Любовь плавит лед

Этап Град-при в Канаде 2024. 24 октября 2024 Захожу в отель и вижу ее. Алиса. Она стоит с Ильей и заговаривает о чем-то, а что если… Стоп! Я не ревную! Я не могу ревновать его! Не имею права! Малинин подходит ко мне, вид у него такой будто он призрака увидел. – Алиса? Она вернулась? Он делает шаг и загораживает Алису. Теперь перед собой я вижу только его. – Похоже да. Какой у тебя номер? Я отнесу чемодан. Рядом со мной стоит Рафаэль, он кивает головой и уходит. Я сказала в самолете, что мне не нужен отдельный номер. Тренер не задавал лишних вопросов, но явно был удивлен моим решением. – Отнеси к себе в номер, – говорю и отдаю ему ручку чемодана, – Я пойду возьму аккредитацию, – пытаюсь сохранять уверенность. Илья кивает и увозит чемодан по коридору, а я пытаюсь сохранять спокойствие и спускаюсь вниз для аккредитация. Показываю девушкам паспорт, они делают какие-то заметки и печатают мне заветную бумажку. Потом медленно иду в номер, мне нужно время, чтобы подумать в одиночестве. Знал ли он, что Алиса сегодня будет тут? Если знал, то почему не сказал? С другой стороны, он не обязан мне говорить о таком. Почему меня напрягает их общение? Почему я ревную? Потому что он мне нравится. То самое чувство, которое я не испытывала к Владу, ревность. Но я не имею права ревновать его. Мы не в отношениях. А даже, если бы были в отношениях, он же сказал, что с Алисой у них ничего не было. Он целовал ее. Это не ничего. Я подхожу к номеру, делаю коронный вдох-выдох Романа Александровича и открываю дверь. – Так, Алиса вернулась?, – пытаюсь сохранять уверенность. – Да, вернулась. Мне еще придется с ней соревноваться. Отлично. – Круто, – выдаю я уже немного, сбив прежнюю уверенность. Сарказм. Илья плохо еще это понимает. – Какие планы на вечер?, – спрашивает Илья. – Я хотела у тебя спросить. – Произвольная программа Нейтана Чена на Олимпиаде 2022? – Ладно, только мне нужно сходить в душ. Мне нужно успокоиться. Беру первые попавшиеся вещи из чемодана и закрываюсь в ванной. Руки берут телефон и открывают чат с Изабо. Я: Алиса вернулась. Изабо: Ого… Я: Она общается с Ильей Изабо: Только не убей ее коньком… Улыбаюсь. Я: А должна? Изабо: Ревность делает безумные вещи за людей Я: Я не ревную Изабо: Если ты не ревновала, то я бы узнала о ее возвращении из новостей. Она права. Делаю вдох-выдох и выхожу и ванны. Илья переписывается, я даже знаю с кем. – С кем переписываешься? Он моментально убирает телефон из рук. – С папой, – неуверенно говорит он. Врет. – Что пишет? – Кто? Точно врет. – С тобой все в порядке? – Да, все отлично, – он нервно включает телевизор, – Сейчас включу прокат. – Илья, – делаю тон более спокойным, – ты ведь помнишь, что мы друзья?, – делаю напоминание ему. – Да. – Что-то случилось? Ты какой-то нервный. Ты же знаешь, что можешь со мной поделиться. – Это все из-за Алисы. Этого ответа я и боялась. – У вас что-то случилось? – Просто мы так и не разговаривали после Японии… И я решил, что стоит, наверное, обсудить эту ситуацию с ней. – И в чем проблема? Он молчит. – Давай ты поговоришь с Алисой, а я подожду тебя здесь, – делаю худшее предложение в своей жизни, – Разберу вещи пока. Илья кивает и послушно выходит из номера. Падаю на диван и теперь только осознаю, что сделала. Я отправила парня, который мне нравится, к девушке, которую он целовал. Я только что сама все испортила. Включаю телевизор, чтобы отвлечься от мыслей. Показывают мультики и я медленно засыпаю. 