотел влезть, но сдержался. Я смотрел прямо в Сону. — Или ты боишься, что я улыбнусь, когда ты это сделаешь? И тогда ты не поймёшь, кто из нас больше болен. ⸻ Сон звонка прозвенел над головами. Все рванули в раздевалки. Смех, шаги, гул. А он стоял. Дышал. Потом резко вышел — не глядя ни на кого. ⸻ Я остался. Сделал шаг к скамейке. Сел. Пот стекал по виску. Чонвон подошёл, сел рядом. Тихо, не глядя. — Он сыпется, — сказал он. — Да, — ответил я. — Осталось немного. ____ Вода стекала по шее, по ключицам, по позвоночнику. Я стоял под душем, не двигаясь. Закрыл глаза, слушал только ровный шум и собственное дыхание. Тёплый пар обволакивал кожу. Почти как защита. И всё равно — я почувствовал его, ещё до того как он вошёл. Он прошёл молча. Кабинка напротив, без занавески. Голый. Медленный взгляд — сначала скользнул по полу, потом по мне. Он будто не хотел смотреть, но не мог не смотреть. Я не двинулся. Открыл глаза. Наши взгляды встретились. Он остановился. Только на секунду — но этого хватило. Я увидел, как он смутился. По-настоящему. Как будто впервые ощутил себя уязвимым. Не я — он. Как будто моя нагота — спокойная, уверенная — внезапно стала вызовом. Он отвернулся быстро, будто обжёгся. Но в этом движении — дрожь. Не от холода. Я провёл рукой по мокрым волосам. Медленно. Спокойно. Потом — по груди, по животу. Знал, что он смотрит. Что крадёт взгляды, будто боится самого себя. И это было… приятно. Я отвернулся первым. Тихо. Уверенно. Оставив его стоять там — в паре, в тишине, с расплавленными зрачками и сердцем, которое билось слишком громко. И в этом молчании — я понял: он больше не ведёт игру. Он — в ней.