25 октября 2024 год. Короткая программа женщин. “Daria Ksenofontova, Kazakhstan” (Дарья Ксенофонтова, Казахстан). Трибуны взрываются от аплодисментов, но я ищу глазами только одного человека. Илья. Он тут. Музыка. Тройной аксель – падение. Мысли про Алису и Илью не покидают меня. Она передо мной откатала чисто свою программу. Тройной тулуп-тройной тулуп – помарка на выезде. Может ей Илья помог так хорошо откатать? Вдохновил ее? Тройной лутц – бабочка. Ревность берет вверх над моими чувствами и выдаю худший прокат за свою карьеру. 49,22, десятое место. Слезы катятся самопроизвольно из глаз, Роман Александрович что-то говорит, но я не слышу его, мы выходим с арены. Уведомление. Иля: Что случилось? Я: Ничего. Илья: В номере поговорим. Роман Александрович пытается растолкать репортеров, но тут меня кто-то хватает за руку. Журналисты активно реагируют на это, и я понимаю, это Илья. Он что-то кричит им, кажется, даже матерится на них. Все будто в тумане. – Что произошло?, – вырывает меня из мыслей Илья. Мы уже в номере. – Ничего, – беру стакан воды, который мне потянул Илья. – Давай честно. – Просто…, – делаю глоток воды, – Меня немного задело, что ты помирился с Алисой…, – совсем немного, опять делаю глоток, – Я подумала, вдруг, ты теперь не будешь со мной дружить… – Но это ведь была твоя идея, – он вытирает слезы с моих глаз, – чтобы я поговорил с ней. – Да, просто, вам стоило поговорить. Я просто напридумывала себе всякого. – Куда же подевалась уверенная в себе Дарья Ксенофонтова?, – он улыбается, – Перестань плакать, пожалуйста. Я не перестану с тобой дружить, – говорит Илья и обнимает меня. Проблема в том, что я больше не хочу дружить с ним. Я хочу большего. А чего хочет он? – Просто ты стал мне дорог, – говоря вместо “я люблю тебя”. – Ты мне тоже. 26 октября 2024 год. Произвольная программа девушек Только что прошла короткая программа мужчин, я в раздевалке смотрела прокат Ильи. Он был шикарен. Жаль, что я лично не смогла присутствовать на его выступлении. В раздевалке находятся все двенадцать участниц Гранд-при, в том числе и Алиса. Мы с ней не общались, лишь только обменивались взглядами на тренировке. – Hey (Привет), – подходит ко мне Алиса и начинает разговор, – how are you feeling? (как настрой?), – Лью улыбается. – Nice (Хорошо), – сухо отвечаю. – Look, I didn't want you to think I had anything with Ilia last night (Слушай, я не хотела, чтобы ты думала, что у меня что-то было с Ильей вчера ночью), – признается она и немного меняется в лице, – We were just talking as friends (Мы просто поговорили как друзья). – I don't care about your relationship with Ilia (Меня не волнуют ваши отношения с Ильей) – Your performance yesterday says otherwise (Твое вчерашнее выступление говорит об этом), – пожимает плечами Алиса, – I think you should know that we don't feel anything for each other (Я думаю, ты должна знать, что мы ничего друг к другу не испытываем). – Thank you for the information (Спасибо за информацию), – сухо отвечаю ей. Проблема даже не в Алисе, а в чувствах, которые я еще не успела осознать к Илье. – We could be friends (Мы могли бы подружиться), – говорит Алиса. – There are no friends in sports (В спорте нет друзей). Так нам говорила Этери Георгьевна, когда мы черезмерно переживали с девочками за прокаты друг друга, иногда еще больше, чем за собственные. – But you're friends with Isabeau, right? (Но ты ведь дружишь с Изабо?) Это другое. Изабо за эти два года стала мне младшей сестрой, которой у меня никогда не было. – This is different (Это другое), – отвечаю я Алисе. Я слышу свое имя по громкоговорителю. Значит сейчас я должна выходить. У Алисы вновь появляется улыбка. – Make 'em all, baby! I got your back! (Сделай всех, малышка! Я верю в тебя!), – последнее, что я слышу перед прокатом. Выхожу на лед. Смотрю на трибуны, Ильи нет. Наверное, не успел после проката, у него было меньше получаса. Встаю в начальную позу. Музыка. Первые движения. Скольжение. Тройной аксель – чисто. Вспоминаю Чемпионат мира, когда мы напились какой-то казахской бурды. Четверной тулуп-тройной тулуп – чисто. Воспоминания с того дня почти стерты, но мне кажется, что я помню сон, который приснился в ту ночь. Четверной лутц – чисто. Мне снилось, что мы были вместе в душе. Четверной сальхов – чисто. И мы целовались. Четверной флип-двойной флип-двойной флип – чисто. Мы целовались в моем сне. А что если это был не сон? Программа закончилась, я поворачиваюсь к бортику и там стоит Илья с цветами. Подъезжаю к бортику. – Когда ты успел?, – говорю с одышкой. – Магия чистого проката, – говорит Илья и кивает в сторону Романа Александровича, – Иди, я подожду. “After the free skate, Daria took first place. The total score for the two programs was 222.23” (После произвольной программы Дарья занимает первое место. Общий балл за две программы составляет 222,23). Да, это не новый рекорд, не самый лучший прокат в жизни. Но я радуюсь, ведь я смогла собраться в нужный момент и выдать технически превосходную произвольную. Илья подходит с цветами и отдает мне их, обнимает меня. – Я горжусь тобой, – говорит он шепотом. Следующая фигуристка выходит на лед, а значит нам пока отойти. Мы выходим в коридор, оставляя Романа Александровича внутри катка. – Спасибо, Илья, – все еще пытаюсь отдышаться после проката, – Это все благодаря тебе. Он снова обнимает меня. – Знаешь, – начинаю говорить я, – мы снился странный сон. – Какой же? – Мы целовались. 27 октября 2024. Произвольная программа мужчин. Илья выходит на лед. Новая произвольная программа, которую я смотрела раз сто на тренировке. Вчера после моей победы мы смотрели олимпийский прокат Нейтана Чена. Малинин предупредил меня, что сегодня он сделает сальто. Илья постоянно делает сальто на тренировках. Иногда у меня ощущение, что он делает все, чтобы просто не стоять на земле, и ему нравится это. Я впервые встретила человека, который кайфует от прыжков, для которого это не боль и травмы, а способ выразить себя. Начинается прокат. Четверной флип – чисто. Тройной аксель – чисто. Четверной лутц – чисто. Бабочка на тройном риттбергере, немного не хватило скорости. Тройной лутц-тройной сальхов – чисто. Четверной тулуп-тройной тулуп – чисто. Тройной флип-тройной аксель – чисто. Сальто. Сердце замирает. Музыка постепенно заканчивается. Илья лежит на льду, видимо одышка, через несколько секунд встает и подъезжает к бортику. Роман Александрович ему что-то говорит, вероятно про риттбергер. Оценки.301,82. Он первый. Медали снова у нас, пусть и не с идеальными прокатами. Достаю телефон. Я: Поздравляю! Какие планы на вечер? Иля: Посмотреть Олимпиаду в Сочи? Как смотришь на это? Я: Положительно Гранд-при для нас закончились, а это значит, что нас ждет лишь Финал и Чемпионат мира, а следом Олимпийский сезон. Олимпиада все ближе, и ближе, и это пугает. Но самым главным страхом для меня сейчас является то, что мои чувства к Илье могут быть не взаимными. Скоро я расскажу ему обо всем. Я обещаю это себе.